Пленённые предубеждения

Отодвинув в сторону тарелку с переваренными спагетти, превратившимися в несъедобную, клейкую массу, Фрэнсис откинулся на спинку стула и посмотрел на брата, мечтательно вертящего в руках салатный лист: - Как твоя дипломная работа? - Всё готово, осталось распечатать и сдать в деканат. Ещё немного, и работающих в нашей семье станет больше, а значит, наши доходы повысятся, и мы сможем в следующем году позволить себе отдых на Островах. - Острова - это замечательно! - Банни пододвинул к старшему стопку счетов, а к младшему заварочный чайничек. - Покроемся ровным загаром и попробуем экзотические фрукты. - Они опять подняли налог на нежилую недвижимость, - Фрэнсис с досадой махнул листом бумаги. - Пап, я ничего не хочу сказать, но поместье обходится нам в приличную сумму. Я понимаю, это единственное, что нам досталось от деда, и всё же… - Это ваше наследство. Я верю, что рано или поздно кто-нибудь из вас получит в мужья богатого альфу, – Банни поджал губы и с долей суровости взглянул на сыновей, тут же расплываясь в улыбке. - Вы у меня такие красавчики! Теодор замотал головой: - Только по любви, папа. Как вы с отцом. Банни сцепил пальцы замком и, чуть наклонив белокурую голову с нитками седины на висках, посмотрел на сыновей, намереваясь исполнить родительский долг: - Я знаю, что мы для вас пример. Но я совершенно не хочу, чтобы вы жили так, как мы с вашим отцом первые годы. Мы снимали комнатушку над забегаловкой, где продавали жареную рыбу с картошкой, и я до сих пор иногда вспоминаю этот запах. Он въедался насмерть в одежду и волосы. Я хочу, чтобы вам не пришлось выбирать между новыми ботинками для себя и пальтишками для сыновей, потому что вы всегда сделаете выбор в пользу своих детей, как мы. Первые десять лет были очень тяжёлыми, я не жалею и не жалуюсь, я просто хочу знать, что вы живёте в достатке. Хотя… - Банни разломил суховатое овсяное печенье и стряхнул крошки со стола на пол, - любовь всё-таки важнее. Ваш отец подарил мне счастье и двоих прекрасных сыновей, а чего ещё может желать омега? - Пап, ты ни разу не жалел о том, что тебе пришлось бросить привычную жизнь и уйти в никуда? - Тео придвинул к себе журнал по моделированию и почему-то покраснел. - Ни разу. А теперь допивайте чай и не огорчайте папу. Теодор, ты очень красив и без труда очаруешь любого, а ты, Фрэнни, умён не по годам и рассудителен, поэтому любой альфа сочтёт за честь, если ты примешь его предложение. Глядя на стопку счетов, Фрэнсис тоскливо подумал о том, что выписанной Персивалем Джейкобсом премии как раз хватит на их оплату, и даже ещё можно будет немного отложить. При воспоминании о пережитом унижении у омеги снова покраснели уши, а к щекам прилила краска стыда. Никогда в жизни омега не считал своего папу способным на продажу сыновей. Любое действие Банни было направлено на благо детей, и если под благом он понимал деньги, от которых сам отказался, выйдя за простого работягу, то разве плохо, что он не желает детям прозябания в условиях выживания? Конечно, сейчас у самого Фрэнсиса хорошая зарплата, да и Тео скоро выйдет на работу. Но если продать поместье, то вырученной суммы папе хватит на многие годы, конечно, при условии разумного использования. Садясь в машину, Теодор прижал стопку журналов к груди и счастливо вздохнул: - Завтра мы с Роем идём в кино. Кстати, он пригласил меня на свой день рождения. Фрэнсис окинул брата внимательным взглядом, надеясь, что его подозрения не обоснованы: - Вы ведь просто друзья? Тео спрятал лицо среди страниц журнала и съехал вниз по сиденью: - Он просто замечательный! И мне с ним очень интересно! Рядом с ним я совершенно счастлив! И мне кажется… кажется… кажется, я в него влюбился. И он меня любит! Вот. Облегченно выдохнув, омега вынырнул обратно и посмотрел на брата сияющими глазами. - Он бета, Тео. А ты ведь знаешь, что детей у вас никогда не будет. - Мы можем усыновить. Фрэн, ты не одобряешь? Только потому что он бета? Омега растерянно покачал головой. Зная Теодора, он был уверен, что если тот влюбится, то это будет раз и навсегда именно потому, что младший был слишком похож характером на своего папу. - Тео, это не потому, что он бета. Просто его семья вряд ли хорошо воспримет эти отношения. - Фрэн, пожалуйста, мне важно знать, что ты не против. Я даже нашему папе пока не говорил, только тебе. - Я просто хочу, чтобы ты…- омега осекся, понимая, что не может рассказать брату про слова Персиваля Джейкобса. - Не хочу, чтобы тебе было больно, если его семья будет против. - Почему они могут быть против? Я не охотник за деньгами, внешность у меня привлекательная, и диплом почти в кармане. И, кстати, закинь меня к магазину «Плавучая флотилия», мне надо выбрать подарок Рою, я откладывал из своих карманных, настало время их потратить и купить его мечту, «Орландский буревестник», двадцать тысяч деталей! Высаживая брата у магазина, Фрэнсис был уверен, что его брат заслуживает счастья, даже если это счастье будет