Терпкий запах лилий

Одной рукой Чонгук придерживает Тэхена за талию, а второй сжимает его запястье. Тэ крепко уцепился за шею Гука и все старается прижаться к нему плотнее. Старший буквально виснет на Чонгуке, не в силах удержаться на ногах, а Гук только крепче обхватывает его запястье и тянет на себя. Тэхен что-то сдавленно мычит, смотрит на Чонгука, глубоко выдыхает тому в шею. Гук снимает с себя Тэ и усаживает его на небольшой диванчик, придерживая под коленом, и наклоняется к лицу Тэхена. Очень жарко. Взмокшие пряди челки Тэ противно прилипают ко лбу. Он резко трясет головой, пытаясь убрать их, но все безуспешно. Гук аккуратно касается лба Тэхена, помогает тому убрать мешающую челку, на что старший абсолютно по-идиотски улыбается и откидывает голову назад, на спинку дивана. Чонгук наклоняется к уху Тэ и хрипло шепчет, что вернется через минуту. Чон отпускает старшего и уходит, а Тэхен прикрывает глаза и думает, что давно ему не было так хорошо. Легко и беззаботно. Двенадцатью часами ранее. Из-за вороха одеял на кровати не видно спящего под ними Чонгука. Вечером он нашел в шкафу еще одно теплое одеяло, стащил плед с кровати родителей и, хорошо укрывшись всем этим, решил все-таки пересмотреть седьмой Форсаж. На улице лето, а в квартире холодно, и одного одеяла недостаточно для того, чтобы согреться. Гук уснул около четырех утра, с головой спрятавшись под одеялами, и кинув плед на ноги, чтобы теплее было. Всю ночь по окнам барабанил дождь, и даже утром все еще пасмурно на улице, а в квартире темно и как-то неуютно, что ли. Чонгук высовывает руку из-под своего укрытия и стягивает одеяло с головы. Букет, стоящий в стеклянной вазе у кровати, источает резкий запах, который Гук ощущает сразу же, как только вылазит из-под одеял. Чон водит рукой по простыне в поисках своего телефона, который оказался прямо под ним самим. Слабо загорается экран разрядившегося за ночь телефона. Время уже — час дня. Гук откладывает смартфон в сторону и, закинув руки за голову, поудобнее устраивается на подушке. От сладкого, насыщенного аромата, царящего в комнате, начинает кружиться голова, но вазу за дверь выставить совсем не хочется. Гук вспоминает, как когда-то где-то вычитал о том, что запах лилий ядовит, и с тех пор шарахался от этих цветов, как от огня, а после слов Тэхена, это действительно кажется таким глупым. Вчера Чонгук думал, что если погода будет хорошая, вечером можно будет позвать Хосока — университетского друга — проехаться на велосипедах по набережной, но, кажется, планы отменяются. Рассекать на велосипеде по таким-то лужам только идиот может решиться. У Гука есть всего неделя на отдых, и именно в эту неделю должны лить дожди, чтобы Чон даже из дома толком выйти не мог. И раз уж все его попытки провести свой отпуск не просто за экраном ноутбука, погода утопила в своих бесконечных ливнях, Чон думает, что это повод провести вечерок в уже излюбленном месте — ночном клубе, где и компанию себе можно найти (какой-нибудь симпатичной глуповатой девушки, например), и перестать хандрить. И про погоду там точно забыть можно. На работу завтра не надо, а это значит — пей, сколько влезет (и на сколько хватит), домой возвращайся, во сколько захочешь (можно вообще не возвращаться). А еще, можно присмотреться там к кому-нибудь, а то это вечное одиночество порядком надоело. Вообще, у Гука, за все его двадцать с лишним лет, были одни отношения с девушкой. Они продлились чуть больше месяца и состояли, в основном, из одной только похоти и, может