Дракон, да не тот

- Три тысячи штормовок и две тысячи наших, - мрачно сообщил мне Кай под вечер, когда мы уже откатили два оставшихся онагра в арсеналы и частично разобрали обломки стен и галерей, расчищая место для ремонта. – Да даже в битве с Изгоями столько не полегло! - В битве с Изгоями драконов не было, - угрюмо отозвалась Ирилет. - Основные потери – от драконов. Без них было бы всего по несколько сотен с обеих сторон. Да, Фьодор, - она развернулась ко мне, - тебя Фаренгар хотел видеть. Что-то касательно этих драконов. Если поглощать душу, то я в этом не участвую. Фаренгара я нашёл в госпитале при храме Кинарет. Госпиталь и прилегающие пространства были забиты стонущими и мечущимися в забытьи ранеными, мимо них сновали сёстры милосердия и маги, в воздухе стоял тошнотворный запах горелой плоти, крови, гноя и каких-то лекарств. Фаренгар и Сирин, врачевавшие раненых, выглядели плохо – бледные, осунувшиеся, с синевой под глазами. Ррралла пошатывало, но по лицу аргонианина определить степень его вымотанности я ещё не умел. - А, ты, - устало приветствовал меня Фаренгар, вытирая руки о грязную тряпку. – Пошли, выйдем на свежий воздух… Скажи, тебе Седобородые сказали, откуда появляются драконы? - Я видел, с неба появлялись. - А из земли? - Из земли? – озадачился я. – Нет. - Я видел, откуда появились те два дракона, - он выбрал свободный пятачок и сел, прислонившись спиной к какому-то дому. – Около реки за стенами города в двух местах вдруг начала подниматься земля, словно там росли огромные грибы. Потом земля рассыпалась, и из-под неё вылезли драконы. Нет, такого я точно не слышал. Фаренгар отвёл меня за город, где на берегу Белой речки, на которой стоял Вайтран, он наблюдал появление драконов. В двух местах на самом её берегу были воронки, словно бы от взрыва, диаметром метров десять и глубиной, наверно, пять – точно определить было невозможно, потому что в них уже начала просачиваться вода из реки. - Я читала, - заявила Сирин, - что драконы могут воскрешать умерших драконов! Ну, в каком-то смысле, да. Хотя, строго говоря, это не воскрешение, потому что смерти не было. - Если воскресить, они не из земли появляются, а с неба. Я сел на край воронки и попытался вспомнить свои ощущения, когда появились те два дракона. Ощущений не было никаких, если не считать головной боли от постоянных ту’умов Ульфрика, а точнее от того, что несколько раз он произнёс их не абсолютно точно. А неправильный ту’ум лично по мне отдавался сильно. Так что тех драконов, в отличие от Паартурнакса, я не ощущал, а сейчас я уже не мог, как в Хелгене, списать всё на сотрясение мозга и другие травмы, при которых становилось не до посторонних ощущений. Я не был даже настолько поглощён битвой, чтобы не замечать больше ничего вокруг. Значит, те два дракона на самом деле драконами не были, как и лже-Мирмулнир, как и айварстедский. - Фаренгар, - я задал вопрос, который давно хотел выяснить, - у магов есть заклинания, которые вызывают существ, ну, волка, атронаха… А можно вызвать дракона? Фаренгар тоже присел на край воронки. - И да, и нет, - ответил он. – Существа, которые вызываются с помощью магии – это не настоящие существа. Это тени, отражения существ. Произнося заклинание вызова, маг подчиняет себе волю существа и призывает его отражение к себе. Не само существо. Оно материально на ощупь, его можно ранить и убить. Что происходит с существом, отражение которого убили, никто точно не знает. Кроме тварей из нашего мира и Плана Забвения маги Морровинда могут вызывать ещё отражение двемерской сферы. И нет ничего невозможного в том, чтобы вызвать отражение дракона. Проблема упирается в то, что драконы – это более высокая по сравнению с людьми раса, и по