приправлено присутствием Персиваля Джейкобса, который сразу после приёма уехал на курорт, готовясь к открытию нового комплекса. Омега заставлял себя не думать об услышанном в тот вечер, но память снова и снова с готовностью подкидывала ранящие сердце и гордость слова, сказанные высокомерным и пренебрежительным тоном. На следующий день служебный корпус был охвачен непонятной суматохой, и Фрэнсис перехватил секретаря у кофейного автомата: - Билли, что происходит? - Говорят, сам мистер Джейкобс приедет сюда и предпримет ряд важных решений. По слухам, он чем-то явно недоволен, и проверка не за горами, а с нею и увольнения. По лопаткам снова пробежал неприятный холодок, когда омега смял бумажный стаканчик, прежде чем постучаться в кабинет управляющего: - Рой, чего нам ждать? - Не знаю, - бета отложил бархотку, которой полировал шпангоут очередной модели. - Я понятия не имею, почему он решил сюда вернуться, когда до открытия курорта всего пара недель и надо успеть кучу всего. Джой тоже приезжает из пансионата, вся семья будет в сборе, и я хочу представить им Теодора как свою пару. - Рой, я просто хочу знать. Если твоя семья будет против ваших отношений… - Папа не против, Джой будет только рад, а Персивалю, думаю, всё равно с кем я встречаюсь и на ком хочу жениться. К тому же, когда он узнает Тео получше, то поймёт, почему я сделал такой выбор. Фрэнсис не считал себя вправе разрушать надежды беты, но первым делом после приезда в «Домино» Персиваль Джейкобс потребовал отчёты от отдела аренды и одарил омегу неприязненным взглядом, не сулящим ничего хорошего. Теодору и Рою предстояло побороться за свой выбор, это стало понятно к тому моменту, когда на общем собрании бета был снят с должности управляющего и отправлен в командировку на другой конец материка за считанные дни. Утешая рыдающего в кабинете беты Теодора, омега чувствовал аромат барбариса, пропитавший обивку мебели и тяжёлые шторы: - Это всего на… на сколько, Рой? - Не знаю. Но мы ведь будем общаться по скайпу. Каждый день. А потом, когда ты получишь диплом, то сможешь прилететь ко мне. - Мы даже день рождения не успеем отпраздновать, – Тео с тоской посмотрел на любимого и вытер слёзы. - А я такой замечательный подарок тебе купил. - Упакуешь, и он отправится вместе с Роем. Откроет в день рождения, после твоего поздравления, - Фрэнсис похлопал брата по спине. - Ладно, не буду вам мешать. Самолёт рано утром, я отвезу тебя в аэропорт, чтобы вы могли попрощаться, поэтому переночуешь у меня. Жду внизу, на стоянке. Сидя в машине, омега задумчиво побарабанил пальцами по рулю. У него ведь нет оснований подозревать Персиваля в том, что он подстроил эту командировку нарочно? Ранним утром в аэропорту было немноголюдно, и едва зайдя в здание, Фрэнсис ещё издалека увидел Роя и Джейкобса, стоящих у светящегося табло с расписанием рейсов. Омега был уверен, что от альфы веет презрением на пару метров, а при виде братьев он дёрнул бровью, явно не ожидая их появления. Коротко поклонившись, Тео отвёл бету к креслам и вручил огромный свёрток с подарком, что-то шепча в самое ухо, а Фрэнсис отвернулся, чтобы не сталкиваться взглядом с альфой, с неодобрением следящим за влюблёнными. - С сегодняшнего дня вы поступаете в моё полное распоряжение, лэрд Эдгартон. - С девяти до восемнадцати, с перерывом в полчаса на обед, - Фрэнсис решил не оборачиваться, слыша явную насмешку в чужом голосе. - Переработка оплачивается по двойному тарифу, насколько я помню зарплатные ведомости. - И премиальные за отлично проделанную работу не реже раза в квартал. - Я вас не обижу деньгами, лэрд Эдгартон. - Тогда я буду прилежно трудиться, мистер Джейкобс. - Персиваль. Просто Персиваль. До тех пор, пока я не назначу нового управляющего, нам придётся довольно тесно сотрудничать, а потом посмотрим. Мне понравилось, как ты ведёшь отчёты, и твои организаторские способности. Думаю, такой хороший работник не должен прозябать в отделе аренды. Фрэнсис обернулся, чтобы всё-таки посмотреть в карие глаза и тихо выдохнуть, скрывая своё презрение к снобу: - Мне нравится моя работа, Персиваль. Альфа снова усмехнулся, кивнув в сторону идущей к ним парочки: - Эта работа позволила тебе пристроить своего брата. Но не обольщайся раньше времени. Твой брат омега, а Рой – бета. Омега пожал плечами, не желая вступать в бессмысленный спор и как-то оправдывать чувства брата. Время всё расставит по своим местам, и если этим двоим суждено быть вместе, то так тому и быть. Фрэнсис считал себя вполне благоразумным омегой, воспитанным и помнящим о правилах приличия, но глядя на презрение, отчётливо читавшееся на лице альфы, смотрящего на заплаканного Теодора, он понял, что обладает ещё и железной выдержкой, которая понадобится ему на то время, что придётся работать под руководством высокомерного Персиваля Джейкобса, с предубеждением относящегося ко всем, кто жил на одну зарплату и не имел кругленького счёта в банке, но обладал титулом и принадлежал к аристократическим кругам.