быть, на один процент из каких-то чувств, но точно не любви. Чонгук вообще не может сказать, что когда-нибудь любил. В школе он на девочек даже не смотрел. Все учеба, тренировки, помощь родителям. В универе, в принципе, все то же самое. Прибавился только физиологический фактор, да и как-то двадцатилетним девственником ходить не круто. А сейчас Чонгуку хочется всей этой ванильной фигни: любви, отношений. Но, из-за постоянной работы, времени на поиски той самой совсем нет. Из кухни раздается какой-то шум. «Наверное, Ви опять что-нибудь развернул», — думает Чонгук, и уже настроившись на хорошую взбучку для кота и завернутый в родительский плед, выходит из комнаты. Только открыв дверь, Гук принюхивается и понимает, что в квартире стоит вкуснейший запах блинчиков. При чем не каких-нибудь там, а именно, как готовит мама. Наверное, из-за букета, Гук не почувствовал запах блинов в комнате: уж слишком яркий запах цветов. Из кухни раздаются голоса и какой-то стук, и Чонгук понимает — вернулись родители. При чем на несколько дней раньше, чем должны были. Гук заходит на кухню и на него тут же с объятиями налетает мама, тискает его за щеки и говорит, как Чонгук-и похудел за это время (хотя прошло пару недель всего-то). И Гук, конечно, рад видеть родителей, но эта лавина нежностей немного раздражает. Ну не пять лет Чонгуку все-таки. Отец Гука сидит за столом, пьет чай с бутербродом и неразборчиво бубнит «Привет, сын». — Что ты завернулся в наш плед? Отнеси на место и садись кушать, — мама Чонгука дергает за уголок пледа и стягивает его с сына. По ощущениям, Гука как будто ледяной водой обдали. Он тут же выхватывает плед у мамы из рук и опять уктывается в него. — Я греюсь. Чон приземляется на стул рядом с папой и подвигает тарелку с блинчиками ближе к себе. Мама Чонгука привезла рецепт этих блинов из поездки в Европу, и теперь это самое любимое блюдо семьи Чон. — Зачем ты этот букет домой принес? Запах стоит на всю квартиру. Хотела окно у тебя в комнате открыть, чтобы проветрить немного, но решила, что замерзнешь, — мама Чонгука выгружает еще партию блинчиков на тарелку и, заодно, треплет сына по волосам.  — Мне нравится запах, — толком не прожевав, отвечает Гук. — Ты раньше терпеть его не мог. — А теперь нравится. На какое-то время на кухне воцаряется тишина. Все с жадностью поедают блинчики, и даже кот притих, устроившись между ног мамы Гука. Чонгук, хоть и любит оставаться дома один, но по родителям скучал. Не так одиноко хотя бы будет, и мама кормит до состояния, когда передвигаться не можешь, только если катиться. А после утомительного рабочего дня, единственное, чего хочется, кроме сна — наесться досыта. Мама Гука заметно загорела. Обычно цвет ее кожи очень бледный, в сравнение с черным цветом коротко стриженных волос, почти белый. А сейчас она довольно смуглая, и Чонгуку очень непривычно видеть маму такой. Об отце Гука того же самого сказать нельзя. Он совсем не загорел. Наверное, на пляж даже не выходил. Гук только заметил, что папа очки сменил, и, кажется, немного поправился, хотя и раньше был довольно упитанный. — Я на ночь ухожу, — начинает Чонгук и тут же запинается, потому что, если скажет про клуб, придется выслушать наставления от мамы, как в первом классе. — К Намджуну, — продолжает Чон и встает из-за стола. — Чонгук, будь осторожен. Гук закатывает глаза, но все равно послушно кивает и выходит из кухни, направляясь в свою комнату. Давно пора съезжать отсюда. // День прошел как-то незаметно. За лазаньем по просторам