Терпкий запах лилий

Чонгук почти не помнит, как вчера добрался до дома и лег спать. Все потому, что за день набегался так, что сил не осталось совсем, а глаза сами по себе закрывались. Гук помотался по всему городу, встретился с десятком человек, и хорошо, что к концу дня еще были силы на ногах стоять. Во сколько он вернулся, Чон тоже не помнит, но в полусонном состоянии, хорошо, что вообще доехал. Чонгук сидит на кухне за небольшим обеденным столиком, не спеша пьет свой утренний кофе и проверяет ленту в Твиттере. Солнце только встает, и первые лучи проникают в комнату, наполняя ее приятным мягким светом. Кот шныряет под столом, трется об ноги, ластится, а Чонгук только отпихивает его и опять уставляется в экран телефона. Ви разбудил Чонгука сегодня в шесть утра: улегся прямо на грудь, и то лапой ударит, то хвостом по лицу пройдется. Гук сам виноват, впрочем. Вчера в полудреме он, конечно же, забыл покормить кота. А теперь, когда и Ви сыт, и чашка бодрящего напитка выпита, Гук плетется в комнату, чтобы начать одеваться. Выходить уже через час, а на работу так не хочется. Вчера Гук выполнил работы на неделю вперед. Сегодня ехать в офис босса можно разве что за новой порцией претензий, которых Чонгук и так уже достаточно слышал. Чон лезет в шкаф за чистой рубашкой, выбирает темно-синюю, потому что синяк на ключице все еще виден, застегивает на все пуговицы и заправляет в брюки, которые он со вчерашнего вечера не снимал. Эта утренняя рутина так надоела, до тошноты просто. А сегодня это все бесит как никогда. Чонгук садится на кровать и потирает глаза. Так сильно хочется спать, даже кофе не спас. Было бы неплохо придумать что-нибудь, потому что ехать на работу сегодня ну вообще не вариант. Еще несколько часов сна Гуку просто необходимы. В голове назревает план по отлыниванию от работы под предлогом болезни. Неоригинально, но эффективно. Нужно только поубедительней сыграть. Телефон лежит на тумбочке рядом с кроватью, и Чонгук сверлит его взглядом с минуту, продумывает до мелочей что сказать и с какой интонацией, а после быстро находит в списке контактов номер начальника и пару раз кашляет для достижения нужного эффекта в голосе. Чонгук ждет пока тянутся долгие гудки, а господин Ли не берет трубку ни с первого, ни со второго раза. Гук начинает порядком нервничать, ведь если не возьмет, придется ехать, а настроя уже совсем никакого нет. Гук набирает в третий раз. Опять тянутся гудки. – Да, Чонгук, – слышится из трубки, и Чон даже немного вздрагивает. – Здравствуйте, господин Ли, – Гук кашляет, – Господин Ли, я заболел, кажется. Если я вам сегодня не слишком нужен, можно мне выходной? – Чонгук постарался добавить в голос побольше хрипотцы, и почаще шмыгать носом. И как ему самому показалось, звучало очень правдоподобно. Господин Ли недовольно шипит в трубку и сбрасывает вызов. Чонгук принимает это за согласие и с легкой улыбкой расстегивает пуговицы на рубашке и вешает ее обратно в шкаф. Брюки Гук также оставляет на вешалке и падает в кровать, укрываясь теплым одеялом и моментально погружаясь в сон. Чонгук просыпается в шесть вечера. За окном пасмурно, небо затянуто серыми тучами, а сильный ветер проникает в комнату сквозь открытое окно и раздувает висящую на окне тюль. Чонгук еле открывает глаза, щурится от света и сладко потягивается. Давно он так не отсыпался. И надо сказать, очень приятно проснуться не под противную трель будильника. В комнате довольно холодно, и Чонгук машинально ежится, укутывается получше в одеяло, поднимается на кровати, опираясь