законам восхождения энергий вызов существа, стоящего выше по иерархической лестнице, совершается с многократно большими затратами энергий, чем вызов равного существа или более низкого. Отражение дракона сможет вызвать только тройной Круг сильных магов – то есть двадцать семь человек. - Эти драконы могли быть отражениями? Он покачал головой: - Нет. Вызов отражения – это магия, и маг, когда сталкивается с вызванным существом, сразу чувствует магию вызова. Но на этих драконах магии вызова нет. - И этот дракон не иллюзия? - Иллюзия не может нанести вреда. Смотри, чтобы не быть голословным. Он быстро произнёс заклинание, и между нами возникла средней облезлости крыса. Она спокойно сидела, водила усами и бегала глазками-бусинками по окрестностям. Сирин поморщилась и отступила от неё на несколько шагов. - Потрогай её, Фьодор. Я протянул руку, но когда мои пальцы должны были коснуться её шерсти, я ощутил только пустоту – моя рука легко прошла сквозь крысу и упёрлась в камень на земле. - Это иллюзия, - пояснил Фаренгар. – А сейчас вот так. Он произнёс другое заклинание, первая крыса исчезла, появилась другая, ещё более облезлая и вдобавок без половины хвоста. Сирин отступила ещё на два шага. Я, не дожидаясь команды, протянул руку и ткнулся пальцами в жёсткую шерсть. Крыса дёрнулась и цапнула меня за палец. Фаренгар провёл рукой над крысой, и та исчезла. След от укуса остался. - Это отражение. Я сунул укушенный палец в рот. - Ещё есть какая-нибудь магия, которая может… ну… выглядеть как дракон? - Есть несколько возможных комбинаций, но всё упирается в огромнейшие затраты маны, которые доступны не меньше, чем Кругу. А кроме этого, любая магия будет чувствоваться магами. Можно, например, создать иллюзию дракона, в эту иллюзию поместить камень душ, а к камню душ пришить заклинание огня. Внешне получится дракон, который будет изрыгать огонь. Но любой маг в этом «драконе» определит комбинацию иллюзия-телекинез-стихия. В этих же драконах, – он махнул рукой в сторону двух туш, - я чувствую только очень лёгкую остаточную магию, характер которой уже не определяется. Сирин утверждает, что нордская составляющая похожа на магию молнии… - Я не уверена в этом до конца, учитель, - призналась Сирин. - Нордская магия молнии? – подобрался я. - Тан, я не уверена, что это заклинание молнии. - Сирин – бретонка, - Фаренгар на мгновение устало прикрыл глаза, - она гораздо более чувствительна к магии, чем мы с тобой, так что я склонен верить ей. - Какое именно заклинание молнии? – уточнил я. Она виновато развела руками. Онмунд, Фаральда и мастер Толфдир предполагали, что махинации Анкано с Оком Магнуса вызвали появление драконов. И то, что Сирин почувствовала нордскую магию молнии, подтверждает это предположение. - Фаренгар, - позвал я, оглянувшись на одну из туш драконов, чернеющую в уже сгущающихся сумерках, - драконов разобрать… ну, чешую снять пытались? - Попытались, - кивнул маг. – Крохкая она, никуда не годится. Мясо вонючее. Зубы у них повыдёргивали, да и они только на украшения и годятся. - То есть, если драконы исчезнут… - Тебе скажут спасибо, - усмехнулся он, - что ты избавил людей от уборки. Я встал и подошёл к одной из туш, уже отдававшей душком. Она начала раскаляться, потом взорвалась белесым светом, который потянулся в мою сторону. Я закрыл глаза, пытаясь почувствовать хоть что-то, но не почувствовал совершенно ничего. Попробовал сосредоточиться на имени дракона – помнится, имя Мирмулнира само всплывало и ложилось на язык после того, как я «поглотил его душу» - но тоже получил ноль. Со вторым драконом произошло то же самое. - Пойдём уже в город, - предложил Фаренгар. – Мы с Сирин хоть восстановились немного. Там ещё много кого лечить нужно.