War of Hearts

Александр Гидеон Лайтвуд рос как ребенок, с которого «надо брать пример». Это тот тип детей, над которыми родители издеваются как могут: устраивают в лучшие частные школы, одевают «с иголочки», допустимыми играми считают шахматы и «угадай мелодию» среди (исключительно) классической музыки, обучают поведению в светском обществе… Парню не повезло родиться в богатой и почитаемой семье. Сработало это на психику Алека совершенно не так, как хотелось родителям. В четырнадцать лет он бросил музыкальную школу, никогда не причесывался (разве что ладонью взлохмачивал волосы, поскольку люто ненавидел «прилизанные» прически), носил исключительно футболки и джинсы, даже записался на уроки стрельбы из лука. Родители продолжали бороться с этим, что делало ситуацию только хуже. Осознав, что сделать из сына «приличного человека» уже не получится, Мариза и Роберт отстали, лишь изредка донимая расспросами, а вскоре и полностью переключились на дочурку, ведь «она младше, и, может быть, что-то можно исправить». Изабель, с детства привыкшая к тому, что ее не трогают, делала все, что вздумается: пирсинг септума, пупка, откровенные наряды, эксперименты с цветом волос… Девушка никак не ожидала, что в семнадцать лет ее начнут «обучать манерам», учить «правильно одеваться». Но не в ее характере противостоять – Иззи сдалась: вынула кольца, обновила гардероб, каштановые волосы завязывала в низкий хвост. Родители не могли нарадоваться на дочь. В их душах зародилась надежда, что они могут вырастить «хорошего» ребенка. Надежда вскоре превратилась в гордость необычайных размеров, а позже – в сына Макса. Про Александра, которому к тому времени стукнуло девятнадцать, одержимые карьерой и престижем родители забыли. Нет, парень не расстраивался – каждому новому дню он радовался, как дню рождения: тихая размеренная жизнь. Без каких-либо походов в «свет», без излишней напыщенности, без часовых примерок в самых дорогих магазинах. Была лишь одна мрачная сторона родительского безразличия. Поскольку Алек игнорировал попытки сделать его «человеком», те, в свою очередь, лишали его денег. Будь-то карманные расходы, пропитание или даже колледж. Александр нашел работу – бармен в ночном клубе, но получал он за нее немного, а, значит, не мог перевести все свои вещи и окончательно покинуть родительский дом, где он стал таким чужим. Накопленных денег на квартиру не хватало и приходилось снимать комнату в серой многоэтажке, которая располагалась недалеко от колледжа и места работы. Но не все плохо относились к Алеку, нет. Пожилая служанка Тереза видела его старательным, умным мальчиком. То, как вежливо он разговаривает с прислугой, то, как всегда пытается помочь, не осталось незамеченным – Тереза расспрашивала его обо всем, что происходило в его жизни, угощая кружкой кофе, которая так была необходима Алеку, работающему в ночную смену, чтобы не заснуть на парах. Александр, при этих редких встречах, с радостью рассказывал все в мельчайших подробностях, как просила Тереза, душа которой истосковалась по бурной жизни. Да-да, именно такой она считала жизнь Александра. Тот по началу уверял ее, что более обыденной жизни и не придумаешь, но она настаивала на своем, и Алек добродушно улыбался. С Изабель отношения испортились после освобождения Алека от пристальных родительских глаз. Иззи считала его виноватым в том, что она «в семнадцать выглядит на сорок пять»: никаких распущенных волос, длинных серег, глубоких вырезов. Это по-настоящему задевало Александра, ведь с детства они с сестрой были лучшими друзьями. Для них никого не существовало кроме друг друга. Но сколько бы Алек не пытался наладить мир – Иззи была неприступна. Братик Макс не имел ничего против Алека. Да ему было все равно. Ведь так уж сложилось, что с самого рождения Макс видел брата очень редко и лишь на больших семейных торжествах. Да и