на спинку. Впереди недельный отпуск. После трех месяцев работы без выходных, неделя кажется раем. Чонгук заворачивается в одеяло и встает, чтобы закрыть окно. Ветер за окном усиливается, с неба падают первые капли дождя. Люди начинают суетиться, забегают под крыши, достают разноцветные зонты, а дети заливисто смеются и подставляют лицо под холодные капли. Гук заходит на кухню и ставит чайник на плиту. Как хорошо, что сегодня никуда не нужно идти. Можно греться в теплой кровати с чашкой горячего чая в руках, еще и под какой-нибудь хороший фильм. Пока нагревается вода, Чонгук плюхается на стул и получше укутывается. Так как впереди свободная неделя, нужно решить, как ее провести. Можно просто целыми днями валяться с ноутом на кровати и спать столько, сколько захочется. Можно походить в качалку, или махнуть к родителям на отдых. А можно неделю протусить в клубах с Намджуном, как вариант. Кстати, о клубах. Раз в ближайшее время работать Гук не будет, значит и узнает он, что Тэхен делал ночью на парковке и кто этот рыжий, не раньше, чем через семь дней. А узнать хочется уже сейчас. Чайник закипает и Чонгук поднимается, насыпает заварку в чашку, заливает водой. В голове всплывают несколько идей , что посмотреть. Гук останавливается на седьмом Форсаже и с огромной чашкой в руках и пакетом печенек подмышкой идет обратно в комнату. Одеяло падает где-то в коридоре, и сразу становится так холодно, что Гук быстро ставит чай на тумбочку и бежит за одеялом, чтобы укутаться опять. Гук удобно усаживается на кровать и ставит ноутбук на колени. Фильм загружается довольно быстро, и вот Чонгук уже уплетает печенье, запивая горячим чаем с бергамотом. По окну громко бьют капли дождя, слышится гром, а у Гука тепло и уютно, и кот пришел на кровать, свернулся в клубок и, кажется, уже спит. Спустя пятнадцать минут, чай уже выпит, пакет печенек опустел и валяется на тумбочке. Чонгук слегка поглаживает спящего кота и переводит взгляд с экрана на окно. За все пятнадцать минут фильма Гук еще ни разу не постарался вникнуть в смысл. Все время покоя не давали мысли о том, что до разоблачения таинственной личности этого рыжего и раскрытия причины их с Тэхеном нахождения у клуба той ночью, ждать еще хрен знает сколько. Гук вскакивает с кровати, оставляет ноутбук у подушки и открывает шкаф. Чонгук натягивает свои любимые джинсы, которые в последний раз надевал сто лет назад, пока не начал работать ежедневно и таскать только брюки с рубашками. Где-то на полках находит свою белую футболку, а на ноги надевает тимберленды, которые он успел поносить всего пару раз после того, как купил. В большой черный рюкзак летят самые необходимые вещи: кошелек, зонт, ключи от квартиры, наушники и телефон. Чонгук выходит из квартиры, а из комнаты доносятся диалоги из Форсажа. Дождь льет как из ведра, дворники быстро шныряют по лобовому стеклу, но еле справляются со своей работой. Сегодня отличный вечер для того, чтобы провести его дома, в теплоте, но, благодаря своему любопытству, Чонгук едет в цветочный магазин, чтобы поговорить с Тэхеном. В машине играет последний альбом The Neighbourhood, очень подходящий под атмосферу вечера. Чонгук кивает головой в такт музыке и тихо подпевает. Гроза начинает утихать, видимость уже гораздо лучше, и Чонгук прибавляет газу. Гук доезжает до магазина и останавливается за углом. Он так и не придумал, что вообще говорить, как спросить. "Привет. Ты же флорист. По умолчанию должен быть мимишной натурой, так что ты забыл ночью в клубе?". Или "Привет, не подскажешь, кто