The Holiday Romance

Всё было вверх дном в квартире Стива, когда он взглянул на настенные часы и нервно выскочил наружу. Он не любил опаздывать, будь это официальная встреча или просто приглашение в гости от друзей, как сейчас. Уже через десять минут приодетый и собранный Роджерс стоял у двери, переминаясь с ноги на ногу. Подошвы его ботинок шаркали по бетону, и шуршащий звук шепотом разбегался по коридорам и лестничным площадкам. С верхних этажей раздавался лай собак и чья-то сдерживаемая ругань, а с улицы доносилось бряцанье велосипедного звонка и рокот мотора автомобиля. Судя по скрипу и взбудораженному голосу, кто-то пытался впопыхах заменить так некстати лопнувшее колесо или залить моторное масло. Все эти звуки, дребезжания, гулы, лязги и тресканья, вытекающие из всех углов, означали лишь то, что день в Нью-Йорке был в самом разгаре. Стив откашлялся и посмотрел на небольшой букет, что держал в своих руках. Он повел носом от раздражающего запаха лилий и, наконец, в нерешительности слегка нажал на звонок, услышав тихий мелодичный мотив за дверью, после чего тяжело выдохнул. Сегодня парень был немного не в духе, впрочем, как обычно. Секунды спустя послышались неторопливые шаги, в замочной скважине звякнули ключи. Дверь открылась внутрь, и на лестничной площадке появилась старушка весьма преклонного возраста, хотя кто знает, сколько ей было на самом деле. Её осанка была прямой и крепкой, словно сейчас на женщине было вечернее платье с тугим корсетом, а не просторный шелковый халат, голову она держала прямо, на вытянутой шее, чуть задрав нос, а её седые волосы были аккуратно причесаны и легкими кудряшками покоились на плечах. Морщинки, лучиками разбегавшиеся от уголков её глаз, были не сильно заметны, но в тот момент, когда она, глядя на своего гостя, чуть сдвинула посветлевшие за годы брови и легко улыбнулась, они показались намного глубже. — Стиви, какой приятный сюрприз, — протянула она, не сводя взгляда с лилий в руках парня. Без слов и с легкой улыбкой он вручил женщине букет цветов, и та мгновенно расцвела сама, приняв подарок. — Ты знаешь, что лилии — мои любимые. — Доброе утро, Пегги, — наконец ответил блондин, поджав губы. — Надеюсь, не опоздал? — Ох, нет, ты даже немного рановато, — засуетилась женщина, уходя вглубь квартиры и поманив Роджерса за собой. — Но это не страшно, так что проходи, да и Энджи вот-вот будет дома. Расскажи пока, как сам, а то ведь редко приходится слышать о тебе новости. Не звонишь, не пишешь… — Со мной всё в порядке, — заверил её парень. «Просто не хочу вам навязываться», — подумал он следом, но вслух этого, конечно же, не сказал. — Я был немного занят в последнее время. По работе. Но сейчас я свободен. — Это хорошо, потому что у нас с Энджи есть для тебя новости. Стив довольно часто бывал в квартире Картер и Мартинелли, так что знал почти каждый уголок и чувствовал себя здесь вполне комфортно, можно сказать, как дома. Квартира была оформлена в типичном английском сдержанном стиле, от которого веяло духом уже далеких сороковых годов. Узенький коридор вел прямиком в просторную и светлую гостиную, где вошедшего добродушно встречали мягкий темно-бордовый диван и пара едва потертых кресел того же цвета, впитавших в себя многолетнюю историю. Небольшой чайный столик из темного дерева, на котором будто бы небрежно «валялась» пара журналов, тумба того же тона, на которой расположился телевизор не самой новой модели, комод, хранивший в себе всякую мелочевку. Чуть левее — стеллаж для книг, полки и камин — конечно, не настоящий. Обои были украшены легким цветочным орнаментом, на стенах в дополнение висела пара вполне обычных картин с незамысловатыми пейзажами. Стоило только повернуть голову немного правее, и открывался вид на просторный балкон — дверь была приоткрыта, а легкие занавески развевались на ветру, впуская в квартиру порывы свежего летнего воздуха, по-хозяйски бродившего по улицам Бруклина. Апрель в этом году выдался идеальным: воздушным, прохладным и бодрящим, словно готовился к чему-то важному. Такая погода, несомненно, радовала глаз, а ветерок, играющий в волосах, взбудораживал и придавал