то не на всех, а лишь на тех, на которых Алек мог появляться - иногда ему просто не позволял дресс-код. Долгие гудки, наконец, сменились раздраженным бормотанием Алека. Он и не сразу понял, кто звонит. А, скорее всего, принял вызов, не взглянув на экран. - Александр, - голос по ту сторону взволнованно дрожал. - Иззи? – желание спать окончательно пропало, хотя парню не помешали бы хотя бы три часа здорового сна. - Да. – Пару минут Алек слушал прерывистое сопение сестры. За это время он успел ущипнуть себя и убедиться, что не спит. – Алек, слушай… - Что-то случилось? – с ноткой раздражения в голосе осведомился Александр, не любивший излишней медлительности. - Нет. Не совсем. Скоро случится. Мы можем встретиться? Есть кое-что очень важное, что ты должен знать. Но по телефону о таких вещах не говорят. Александр нахмурился. Бросил взгляд на стену, где висел календарь. Вся неделя была забита под завязку. В колледже карантин на целых две недели, и чтобы иметь возможность продолжать жить отдельно, он работал в баре за двоих, а по выходным разгружал напитки для бара и сам же их расставлял. - Алек, ты можешь прийти домой? - Не думаю, что это хорошая идея. Иззи, у меня вся неделя забита. – Парень ненадолго замолчал, слушая грустные вздохи сестры. - Алек, это действительно важно. Я скину тебе адрес и место встречи. Не опаздывай. Александр закусил губу. Как же сестренка была похожа на Маризу! Что немало раздражало. Кажется, ей качественно промыли мозги. Но ее тон…Такой взволнованный, грустный…Эти вздохи… Размышления прервал писк входящего сообщения. Алек пробежался глазами по очередным убеждающим в важности фразам (не придавая им особого значения, так как в детстве для Иззи каждая мелочь была важной). «Адрес…» Взгляд вцепился в это слово, что стало так до боли в плечах знакомым. В «Пандемониум». В название клуба, где он работал. По правде сказать, не очень-то Алеку и хотелось, чтобы Изабель знала, где он работает. Но в голову не приходило ни одной хорошей отговорки. А, значит, будь, что будет. «Пандемониум», так «Пандемониум». Благо на сон оставалось еще около двух часов. Правда, эта информация радовала не так, как обычно, ведь, несмотря на огромный недосып, желание завернуться в одеялко и улететь в мир грез пропало абсолютно. Александр глубоко вздохнул, потирая руками лицо, и устремился в душ. К шести утра Алек был готов приступать к работе. Только вот его смена начиналась в восемь, а преподаватель по стрельбе отменил занятия на всю неделю. Александр подошел к холодильнику: девственно пуст, за исключением пары банок пива. Соседи предусмотрительно избавились от всей еды, уезжая на месяц в Париж. Алек искренне недоумевал, почему эта парочка, имеющая немалое состояние, живет в серой многоэтажке в небольшой квартирке, да и ту делят с ним. Пить до смены нельзя – на работе с этим строго. Парень захлопнул холодильник. Поскольку дома заниматься нечем, Алек влез в кроссовки, накинул кожанку и выскочил из квартиры. Весна уже отвоевала свой пост у зимы, растапливая снег, превращая его в грязные лужи, поливая дождями свежую траву, побуждая птиц, что не так боялись людей, строить гнезда на деревьях повыше и, устроившись всей птичьей семьей там, петь веселые песенки. Алек свернул на пешеходную улочку – любимый и самый короткий путь до клуба. В воздухе летали ароматы свежевыпеченного хлеба, пряностей, жареных колбасок. Музыканты, художники и прочие уличные мастера еще только подтягивались на свои излюбленные места, расставляли мольберты, динамики, микрофоны и прочую аппаратуру. Александр любил наблюдать за пробуждением города. Когда почти нет машин, а люди, словно медведи из берлоги после зимней спячки, вылезают из домов, лениво шагая на работу. Когда таблички «Закрыто» меняются на «Открыто», а бабушки из цветочных ларьков и сувенирных лавок попивают чай, перед тем, как начать зазывать