Ещё одна поездка вокруг Солнца.

Когда твоя жизнь возвращается в привычное ей русло, дни проходят быстрее. Сложно заметить, как за твоей спиной пробежал час или два. Порой начинаешь путать дни недели. Потому что все они походили на главу какого-нибудь рассказа. Которой, автор был постоянно недоволен и стирал ее, но в итоге получалось тоже самое. На самом деле это было не так уж и плохо. Прошел месяц после того как мы уехали из Орландо и все стало заметно налаживаться. Намного лучше, когда твоя жизнь перемещается с отметки «Жизнь идет по пизде» до отметки «Нормально» или, даже «Хорошо». Я более-менее восстановился, после того как тот долбаеб пиздил меня током. Не полностью, конечно, иногда когда мы лежим и смотрим с Мэнди очередную серию «Игры престолов» или когда я режу хлеб, правая рука будто начинает танцевать незамысловатый танец с подергиваниями. И, все же, это не так уж и важно. Если быть честным с собой и Мэнди, я рад, что мы все-таки теперь действительно встречаемся или как там блять это называется. Мы даже решили съехаться, почти сразу, но это все лишь потому что, когда она приехала сюда ей по сути было некуда идти. Конечно она могла бы жить у Милковичей, но там обитала Светлана со своими высерком и ей не особо хотелось там жить. У Галлагеров, я теперь не жил, поэтому она не могла въехать туда ни под каким предлогом, денег снимать свою квартиру у нее не было, потому что все свои сбережения и вообще вещи, она оставила в той квартире. Мы забыли туда заехать из-за того, что хотели убраться из этого города как можно скорее. Да и возвращаться в Орландо никто из нас особо не горел желанием, поэтому мы все оставили там. И тогда я предложил ей переехать в мою съемную однокомнатную квартиру, которая по правде, выглядела так будто единственные обитатели этого жилища - тараканы. Когда Мэнди переехала, там стало намного уютнее. Мы сходили на барахолку и купили там много всякой дешевой утвари. Подушки, пледы, какие-то непонятные нам картины, взяли сковородки, чашки и тарелки, даже отвалили 10 долларов за оранжевое кресло-грушу и последнее, что мы решили купить, это обои. С Мэнди было легко, можно было не волноваться, что не то ляпнешь или ещё по какому поводу. С ней мне всегда было свободно и легко. Она ничего не просила и не требовала, она не заебывала вопросами и не ставила мне ультиматумы. Либо просто была рядом, либо же ее не было вовсе. И может я предложил ей съехаться не совсем по тем причинам которые сейчас перечислил, но разве причины — так важны? Ты меняешься когда какой-то человек врывается в твою жизнь с буйством красок, с огромной неординарностью и великим задором. Со временем начинаешь понимать, насколько же раньше уныло жилось. Какими же все были одинаковыми и серыми, по сравнению с ней. По сути наша совместная жизнь состояла из просмотра сериалов, готовки яичницы или незамысловатого салата и ещё того, что мы постоянно ебались. Это слово показалось, мне пошлым когда я использовал его по отношению к ней, поэтому я стал заменять его на секс. Ну в основном конечно, мы занимались сексом, но это никак не мешало нам и не делало нашу совместную хуже. Мы не основывались на сексе и не предавали ему большого значения. Но если уж это насколько сильно доставляет нам, почему бы и не заниматься им чаще, чем все остальные. Мэнди, стала работать менеджером по продаже кресел, что приносило нам пока что не плохую прибыль. И да, у меня получилось убедить ее в том, чтобы она пошла получать хотя бы среднее образование, а потом уже и высшее. Мэнди никогда не была глупой. Предметы с каждым днем давались ей все легче. И уже спустя пару недель, вместо целого дня на разборы трудных для нее тем, у нее уходило чуть больше пары часов. А я, в свою очередь, работал преподавателем в университете. Кто-то думает, что Милковичи не пара для Галлагеров, но я скажу вам, что Милковичи только для Галлагеров и предназначены. Хуй знает, почему так вышло. ___ — Лип! Ну почему мы не можем приготовить этот блядский торт?! — Потому что ты не умеешь готовить, Мэнди! Я не хо… — Ну я же так хочу его приготовить! Почему, блять, нет?! — Потому что, ты хуево готовишь, Мэнди! — Да какого хера ты, не можешь просто поверить в меня?! Сказать мне "— Да, Мэндс, мы приготовим с тобой этот торт. Я верю в тебя. Всему можно научиться" — Когда ты уже смиришься с тем, что тебе это не дано. — А кто же тебя блять кормит, такого гурмана? —  Ты, только яичницу можешь готовить и салаты шинковать. — А ты мать твою не думал, что я пытаюсь научиться, почему ты, сука такая, не хочешь мне в этом помочь? — Я не хочу, чтобы перевела хуедыкину гору продуктов, на твое ебанное желание научится