интернета, Чонгук совсем не заметил, как наступил вечер, и в комнате стало еще темнее. Гук включил торшер, стоящий прямо у двери, и комната наполнилась голубовато-белым светом от лампы. Ноутбук отставлен в сторону, а Чон стоит у шкафа и скользит взглядом по стопкам футболок, выбирая, какую надеть сегодня. Все они разложены по цветам: стопка белых, стопка черных, и самая маленькая полочка выделена для цветных. Выбор пал на одну из стопки черных, и еще Гук прихватил черную шапку, чтобы стиля добавляла. Чонгук смотрит на ключи от машины, лежащие на тумбочке, и думает, что лучше пройтись пешком, а на обратном пути можно вызвать такси. Так проще. Гук на цыпочках, чтобы не разбудить родителей, выходит из комнаты, попутно нажав на выключатель на торшере, и предельно тихо выходит в коридор. За Чонгуком следом идет кот, громко мяукает, трется об ноги, и Гук шипит на него, приложив палец к губам, только Ви все равно. Чон, как всегда, раскладывает самые нужные вещи по карманам и вылетает из квартиры, чтобы кот наконец перестал так громко реагировать на присутствие Гука. Чонгук перепрыгивает лестничные пролеты один за одним. Ждать лифт с первого этажа совсем не хотелось, и Гук, посчитав, что так быстрее, скачет по ступенькам вниз и выходит на улицу. Воздух холодный, лужи отражают желтые огни фонарей, а ветер как будто насквозь продувает. Рваные джинсы и футболка уж точно не подходят для такой погоды. Зато в шапке. В наушниках тихо играет какая-то музыка, но Гук даже не вслушивается особо. До клуба остается около ста метров и Чон выключает музыку, вынимает наушники и отключает телефон. Его сегодня не должно ничего тревожить. В планах: выпить пару шотов и на танцпол. Двигаться Гук умеет, именно на это всегда ведутся девушки в клубах. Конечно, вряд ли он сегодня встретит ту самую, но кого-нибудь поразвлечься он точно подцепит. Гук входит внутрь и сразу же направляется к барной стойке. И только сейчас он вспомнил про рыжего бармена Чимина, который друг Тэ, который работает здесь, и с которым очень не хотелось бы встретиться сегодня. Сегодня просто хочется отдохнуть и расслабиться. Без знакомых. Чон разглядывает силуэт парня за стойкой. Кажется, высоковат. Точно не Чимин. По мере приближения к бару, Гук все больше и больше убеждается, что это не он, и теперь уже точно ничего не должно испортить этот вечер/ночь. Чонгук усаживается на высокий стул у барной стойки и отдает пару купюр бармену. Через несколько секунд Гук опрокидывает один шот и чувствует, как напиток приятно обжигает все внутри. Спустя еще несколько минут у бара, Чонгук решается выйти на танцпол. Он уже приметил пару симпатичных девушек в центре, и сейчас направляется именно туда. Гук пробивается через толпу танцующих пьяных людей. Воздух, кажется, уже пропитан запахом пота и дешевого парфюма. Девушки в коротких юбках развязно двигаются, прижимаются к парням рядом, а те не упускают момент и трогают их везде, где только можно. Ну, а те, которые которые чуть поскромнее, только слегка прокачивают бедрами и стараются флиртовать исключительно при помощи улыбки и взмахов накладными ресницами. Чон добирается до центра и, поймав ритм, начинает двигаться как можно сексуальнее. Он прикусывает губу, соблазнительно улыбается и посматривает на непосредственных жертв. По лицу стекают дорожки пота, влажная кожа блестит. Гук проводит языком по губам, как бы случайно задевает край футболки, на секунду оголяя накаченный торс. Естественно, внимание со стороны девушек ждать долго не пришлось. Они жадно