Слишком

Любовь приходит к нам незванно, Она как белый снегопад, Всегда красива и желанна, И каждый человек ей рад. Бывают бури и сомненья, Бывает ревность, как гроза. Но нет прекрасней ощущенья, Чем посмотреть любви в глаза. Она украсит все мгновенья, Позволит в небесах летать. От скуки вмиг найдет спасенье, Позволив чувствами дышать.

***

Через полчаса начинается урок танцев с Малфоем. Гермиона стаскивает с себя школьную форму, надевает тренировочный костюм — лосины, футболку, сверху свитер, а в руки берёт бутылку с водой. Из головы не выходит утренний разговор. Он был с ней груб, полностью показывал своё отвращение, указывая ей на её место. — Да, Грейнджер, да. Негоже аристократам с маглорождёнными на бал ходить. Считай, что это честь для тебя. Эти слова ранили её. Но разве ты не этого хотела? Разве твои слова не ранили его? Тогда почему он должен жалеть тебя? Неужели она думала, что всё останется как прежде? Только после этого разговора Гермиона первый раз задумалась, что не сделала ли она ошибку, выбрав друзей, а не его. Ведь друзья не дороже ей, чем он. Они занимают одинаковое место в её сердце. Мерлин как же далёко пустил Малфой свои корни в неё, в её сердце, в её душу. Это пугало и нравилось одновременно, потому что она не была против. Оставалось меньше пятнадцати минут, так что пора было выдвигаться. Девушка медленно шла, погружаясь в магию коридоров школы. В них нет ничего особенного, но они затягивали. Была бы возможность гриффиндорка гуляла бы здесь день и ночь на пролёт. Дверь кабинета отворилась, пропуская девушку вперёд.  — Здравствуйте, Дэйн.  — О, Гермиона, добрый день. Провели собрание старост?  — Да, ребята были не в восторге от того, что приходится идти со вторым старостой на бал.  — А кто должен быть от этого в восторге? — ни учитель, ни девушка не заметили прихода слизеринца.  — А, мистер Малфой, здравствуйте. Так, пожалуй, начнём. Заиграла знакомая музыка, но девушка не чувствовала ни капельки того расслабления, что было вчера. Его руки сегодня сильнее сжимали пальцы и талию девушки, немного грубее был его шаг, а лицо было сосредоточенное и немного нахмуренное. Приходилось напрягаться, думать о шагах, движениях. Вот он наклоняет её, скользя своим горячим дыханием сначала по её щеке, по шее и ключицам, затем резко поднимает, возвращая её тело на прежний уровень. Гермиона чуть не забыла отвести ногу назад. Через секунду, следуя композиции танца, они расходятся, и становится легче дышать. Поворот, шаг и они снова стоят лицом к лицу.  — Так, хорошо, движения вы не забыли. Дальше будем учить с остальными, а мне уже пора. Сегодня обязательно прорепетируйте у себя в гостиной. До пятницы. Учитель вышел из кабинета, оставляя пару наедине.  — Значит сегодня репетируем?  — Да, какого цвета будет твоё платье?  — А что?  — Надо выбрать галстук под цвет.  — Оно будет чёрным с серебристым. Оказавшись в гостиной, они в той же одежде решили сразу повторить танец, а потом необходимо было решить насчёт меню и группы.  — Давай на пять, шесть. Пять, шесть, семь, восемь. Драко властно прижал хрупкую девушку к себе и повёл в танце. Обстановка была не такой напряжённой, так что гриффиндорке даже удавалось спокойно дышать. Вот она отошла от него, покрутилась на месте и снова шаг в сторону юноши. Их глаза встретились, а Гермиона почти обмякла в его объятиях. Она не могла оторвать от красивого лица юноши взгляд. Его губы, глаза, запах — это всё так близко. Даже слишком близко. Они просто смотрят друг другу в глаза. Серый и карий. Лёд и пламя. Холод и жара. Хитрость и доблесть. Малфой первый отстранил её от себя.  — Я помню твои слова, Грейнджер. Сделаем бал, и всё.  — Да, ты прав. Надо ещё меню обсудить. Они сели на диван, рассуждая о блюдах, подачи, десертов. Обсуждение затянулось, поэтому Драко, не стесняясь девушки, достал свою заветную коробочку с сигаретами. Взяв одну, не обращая внимания на удивлённую Гермиону, Малфой поджег и вдохнул в себя долгожданный никотин.  — Мерлин, ты что куришь? Драко посмотрел на девушку и медленно выпустил тонкую струйку серого дыма.  — Нет, тебе показалось, — его тон был ироничным, и поэтому он сделал ещё один затяг, наполняя лёгкие и чувствуя давление в них. — Давно? — Ее взгляд был пустой и отстранённый. — Почти две недели. Сигарета уже почти выгорела, поэтому Драко потушил ее о стоящий рядом пустой подсвечник.  — Ты уже зависишь от этого. Это тебя погубит.  — Тебе ли не все равно? В ответ молчание. Если бы она сказала нет, то подвергла сомнению своё решение. А если бы да, то это была бы неправда.