настроение. Хозяйка скрылась за аркой, ведущей в небольшую кухоньку, оформленную в нежных бежевых тонах. Она появилась минут через десять с подносом в руках, застигнув Стива в очередной раз разглядывающим фотографии в золотистых рамках, расставленные на многочисленных полках по всей квартире. Многие из этих фото были черно-белыми, ведь когда-то цветная пленка была, конечно, не редкостью, но всё же роскошью, которая могла сильно ударить по карману. Стив же до сих пор считал, что именно на черно-белых фото запечатлены самые яркие моменты жизни. Счастливые Пегги и Энджи смотрели на Стива с многочисленных снимков, широко улыбаясь, и в голове Роджерса всплывали далекие видения. Он точно помнил щелчок кнопки затвора, вспышку камеры и звонкий смех девушек, кружащихся вокруг парня. И вот на самом почетном месте, в самом центре и в самой невзрачной рамочке стоит фотография, на которой они были уже втроем. Вместе. И с ними такой же юный и яркий Стив в отглаженных брюках и клетчатой рубашке с коротким рукавом, совсем ни капли не изменившийся с тех времен. А как давно это было… — Смотришь на фото, словно никогда прежде их не видел, — подала голос Картер, подойдя чуть ближе к своему гостю. Тот слегка дернулся и обернулся на голос. — Уже и не верится, что многие из них сделал я, — хмыкнул парень, перехватывая поднос из рук женщины. Он аккуратно поставил посуду на чайный столик, а Маргарет одним лишь своим взглядом упрекнула его в излишней заботливости. Ведь ей всего-то сто два года, а по ощущениям так и вовсе слегка за семьдесят, могла бы справиться сама. Но Стив всегда был таким, с самого их знакомства. А познакомились они в 1941-м, в тяжелые времена и при таких же тяжелых обстоятельствах. Роджерс был студентом-художником, специализирующимся на иллюстрациях, а еще он был добровольцем, которого долго не принимали в армию из-за довольно слабой физической формы, но упорными тренировками, а также участием в сверхсекретном проекте он добился своей цели. Суперсолдатом, как изначально планировалось, он не стал, но мышечную массу нарастил впечатляющую. В 107-м пехотном полку, куда распределили Стива, он и встретил агента Картер. Маргарет курировала все операции этого подразделения, практически до самого конца Второй Мировой они работали вместе. После победы Роджерс вернулся из Англии в родной Нью-Йорк, а Картер перевели работать в секретную организацию СНР, и она уехала вслед за ним. Стив и Пегги жили вместе около десяти лет и были влюблены друг в друга всё это время. Люди не всегда влюблялись в свою родственную душу, так не повезло и этим двоим. Однако эта новость не свалилась на них, как снег на голову, на тот момент прошло уже больше пятнадцати лет со дня их знакомства, так что догадки постепенно закрадывались в их мысли. В любом случае, их отношения всегда были намного выше понятия лучших друзей и, несмотря ни на что, они по сей день там же и остались, пропали лишь романтические оттенки. В какой-то момент в жизни Маргарет появилась Энджи Мартинелли. Она была вечно весела и общительна, мечтала выступать на подмостках театра или смотреть на мир с телеэкранов, а еще она не давала покоя сердцу Пегги, и Стив это, конечно, прекрасно понимал. И был, кстати, совсем не против. Если честно, он сам подталкивал Картер, чтобы та уже пригласила девушку на свидание, а не просто провожала её томным взглядом по всему залу кафетерия до самой двери в кухню. К тому же Роджерсу казалось, что только он и замечал посылаемые Энджи знаки, а Пегги в упор не хотела ничего видеть, и это уже требовало принятия крайних мер. В очередной раз, когда официантка принимала заказ, парень вновь пилил взглядом свою подругу, а та лишь нервно постукивала каблучком под столом, делая вид, будто не смотрит на него, диктуя названия выбранных напитков и сладостей. Записав всё в блокнот, девушка кокетливо улыбнулась и пообещала принести заказ за пять минут. Стив закатил глаза и подпер подбородок кулаком, не сводя взгляда с Пегги. — Ну что? — шикнула она, потянувшись к салфетке. — Это оно? — Я не знаю, — буркнула она. — Это чувство трудно описать. Пока что оно не делает меня счастливой. — Пригласи её, — не