Старые друзья, мёртвая пара.

      Шерлок долго не мог решиться, открывать дверь или нет. Но вот он стоит перед Эмили. К сожалению не известно, какое у неё было состояние до появления Холмса в палате, но с его приходом её глаза загорелись радостными огоньками, а на бледной коже появился румянец.       Девушка лишь немного улыбнулась, но ничего не сказала, потому что было очень больно. Эмили смотрела на Шерлока, в глазах было что-то странное, как будто она очень хотела что-то рассказать, но не могла. На одной руке была капельница, другая лежала на животе. Ярко-рыжие волосы сильно выделялись на фоне её бледной кожи, так же, как и изумрудно-зеленые глаза.       Детектив видел, как больно девушке. Он подошёл поближе и сел на краешек её больничной койки. Холмс провёл рукой по холодной щеке Эмили.       — Я же сказал, что с тобой будет всё в порядке, — сыщик улыбнулся девушке и поцеловал её в губы, они были горячими.       Она ответила на поцелуй, но это было тоже достаточно трудно. Как же хочется рассказать все, о чем она догадалась.       — Эмили, я отъеду ненадолго, но я обязательно вернусь. Поправляйся! — Холмс вышел из больницы и отправился в ближайший цветочный магазин. Он купил нежно розовые пионы. У него был хороший вкус по части цветов, хоть он и никогда их не дарил женщинам.       — Это тебе, чтобы ты цвела намного лучше чем эти цветы, — мужчина забавно улыбнулся.       Так прошел целый месяц. Прошли и похороны родителей Шерлока и Эмили, девушка была в тяжёлом состоянии и не могла присутствовать на них, после чего ей стало ещё хуже.       При всём этом Мисс Эванс изрядно шла на поправку и настал месяц, когда она смогла снова вернуться на Бейкер-стрит.       Шерлока дома не было, но Миссис Хадсон была крайне рада возвращению Эмили, и сразу предложила ей чай.       — Извините, мне некогда. Нужно спешить на работу, — сказала девушка и быстро пошла наверх. Она переоделась, спустились вниз, снова извинилась перед Миссис Хадсон и спешно ушла, хотя не совсем на работу. Когда же приехала, то увидела Шерлока.       — Не ожидала тебя здесь увидеть, — произнесла Эмили. А были они на кладбище.       — Хмм. это почему же? — на детективе было одето чёрное пальто, как всегда с высоко поднятым воротником. По его выражению лица можно было сказать, что находиться в этом месте и что-либо говорить, было для него невыносимой ношей. — Я рад, что ты поправилась… — почувствовалась доля сомнения на сказанной фразе. — Всё хотел спросить тебя… это не очень подходящее место и всё же, кто это был, кто воткнул в тебя нож? Знаю, это не был Мориарти, — Холмс всмотрелся в спокойное лицо Эмили. Её волосы были слегка мокрые, одной рукой она держала тёмный зонт.       — Знаешь… мой ответ точно покажется тебе странным, но я думаю, что это Майкрофт, так как отчетливо видела тень и зонт, — девушка посмотрела за спину Шерлока, там где были могилы. Видеть имена своих родителей на надгробии — жутко.       Детектив удивлённо приподнял бровь.       — Хммм… ты точно уверена, что это был мой брат? — Шерлок знал, спрашивать дважды Эмили не приходится, девушка всегда говорила правду. Во всяком случае, ему хотелось так верить.       «Что плохого могла сделать Эми этому вечно лижущему чужие зады человеку?»       Холмсы хоть и были знакомы хорошо с Эвансами, но Эмили больше всего проводила с младшим сыном Мистера и Миссис Холмс.       Капли дождя закатывались за воротник пальто сыщика. Он ждал ответа и надеялся, что он будет отрицательным, хотя не был так в этом уверен. Голос девушки звучал вполне серьёзно.       — Уверенна, — она не отрывала взгляда от могилы родителей…       Детектив наморщил свой лоб. Эта новость ему не пришлась по вкусу. С чего бы Майкрофту убивать Эмили? Во всяком случае, зачем ему пытаться?       — Интересно… — Холмс начал прокручивать в голове все возможные варианты дальнейших действий. Он не заметил, как сказал это вслух. Шерлок взял обе руки девушки и взглянул в её лицо. В нём было столько боли, печали и отчаяния.       — Эми, всё будет хорошо. Тебе больше никто не причинит боли, — сыщик заключил Эмили в свои объятия, она утонула в его широко расстёгнутом пальто.       