покупателей, рассказывать о скидках и эксклюзивных товарах, всеми силами стараясь привлечь вечно куда-то спешащую молодежь. - Здравствуй, Алек, - вежливо поздоровалась средних лет женщина, стоящая за прилавком вагончика с вывеской, предлагающей всем желающим глоток бодрящего кофе или охлаждающего кваса. - Привет, Мария. – Парень остановился возле вагончика, наблюдая за ловкими руками женщины, заваривающими капучино с кокосовым сиропом – постоянный заказ Алека. - Ты сегодня раньше обычного, - подметила Мария, протягивая парню стакан непроливашку, и забирая из второй его ладони плату за кофе. - Не спится, - оба широко улыбнулись, зная об его недосыпе. Мария решила не приставать с расспросами. Она раскрыла зонтик над вагончиком, дабы солнце не так слепило. Алек крутил в руках стаканчик, думая о скорой встрече с сестрой. - Волнуешься? Алек взглянул на Марию: та заботливо, по-матерински, смотрела на него, словно на маленького ребенка, волнующегося перед сдачей стиха учителю. - Немного. Последнее время у меня с семьей были не самые хорошие отношения. - Ты говорил, что не общаешься с ними. - Да-да. – Алек сделал глоток кофе. – Моя сестра хочет увидеться со мной. Там, кажется, что-то важное. Мария понимающе кивнула. - Все будет хорошо. К вагончику стали подтягиваться первые покупатели - «ранние пташки». Мария занялась своими делами, приветливо улыбаясь каждому прохожему. Алек сидел неподалеку на скамейке, разглядывая проходящих мимо людей, попивая вкусный кофе. До клуба рукой подать, а времени – вагон. - Я не могу так работать! Нет! Это невыносимо! Ты невыносимый! Около вагончика остановился парень, который выглядел очень необычно. Это сразу же привлекло внимание, отогнав грустные мысли. Алек тщательно изучил его внешность: черные, зачесанные наверх волосы с крашенными в розовый прядями, яркий пиджак, сшитый, казалось, из одних только блесток, джинсы с искусным рисунком и обувь на платформе, а огромные солнечные очки закрывали половину лица, – он будто только сошел с обложки модного журнала. - Не ори на меня! В жизни я не надену ничего подобного! У меня выходной, слышишь? – парень скорчил рожицу, слушая возмущенные выкрики по ту сторону. – Да, ты не ослышался. Я не надену нечто безвкусное. Твоя коллекция – отстой. Ты – отстой. Зачем пошел в дизайнеры, не имея вкуса? Мария и Алек переглянулись, улыбнувшись, развеселенные поведением дивы. Парень сбросил вызов. Было видно, что он был готов разбить свой сенсорный телефон об асфальт. - Дайте мне чего-нибудь покрепче, - обратился парень к Марии, немного успокоившись. - Алкоголь не продаем. - Шестой ларек подряд! Куда я попал? – всплеснул руками парень, презрительно фыркая. – Дайте мне хотя бы пива дешевого. Уже все равно. - Лицам до восемнадцати алкоголь не продаем. - Бабулька, да ты издеваешься, право слово. – Парень театрально схватился за голову. – Как болит моя голова…Просто дай выпить, старуха! – гаркнул он. Внешность и поведение парня притягивали и отталкивали одновременно. Во всем этом дерзком поведении, ярком прикиде было что-то завораживающее. Но оскорбить Марию – последняя капля. - Выбирай выражения, - Алек подошел к парню, перекрыв ему доступ к жгучему солнцу – Александр был на голову выше этого парня. - Твоя старая подружка считает, что мне нет восемнадцати! Я понимаю, с возрастом зрение ухудшается, но для таких случаев есть очки! Скажи своей престарелой даме, - уже тише продолжил парень, приблизившись к Алеку. - Чтобы нашла мне алкоголь. Любой. От парнишки действительно несло перегаром за версту, что объясняло его потребность в алкоголе. Александр и сам нередко попадал в похожие ситуации и сейчас безмерно сочувствовал парню, желающему опохмелиться. - Моя голова, - вновь пробормотал он, хватаясь за лоб. Алек подошел к вагончику. Он прекрасно знал о нескольких бутылках пива, что лежали левее мороженного в