***

Дни пролетели быстро. В этой праздничной суматохе, загруженностью учёбой, тренировках по танцам Гермиона и не заметила, как настал день бала. Это знаменательный день, к которому она усердно готовилась. Теперь гриффиндорка сидит в своей комнате старост в одном полотенце, так как только после душа. Волосы завивались, но девушка выпрямила их, зачесав назад и закрепив всё это лаком. На лицо она нанесла немного тонального крема, произнесла заклинание, и ресницы удлинились, затем накрасила их. На губах красовалась вишнёвая помада. Гриффиндорка слегка подкрасила брови коричневым карандашом. Она готова. Осталось только надеть платье и ждать Малфоя.

***

Драко собирался на бал в комнате Блейза. Ему не хотелось мешать Грейнджер, а ещё больше не хотелось, чтобы она ему мешала.  — Драко, хорошо выглядишь, — Забини стоял у соседнего зеркала и поправлял темно-зеленую бабочку.  — Спасибо, у Пэнси изумрудное платье?  — Да, а у Грейнджер какое?  — Чёрное с серебристым. Драко ещё раз себя оглядел. Чёрный костюм, белая рубашка и серебристый галстук с зажимом идеально на нём сидели и подчеркивали все его достоинства. Часы показывали половину восьмого, значит надо было идти за Гермионой. Чем ближе он подходил к гостиной, тем быстрее билось его сердце, но слизеринец шёл уверенным шагом. Он зашёл во внутрь. В комнате девушки слышались шаги, но он решил её не звать. Время у них ещё есть, поэтому спешить некуда. Через минут пять дверь её спальни отворилась, и оттуда показалась прекрасная незнакомка. Секунды две понадобились Драко, чтобы узнать в ней Гриффиндорку. Её иссиня-черное платье было очень красивым. Пышная юбка развевалась, сзади был небольшой шлейф. Но самым удивительным были маленькие серебряные камушки, которые тут и там разбросаны по ткани, поразительно напоминающие тёмное небо и звёзды. Видимо, без магии тут не обошлось. Тонкие плечи были открыты, на шее висела красивая цепочка с кулоном, подходящее к её сережкам. Макияж, причёска ужасно шли юной волшебнице. Восхищённый взгляд с потрохами сдавал истинные чувства Драко. Да, теперь он не жалел о решение декана. Ему действительно повезло с парой. Никто не скажет, не зная Гермиону, что она не аристократка. Сейчас она точно не уступала ни одной девушке из школы. Она неописуема красива и элегантна. Губы девушки зашевелились, но он не слышал, не воспринимал её голос, потому что не мог оторваться от её образа, впитывая в себя, запоминая каждую частичку.  — Добрый вечер, мисс Грейнджер, — девушка улыбнулась, но ничего не ответила, наверное уже поздоровалась с ним, — вы сегодня прекрасны, и это для меня огромная честь вести вас на бал.  — Благодарю, мистер Малфой. Давай сегодня не думать ни о чём. Есть только ты и я. И это наш вечер, который мы можем провести, не задумываясь ни о чём.  — Согласен. А теперь нам пора. Драко открыл дверь, пропуская даму вперёд. А когда они вышли в коридор, то галантно подал ей руку, которую она с лёгкой улыбкой на лице приняла. Дорога до Большого зала была украшена летающими снежинками, морозными узорами на стёклах. Самая эффектная пара появилась, когда уже ученики собрались внутри. Все глаза были обращены на них: на статного юношу и прекрасную девушку.  — На нас все смотрят, — Гермиона сказала это тихо, выдавая своё волнение. Хотя и без этого парень понял, что она напряжена. Её спина была выпрямлена до предела, пальцы холодные, а улыбка слегка натянутой.  — Не волнуйся, я рядом. Его тон и внешнее спокойствие подействовала на неё. Она слегка сжала его предплечье, и они вошли в зал. Помещение было прекрасно украшено. Большая ель, завешенная кучей игрушек и огоньков. Стены были в искусственном снегу, вокруг горели свечи. Было поставлено множество столов, а рядом с ними был фуршет с закусками и напитками. Зал поражал своим величием, своей роскошью убранства.  — Скоро нам открывать вечер, пойдём. Драко и Гермиона подошли к собравшимся старостам. Первые, кто бросился им в глаза, были Пэнси и Блейз. Слизеринка была в изумрудном платье в пол, её волосы были красиво убраны в высокую причёску, а Блейз был в костюме с мантией и изумрудной бабочке. Они начали что-то обсуждать с Малфоем.  — Классно выглядишь, Гермиона, — к гриффиндорке подошла Ханна, которая была в паре с Эрни Макмилланом. Её белокурые кудри спадали на плечи, а сама она была в жёлтом платье.  — Спасибо, ты тоже. Волнуешься?  — Да, есть немного. Падма и Энтони стояли в стороне. Патил была в оранжевом платье с длинными рукавами, а волосы были прямые, только несколько прядок заколоты назад. За старост гриффиндора были Рон и Лаванда Браун, которая поправляла макияж.  — Извини, Аббот, я украду свою пару. Драко отвёл Гермиону подальше.  — Скоро мы выступаем, не волнуйся. Ты самая красивая сегодня. Помни, что я люблю тебя.  — Дорогие ученики, хочу представить вам наших старост. Зазвучала знакомая медленная музыка, и Драко с Гермионой вышли на середину. Он взял её за руку и талию и повёл в неторопливом танце. Шаг назад, поворот. Парень не мог оторвать взгляд от её раскрасневшихся щёк, блестящих глаз, милой улыбки. Но не он один любовался ею. Все, все до единого вокруг смотрели на неё восхищались, завидовали её партнёру. Девушка чуть-чуть нагнула голову влево и закружилась в повороте, заставляя шлейф и юбку платья развиваться, вращаться вместе с ней. Сегодня она очаровывала, влюбляла, нравилась. И сегодня она была с Драко. Вот уже присоединились остальные пары, которые также держались уверено, но не могли заставить других смотреть на них. Только танцующие Гермиона и Драко притягивали внимания. Вот он ненадолго отпустил её, как требовал танец, и эти секунды были мучительны, но вот они опять воссоединяются, сливаясь. Музыка закончилась, в зале прогремели аплодисменты. Девушки присели в поклоне, а мальчики сдержанно склонили головы и вместе со своими парами ушли за сцену.  — Господи, Драко, у нас получилось.  — Я знаю, Гермиона. Это было прекрасно.  — Я тоже тебя люблю, — она прошептала это ему на ушко, приятно лаская тем самым кожу. Они пошли в общую массу, всё ещё держась за руки. Этот вечер был особенный, наполненный прекрасным. И всё потому что рядом была она. Его милая сердцу Гермиона.  — Я принесу попить, жди меня тут, — Драко направился к столу с напитками и налил немного пунша. Но когда он возвратился к ней, то рядом уже тёрся Поттер под руку с младшей Уизли. Юноша протянул бокал — держи. Поттер, Уизли, добрый вечер.  — А, Малфой, — воскликнула рыжая, — я вот тут говорила Гермионе, как вы восхитительно смотрелись. Поттер стоял молча, лишь поджав губы. Ему явно не нравилось, как начали общаться его подруги с заклятым врагом после той поездки.  — Благодарю, Гермиона, нам пора идти, директор скоро будет произносить речь, а мы не нашли своё место. Пара ходила по залу, ища записки со своими именами. Наверное, ещё долго бы ходили, если бы не Забини, который махал рукой и кричал на весь зал: «Малфооой, Грейнджееер!»  — Блейз, Пэнси, привет, — их столик стоял почти в самой середине, — значит, мы вчетвером сегодня сидим вместе.  — Да, — кивнул слизеринец. Паркинсон сидела с нахмуренным выражением лица.  — Привет, — сказала подошедшая гриффиндорка. Мерлин, почему именно она сидит с змеином факультетом. Видимо, из-за того, что ездила вместе с парнями в поездку.  — Прекрасно выглядишь, Пэнси, — она сидела между ней и Малфоем, поэтому пришлось заговорить, — платье очень красивое. Тебе идёт.  — Спасибо, — слегка улыбнулась девушка, — ты тоже ничего. О, мой Бог. Вот, что точно не предвидел Драко, так это то, что Пэнси будет говорить милости-приятности Грейнджер.  — Здравствуйте, мои дорогие ученики и уважаемые преподаватели! Хочу поблагодарить наших старост, которые подготовили нам этот бал и этот шикарный танец, — начал свою речь директор, — вот и наступает ещё один год, который мы проведём с вами. Многие уже закончат Хогвартс, но знайте, что наши двери всегда для вас открыты! Всех поздравляю! А теперь пусть начнётся пир! На тарелках учеников, на столах появились блюда. Как только кто-то доедал закуску, то сразу появлялось второе. Были приготовлены ароматные курочки, рыба, стейки, запеченный картофель, рис и много-много других блюд. Гермиона кушала не спеша, слушая разговоры однокурсников. Есть особо не хотелось, она слишком была взволнована, оставалось лишь греть уши.  — Блейз, ты поедешь на каникулы домой? — спросил Драко, подняв на друга равнодушный взгляд, который скользил по залу.  — Да, мы с Пэнси едем к моим родителям.  — А вы теперь встречаетесь? — подала голос Гермиона, чему все удивились.  — Э, да, — запнулась Пэнси, — просто Блейз оказался в нужном месте в нужное время, — девушка нежно коснулась щеки своего парня.  — Я рада за вас, поздравляю.  — Спасибо, Грейнджер, — искренне поблагодарил слизеринец, — ты видела меня, когда я получил письмо от Астории.  — Да, ты, наконец, нашёл свою истинную любовь. Забини улыбнулся и, встав, повёл Пэнси танцевать. Как раз на сцену поднялась заказанная группа «Ведуньи». Опять раздался женский визг, гриффиндорка уже порядком устала от него.  — Не хочешь сходить подышать?  — Да, с удовольствием, — девушка приняла с удовольствием предложение Драко. Они вышли из шумного зала и пошли тихими холодными коридорами Хогвартса.  — Ты была права на счёт Пэнси и Блейза.  — А? — не поняла Грейнджер.  — Они оба оправились от неудач в любви.  — Да, действительно, — в голове всплыл момент, когда она об этом говорила. Драко и Гермиона отворили ворота замка. На улице было морозно, но хорошо. Они шли под луной и любовались гладью воды Чёрного озера, покрытой в некоторых местах тонким льдом, небольшой ветер чуть чуть задевал её волосы. Они остановились, Малфой медленно погладил её по щеке. — Ты замёрзла, Гермиона? — Чуть — чуть, — она опустила взгляд. Он снял с себя мантию и накинул ей на плечи, обнял её за талию и притянул к себе. Их губы слились в поцелуе. Поцелуй с ним. То, что нужно. Сначала робкий, потом более требовательный. Парень облизал её нижнюю губу и затем проник к ней в рот. Их языки переплелись, поцелуй стал глубоким, чувственным, нежным. Как ей этого не хватало. Его поцелуев то нежных, то страстных, его запаха, который сейчас смешался со свежестью мороза, этих трепещущих ощущений в животе. Но как будто она уже была здесь. Как будто он уже целовал её вот так на этом месте.  — Точно!  — Что?  — Мне снилось это мгновение.  — В смысле?  — В самую первую ночь, когда мы ночевали в замке, мне приснились мы, приснился наш поцелуй. Я помню, как мы шли, что ты спросил, не замёрзла ли я. Но тогда мне нравился Рон, и мне было приятно думать, что это был он, потому что я не запомнила лица. Но теперь я понимаю.  — Это был я. Это судьба, Гермиона. Мы созданы друг для друга. Я люблю тебя.  — И я люблю тебя, — он снова мягко накрыл её губы своими. Они слишком любили друг друга. Он показал ей свою дьявольскую сторону, а она ему свои недостатки. Они были идеалом друг для друга. Она знала его свет и его тьму, то ужасное, что в нём есть. А он прощал то, что она сама бы себе ни за что не простила. Всё для них было слишком.