Ещё одна поездка вокруг Солнца.

Если опираться на стереотипы о хорошей и успешной жизни, то твоя жизни удалась, когда: 1.У тебя хорошая карьера 2. Твой кошелек забит купюрами и пластиковыми карточками 3. У тебя охуенная подружка 4. Большой и элитный дом Так вот, я пролетал абсолютно по всем параметрам. И все равно был счастлив и являлся обладателем великолепной жизни. Когда мы снова начали встречаться с Микки, то наверное моя жизнь стала легче и лучше, чем была. Нет, конечно совсем легкой она не была, потому что не стоит забывать, что он Милкович, а я Галлагер. Но мне было заебись. Твоя жизнь не должна состоять из общепринятых стандартов, как и ты сам. Я жил в однокомнатной квартире в самом хуевом районе который вы только могли найти в Чикаго, а поверьте мне их там было не мало, при чем жил я ещё и с самым устрашающим южным гопником раньше и примерным семьянином сейчас, но все же это был плюс и выживать нам приходилось тем, что мы воровали еду из магазинов или обкрадывали дома богатеньких сучек в климаксе, типа той, что однажды прострелила Микки задницу. В некоторый вечера, разговаривали валяясь в кровати, смотрели сопливые фильмы. Мик бы никогда не признался мне в том, что плакал над «Горбатой горой» или уж тем более над «Гли», но я то слышал как он всхлипывал. Возможно, когда у тебя биполярное расстройство это не самое лучшее в мире занятие, но все же не плохое, тем более я сидел на Литии и прочей херне, от которой хотелось в петлю лезть. Хотя Микки и пытался меня отговорить, но он и сам прекрасно понимал, что не может пиздить какие-то тяжелые и дорогие вещи, да и вдобавок водить машину, поэтому это было что-то типа биполярно-пидорского тандема. И все же в переезде Мика был один минус или все же два, а может…бля. И они состояли в том, что во-первых, с его переездом в мою квартиру, у меня стало грязнее, намного грязнее. И во-вторых, еда исчезала раза в три быстрее, хотя и было ее теперь больше. Блять, как вообще можно столько жрать. И даже если бы мне сейчас предложили идеальную жизнь, по тем бесполезным, тупым и странным параметрам идеальной жизни, которые наверное и не такие уж и не плохие составляющие идеальной жизни, но если бы все же мне предложили, я бы не согласился. Просто, по той простой причине, что я счастлив тут, я счастлив жить в гетто с самым ахуенным южным гопником. И больше мне ничего не нужно. Я уже просрал его однажды, а может и не однажды, но теперь я не собирался отпускать его, а он в свою очередь не собирался уходить. ___ Один из тех обычных дней, когда мы сидим и смотрим телевизор поедая макароны с сыром. — Йен, ты помнишь день когда блядь Сэмми сдала тебя? — Такое хер забудешь, — Ответил я и прожевал макарон. — И в тот день ты ещё пиздел, что мы никогда не были на свидании. — Ты меня приглашаешь на свидание? — Ой, да иди ты нахуй — я заметил на его щеках румянец. — Так ты приглашаешь меня? — Да схуяли-загуляли то? В пизду твои свидания. — Я заметил как на его щеках выступил румянец и поэтому решил сорвать джекпот. — Уверен? — Ну ты и пидор Галлагер. — Это значит да? — Да блять, это значит да еп твою мать. — Что значит да? Ты что-то хотел мне сказать? — Я собирался отыграться по полной программе. — Да ты блять издеваешься? Я промолчал и тогда он понял, что этого не избежать. — О боже… Йен, блядский Галлагер, пойдешь ли ты со мной на ебучее свидание? — Конечно, пойду, Микки Милкович. Это было наше первое свидание, ну да пять с лишним отношений и мы решили сходить на свидание. Для этого мы выбрали ресторан под названием Joeʼs Seafood, по ценам он был не особо дорогой и вроде более менее приличным, видимо для Микки это было очень важно, потому что он охереть как волновался. Я же в свою очередь был практически спокоен. Это было далеко не первое мое свидание. И поэтому мне было известно о том, как они должны были проходить. Хотя зная с кем я иду в этот раз, ожидать можно было чего угодно. ___ Так как у Микки не было приличного костюма, ну точнее у Микки вообще не было костюма. А у меня был лишь один, мы решили зайти к Липу и Мэнди и одолжить у моего братая костюм, подаренный Амандой. — Какими судьбами пришли? — спросила