Былое и нынешнее

Дин знал, что дом был разрушен. Но, черт, от него действительно остались практически одни развалины. — По крайней мере, фундамент все еще цел, — сказал он, пытаясь найти что-то положительное. — В противном случае я бы сказал: спали его и получи страховку. — У меня нет страховки, — ответил Кас, разглядывая дыру на крыше, через которую прорвались ангелы. — В ней никогда не было необходимости. Я мог сохранять все и ремонтировать с помощью своей силы. — И она не вернется, да? Кастиэль покачал головой. — Чары были частью меня. Когда они сломали их, это было как... — его губы сжались в тонкую линию. — Мне показалось, что они лишили меня одной из рук. — Ты жив, и мы все сохранили свои конечности. Давай думать о хорошем, — он продолжил осматриваться, прикидывая в голове смету. — Все это можно починить, просто... знаешь, займет некоторое время. Я не смогу все сделать сам, но полагаю, что по крайней мере твои деньги реальны. Кастиэль кивнул. — Знание будущего может отлично повысить прибыль. Но у меня нет столько, сколько понадобится здесь. — Держу пари, что есть. Поведай миру об одном из этих Ван Гогов, и мы сможем построить тебе новый денежный ящик, — то, как крылья Кастиэля плотно прилегли к его спине, ясно сказало, что он думал об этой идее. — Сэму предстоит схватка с Джесс, так что нам лучше пока остаться здесь. — Как он? — Постоянно молчит. Весь мыслями о своей девушке. Думаю, у него появились новые приоритеты. — Дин поправил одну из покосившихся картин. — Похоже, знание, что после смерти тебя ничего не ждет, побуждает жить настоящим. — Это, по твоему мнению, случилось? — Разве нет? Довольно могущественный источник сообщил, что мы не попадем на Небеса. Предпочитаю думать, что и в худшее место мы тоже не отправимся, ну, знаешь, вниз. — Ты не понимаешь, — Кас прекратил тоскливо рассматривать разрушения и посмотрел на него широко открытыми глазами. — Тогда скажи мне. Ты тоже молчишь. Кас сел на пол, прислонившись к тому, что осталось от сделанной Дином скамьи. — Я не знаю, как (но у меня есть подозрение, кто приложил к этому руку), но когда Сэм проткнул нас, то связал вместе ваши души и мою благодать. Моя благодать умирала, и ваши души стабилизировали ее. И в ответ я... мы все связаны между собой. Ты и Сэм не можете попасть на Небеса, потому что не можете по-настоящему умереть. Я не старею. Вы двое да, но, умерев, возродитесь заново. Ты и Сэм всегда будете братьями, Дин. Дину показалось, что прошла целая вечность, пока он не почувствовал, что снова может дышать. — Черт, Кас. Для меня это звучит как Небеса, — он опустился на колени и поцеловал его. — Значит, действительно навсегда. — С перерывами. Реинкарнация может быть непредсказуемой, — Кас закрыл глаза, прижав одну руку к груди. — Если задержишь дыхание, то, возможно, почувствуешь связь. Я могу. Дину показалось, что может и он. — Однако, для тебя это будет отстой. Иметь возможность лишь наблюдать. — Я видел и делал много хуже. — Но давай договоримся, — Кас поднял взгляд, смотря на него снизу вверх. — Я возрождаюсь, и в этот раз ты не ждешь так чертовски долго, чтобы найти меня. — Ты даже не будешь помнить меня. — Кас, если все произошедшее что-то и доказывает, так это то, что даже Бог не помешает мне вспомнить тебя. Найди меня. — Если захочешь. Дин прижался к его губам, пока тот не начал задыхаться и не простонал, и Дин понял, что никогда не сможет насытиться этим. — Больше не говори такую глупость. Слышишь? Кас с ошеломленной улыбкой кивнул. Дин встал (в комнате был слишком большой беспорядок, чтобы продолжать это здесь) и взглянул на скамью, к которой прислонился Кас. — По крайней мере, это я могу с легкостью починить. Кас бросил мрачный взгляд на рояль. — В первую очередь надо починить его. — Значит, дело номер один, — Кастиэль поднялся на ноги и коснулся клавиш, извлекая из искореженного инструмента жуткий звук. Нахмурившись, он попробовал снова. Дин наблюдал за ним, прислонившись к стене. — Знаешь, Кас, ведь теперь в тебе есть частичка души. Если хочешь, можешь попробовать сам писать музыку. Руки Кастиэля замерли над клавишами. — А что, если получится ужасно? — Тогда я буду адски дразнить тебя, — Кас возмущенно взглянул на него, и Дин его поцеловал, прижимая к стене, в основном для того, чтобы не дать спросить, действительно ли будет. — Серьезно. Никаких больше сотен лет взаперти. Я умру, ты подождешь лет двадцать и найдешь меня. Потому что я тебя искать точно буду. Кастиэль кивнул. — Даю слово. Дин зарылся пальцами в перья. — По крайней мере, нам лет пятьдесят не придется беспокоиться об этом, верно? — Если повезет. Дин крепко поцеловал его, давая тем самым почувствовать обещание на все последующие годы. — Отлично. А теперь, что скажешь о нас двоих на заднем сиденье одной из твоих дорогущих машин? 100 лет спустя Кастиэль облокотился на глянцевый капот Импалы. Дин не жалел времени и сил, обучая его ухаживать за своей Деткой, и автомобиль был безупречен — полностью восстановлен внутри и снаружи, хотя и не выглядел так, будто только сошел с конвейера. Отреставрирован до идеального уровня — царапинка на крыле здесь, истрепавшийся шов на отделке там. Автомобиль хранил много воспоминаний, и Кастиэль не хотел стереть какое-либо из них. План принадлежал Дину и, насколько мог видеть Кастиэль, был довольно хорош — он знал, что смотрит на последнюю в мире Импалу 67-го года, и если и существовало что-то, способное разжечь искру безрассудства в душе Дина Винчестера, то этим был этот автомобиль. Ну, его фамилия больше не Винчестер. Кастиэль знал, что дважды ему так не повезет. Однако именем все еще было «Дин» — как и почему, на эти вопросы он ответа не знал. Если верить фото, Дин даже выглядел точно так же как раньше, стоя рядом с младшим братом, очень похожим на Сэма. Прошло два дня с тех пор, как он дал объявление о продаже Импалы, и два месяца с тех пор, как начал искать всерьез. До этого он ждал двадцать пять лет. Это показалось хорошим числом. И вряд ли он сможет прождать еще хоть один день. — Ты сказал, что будешь искать, — произнес Кастиэль, нежно поглаживая капот. — И я позаботился о ней, как и обещал. Он скрестил руки, чувствуя разгорающуюся надежду. Уже близко. — Я ждал, Дин. Найди меня.

Конец