Когда от тебя уходят

***

Кларк сладко стонет в губы брюнетки, когда та впечатывает её в стену и прижимается к ней всем телом, блуждая руками по бёдрам сквозь плотную ткань джинс, в то время пока блондинка путается своими пальцами в её шелковых волнистых волосах и притягивает Лексу за шею к себе, углубляя поцелуй, превращая его в пошлый и влажный… Лекса тихо стонет, когда Гриффин в порыве страсти кусает её и без того пухлые губы и тут же отрывается и виновато шепчет в них, обжигая своим горячим дыханием: — Прости-прости… — Кларк… — Лекса притягивает блондинку за подбородок и заглядывает в голубые глаза, покрытые дымкой страсти своими потемневшими зелёными. — Всё нормально. — Нет, это как раз ненормально… Ты, Костия, я… Какой-то гребаный треугольник. — Кларк убирает руки брюнетки и отстраняется, опуская взгляд в пол, под пристальным взглядом зеленых глаз. — Послушай, — Лекса делает пару шагов навстречу, останавливаясь в пару сантиметров от Гриффин. — сейчас есть только мы… Я не знаю, чем это закончится завтра, но я пришла сюда потому, что хочу этого… Мне нужна ты, Кларк… Кларк прерывисто выдыхает, полностью сокращая оставшееся расстояние между ними, она крепко вжимается в напряженное тело брюнетки и быстрыми поцелуями покрывает её точённый подбородок, скулы, уголки губ и сами губы, полностью отдаваясь в их власть… — Октавия меня убьет… — Смеётся Кларк, прервав поцелуй, когда они что-то разбивают по пути в спальню. Лекса улыбается, прежде чем опять захватить тонкие губы блондинки в очередной головокружительный поцелуй. Она толкает Кларк на мягкую круглую кровать и нависает над ней сверху, нагло забираясь руками под уже растянутую и задранную на грудь майку, поглаживая горячими, слегка вспотевшими ладонями нежный животик, едва задевая подушечками пальцев кружевные края полупрозрачного лифчика… Мысли о том, что Кос и Кларк делали на этой кровати, яркими вспышками отражаются в подсознании девушки, она болезненно морщится и агрессивнее впивается в губы блондинки, терзая их зубами, оттягивая и прикусывая, но на Гриффин это действует возбуждающе… Она резкими движениями забирается под футболку Лексы и сильно сжимает ладонями грудь… Брюнетка рычит ей в губы и сбрасывает руки Кларк с себя, затем хватает её с силой за запястья и заводит их над головой, оставляя синие отметины на молочной коже… Кларк в порыве страсти подаётся бедрами вперед, на что Лекса, не церемонясь, расстёгивает ширинку её джинс и, отодвинув влажную ткань трусиков, грубо проникает в неё. Никакой нежности… Брюнетка двигается резко и интенсивно, где-то даже причиняя боль, затыкая стоны Кларк своими губами в болезненном поцелуе. Вспышки становятся чаще, вызывая в девушке злость, агрессию, она грубо посасывает и кусает нежную кожу на шее, оставляя багровые отметины… Кларк задыхается от резких толчков внутри себя, эта грубость пугает и в то же время доставляет сильнейшее удовольствие… Она забывает о том, что минуту назад хотела всё прекратить, ссылаясь на то, что она не игрушка, которую можно просто отыметь, чтобы заглушить боль внутри себя, которую Костия причинила Лексе… Она забывает и подаётся бедрами вперед на встречу пальцам брюнетки, позволяя ей так обращаться с собой, позволяя ей просто грубо трахать себя… — Лекса… — Выдыхает блондинка извиваясь под девушкой от сильнейшего оргазма, призывая брюнетку остановится, но она продолжает также интенсивно двигаться в ней, покусывая зубами нежную кожу груди и лаская языком затвердевшие соски. Кларк вновь ощущает нахлынувшую волну возбуждения, которая вязкой влагой размазалась у неё между ног… И спустя пару минут она вновь с громким стоном кончает, вжимаясь в разгоряченное тело брюнетки и, наконец, ощущает долгожданную нежность, в виде легкого поцелуя в уголок своих приоткрытых покусанных губ… Лекса, наконец, отпускает руки Кларк и она тянется к ширинке джинс брюнетки, но та останавливает её, забирая их в свои влажные горячие ладони… От этого жеста Гриффин горько, но она молчит, зарывается носиком во влажные шелковые волосы Лексы и оставляет лёгкий поцелуй на её шее. Они так и пролежали молча, пока не провалились в сон… Кларк знает, что будет утром, но упорно отказывается в это верить, пока не проводит рукой по пустующей противоположной половине кровати. Она горько усмехается и полностью открывает глаза. Лекса ушла…