Девушка прикусила губу, чтобы не расплакаться и ответила на объятия Шерлока своими, не менее крепкими, уткнувшись лбом в плечо. Зонт теперь был и над Шерлоком, это выглядело крайне мило, однако это не столь важно, ведь Эми было сейчас не очень. Она старалась не разрыдаться, потому что из-за этого будут сильно болеть мышцы.       Так они стояли какое-то долгое время, но Холмс всё-таки разнял их теплые объятия. Детектив нежно погладил Эмили по щеке ладонью.       — Эми, ты же понимаешь, что это очень серьёзно? Я буду очень рад, если ты мне всё расскажешь по пути домом, — маленькая слеза прокатилась по острым скулам сыщика, девушка вытерла её своей чёрной перчаткой. — Я надеюсь, ты себя хорошо чувствуешь. Ты выглядишь очень бледной… — губа Шерлока немного дрожала, он не мог осознать, что недавно он чуть не потерял последнего любимого человека.       — Все хорошо, мышцы немного болят, — ответила девушка.       — Я точно помню, какая тень была в моём сне, и это был Майкрофт. Такую же тень я видела у выхода из комнаты, и точно видела зонт. Я уверена, — сказала Эмили, когда они пошли.       —Хмм, а ты точно уверена, что это не был сон? — Холмс чувствовал не внутреннюю или внешнею боль, а моральную. Он хотел всем сердцем верить в ее слова, но это звучало так не убедительно. Даже не странно, нет. Скептический разум детектива привык относиться ко всему поверхностно, особенно к таким вещам, как кошмары (сны), ведения и приходы высших сил на землю. Глубоко Шерлок рассматривал те случаи, которые на первый взгляд казались ясными…       «А тебе разве ясно, что это всего лишь кошмар? Как тогда нож попал ей в живот, а после оказался лежащим в руке?       А что если…       Когда люди решают покончить с собой, они выбирают достаточно примитивные пути к смерти. Мало кто захочет пырнуть себя ножом в живот. Она права, я в этом изрядно поучаствовал…»       — Я видела тень после того, как ощутила боль, — сказала девушка. Она рассматривала задумчивое выражение лица Шерлока с каким-то неистовым интересом, как будто что-то заметила. Но как только их глаза соединились, Шерлок понял — она говорила на полном серьёзе и точно не врала.       Холмс и Эмили были уже в своей квартире. Детектив попросил Миссис Хадсон сделать им чая, а сам принёс тазик с горячей водой для девушки. Пока они ехали, в городе разразился нехилый ливень и ноги Эми промокли до самых кончиков пальцев.       Девушка уже переоделась в лосины и толстовку, взяла с собой ноутбук для новых статей и преспокойно себе сидела ногами в тазике с горячей водой. На животе у неё был стягивающий бинт, чтобы шрам не расходился.       «Шерлок, будь добр, приедь в наш дом» — это сообщение поступило Шерлоку на телефон от Майкрофта.       Холмс младший очень хотел прояснить всю эту ситуацию, ибо план, который он так долго разрабатывал, был готов в исполнение в любую минуту. Осталась одна маленькая неясность и детектив собрался её решить.       Майкрофт редко называл дом родителей «нашим домом», он использовал в разговоре слова «дом родителей», «домик в Суссексе», «домишко из прошлого», или «из детства».       Шерлок натянул на себя свою тёмно-бордовую рубашку, как всегда не застёгивая последние две-три пуговицы, т.к. сыщик любил излагать свои мысли очень быстро и не любил, когда что-то было вокруг его горла.       — Эмили, мне надо отъехать на неопределённое количество времени, но я скоро буду. Ты, кстати, как себя чувствуешь теперь, лучше? — Холмс уже завязывал шарф и надевал пальто. — Нужен будет ещё чай, Миссис Хадсон внизу, даже если она долго не будет отзываться, она всё ровно зайдёт, — Шерлок мило улыбнулся и выскочил из квартиры, как мужики из бани на свежий мороз. Он даже не удосужился дослушать ответа девушки.       Не прошло и пары минут, а детектив уже сидел в такси и направлялся на назначенную встречу. Уж больно было велико его желание прояснить всё.       Как бы там ни было, но Шерлок Холмс наврал Эмили Эванс. Дорога в Суссекс достаточно долгая и добрался он только до родового поместья к 12 ночи.       — Что же так долго, брат? — как-то слишком приветливо донеслось из гостиной. Но голос был не Майкрофта…