***
— Кать! — позвал меня Егор. — Аюшки. — Я остановилась на ступенях дворца. Капитан в два прыжка оказался рядом, своим характерным движением поправил лямку сумки. — Ты на автобус? — спросил он. — Нет, я пешком хожу. Егор просиял и предложил: — Может, погуляемся тогда? Разговор завязался сам собой, темы плавно перетекали из одной в другую. Мы обсудили пару крайних игр КХЛ, вспомнили несколько хороших фильмов и анекдотов, под конец прогулки даже песенку спели. Егор остановился неподалёку от моего подъезда и придержал меня. — Кать, нам нужно поговорить, — довольно уверенно начал он. Где-то я это уже слышала. — Слушаю тебя. Уверенность Щукина моментально испарилась. А так всё хорошо начиналось. — В общем… Я… Ты… — промямлил он, что было странно для капитана. — Ты мне… не безразлична… — Он замолчал, сделал глубокий вдох. — Давай встречаться? И всё же, Егор оказался смелее. — Я могу подумать? — спросила я, полностью повторяя утреннюю сцену. Никакого разнообразия. — Конечно, — кивнул он. — До завтра. Даже когда за мной закрылась дверь подъезда, мне казалось, что капитан пристально смотрит на меня. Наверно, первый раз в жизни мне был неприятен такой интерес со стороны противоположного пола. Сначала Никита, неведомым образом вернувшийся с того света. Потом Романенко. Теперь Андрей и Егор. Я явно нравилась им обоим. И они мне тоже. Выбор мне предстоял непростой.Глава 13
1 августа 2016 г., 21:16
Я проснулась от громких разговоров в гостиной. Ну, не очень громких, но голоса были хорошо различимы. За дверью говорили мой отец и Андрей.
Я поднялась с кровати, наверно, папа меня переложил. Спина немного ныла, не стоило засыпать на подоконнике. Голоса стали тише, я подкралась к двери, прижалась к ней, прислушалась.
— Только тронь её, — тихо процедил отец. Такого тона от него я никогда не слышала, но ничего хорошего он не предвещал.
— Сергей Петрович… — начал было Кисляк, но папа перебил его.
— Только тронь, — повторил он. — Если я узнаю, то…
А он узнает, в любом случае. Конца фразы я не смогла расслышать, как не вжималась в дверь. И тут она открылась. Я рухнула на пол.
Папа и Андрей моментально умолкли и повернулись ко мне.
— Доброе утро, — улыбнулась я, поднимаясь на ноги, и поспешила скрыться в ванной. Глупо вышло…
Я стояла под прохладной струей душа, чувствуя, как боль в спине и ушибленных коленях уходит вместе с водой. Божественное ощущение. Остатки сонливости как рукой сняло, однако некоторая тревога оставалась. Что же папа всё-таки сказал Андрею? Может, он против?
Когда я вышла из душа, папы уже не было, Кисляк тоже куда-то делся. До тренировки оставалось несколько часов, и если я хотела позавтракать, этим стоило заняться прямо сейчас.
Андрей нашёлся в комнате, куда я заглянула за одеждой. Кисляк стоял у окна, скрестив руки на груди, и неотрывно смотрел в окно. Подкравшись сзади, я закрыла ладонями его глаза. Он шумно выдохнул, развернулся ко мне лицом.
— Катюх. — Андрей нервно покусывал губы. Я раньше думала, что парни так не делают. — Нам нужно поговорить.
Никогда не любила эту фразу. Она всегда заставляла меня вспоминать, где я могла накосячить.
— Ну давай.
— Я… Короче… — Да уж, Кислый, давай покороче. Есть хочется. — Ты… Ты покорила моё сердце.
Последние слова он произнёс на одном дыхании и вдруг покраснел.
— Ч-чего? — запнулась я. Может, он головой стукнулся?
Грудь Андрея судорожно поднималась и опускалась, будто ему было тяжело дышать.
— Я люблю тебя, — тихо-тихо ответил он после продолжительного молчания, а потом добавил, с надеждой глядя мне в глаза. — Давай встречаться?
Ой… Неожиданно. Даже очень. В голове крутилась сто одна мысль, как ему ответить, но стоило мне открыть рот, язык немел, и я ничего не могла сказать. Только чувствовала, как пылают щёки.
— Ну… — выдавила я. Кажется, такое состояние называют шоковым. — Я могу подумать?
— Да, конечно, — торопливо ответил Кисляк и робко улыбнулся. — Я не тороплю…
Ели и шли на тренировку мы в полном молчании.