этот рыжий мудак, который меня чуть с ног не снес, а потом запрыгнул к тебе в тачку?". Или "Не мог бы ты рассказать о своих доходах, интересно узнать откуда у тебя деньги на такую машину?". Определённо, нужно придумать что-то получше. Гук сидит в машине еще пару минут, а потом быстро бежит до магазина, чтобы не промокнуть под проливным дождем. На улице холодно, ветер поддувает под широкую футболку и взлохмачивает и так не уложенные волосы. Чонгук дергает дверь магазина на себя и буквально забегает внутрь. В магазине тепло и уютно, приятно пахнет цветами, а еще, кажется, капучино. Тэхен стоит за прилавком, с опущенной головой, пересчитывает деньги и потягивает ароматный капучино из огромного стакана из кофейни поблизости. Заметив посетителя, Тэхен поднял голову и отложил стопку денег в сторону. Он уперся ладонями в прилавок и улыбнулся одним уголком губ. – Привет, Чон Чонгук. Что это ты в такой ненастный вечер за цветами наведался, а не в клубе напиваешься? – ухмыльнулся Тэхен и сделал еще один глоток из стакана. Чонгук опешил. Как-то это слишком грубо звучало. Особенно если учитывать, что Тэхену должно быть все равно. – Почему тебя это волнует? Я просто твой покупатель, зашел к тебе за цветами. Мне для этого нужно тебе рассказать о том, как я провожу свободное время? – Чонгук садится в бордовое кресло и откидывается на спинку. Тэхен внимательно наблюдает за Гуком и оценивает его внешний вид. Сегодня он одет не так, как Тэхен привык его видеть. Джинсы, футболка, тммберленды – Чонгук выглядит отлично, и надо сказать, так ему идет больше, чем образ богатенького сыночка в костюме. – Я же тебе говорил считать, что ты особенный. – Ну а ты что там делал? Могу я спросить, раз я особенный? – Чимина забирал. У него были проблемы, он попросил подъехать. –Это тот рыжий? Никогда бы не сказал, что он по клубам ходит, – усмехается Гук. – А он и не ходит. Он работает там барменом. Твою мать, точно. Чонгук видел его пару раз в клубе за барной стойкой, но как-то никогда не замечал цвет его волос. И из-за громкой музыки никогда нормально не слышал его голоса. Гуку казалось, что это какой-то брутальный качок, который целыми днями сидит в спортзале, а по ночам мешает коктейли и после работы уезжает с самыми красивыми девушками, которые постоянно ошиваются у барной стойки, заказывая один махито за другим, и чуть ли не раздеваются догола, чтобы только красавчик бармен обратил на них свое внимание. – А я, кстати, никогда бы не подумал, что ты ходишь по клубам, а потом пьяный еще и за руль садишься, – Тэхен говорит спокойным тоном и продолжает потягивать свой капучино из стакана. И после этих его слов Чонгуку стало, почему-то, так обидно. Хотелось выглядеть перед Тэхеном круто, хотелось повыпендриваться лишний раз, а теперь это уже вряд ли получится. И как только Тэхен в темноте и за несколько секунд, пока проезжал мимо, разглядел, что Чонгук был пьян? – Я только забирал свою машину со стоянки, и я не был пьян, – Гук напрягся. – Ты покачивался даже когда просто стоял, – Тэхен допил свой напиток и выбросил стакан в урну под прилавком. – Я пил не в клубе. – Так, ладно, не важно. Ты за букетом? Тебе какой? Чонгук встал с кресла и подошел ближе к прилавку. – Как в прошлый раз – на твой вкус, – Гук облокотился на прилавок и подпер голову рукой. Хотелось поближе рассмотреть, как работает Тэхен. Зрелище поистине завораживающее. Тэхен опять достал свои инструменты, расчистил рабочее место. Его пальцы ловко перебирали стебельки, декорировали букет. Тэхен, наверное, очень