готовить! — Лип! У меня получится! Почему ты блять никогда не веришь в меня?! — Бля, не дано тебе готовить Мэнди! Пойми уже. — Уебывай от сюда! Уходи, Лип! — Но это… — Мне похуй! Я сказала — уебывай! Блять, и думаете я знаю почему ушел? На самом деле нет. Я не знаю, почему надел кожаную куртку и ушел из квартиры, за которую платил. Я не знаю, почему до сих пор жил повадками гетто и почему никак не мог привыкнуть, что мы можем позволить себе извести несколько яиц и литр молока в никуда. Я не знаю, почему психанул, наверное все же ебаловка даром не прошла. Может я не привык решать такие проблемы. Не привык разговаривать. И искать компромиссы. Если уж говорить на чистоту, то отношения были для меня чуть ли не первые в жизни. Каждая девушка в моей жизни, (а тех в свою очередь было не мало) вначале, хотела лишь трахаться, а потом резко влюблялась в меня. Но никогда, я не видел в них того, что когда-то мельком заметил в Мэнди. Желание вырваться из этого адского круга, желание вытянуть от туда меня. И сделать в первую очередь мою жизнь лучше, а потом уже свою. Я шел по тротуару, усыпанным листьями. Они, словно золото, все украшали. Осень была моим любимым временем года. Редкие дожди, опавшие листья и все прочее, мне это пиздец, как нравилось. В Чикаго все было каким-то особенным осенью. Я шел и надеялся, что это не конец наших отношений, потому что я не дам им закончиться. Не в этот раз. Я сел на лавочку и просто смотрел на проходящих мимо людей. Все они такие разные, но почему-то находятся на одной планете, в одном городе и в данный момент в одном месте. Нам не нужно быть похожими друг на друга или разным. Все это хуйня про то, что разные половинки притягиваются или, что людям похожим друг на друга легко ужиться вместе. Найдите мне, блять, хоть кого-то кому легко ужиться вместе. Я могу сказать вам сразу, хуй найдете. Нет таких. И мы не исключение. Спустя час, может два я встал и пошел искать ближайший супермаркет. Зайдя туда, я и купил всю хуйню для торта. Мне пришлось там изрядно побродить, чтобы найти все продукты, но для начала их нужно было хотя бы вспомнить, что по правде говоря было не так уж и легко. — Че там надо? Яйца, молоко, масло…мука, сахар. Ладно, нормально будет, — Пусть этот торт будет лучшим тортом из всех, что она ела\ делала (хотя она их вроде не делала). Я решил, что мы сделаем крем и взял сливки, так че там ещё? Вроде пудру еще для этого нужно купить, как там ее…сахарная. И последнее, что я решил взять - замороженную чернику. Потому что, вспомнил, как мы смотрели кулинарную передачу и одна девица тоже делала крем из черники. Мэнди тогда ещё залипла на это. И с двумя пакетами будущего торта пошел домой. ___ — Мэнди, — Она стояла у окна и пила кофе. Мэнди всегда так делала когда обижалась или плакала. В тишине комнаты я слышал, как она тихонько всхлипывает. А если присмотреться, то можно было уловить еле видимое подрагивание плеч. — Давай испечем торт? — Она повернулась ко мне, ее глаза были красными, где-то еще поблескивали слезы, я положил пакеты подошел к ней и обнял, — Не плачь, Мэнди. Смотри, я купил продукты, для того, чтобы мы испекли с тобой торт, который ты так хотела, — Она отстранилась, посмотрела на меня и поцеловала, это поцелуй отдавал соленым привкусом слез и кофе. Но этот поцелуй был особенным, не таким когда вы хотите друг друга или когда вы просто целуетесь смотря сериал, он был чем-то особенным для нас двоих и наверное он давал понять, что лучше друг друга мы навряд ли кого-то найдем, да и искать не будем. Он был чем-то нашим, тем, что не хочется никому показывать и рассказывать. Тем, что длится вечность. От нее пахло кофе, сигаретами и дешевыми духами. С недавних пор это — стало мои любимым запахом, потому что это был запах Мэнди. Я не хотел спокойствия или суматохи. Не хотел смотреть на других девушек. Это желание резко пропало. Думается мне, каждый из нас начинает ценить что-то, когда вот-вот потеряет или того хуже, когда уже потерял. Вскоре мы стали готовить торт, сказать, что у нас получалось было сложно, сначала мы просыпали половину муки на пол и все сами перепачкались в ней. После того как мы слишком увлеклись слизыванием муки друг с друга и валяния на полу в той же муке, то все же вспомнили, что торт должен быть готов. Мы кое-как сделали тесто, крем. И вроде все шло как нельзя хорошо и у нас все получалось, но наше изделие, которое вряд ли можно было назвать тортом, изрядно подгорело. Да ещё и внутри не пропеклось. Но это был самый вкусный торт, который я когда-либо ел. Не потому что там был черничный крем, не потому что он на самом деле был вкусный, а просто потому что мы приготовили его вместе.