морозильном блоке. Парень осторожно выудил одну. - Алек, что ты делаешь? – возмутилась Мария, косо поглядывая на капризного мальчишку, стоящего в стороне. - Только не говори мне, что тебе незнакомо похмелье. – Алек бросил деньги в кассу и подошел к «блестящему» парню. - За счет заведения. Тот посмотрел на бутылку, как странник, заблудившийся в пустыне, на кувшин с водой. Парень присосался к горлышку. Лишь осушив половину, наконец, отцепился от бутылки. Он с удивлением посмотрел на Алека, который выжидающе глядел на него. Ждал чего? Например, благодарности. Но, увы, этот термин был незнаком избалованному парню. Поэтому, бросив «молодец», сам он, кажется, был удовлетворен. Исчез он также внезапно, как и появился. Алек нашел, что пора бы идти, поскольку до его смены оставались считанные минуты. А на работе с опозданиями строго. И вновь Лайтвуда захватила эта рутина: алкоголь, бокалы, громкая музыка, веселые пьяные рожи. Нет, Алек не был доволен своей жизнью. Тем, где он живет, где работает. Но со временем ко всему привыкаешь – так Александр привык ко всему этому и даже не пытался что-то изменить. Но тут в его размеренную жизнь ураганом ворвалась Иззи. Близился вечер. Посетителей становилось все больше и больше. Алек, привыкший с громкой музыке, различал названия напитков даже в самой пьяной бессвязной речи. Когда открылась входная дверь в клуб, Александр инстинктивно смотрел в ту сторону, выискивая Изабель. - Бармен, - донеслось откуда-то слева. Алек моментально отреагировал. На крутящейся табуретке сидела Иззи, одетая в прекрасный, но уж слишком откровенный наряд. Похоже, за родительскими спинами, она продолжала жить, как хочет. - Ой, Алек. – С неподдельным удивлением пробормотала девушка. Александр попросил кого-то из смены подменить его и подошел к сестре. Иззи бросилась к нему на шею, несколько раз упомянув, что рада его видеть. - Итак, причина твоего звонка? - Ах, да. – Лицо сестры помрачнело. – Понимаешь ли… - Иззи нахмурилась. – Мы можем выйти туда, где потише? Алек кивнул и, взяв Иззи за руку, повел за собой. С окон широко балкона открывался прекрасный вид на темные статуи многоэтажек со светящимися огоньками-окнами, на реку, освещенную буквально сотнями фонарей, силуэты деревьев, и пешеходную улицу, полную артистов, по которой Алек любил гулять. - Несколько дней назад родители приняли окончательное решение…Они… - Иззи смотрела в пол, не в силах видеть глаза брата. – Они вычеркнули тебя из завещания. И завтра тебе привезут все твои оставшиеся вещи. Ты больше не житель особняка Лайтвудов. Каждое слово сестры ударяло по ушам. Парень облокотился на перила. Александр знал, что с родителями отношения накалились, но он никогда не думал, что это может так закончиться. Иззи продолжала говорить, но брат больше не слушал ее – он глубоко дышал, глядя в темноту, стараясь скрыть эмоции. Изабель вернулась в зал. Она понимала, что Алеку нужно побыть одному. Как только сестра ушла, Александр дал волю слезам. Это был удар ниже пояса. Именно тогда, когда нужна родительская поддержка, когда денег едва хватает на плату за комнату, когда нечем платить за колледж и чертовски не хватает сна, и он уже выбился из сил. Алек почувствовал чье-то присутствие рядом. В полу шаге от него стоял парень с двумя стаканами в руках, одетый в рваные джинсы и яркую рубашку. - Кажется, настало мое время помочь. – Парень протянул один стакан Алеку. Тот выпрямился и глубоко вздохнул, дабы не показывать незнакомцу своих слез. - Спасибо, - пробормотал Алек. - В слезах нет ничего постыдного, знаешь, - мягко проговорил парень. Александр внимательно осмотрел собеседника: яркий макияж, кошачий хитрый взгляд – Алек узнал того парня с похмельем. Разве что сейчас от него совсем не пахло, каждое движение было плавным, осторожным. - Магнус Бейн. – Представился парень. - Алек…Лайтвуд…Александр…Алек… - парень