любит кольца: они у него на каждой руке. Изящные украшения добавляют утонченности и без того красивым рукам Тэ. Через десять минут работы, Тэхен передает Гуку готовый шикарный букет с белыми лилиями. Букет еще красивее, чем предыдущий. Никаких ярких цветов и блестящих бусин – только белые лилии, зеленые стебли и листья, обернутые в коричневую крафт бумагу. – Надеюсь, тот, для кого этот букет, любит запах лилий? – Тэхен убирает свое рабочее место и вопросительно смотрит на Чонгука. – Любит, – кивает Гук и откладывает букет в сторону. Тэхен называет цену, и Чонгук лезет в рюкзак за кошельком. Гуку даже не жалко отдавать свои деньги на букет. А когда приедет домой, он обязательно поставит букет на тумбочку у кровати, в любимую мамину вазу. – А можно еще вопрос? – спрашивает Гук и, не дожидаясь ответа, продолжает. – Что этот твой Чимин делал здесь в прошлый раз, если он работает в клубе? – По утрам он работает здесь, – Тэхен откасывает рукава все той же своей свободной рубашки, разворачивается и уходит в помещение для персонала. Чонгуку как-то трудно сопоставить профессии работника цветочного магазина и бармена, он удивленно поднимает брови, закидывает рюкзак на одно плечо, забирает букет и разворачивается к выходу. Чонгук выходит на улицу, где уже закончился дождь, только с навеса над входом на асфальт падают тяжелые капли и создают небольшую лужу. Чонгук останавливается и вдыхает свежий воздух. Он делает первый шаг из-под навеса, как позади него открывается дверь и слышится бас Тэхена. – Ушел даже не попрощавшись. Чонгук обернулся и увидел спину Тэхена, который закрывал дверь в магазин. – Ты ушел. – Я бы услышал, если бы ты сказал. Гук закатывает глаза. – Еще рано, почему ты закрываешься? – У меня есть дела. Тэхен закрывает дверь и парни направляются в сторону, где припаркована машина Гука, и, видимо, Тэхена тоже. Они идут молча, потому что говорить, в общем-то, нечего. Они доходят до автомобиля Чонгука, и Гук шарится по карманам в поисках ключей от машины. – До встречи, – с наигранной вежливостью произносит Чонгук и открывает дверь автомобиля. – Пока, – Тэхен прощается с оставшимся позади Гуком и продолжает идти вперед. Гук еще несколько секунд провожает его взглядом. На Тэхене голубая рубашка и зауженные брюки. Чонгук замечает, что у Тэхена довольно длинные ноги. И задница, блин, ничего такая. Гук всегда хотел подкачать свою, но как-то все не до этого. Гук садится за руль и поворачивает ключ в замке зажигания. Машина заводится и Гук уже почти нажимает на педаль газа, как замечает, что стрелка на указателе уровня горючего почти на нуле, бензина хватит максимум до половины дороги, а заправок поблизости, как на зло, нет. Чонгук зло ударяет рукой по рулю и шумно выдыхает. Идти пешком – не вариант. На такси денег нет : почти все, которые были с собой, Чонгук отдал на букет. Тэхен не успел далеко уйти, и Чонгук еще его видит через лобовое стекло, но просить подвезти как-то гордость не позволяет. Тем более, вдруг им не по пути. Если Тэхен откажет, самолюбие Чонгука это определенно заденет. Много времени на раздумья у Чонгука нет. Тэхен сейчас сядет в машину и уедет , и тогда точно придется шуровать пешком, а в такую погоду это особого удовольствия не доставит. Чонгук думает еще пару мгновений, выскакивает из машины и окликивает Тэхена. Тэхен оборачивается и ждет Гука на месте, а тот несется на всех парах к Тэ. – Слушай, ты не мог бы, – Гук замялся и опустил голову, нервно сминая края футболки. Все-таки, это как-то трудно для Чонгука вот так попросить