унимался блондин. — Не думаю, что это хорошая идея… — Это единственная правильная идея… — Ох, может, мне сейчас это даже не нужно? — выдохнула она, теребя в руках несчастную бумажку, от которой уже почти ничего не осталось. — К тому же, вдруг это даже совсем не оно? — В таком случае мы не обедали бы здесь каждые вторник и четверг. Тебе серьезно нравятся местные пирожные и печенья? Мне так не кажется. Пегги побежденно вздохнула и потянулась к радиоприемнику, стоявшему прямо над их столиком, чтобы повысить громкость и не слышать больше наставлений со стороны друга. Раздался звонкий, срывающийся на писк девичий голос, в котором чувствовался весь спектр эмоций от гнева до радости одновременно. Девушка из приемника живо и бойко зачитывала текст, выкладывая все свои силы на его прочтение. Смысл радиодрамы был не особо понятен, да этого и не требовалось. — Пару дней назад я ходила на прослушивание, — завела разговор неизвестно откуда появившаяся Энджи, грубо опустив поднос на стол, отчего чашки звякнули, и содержимое слегка разлилось по краям. — Меня не приняли. «Недотянула», — вздохнула она, меняя громкость до минимальной отметки так, что теперь из приемника не доносилось ни звука. — Вы же не против? — Отлично, а то у меня уже в ушах звенит. — Стив взял с подноса свои кофе и пирожное, а Маргарет сдержанно улыбнулась, тряхнув кудряшками. — Приятного аппетита. Что-нибудь ещё? — выдохнула официантка, глянув сначала на парня, затем на девушку. Блондин в ожидании таращился на свою подругу. — Спасибо, — ответила Картер, неловко прочистив горло. — Вообще-то да. — Она выдохнула, пару раз провела руками по юбке, разглаживая её, а затем положила ладони на стол, сцепив их в замок. — Я хотела спросить, свободна ли ты сегодня вечером? Может, мы могли бы сходить куда-нибудь? — Оу. — В глазах девушки тут же загорелся огонек. Она быстро глянула в сторону Стива, а тот лишь дернул бровями, будто говоря «я тут ни при чем, теперь действуй ты». Она стала что-то черкать в своем блокнотике и слегка замялась. — Да, я свободна. И я не против. Можешь подождать минут 10, пока не начнется мой перерыв? Я подойду и оставлю номер. Получив положительный кивок, она развернулась и почти незаметно выставила блокнотик перед блондином, и тот успел прочесть небольшую запись, что и заставило его негромко хохотнуть. Конечно, это не осталось незамеченным для Пегги. — Что? Что там было написано? — Ничего, — пожал плечами юноша. — Просто благодарность. — Благодарность за что? — Роджерс загадочно улыбался, ковыряя ложечкой в своем пирожном. Брюнетка сдвинула брови, а её лицо вытянулось в удивлении. — Боже! Неужели вы были в сговоре?! — Это она меня попросила! — тут же попытался оправдаться парень, за что получил удар по ноге. — Ау, Пегги! Девушка рассмеялась. Хотя она и была благодарна Роджерсу, но пока не собиралась это говорить. А Энджи оказалась невероятно очаровательной. При виде Стива она всегда лезла к нему с объятиями, называла джентльменом и пекла парню его любимые сладкие яблочные пироги, которые просто таяли во рту. В разы лучше тех пирожных из кафетерия, вкус которых парень еще помнит. Вскоре девушки съехались, перебрались в пустующую на тот момент квартиру в соседнем от Стива доме. Так шли годы, и, хоть они общались немного реже, чем раньше, они всё еще были друзьями, несмотря на такие внешние отличия. — Ты снова погрустнел, милый, — заметила Пегги, присаживаясь в кресло. Она подперла рукой щеку и посмотрела на блондина. — Все в порядке? Стив кивнул, садясь в кресло напротив, и взял чайник. Разлив горячую жидкость по чашкам, он взял одну из них и сделал пару глотков. Чай слегка обжег горло парня, и тот скривился, отставив кружку. Роджерс всегда нетерпеливо приступал к горячим напиткам и обжигался, морщась, словно маленький ребенок. Пегги и Энджи всегда слегка охлаждали чай, прежде чем подать его другу, но сегодня Картер этого не сделала. Видимо, забыла. — У меня ничего не меняется. — наконец ответил Стив. — То есть всё стабильно плохо? — Жить можно. — А как у тебя с работой? Чем был занят в последние дни? — Если ты про мастерскую, то все идет полным ходом, вот