Мэнди, которая стояла перед нами в фартуке с принтом марихуаны. — Короче это, ну бля, — Микки замялся. — В общем, — я решил, что сказать за Микки будет гораздо быстрее, — Мы тут подумали с Миком и в общем, идем на свидание. — Ахуеть, я так рада за вас ребята, — Мэнди немного очухавшись от новости, обняла нас. Она отреагировала, так будто мы пожениться решили или ребенка завести. — Так вот, у нас есть небольшие проблемы с костюмом для Микки. Ну как проблемы, у него его попросту нет… В общем, Лип не мог бы нам его одолжить? — Сейчас узнаем. А пока проходите, садитесь за стол, я вам блинов положу. Мэнди похожа на хозяюшку кулинарного шоу. В последнее время и видел ее лишь счастливой. Она заметно похорошела, поднабрала вес, и теперь выглядела куда лучше, чем в последнюю нашу встречу, хотя это сложно было назвать дружеской встречей. Брат мой, так же наконец-то не выглядел как заебанный жизнью аспирант. Время от времени те звали нас на ужин и все время ворковали друг с другом, это было мило до тошноты и совершенно не похоже ни на Милковичей, ни на Галлагеров. Но раз теперь все мы могли называться счастливыми, то это было как нельзя кстати. Пиздец, почему когда я жил с Мэнди, она не готовила блины, да она вообще, блять, ничего кроме яичницы не готовила. И та подгоревшая вечно была. -Нам самом деле блины действительно были просто невероятно вкусными, блять, и где она только научилась так готовить. — Привет Йен, Микки. Что-то случилось? — спросил вошедший в комнату Лип. — Да в общем-то нет. Нам нужен твой костюм который подарила тебе Аманда, но это всего на один вечер. Мы решили сходить на свидание. — О, да без проблем. — Но костюм нужен Микки. — Ну ладно. Когда Микки померил костюм, он сел на него просто идеально, ну…почти. Внизу штаны были велики ему где-то на 10 сантиметров. — Блять, че за лажа. И че теперь делать? — Мик, успокойся. Сейчас что-нибудь придумаем. — Ты — самый тупорылый брат из всех которые когда-либо существовали. Снимай штаны мать твою, — Мэнди взяла штаны, иголку и пошла на диван, она чуть-чуть закрепила их черной ниточкой, под рост Микки. — Ну вот теперь вообще заебись, — Теперь, Микки был доволен и даже очень, ну, а я тем более. — Эт, бля. Мэндс, деньжат подкинешь? — О боже! Сколько? — Спросила девушка, закатив глаза. — Ну долларов 500. — Блять, на придурок, — она потрепала его по голове и протянула ему нужную сумму ___ — Господи, и зачем я, блять, вообще это затеял, — В его голосе я слышал неуверенность. — Да ладно тебе Мик. Разве ты не хочешь разбавить наши отношения? — Чего блять? — Ниче. Собирайся блять уже. — Йен, это серьёзно так важно для тебя? — А для тебя разве нет? — Хмм… Ну, бля… — Все ясно, тебе еблю по утрам подавай, да пиво с чипсами у ящика по вечерам. Хер с тобой. Мы никуда не пойдем. Внутри все полыхало от злости. От разочарования. От боли. Было слишком обидно, что он так и не смог измениться. Что гетто так и осталось в нем. И это было предпочтительнее меня. Предпочтительнее нас. — Эй ты, нямочка. Поднимайся с кровати ебаный в рот. Еще опоздаем из-за тебя, долбаеба. — Ты серьёзно? — Если для тебя это так важно, то да, я блять серьёзно. И я считаю свидание хуйней, не потому что мне стыдно за нас и не потому что я нихуя не хочу, кроме как трахаться. А дело в том, что мне с тобой и так хорошо. — Мы точно пара? — Я боялся услышать нет, боялся, его ответа больше всего на свете. — Естественно мы блять пара. Че за хуйню то опять поришь? Поднимай свою жопу с кровати и выдвигаемся. ___ Мы зашли в ресторан, выглядел тот довольно прилично. Все стены были нежно-бежевого и коричневого цвета, в углах было позолоченное обрамление, витражные окна во все стены, бокам котоых были закреплены шелковые занавески, стулья, в обивке из белой кожи, а столы сделаны из дуба, на самом столе располагалась скатерть кремового цвета, где стояла ваза с цветами. Тут сидели дамы в красивых длинных платьях и их ухажеры в черных костюмах, у некоторых из них имелась бутоньерка. В каких-то вазах стояли букеты с цветами. Играла расслабляющая музыку на заднем фоне. А пахло в помещении жаренным мясом, духами и вином. Конечно, это был далеко не тот ресторан