помощи у Тэ. А все гордость. – Ты не мог бы подвезти меня? Мне в район того клуба, чуть дальше по прямой. У меня бензин закончился. Тэхен засовывает руки в карманы и гордо улыбается. – Что ж ты, горе-водитель, не уследил. Чонгук сжимает пальцы в кулаки, прям как когда с боссом разговаривает. Вот так же раздражает. Проехаться по самолюбию Чонгука обычно карается грубыми высказываниями, а то и парочкой затрещин, но Чонгук сейчас не в том положении, чтобы показывать, как его обидели, так что лучше промолчать. – Ладно, пойдем, вон там моя машина, – Тэхен кивает в сторону своего автомобиля и ускоряет шаг. Чонгук садится на переднее сиденье, а букет оставляет на заднем. Тэхен заводит автомобиль и плавно трогается, постепенно набирая скорость. Почти половину дороги они едут в полной тишине, только в салоне тихо играет какой-то корейский хип-хоп, и Чонгук находит эту музыку довольно неплохой. – А сколько нынче зарабатывают флористы, раз на таких машинах ездят? – Чонгук разбавляет тишину. Тэхен сосредоточенно смотрит на дорогу, цепко держит руль и с абсолютным хладнокровием отвечает: – Я по ночам подрабатываю в эскорт-услугах. Вот заработал. Чонгук сглатывает. Тэхен говорит настолько серьезно, что Гук верит, но в то же время ужасается. В принципе, если учитывать внешность Тэхена, поверить ему нетрудно, но Чон все еще надеется, что это шутка и, что Тэхен не мог бы опуститься до торговли собой, по другому это никак не назовешь. Тэ до сих пор не засмеялся, не сказал, что пошутил, и Чонгук пытается уложить в голове то, что Тэхен, тот, который создает шикарные букеты, который казался Чонгуку интересным человеком, работает в эскорте. У Чонгука никак не вязались профессии работника цветочного магазина и бармена, но вот занятия Тэхена не вяжутся еще больше. Ведь и эскорт бывает разным. – Ну у вас и парочка с рыжим. Тэхен поворачивает голову, смотрит на Гука и начинает громко смеяться, демонстрируя свою милую улыбку. – Я пошутил. Я думал, ты поймешь, – Тэхен продолжает хохотать, а Гук нервно выдыхает и бьет Тэхена в плечо. – Зачем так шутить, блин? – Чонгук сделал обиженно-удивленное лицо и отвернулся от Тэ, уставившись в окно. – Я что, похож на тех, кто этим занимается? Гук медленно поворачивает голову: – Вообще-то, да. Улыбка с лица Тэхена пропадает и он опять сосредотачивается на дороге. – Я даже не знаю, как на это реагировать. Они доезжают до того самого клуба, и Тэхен останавливается у тротуара. – Выкину тебя здесь, мне еще домой нужно, – говорит Тэхен, поворачиваясь лицом к Чонгуку. – Так тебе было не по пути? – Чонгук удивленно смотрит на Тэ. – Нет, мне в противоположную сторону. – Зачем тогда согласился меня подвезти? – Ну ты же особенный, – улыбается Тэхен. – А вообще, просто жалко тебя стало. Я видел, ты у меня почти все деньги оставил. Чонгук в ярости. Пожалел он его. И когда-нибудь Тэхен за это ответит, но не сейчас. Гук забирает букет с заднего сиденья и делает шаг из машины. – Так ты мне не ответил. Откуда деньги такие на машину? – вспоминает Чонгук, пока еще не успел выйти из авто. – Я выиграл чемпионат мира по флористике. Купил на выигранные деньги. Чонгук смотрит на Тэ, а-ля "Что за бред?", а Тэхен вполне серьезен. – Я серьезно. Такой существует. Они смотрят друг на друга несколько секунд, а потом отвисают, и Гук выходит из машины. – До встречи, – говорит Чонгук и закрывает дверь. Тэхен разворачивается и уезжает, а Гук достает наушники из рюкзака и с музыкой и букетом лилий в руках, плетется домой по мокрому асфальту, наслаждаясь вечерним Сеулом.