поглядывают, стараются подойти ближе. Чонгук выбирает девушку посимпатичнее, нарочно сталкивается с ней взглядом и улыбается одним уголком губ, от чего та готова раздеться прямо здесь и сейчас. Гуку, в принципе, ничего больше не нужно делать. Высокая шатенка со стрижкой по плечи, в коротком темно-синем платье и на шпильке сантиметров в пятнадцать, уже в метре от него. Нужно сделать еще шаг, шепнуть на ухо что-нибудь вроде «пойдем со мной» (только так, пособлазнительней), и нескучная ночка обеспечена. И Чонгук собирается сделать этот самый шаг, но недалеко в толпе замечает знакомый силуэт. Худой парень в широкой кофте с круглым вырезом и зауженных штанах. Двигается так же развязно, как эти полураздетые девицы. Ну, или как Чонгук минуту назад, но он то для дела, он контролировал ситуацию. А вот этот парень, кажется, совсем не соображает. — Привет! — слышится крик девушки сквозь грокие басы, но Чонгуку уже все равно. Девушка подошла вплотную, но Гук легко ее обходит и пробирается дальше в толпу. Это Тэхен. Это точно Тэхен. В темноте видно плохо, но он как раз повернулся лицом к Гуку и двигается еще более вызывающе. Еще чуть-чуть, и Тэ просто рухнет на пол, потому что выпивки в нем явно больше, чем пара стаканов.Чонгук даже не просто удивлен. Он абсолютно точно охренел. Настолько пьяного Тэхена даже представить было трудно, а тут вот он — крутит задницей ночью в клубе, совсем пьяный и почти валится с ног. Тэ вновь оказывается спиной к Чону, и Гук подлетает к нему, цепляет под локоть, а тот поворачивается и какое-то время не может сфокусировать взгляд и понять, кто перед ним. — Чонгук-и, — лыбится Тэхен и делает шаг, оказываясь прямо в руках Гука. — Тебя нужно посадить куда-нибудь, наверное. А Тэхен так же улыбается и все пытается двигаться под музыку. Чонгук перебрасывает руку Тэ через свою шею, и Тэхен повисает на Чонгуке. Усадить Тэ можно только на диваны сбоку от танцпола, и Гук старается протиснуться через толпу, только уже с телом Тэхена на себе, что гораздо усложняет ситуацию. Да и Чонгук сегодня не минеральную воду пил все-таки, это тоже совсем не помогает. С трудом и оттоптаными ногами, Чонгук все же выбирается из толпы и направляется к маленьким диванчикам сбоку. Одной рукой Чон придерживает Тэхена за талию, а второй сжимает его запястье. Тэ крепко уцепился за шею Гука и все старается прижаться к нему плотнее. Старший буквально виснет на Чонгуке, не в силах удержаться на ногах, а Гук только крепче обхватывает его запястье и тянет на себя. Тэхен что-то сдавленно мычит, смотрит на Чонгука, глубоко выдыхает тому в шею. Гук снимает с себя Тэ и усаживает его на небольшой диванчик, придерживая под коленом, и наклоняется к лицу Тэхена. Очень жарко. Взмокшие пряди челки Тэ противно прилипают ко лбу. Он резко трясет головой, пытаясь убрать их, но все безуспешно. Гук аккуратно касается лба Тэхена, помогает тому убрать мешающую челку, на что старший абсолютно по-идиотски улыбается и откидывает голову назад, на спинку дивана. Чонгук наклоняется к уху Тэ и хрипло шепчет, что вернется через минуту. Чон отпускает старшего и уходит, а Тэхен прикрывает глаза и думает, что давно ему не было так хорошо. Легко и беззаботно. А для этого всего лишь нужно было напиться. Гук несется к бару и расталкивает людей у стойки. — Эй парень, помоги, пожалуйста, — Чонгук обращается к бармену, который в этот момент протирает бокалы белым кусочком ткани. — У тебя есть номер твоего напарника, рыжий такой, Чимин зовут? — бармен смотрит на Гука с недоумением, а