собираемся расширяться. Но это заслуга Наташи, не моя. Она держит всё в своих руках, поэтому бизнес процветает. А если ты насчет моих работ, то я ходил в несколько мест, но получил отказы. Видимо, весь мой талант вместе с популярностью закончился еще в восьмидесятых. — Не говори глупостей, ты прекрасно рисуешь, просто в этот раз тебе не повезло. Не опускай руки. — Я устал, — буркнул Стив себе под нос. — Устал терпеть неудачи одну за другой. Это как бесконечный круг, который год не происходит ничего нового. — Да прямо уж ничего, — отмахнулась Пегги, подув на горячую жидкость в своей чашке. — Это просто весенняя меланхолия, у меня тоже такое бывает. Тебе нужно отвлечься и перестать каждый день думать о прошлых неудачах. И лучше сделать это сейчас, чтобы потом не смотреть на свое отражение в зеркале и не думать, что уже поздно. — Боюсь, для меня это «поздно» никогда не наступит. Я скоро буду как Дракула. — Как кто? — Книга такая есть. Граф Дракула жил слишком долго, и окружающие принимали его за дикое мистическое существо, а на деле он был лишь одиноким и несчастным человеком. У него было три жены, и ни одна из них не оказалась его родственной душой. Так он и умер молодым и одиноким… — Глупости всё эти сказки, — буркнула Пегги, — не тому они учат. Я вот недавно читала статью про одного английского бизнесмена. Его родственная душа погибла во время несчастного случая, так что теперь он живет один. Ему почти двести лет, но он не чувствует себя одиноким, более того, охотнее прожил бы так еще лишнюю сотню лет, нежели испытал эти чувства снова. Нельзя искать счастье в одной лишь любви, ведь иногда она может принести с собой и боль, и страдания. Любовь придет в любом случае, никуда тебе от неё не деться, а молодым еще успеть побыть надо. — Вот уж не знаю, как этот парень, но я перестал чувствовать себя молодым. Просыпаясь по утрам, я все еще вижу в зеркале юного парня, но я не чувствую себя им. Может, это мой предел? Может, я выжал из своей жизни всё, что мог? Пегги сдержанно улыбнулась в ответ. Слова Стива лишь еще раз доказывали, что вместе с Мартинелли они приняли верное решение. В последнее время Роджерс стал слишком уж серьезным, ходил с угрюмым видом и не выбирался из дома дальше своей мастерской или продуктового магазина. Так что если их предложение Стиву не поможет, то хотя бы позволит ему развеяться. — Стиви, люди в космос летают, строят небоскребы, пишут книги и живут полной жизнью. Никто не может испытать в этой жизни всё, что может, как бы долго этот человек ни жил. Конечно, ты все еще сможешь продолжать испытывать себя в этом мире и после того, как встретишь свою родственную душу, но время для тебя уже начнет отсчет. — Ты так говоришь, будто жалеешь о том, что встретила Энджи… — Не говори таких глупостей, конечно же, не жалею, ты и Энджи — лучшее, что случалось со мной. Хотела бы я променять свою жизнь с ней на новую молодость? Да ни за что. Но хотела бы я передвинуть дату нашего знакомства на несколько лет? Вот тут бы я задумалась. Ты же понимаешь, что семейная жизнь — это компромиссы. Всегда приходится отказывать себе в чем-то. Я уверена, что Энджи добилась бы большего, если бы мы встретились немного позже. — И что ты мне в итоге хочешь сказать? — Что любовь не станет панацеей от всех твоих проблем. Да, это чувство волшебно, но не всегда дает то, чего от него ожидаешь. И это, конечно, совсем не та яркая оболочка, которую можно увидеть в тех же самых сказках, песнях, фильмах. Ты всё поймешь, когда встретишь нужного человека, но до того момента помни, что одиночество — ещё не конец. Послышался лязг ключей, и входная дверь отворилась. Пегги оглянулась и улыбнулась, делая глоток чая. Стив также догадался, кто это мог быть. Из коридора донеслось шуршание пакетов, стук каблуков и не потерявший ещё свою звонкую нотку голос:  — Я дома, Англичанка. Отставив чашку в сторону, Роджерс в два шага преодолел гостиную и коридор, буквально выхватив тяжелые пакеты с продуктами из рук женщины. Та лишь дернула бровями от неожиданности, а затем улыбнулась, покачивая головой. Она стянула с себя шелковый шарф и пальто, аккуратно повесив всё на кованый крючок