который посещали олигархи. Мы сели за столик номер 6, который заказали ещё вчера вечером. — Меню, пожалуйста, — Подошел официант и вручил каждому из нас по книжечке в кожаном переплете — Ебать у них тут цены. Лучше картоху пожарили дома. — Мик, тише, — я накрыл его руку своей, и к моему удивлению, он не отдернул ее. — Господи! Ладно, — На самом деле цены тут действительно были не из маленьких, хорошо, что мы заняли у Мэнди и Липа 500 долларов и ещё наших было 300. Выходило 800. Не плохо. — Нам, пожалуйста, утку в черничном соусе, два салата цезарь и Cabernet Sauvignon 2006 года. — Хорошо, скоро ваш заказ будет готов — Мик, у нас может не хватить денег. — Да ладно тебе, Йен. Наслаждайся вечером, — в этом он был прав, недавно я о таком даже и мечтать не мог. Спустя некоторое время нам принесли наш заказ. — Прошу, ваш заказ — он с мастерством поставил тарелки и бутылку с вином на стол, разлил вино по бокалам, пожелал приятного аппетита и ушел. — Мм! Боже это так вкусно, Мик. — А я тебе, епт, че говорил. — Почему ты выбрал именно…именно этот ресторан — Говорил я не совсем понятно, потому что мой рот был почти до отказа набит лучшей уткой в моей жизни. — Хер знает. Наверное не хотел, чтобы наше первое свидание было в МакДаке. Ну блять и бабу же ты из меня сделал. — Да, Мик я понимаю. Весь остаток этого вечера, мы провели уплетая самую вкусную еду в нашей жизни, вели кучу бессвязных и бесполезных разговоров, чувствовали себя неотъемлемой частью светского или хотя бы среднестатического общества, мы забыли о том, откуда родом, да и какое это имело значение сейчас или вообще. И конечно же мы, наслаждались легким опьянением от выпитого вина. После мы заказали ещё спагетти с фрикадельками. — Ваш счет. — официант положил на стол маленькую книжечку из которой торчал чек, поставил тарелки на поднос и ушел. — Сколько? 1100 долларов? Мик, нам не хватает. — Епт твою мать. — Я же… -Блять, можешь даже не начинать. Я знаю, что делать. Пошли в туалет. — Чего? Прям здесь? — Пошли я сказал. Мы зашли в туалет, но до меня так и не доходил весь смысл его действий. — Бля. Тут нет окон. Тогда мы выйдем через парадную дверь. — Но ведь, нельзя уходить, не оплатив заказ. — А я то блять не знал. Пошли говорю. Господи вы бы знали как колотилось мое сердце, блядский Милкович. Мы вышли из туалета подошли к столику, Мик сделал вид, что оплачивает заказ и мы спокойно ушли из ресторана. Никто не смотрел на нас подозрительно. Не пошел в ту же секунду проверять действительно ли мы оплатили заказ. Как только двери за нами закрылись. Микки сказал. — Бежим ептэ. И тогда мы рванули, что есть мочи. Мы бежали так долго как только могли. В этот момент я чувствовал себя таким свободным, мир принадлежал лишь нам, только мы были в нем и больше никого. Это все казалось мне таким заоблачным и туманным, словно я был во сне. Ведь идеально все могло быть у кого угодно, ни только не у Галлагеров и Милковичей. Что ж видимо я ошибался. — Нужно бросать курить. — Сказал Микки, когда наконец-то соизволил остановиться и мы оба стали мучиться отдышкой. — Милкович, ты, блять, сумасшедший. — Знаю, Галлагер. — И что теперь делать будем? — Да нихера не будем. Ты хотел свидание, вот тебе свидание. — Это самое охуенное свидание в моей жизни, Мик, — Признался я. — Да это блять первое свидание в твоей жизни, — Я не хотел говорить, что ходил на свидания с Калебом, да и если бы и сказал, все равно ни одно из них не сравнилось бы с этим. — И все же оно лучшее, — Я подошел к нему и коснулся его губ своими губами, опьяняющий, манящий и дурманящий голову поцелуй, проглатывал в пучину наслаждения и страсти. Конечно два целующихся мужика посреди Чикаго не лучшая картина, ну и похуй. В этот момент на все было похуй. По сути наш путь домой был довольно тихим, никто из нас ничего не говорил, потому что и говорить то было нечего. Но я все же решил сказать ему то, чего не говорил никогда. Но всегда чувствовал это. И всегда хотел сказать. Только вот момента никогда. — Я люблю тебя, Мик, — он посмотрел на меня и спустя несколько секунд ответил. — Я тоже, Йен. Я тоже. — Мик остановился, поцеловал меня в макушку и мы пошли дальше.