Сборник имейджинов

банкес — звезды сквозь потолок я вижу наш конечный итог, но это ничего не изменит

       AU, в котором Дамблдор — преподаватель в обычном университете в настоящем времени. Часть I.              Профессор Дамблдор был первым нормальным преподавателем истории за все три года учебы. Он не заставлял сдавать зачёт по его собственным книгам, не ходил на пары в бронежилете, опасаясь внезапной террористической атаки и не валил всех абсурдными вопросами во время ПМС. Он просто был самим собой, и поэтому вашей группе было жаль расставаться с ним, очень жаль. Дамблдор успокаивал вас, рекомендуя своего бывшего протеже мистера Скамандера, как адекватного человека, смеялся на предложения о прощальном банкете на последней паре, но вы не удержались.       Вот он входит в ауиторию, как всегда, запоздав на пару минут, бросает портфель рядом с доской и собирается уже извиниться за то, что припоздал… Вы все улыбаетесь, стоя перед ним и выкрикивая «Сюрприз!» Стивенсон, которому профессор щедро подарил тройку, не дав вылететь парню, «поразительно хорошо знающего биологию», держит на вытянутых руках большой торт, Сара Геллер, очень долго бившаяся за пятерку, мило улыбается, прижимая к себе коробку конфет. — И… что это значит? — профессор Дамблдор улыбается, обращаясь, наверное, в первую очередь к тебе — старосте, как знает только этот профессор, по жребию.       Вы встречаетесь глазами, и твоя грустноватая улыбка становится широкой, искрящейся от хитрой веселости. — Мы не удержались, — невинно усмехаешься ты, и хитрые лисьи улыбки одногруппников поддерживают твои слова. — Вы наш лучший профессор по истории. Мы не могли отпустить вас к другим без всего этого.       Мужчина широко улыбается, посмеиваясь. Вы кажетесь ему редкими чудиками, которые слишком хорошо относятся к нему, когда он заслуживает лишь половину этого отношения. Дамблдор пробегается глазами по всем вашим лицам, вспоминая, как валил вас на первых парах, и вздыхает, беззаботно улыбаясь. — Вы самые странные люди на моём опыте, — качает головой мужчина и, огибая деревянную стойку перед доской, спускается к вам. — Учтите, если миссис Паркс нас застанет, я свалю всё на вас, — смеется он.       Вы лишь одобрительно гудите, радуясь тому что профессор Дамблдор не надавил на вас силой своего авторитета, а напротив, позволил устроить маленький праздник для вас и для него.

***

— Знаете, мы готовы верить вашим словам насчет профессора Скамандера, — сознаешься ты, шагая рядом с Альбусом.       Вам всегда было по пути от института до твоего общежития, которое Дамблдор проходил и через пару футов оказывался у своего дома. Однажды вы разговорились, шагая в одну и ту же сторону, и с тех пор, не сговариваясь, мужчина каждый раз провожает до общежития тебя и только тебя. Ни Минди, которая по вторникам разрушает вашу идиллию, вклиниваясь в разговоры, ни Майкла, который сталкивается с вами по четвергам, с большой охотой рассказывая по дороге о тренировке футбольной команды, которая совсем никого не интересует. — Вы хорошо разбираетесь в людях, — одобрительно бросаешь ты, улыбаясь. — Вы так считаете, мисс Т/Ф? — улыбается Альбус тебе в ответ и торопливо обгоняет тебя, возникая впереди и заставляя остановиться в пятнадцати футах от здания общежития. — Мисс Т/Ф, — мягко произносит мужчина, улыбаясь уголками губ, — у… вас есть планы на завтрашний вечер?       Ты потеряно таращишь на мужчину глаза, не зная, как воспринимать эти слова, и медленно растягиваешь губы в идиотской улыбке, краснея. — Не думаю, что найду себе на вечер какое-нибудь стоящее занятие, — лепечешь ты, чувствуя это чем-то не особо правильным и поэтому отводя взгляд. — В такой случае вы бы согласились поужинать со мной завтра?       Ты поджимаешь губы, совсем теряя самообладание и пытаясь скрыть румянец. Мужчина никогда не казался тебе настолько уверенным, никогда не казался тебе настолько «неправильным». Набравшись смелости, ты, увы, лишь медленно киваешь, по-прежнему не смотря мужчине в глаза. — Хорошо, — улыбается профессор, отступая от тебя и продолжая движение. — Хорошо, — вторишь ты. — Хорошо…