потом тянется в карман джинсов. — Тебе зачем? — Там его друг пьяный на диване. Бармен усмехается и ищет нужный номер в телефоне. — У друга бы и нашел номер. — У него нет с собой телефона, я проверил. Бармен находит нужный номер и диктует его Гуку. Чонгук тут же набирает Чимина, а тот моментально отвечает. —Алло. — Тэхен в клубе, пьяный. Скажи его адрес, я отвезу. Чимин молчит несколько секунд. — Я сейчас приеду сам. — Не нужно приезжать, просто адрес скажи, — Гук возвращается к Тэ, пока говорит с Чимином. — Ты пока будешь ехать, мне что с ним делать? Чимин называет адрес, и Чонгук сразу сбрасывает вызов. Тэхен сидит на диване, запрокинув голову назад, и он, кажется… Уснул? Чонгук наклоняется ближе и хлопает Тэ по плечу. Тот открывает глаза и опять улыбается. — Вставай, я тебя домой отвезу. Чонгук вновь берет Тэ под руку и поднимает с дивана. Тэхен совсем не сопротивляется, послушно встает и смотрит на Гука. — Сам идти можешь? Тэхен кивает и делает шаг, но Чонгук все равно решает его придерживать, мало ли что. Они выходят из клуба и не говорят друг другу ни слова. Чонгук ловит такси прямо у входа. Хотя бы тут повезло. Гук усаживает Тэхена на заднее сиденье и сам садится рядом. Тэхен живет довольно далеко. И Чонгук думает, сколько же Тэ времени потерял, пока отвозил Гука в тот раз. И зачем только согласился, раз спешил. Чонгук расплачивается с водителем, а Тэ ждет на тротуаре. Их подвезли прямо до подъезда. Тэхен живет в огромном многоэтажном доме, с белыми стенами и огромными балконами. Тэхен лезет в карман, чтобы найти ключи, а Чонгук машет ими перед лицом старшего и говорит, что достал их из кармана Тэ еще в клубе. Они заходят в подъезд и Чонгук нажимает на кнопку вызова лифта. — У тебя кто-нибудь дома есть? — Нет, живу один. Оба молчат пока поднимаются. Чонгук просто не знает, о чем можно разговаривать с пьяным Тэхеном, а Тэхену стыдно. Тэ начинает трезветь и понимание ситуации приходит постепенно. Двери лифта открываются на пятнадцатом этаже и парни выходят, направляясь сразу к квартире Тэхена. Тэ идет впереди, Гук за ним. Тэхен останавливается у двери и смотрит на Чонгука. — Дверь открывай. Вот этим ключом, — Тэхен указывает пальцем на один из ключей в связке. Гук проворачивает ключ в замке два раза и открывает черную металлическую дверь. Тэхен включает свет в прихожей, а Гук даже не заходит внутрь. — Ключи забери, — протягивает связку Гук. — Ты поедешь домой? — Да. — Оставайся, ночь ведь. Чонгук переступает порог, особо не раздумывая. Ехать домой, и правда, сейчас не хочется. А вот увидеть, как и где живет Тэхен, хочется. Тэ проходит вглубь квартиры и открывает дверь в комнату. Чонгук идет следом. — Спать придется вдвоем на кровати, другое постельное я тебе сейчас не найду, — Тэхен садится на край двуспальной кровати, застеленной коричневым покрывалом. Его взгляд все так же затуманен, видно, что ему плохо. Чонгуку, в общем-то, сейчас все равно, где спать. Гук вытягивает покрывало из-под Тэхена, тот укладывается на подушку и сразу же засыпает. Чонгук накрывает Тэ одеялом, а сам ложится рядом и накидывает на себя покрывало. На улице глубокая ночь. Тэхен спит, уткнувшись лицом в подушку, а Гук отвернулся в другую сторону и закрыл глаза. Да уж, ночь точно вышла нескучной. // Тэхен просыпается и чувствует ужасную головную боль. Подушка рядом смята, видно, что кто-то спал здесь, с Тэхеном вместе, но Тэ совсем ничего не помнит. Он медленно поднимается с кровати и оглядывается вокруг. На улице ярко светит солнце, а в