Эпилог(Йен)
11 августа 2016 г., 15:03
Примечания:
Вот и последняя глава.
Я решила назвать ее просто эпилог, ведь определенной направленности тут не было.
Это первый мой фанфик, такого размера.
Спасибо большое/ огромное всем, кто прочитал его до конца и кому он пришелся по душе. Я до безумия ценю это и замечаю ваше внимание.
Люблю вас)
бета:
ох епта конец фанфика
было приятно бетить такой фф
да хоть я и вопила при виде уведомления 'новый текст в общем доступе' но этот фф будет чем родным для меня
спасибо той телочке из комментов которая сказала что я молодец
спасибо автору которая взяла меня на работу
спасибо ребятки! :)
Семь лет спустя.
— Йен, ты, блять, можешь собираться быстрее?!
— Мик, уже почти готов! — Крикнул я.
— Епт твою мать, — проворчал Микки.
Дверь в комнату резко открывается. Словно с ноги. В нее входит брюнет в черном смокинге. И начинает раздраженно завязывать мне галстук.
— Ты когда-нибудь научишься завязывать этот ебаный галстук?
— Спасибо, Мик, — сказал я, а за словами последовал поцелуй в макушку.
— Минни, ну какого черта ты опять разбросала игрушки?
— Так получилось, они сами.
— Мы так и подумали, — взял ее на, руки и через несколько минут, мы уже закрывали дверь квартиры и спускались по крутой лестнице.
На улице был жаркий июль, сегодня день независимости и по совместительству — день рождения Микки.
На самом деле если бы не я, то он так бы и не согласился его отмечать, я настаивал на этом каждый год. И далеко не каждый год, у меня получалось уговаривать его на это. Несколько раз мы устраивали ему сюрприз. И когда он приходил домой, завидев это, говорил: "Да,да,да. Заебись, всем спасибо. А тебе хуярьте по свои домам нахер."
Мы сели в такси и поехали, я смотрел на Минни. Она была рыжая и вся в веснушках, но как всегда, эта единственная, неизменная черта Милковичей — ахуенные голубые глаза, которые я не спутаю ни с какими другими. Мы ехали к Галлагерам и Мэнди, которая по сути уже как пять лет является Галлагером, как и их дочь Кесси.
Мы приехали к дому Галлагеров, который как и раньше был переполнен. Из дома слышались крики детей и смех остальных обитателей дома. Хотя сейчас, там не так уж много Галлагеров и жили. Но всегда, все праздники, проходили именно в этом доме. Постучав в дверь нам открыли лишь спустя несколько минут.
— С ДНЕМ РОЖДЕНИЯ!!!
Заорали все, кто были в доме. Крики сопровождались хлопушками, свистом и лютыми аплодисментами.
— Блять! Спасибо.
Когда мы вошли в дом, каждый обнял Микки, не спрашивая хочет он того или нет. Так было всегда. И иногда, мне казалось, что Микки даже это нравилось. Но конечно же, они никогда не бы не допустил того, чтобы я узнал об этом.
Наверное, так или иначе каждый из нашей семьи был счастлив.
Фиона уже как два года живет с Джимми/Стивом и сейчас была на седьмом месяце беременности. Однажды он опять заявился в дом Галлагеров. Я даже и не мог припомнить сколько раз такое было. И тогда, ее не остановил ни очередной муженек, на тот момент вроде бы третий, ни ипотека которую она только, что взяла. Фиона просто взяла, и в ту же ночь съебалась с ним на Карибы. Целый год от нее не было практически никаких вестей. Лишь короткие письма и фотографии. Даже те, по праздникам.
Спустя год, они вернулись. Счастливые, загорелые и обрученные.
Лип, Мэнди и их дочь Кесси, тоже нашли свое счастье. Купив загородный домик. Они разводили лошадей и кур. Катались на пикапе и конечно уже, во всех традициях Техаса, у них был Золотистый Ретривер. Все это походило, на ебанутую семейку из очередного ситкома, по комедийному каналу. Но так оно и было.
Лучше уже жить как семейка из ситкома, чем так, как это было раньше.
Карл - выучился на полицейского. Но мозгов особо у него не прибавилось. Девушки у меня менялись одна за другой. И не было девицы, которая пробыла бы в его койке больше года. За это время он еще успел отслужить в армии и стать таким же патриотом своей страны, как и я.
Дэбби - выучилась на сварщика, и эта работа ей действительно нравилась. Она все пыталась работать, присматривать за Фрэнсис и собой. Но нихуя у нее не получилось. Так что, наверное, как нельзя вовремя, объявился Дерек.
Сейчас, они являются полноценной ячейкой общества.
Кев и Ви хоть и не были нам кровными родственниками, но видели мы их чаще, чем Монику
и Фрэнка. Светлана все еще живет с ними. Эти трое, все делят между друг другом. Бар, детей, постель.