вешалки, и сняла туфли. — А вот и наш джентльмен, прямо как по часам, — хохотнула Энджи, пройдя в гостиную. Увидев Пегги, она слегка нагнулась в её сторону и чмокнула в щеку, а затем двинулась в сторону кухни, чтобы помочь Стиву разобрать продукты по полкам, но тот уже и так всё убрал. Оставалось только надеяться, что в этот раз не придется названивать парню каждые десять минут и спрашивать, куда он положил морковь или муку. — Яблоки, — хмыкнул Стив. — Значит ли это… — Возможно, — хитро улыбнулась Энджи, сцепив руки на груди. В ответ Стив лукаво дернул бровями вверх, она повторила за ним, и они продолжали переглядываться еще около минуты, пока женщина не отвела взгляд, хохотнув. — Так о чём вы тут болтали, пока меня не было? Она вернулась в комнату и села в освободившееся кресло, слегка облокотившись на спинку. Её седые волосы, собранные в пучок на затылке, блестели на солнце, а голубизна глаз скрылась за бликами на стеклах очков. Она ловко закинула ногу на ногу, сцепила тонкие пальчики в замок и положила их на коленку. — О сказках, — улыбнулась Пегги. — Сказки, сказки… — вздохнула Энджи. — Жаль, что жизнь не такая, как в сказках. — Именно это я и сказала Стиву пару минут назад, — ответила Пегги, оставив чашку, слегка оттолкнулась от мягких подушек дивана и встала, поправив халат. — Раз уж ты пришла, поможешь мне с чаем. На кухне. — С чаем? — нахмурилась Энджи, глядя на полный чайничек на столе, но через секунду ее взгляд прояснился. — Ах, с этим чаем! Энджи с легкостью и нестареющей грацией вспорхнула с кресла и последовала за Картер, скрывшись вместе с ней на кухне. Стив сидел неподвижно и потерянно, глядя в одну лишь точку перед собой и даже не моргая. Всё размышлял о сказанных ему словах Пегги, пытаясь заставить себя поверить в них, что получалось у него не особо удачно. Возможно, теперь ему следовало бы побыть одному. Или же это всё должно было мотивировать парня на что-то другое. — Я начинаю очень сильно беспокоиться за него, — шептала Пегги. — Только посмотри, он совсем закрылся в себе. — Такое случается, — выдохнула Мартинелли, облокотившись на столешницу. Она сцепила руки на груди и нахмурилась. — Ты поговорила с ним? — Из него лишнего слова не вытянешь, а любой разговор сводится к одной теме. Он весь буквально зациклен на этом. Я ему повторяю: «найдешь свою родственную душу, никуда она не денется», а он как будто не слышит. Так и вижу в его глазах эту тоску, самой больно становится. — После шестидесяти лет одиночества и нескольких неудачных попыток я бы тоже не поверила в эту байку, — пожала плечами женщина. — Он разбит, это немудрено, поставь себя на его место. Была ли ты когда-нибудь так же одинока? Стив сильный, но и ему нужна опора, быть которой мы уже не в силах. — И сейчас мы медленно переходим к твоему плану, — выдохнула Маргарет. — Нет, не медленно, у меня уже все готово! — хитро дернула бровями женщина и достала из кармана билет с прилагающимся к нему буклетом, а также путеводитель. — Стиви, у нас для тебя подарок, — воодушевленно сообщила Энджи. — Хотя до твоего дня рождения еще три месяца… Следующие два часа Стив не переставал непонимающе хлопать глазами и всячески пытался отвертеться от предложения подруг, но те твердо стояли на своем. После всех споров и отговорок женщины отправили своего друга домой —собирать чемоданы. Так, на следующий день Стив уже стоял в аэропорту, дожидаясь своего рейса. А план Пегги и Энджи заключался в том, что они отправляли Стива на неделю в Сан-Франциско. Этот город давно принял на себя неофициальный статус города любви, хоть и пользовался меньшей популярностью, чем такие крупные центры любовного сервиса, как Париж и Милан. Возможно, на этом сказывалась небольшая территория города, но и здесь найти свою любовь казалось не таким сложным делом: стоило сюда приехать, как всё вставало на свои места. На деле в Сан-Франциско приезжали не ради обретения родственной души и партнера на всю оставшуюся жизнь, а в поисках коротких, ярких и ничего не значащих курортных романов. К тому же, каждый не раз слышал о незабываемых пляжных вечеринках с льющимся рекой алкоголем, об узких комнатах