растерялся на секунду, растворившись в кошачьих глазах. Магнусу почему-то хотелось доверять, хотелось рассказать все-все, что происходило в душе и остаться спокойным, что это останется между ними. - Приятно познакомиться, Александр, - промурлыкал Магнус. По спине Алека пробежали мурашки – так тщательно проговаривал каждую букву его имени. - Весь мир послал меня на три буквы, - неожиданно выпалил Алек, делая глоток напитка. Градус ударил в голову. Прямо по здравомыслию. - Но я же здесь. С тобой. – Магнус, подобно пантере, передвигался тихо и незаметно. - Ты не обязан слушать меня. - Вообще-то, за ту спасительную бутылку, я более, чем обязан. – Магнус стоял совсем близко. Алек чувствовал его дыхание на своей шее. Александр сделал ещё глоток напитка, наивно полагая, что это приведет мысли в порядок и даст немного расслабиться. Не сработало. От случайных прикосновений, да даже взглядов Магнуса тело словно прошибало током, а мысли в страхе разбегались, не позволяя парню хорошо формулировать предложения. Но, десять стаканов спустя, Алек всё же смог расслабиться. Вдвоём с Магнусом они провели четыре часа на крыше, куда забрались «подальше от музыки и посторонних глаз». Они сидели на краю крыши. - Ты потрясающий, Александр, - промурлыкал Бейн, переводя взгляд с ночного неба на парня. Тот хмыкнул и с недоверием взглянул на Магнуса. - И в чем же это проявляется? - В твоей уверенности, силе воли, в умении идти против системы… Неважно, что говорил Магнус, от бархатистого тона его голоса по спине Алека бегали мурашки. Ощущение было приятным и несколько незнакомым, что не давало парню сосредоточиться на его словах. С другого конца крыши послышалось неразборчивое и крайне немузыкальное выкрикивание слов какой-то популярной песни; мужчина, явно навеселе, бродил по крыше, считая, видимо, что это караоке бар. Парни переглянулись. Магнус состроил мордашку отвращения. -Может, найдём место получше? Так сказать, сменим позицию. Александр застенчиво улыбнулся. - Куда, например? - Ко мне домой. Магнус даже несколько опешил, получив в ответ короткое «Давай». Не то, чтобы Бейну часто отказывали, как раз наоборот. Просто Александр…Александр другой. Не такой, как остальные. Оказавшись в хоромах Бейна, Алек остолбенел. Войдя в прихожую, он уже чувствовал себя самой дешевой вещью. Магнус лукаво улыбнулся, наблюдая, как Александр аккуратно снял кроссовки и поставил их у самого порога, дабы не запачкать паркет. Бейн же, в типичной манере хозяина, небрежно снял туфли, отбросил в сторону куртку и прошагал вглубь дома, увлекая за собой Алека, едва успевшего осторожно повесить кожанку. Магнус быстро соорудил два мохито, которые они теперь с удовольствием потягивали, сидя на диване огромных размеров. - Итак, Александр, - прервал тишину Магнус. – Чем ты занимаешься помимо работы в клубе? – Это был первый серьезный вопрос, поскольку на крыше парни просто валяли дурака. Алек сделал удивленное лицо аля «Откуда ты знаешь?», ведь он прекрасно помнил, что и словом не обмолвился о этом на крыше. - Бейджик, - мурлыкнул Магнус, ловя на себе вопросительные взгляды. - Ах, да, - Александр бросил быстрый взгляд на пластиковую карточку «Александр Гидеон Лайтвуд. Клуб Пандемониум». – Я учусь в колледже, но, кажется, это ненадолго. Алек понимал, что сейчас может вновь начаться унылый разговор о его проблемах. Магнус будет терпеливо выслушивать все его нытье, но парню не хотелось выглядеть жалким. - Не будем об этом. – Проговорил Алек, прервав Магнуса на полуслове. Бейн понимающе кивнул, поставил бокал с недопитым напитком на кофейный столик и лег на диван. Рубашка задралась, оголив плоский живот с маленькой татуировкой-драконом на левой стороне, что сразу привлекло взгляд Алека. Не в состоянии контролировать себя, парень лег рядом, положив большую ладонь на живот Магнусу, и медленно запуская ее выше под рубашку, от