квартире пахнет кофе — непривычно, надо сказать. Тэхен выходит из комнаты. Он медленно идет на кухню и даже не знает, чего ожидать. Точнее, кого. За столом сидит Чонгук, пьет кофе из любимой кружки Тэхена с надписью «ТТ». Рядом на столе стоит вторая кружка и возле нее две таблетки. — Пей таблетки, я с утра сходил в аптеку. Голова же болит? — С утра сходил? А сейчас сколько? — и так хриплый бас Тэхена, стал еще грубее. — Два часа. Тэхен закидывает таблетки в рот и запивает водой, стоящей на столе в бутылке. Тэ резко вздрагивает, проглатывает воду и начинает буквально орать. — Как два часа? Почему не разбудил раньше? У меня же работа! — Тэхен заметался по квартире, стал искать чистые вещи, чтобы переодеться. Чонгук входит в комнату Тэ и выдергивает брюки из рук Тэхена. — Что ты делаешь? — В магазине Чимин. Иди сядь и выпей кофе. И хватит кричать, не у тебя одного голова болит. — Чимин? Зачем? — тихо произносит Тэ, и Чонгук его не слышит. Гук швыряет брюки на кровать и выходит из комнаты. Тэхен выходит за Чоном, и они оба уселись за стол, допивать кофе. — Что вчера было? — не поднимая головы, спрашивает Тэхен. — Стыдно? — Да. — Если вкратце, ты нашелся пьяный в клубе и обломал мне секс, — Тэхен молчит, а Чонгук продолжает. — А там такая девчонка. Темненькая, высокая, попа ничего такая. Тэхен все так же молчит, опустив глаза. С ним раньше такого никогда не было. Просто вчера немного захандрил и воспользовался советом друга. Совет предельно прост: дерьмово? — напейся. Теперь, правда, только хуже. Чонгук замечает состояние Тэхена и решает его подбодрить. — Да ладно, с кем не бывает. Не получилось, кажется, подбодрить. Стоит начать разговор, может? О чем? — А тебе какие нравятся? Тэхен смотрит на Чонгука и ничего не отвечает несколько секунд, а потом как-то тоскливо улыбается и отвечает: — Мне не нравятся. Чонгук ничего не понимает и решает переспросить. — Что? Я говорю, девушки какие нравятся? — Никакие не нравятся. Чонгук отводит взгляд и и делает глоток кофе. Тэхену не нравятся девушки? Чонгук в шоке, но что уж тут скажешь. Это нужно как-то переварить сначала. — Ты первый, кто так спокойно отреагировал, — усмехается Тэ. — Все нормально. Всякое бывает. Гук спустя секунду думает, что как-то он неправильно сказал, ну да ладно. — Тогда какие тебе нравятся?… ну, парни — Чонгуку неловко, но, вообще-то, интересно. — Не такие, как ты, не переживай. — Такие, как я, это какие? И что в нас не так? — Чонгук не претендует на роль парня Тэхена, но, как человека самоуверенного, это как-то задело. — Не такие самовлюбленные, гордые, серьезные. Мне нравятся попроще. Почему-то это бесит. Зачем Тэхен это сказал? Такие, как Гук, ему не нравятся. Нравятся попроще, ты смотри. — Например? Попроще, это кто? — Чимин. — Чимин? То есть при выборе между мной и Чимином, ты выбрал бы его? — с претензией в голосе спрашивает Чонгук. Тэхен удивленно смотрит и несмело кивает. — Ты как будто расстроился, — смеется Тэ. — А ты Чимину? — решает перевести тему Гук. — Нет, — Тэ вновь опускает голову. — Поэтому вчера напился? — Да. В комнате воцарилось молчание. Гук пьет кофе, а Тэхен просто молча смотрит в чашку и выводит пальцем узоры на столе. — Почему он такой крепкий? — сделав первый глоток, вскрикивает Тэ. Чонгук смеется и отвечает, что любит такой. Наконец солнечная погода. Крепкий кофе, запах булочек на кухне (Тэхен вспомнил, что покупал вчера днем) и разговоры обо всем. И пусть начало их дружбы получилось сомнительным, зато запоминающимся. . . . . . А дружбы ли?