отелей, из окон которых легко сбежать после бурной ночи, а также сети «быстрых свиданий». И, как гласила первая строчка брошюры, которую Стив так и не соизволил прочесть, сюда приезжают быть молодыми. То, что нужно, не так ли? Поэтому Энджи это и показалось идеальным вариантом. Раз уж Стив давно забыл о прелестях молодой жизни, нужно было ему напомнить. Вдобавок ко всему, женщина уже смутно помнила те времена, когда парень в последний раз «отрывался» в привычном понимании. Это было около тридцати лет назад, когда Стив только познакомился с Наташей. Девушке тогда недавно исполнился двадцать один год, и она собиралась жить так, словно её время вот-вот продолжит свой ход. За что была выгнана родителями из дома и отчислена из университета. Пришлось искать работу там, где она подходила по опыту: сначала работала официанткой в различных заведениях, затем ей повезло встретить Стива, он и предложил ей место там, где она чувствовала себя полезной. Автомеханика была её призванием. Сдружившись с парнем, она затащила его в мир крепкого виски, секса без обязательств и бесконечных концертов и фестивалей. Все люди подвластны духу времени, так что именно в те годы проблемы казались не такими значительными, а небольшой успех работ виделся Стиву колоссальным успехом. Несколько выставок в закрытых клубах воодушевили Стива, а затем его работы стали покупать, не за самые большие деньги, но и этого было достаточно. Пару лет Стив жил так, как не мог и мечтать, но один за другим все эти клубы, в которых так любили проводить время Стив с Наташей, разорялись и закрывались, почти все картины Стива уже были распроданы, но некоторые вернулись ему обратно. После этого год за годом его имя и картины перестали вспоминать даже в таких узких кругах, а сам он не прикладывал достаточных усилий, чтобы «протолкнуть» свои работы на более широкую публику. Стив решил вновь целиком посвятить себя мастерской, доставшейся ему от отца, а Наташа так и осталась работать вместе с ним, иногда от скуки устраивая машинам клиентов тест-драйв по улицам Нью-Йорка, правда, с нынешними пробками сильно не разгонишься. К слову, сейчас, спустя тридцать лет, она чуть ли не сама заправляет всеми делами в мастерской, а Стив лишь контролирует её работу и работу остальных. И даже если у Наташи все еще остается время изредка посещать «убойные вечеринки» в очередных закрытых от всеобщих глаз клубах, Стив раз за разом вежливо отказывается от ее приглашений посещать их вместе. — Знаешь, мне тоже надо как-нибудь выбраться в отпуск, — высказалась Наташа, когда Стив предупредил её о своем отъезде. — Вообще-то я уже в курсе, точнее, это была моя идея — отправить тебя именно в Сан-Франциско. Говорят, там проходят одни из лучших вечеринок Калифорнии, а ты знаешь, какие легенды ходят про вечеринки в Калифорнии. Тебе давно пора тряхнуть костями, старичок. — Именно что «старичок». Думаю, я уже вырос из подобных развлечений. — Если бы через телефонную трубку можно было побить человека, я бы сделала это прямо сейчас. Ты должен перестать жить мыслями о том, как хорошо тебе было в прошлом, начать веселиться прямо сейчас и получать максимум удовольствия от этой поездки. Я ведь тоже вложила свои деньги в этот подарок. В итоге идею отправить Стива в отпуск поддержали все, кроме самого Стива. Мысль провести неделю дома в полном одиночестве была более заманчивой, чем отправиться на другой конец страны с целью поразвлечься. С другой стороны, в этом не было ничего плохого. К тому же, Сан-Франциско известен также и своей архитектурой, а в программу были включены экскурсии, так что можно получить массу удовольствия от прогулок или посещения музеев. Не всё так плохо. Пегги и Энджи не могли не поехать в аэропорт вместе со Стивом. Главным образом для того, чтобы убедиться, что он все же уедет и в ближайшую неделю не вернется обратно. Напоследок, приобняв Стива, Пегги вновь напомнила ему о вчерашнем разговоре, чтобы тот не зацикливался на любви, даже если с ним не произойдет ничего особенного на этом отпуске. И затем, только на борту взлетевшего самолета, Стив, наконец, достал из заднего кармана брошюру и внимательно ее прочел.