И да, я тоже был счастлив с Микки и нашей дочерью Минни. Несколько лет назад, мы попросили Мэнди, родить ее для нас. И она согласилась. Это было определенно в стиле Галлагеров. Парень ебет сестру своего парня, на глаза у своего брата, который является мужем этой самой сестры. Ну пиздец.
И все же, мы с Микки хотели, чтобы ребенок был похож на нас. И он пиздец как был похож. Не могу не согласиться с тем, что еще дохуя пиздеца случилось за это время. Однажды мы даже вновь расстались. И все же, если закончилось все хорошо. Нахуя вспоминать ту хуйню.
— Садитесь за стол, — Сказал Лип, который с энтузиазмом поднял бокал с шампанским и мигом его осушил.
— Йен, я выбила Кесси путевку в детский лагерь, хочешь мы и малышку Минни туда отправим? — предложила Мэнди, накладывая в тарелку салат
— Что думаешь, Мик?
— Ну, а че. Нихуевая идея. Пусть съездит, за то и мы отдохнуть сможем от нее, немного. — На что Мэнди лишь улыбнулась, и продолжила увлеченно беседовать с Липом.
— Привет, Микки. Как житуха? — Улыбнулся Карл
— Здоров, малой. Да идет, как видишь.
— Ну эт, ништяк. Я тебе тут ништячок подогнал.
Он дает Микки небольшую коробочку кремового цвета с красным бантом на ней.
— Что он подарил?
— Да погодь ты, ептэ.
— Блять, шмаль? Ахуеть, тоже мне полицейский в законе.
После этого каждый дарил Микки подарок. Кофемашина, костюм, деньги, снова шмаль, и снова деньги, Светлана же подарила открытку в которой было написанно «С днем рождения Микки Маус », а на самой открытке были напечатаны Микки и Минни Маус, что по правде говоря было очень символично.
Потом кто-то хорошенько нажрался, кто-то пошел вспомнить молодость, пока было кому сидеть с ребенком, и поэтому стоны Мэнди было слышно даже на первом этаже, кто-то танцевал, а мы с Миком сидели за столом и пили пиво. Я смотрел на него, на играющую с другими детьми дочь и представил какой бы моя жизнь была без них, что бы я делал и с кем существовал. И понял, что мы даже не замужем или не женаты, хер знает как это у мужиков называется. До меня только сейчас дошло, что ни один из нас никогда даже не задумывался об этом. Мы всегда были слишком заняты.
Но все же я решил спросить:
— Мик, а почему мы до сих пор не замужем? — Он поперхнулся пивом и то вылилось на темно-синюю рубашку.
— Вот же блять!
— Так, пойдем выведем пятно.
— Идем, фея крестная.
Мы поднялись на второй этаж. Мэнди с Липом уже утихли и видимо уснули. Я зашел в ванну притянув за собой Микки и закрыл дверь.
Он снял рубашку и я принялся выводить пятно.
— Хули ты как прачка себя ведешь?
Он развернул меня к себе и поцеловал, мы стали судорожно снимать с себя одежду, которой как нам казалось было слишком много, кружились разрушающим вихрем по ванной, снося баночки с шампунями и зубными щетками. Горячее дыхание обжигало, поцелуи покрывали тело, руки смешно мешались, а вода приятно скользила по коже. Мы не знали как дышать и поэтому просто слились в одно целое. Сдавленные стоны и хрипы, перерастающие в несдерживаемый крик. И обмякшие тела спустя сорок минут, самого ебнутого секса, за последние несколько лет. С момента как у нас появилась дочь, секс стал уходить на второй план. А потом уже и на третий. Даже если мы им и занимались, то это было тихо, слишком тихо, чтобы не разбудить ребенка.
— Ну что, я ответил на твой вопрос, рыжик?
— Вполне, — Спустя несколько минут ответил я.
— Это мой подарок на день рождения?
— А что? Может быть.
Мы оба расплылись в ухмылках.
— Надо у Карла рубашку попросить.
— Угу.
Мы лежали в маленькой ванной, плотно прижавшись друг к другу. Иногда, в такие моменты испытываешь нечто неземное. Понимаешь то, насколько же ты счастлив. Насколько же тебе повезло. И что, больше и пожелать нечего.
— Мик, ты счастлив?
— А сам как думаешь?
— Так счастлив?
— Больше, чем кто-либо, Галлагер.
Какой бы сложной и хуевой не была моя жизнь, Мик всегда оставался рядом. Он не говорил мне о том, что я невыносим, что болен, что я убиваю его. Хотя все это являлось и до сих пор является правдой. Но он просто принял это. Принял меня и весь пиздец, что есть во мне. Это единственное, что дает тебе почувствовать себя, чуть более значимым в этом мире. Ему не нужно было ничего объяснять. Можно было просто придти и лечь рядом. Просто обнять его. Спрятаться в нем, и не вылезать до тех пор, пока хуйня не пройдет.
Я знаю, что у нас будет хуевый итог.
Но Галлагеры, могут быть счастливы только с Милковичами. Не важно сколько на это уйдет времени и сколько это будет длиться.
По другому быть не может.