чего Бейн вздрогнул. Александр глядел в кошачьи глаза Магнуса, окончательно утопая в них. Секунда, и их губы слились в поцелуе. Осторожно, словно боясь навредить, они раздевали друг друга, не разрывая поцелуй. Магнус привык к более дерзкому обращению, но требовать такого от Алека он посчитал бессмысленным. Тот, кажется, был еще совсем неопытным. Взяв инициативу в свои руки, Магнус одним ловким движением оказался сверху, изучая ладонями мускулистое тело Алека. Непроизвольно Бейн даже охнул. Оказывается, маленький дракон и в сравнение не шел с телом Александра, покрытым татуировками в виде рун. Алек вновь притянул парня к себе для поцелуя. Парень разорвал поцелуй лишь из-за стона, что вырвался, когда шаловливая рука Бейна обхватила его член и начала ритмично двигаться. Магнус ловко сменил руку ртом, полностью заглотив плоть Алека. Бейн сосал член парня, тщательно облизывая головку. Александр стонал все громче, провоцируя этим Магнуса к ускорению. Алек был готов кончить, но Блейн вынул член изо рта. Раздался недовольный вздох. Магнус хитро улыбнулся. Бейн за доли секунды выудил из полки смазку с ароматом персика и упаковку ребристых презервативов. «Знает, как порадовать себя» подумал Алек. Одев один на каменный стояк Александра, парень прильнул к губам Алека, жадно целуя его, медленно насаживаясь на член Алека. Магнус активно задвигался, Александр положил ладони ему на попу, задавая правильный темп. Почувствовав в воздухе запах персика, Алек рассмеялся, что разорвало поцелуй. Маг ухмыльнулся, глядя на этого дурака. Оба кончили одновременно. Бейн обессилено упал на разгоряченное тело Алека, осторожно целуя его распухшие от глубоких поцелуев губы. - В душ? – муркнул Бейн. Алек лишь кивнул в ответ. Парень чувствовал, как по телу разливались волны удовольствия. Парни целовались в ванной, подставляя тела под горячие струи воды. Магнус вылил немного шампуня на руку и, дабы дотянуться до головы Алека, встал на носочки. Оба весело смеялись. Александр обхватил Магнуса за талию, чтобы тот ненароком не упал. Когда Бейн закончил, Алек повторил его действия и теперь он намыливал шевелюру Магнуса. Тот, обхватив пенными от шампуня руками Алека за шею, вновь поцеловал его. Пока вода смывала пену с парней, они успели хорошенько распробовать вкус шампуня с «тропическими фруктами». Магнус ненадолго отстранился, глядя в глаза Александру, а позже приник к его шее, оставляя лиловый засос. Алек лишь охнул, когда Бейн до крови прикусил тонкую кожу. - Ты потрясающий, - Магнус, лежа на левом плече Алека, постукивал кончиками пальцев по татуированной груди парня. - Я люблю тебя , - выпалил Алек, чего сам не ожидал от себя услышать и тут же осекся. Бейн на секунду застыл, словно до конца осознавая смысл сказанного. Он поднялся на локтях и заглянул Алеку в глаза. - Не позволяй алкоголю в крови говорить за себя. Такими словами не разбрасываются, знаешь. – Сердито проговорил Магнус несколько приказным тоном, в коем слышались нотки «задело за живое». Александр виновато отвел взгляд. Ну, не будет же он извиняться за порыв чувств. Просто Александр никогда не испытывал ничего подобного раньше. Тепло и радость внутри. Алек отдал бы все на свете, чтобы этот день никогда не кончался, и парни бы так и лежали в обнимку, чувствуя сердцебиение друг друга. - Все нормально, я понимаю, малыш. – поспешил успокоить его Бейн, нежно целуя в уголок рта. Было забавно слышать от Магнуса «Малыш», но Алек счел момент не подходящим для шуток. Маг вернулся на плечо Александра, тот, в свою очередь, крепче прижал его к себе. Бейн издал звук похожий на кошачье мурчание, укутывая их обоих одеялком. - Магнус, слушай, я… - Магнус приложил указательный палец к губам Алека. - Тш-ш-ш. Александр поцеловал палец и лизнул его, заставляя этим Бейна улыбнуться. Магнус положил руку на торс Алека. Оба погрузились в глубокий сон.