Сан-Франциско: город, в котором возможно вновь почувствовать себя молодым! Вам надоели ваши скучные будни, в которых уже давно не было места любви и развлечениям? Мы поможем это исправить! Здесь вы не почувствуете себя одиноким, мы не дадим вам заскучать! Наша недельная программа имеет плотный график, но при этом здесь есть время и для экскурсий по городу, и для новых знакомств, а вечер будет полностью в вашем распоряжении! С 11 вечера до 5 утра на пляжах, поражающих своей протяженностью, начинается время самых безудержных танцев и самой громкой музыки. После нескольких дней в этом городе вы точно захотите здесь остаться. Но одно можно сказать с уверенностью: Сан-Франциско вернет вам вашу молодость! Расписание нашей программы: …

Далее Стив пробежался взглядом по событиям, которые ожидали его едва ли не сразу же после приезда. На сегодня уже была назначена одна экскурсия и те самые знаменитые «быстрые свидания», идея которых вызывала негодование у Стива. Может быть, ему все же не стоило соглашаться на это, но перечить Пегги было невозможно. Большую часть полета Стив либо глядел в окно, либо засыпал, но уже через несколько часов он был в Сан-Франциско. Город встретил его приятным прохладным воздухом, а из окон аэропорта были видны многочисленные холмы с рассыпанными по ним бисером невысокими домиками. Небо было слегка облачным, и стоило солнцу скрыться, как плечи обдувало легким холодом, но уже в следующую секунду вновь становилось жарко, а глаза слепил яркий свет. Сезон дождей закончился две недели назад, и в город большими количествами прибывали туристы. Если прислушаться, можно было различить множество голосов, говорящих на различных языках и сплетающихся в фоновом шуме помещения. Тихий гул ослабевал при каждом объявлении рейса, а затем разгорался с новой силой. Поймать такси оказалось не так уж просто. Стиву пришлось стоять с сумками на плечах около получаса, обгорая на солнце, и все же ему повезло больше, чем остальным. — Так куда едем? — спросил водитель, когда Стив скинул сумки на заднее сиденье. Вместо ответа Стив лишь протянул буклет водителю, попутно пристегиваясь. — Впервые здесь? — спросил водитель, возвращая Стиву буклет. На вид это был немолодой полноватый мужчина с густой бородой и зачесанными в пучок волосами. — Вроде того, — ответил Стив, поглядывая в окно. По краю дороги в ряд расположились пальмы, а за ними зеленые пригорки, заросшие кустарниками и травой. В Нью-Йорке так же свежо и ярко выглядит только Центральный Парк, а всё прочее застроено высотками и дорогами. Здесь же весь город вместе с окраинами был одним большим Центральным Парком. — Вид у вас такой, будто вы вовсе не рады приезду. Заставил, что ли, кто? — Да, друзья, — коротко ответил Стив, понимая, что водитель просто так не перестанет расспрашивать его. Жизнь таксиста бывает скучной, а разговоры с пассажирами остаются единственным способом скоротать время. — Они решили, что мне нужно развеяться. — А вам нужно? — Я так не думаю… — Я видел многих, кого заставляли приезжать сюда. Родители, друзья, начальник. Но лишь немногие из них возвращались домой в плохом настроении. Делайте то, чего хотелось бы лично вам, и получайте удовольствие. Сан-Франциско прекрасен! На этом их разговор прервался, так как раздался телефонный звонок, и всю оставшуюся поездку Стив в мельчайших деталях описывал свой приезд Пегги, а та взяла с него обещание звонить и рассказывать о всех новостях и впечатлениях. Прибыв к отелю, Стив даже толком не успел разобрать багаж, так как нужно было торопиться на экскурсию. Нацепив солнечные очки и прихватив телефон, Стив запер свой номер и выскочил в холл. День обещал быть насыщенным — нужно только перекусить.