Негомеровская Одиссея

Тимон, ты умер, — что ж, лучше тебе или хуже в Аиде? — Хуже: Аид ведь куда больше людьми населён. Каллимах, Эпитафия мизантропу

«1.06. Злобно ухахатываясь, классуха умотала из гостиницы. Интересно, это потому что она нас не любит или просто с ума сошла?». Даня продолжал вести личный блог, не догадываясь, что сама «классуха» использует его как средство шпионажа за своими подопечными.

***

— А потом они сказали мне, представляешь, ха, мне, — Сумасшедшая улыбка расцвела на лице Арины. — Что я должна вот так вот просто уйти из модельного! А я не могу так! Я столько готовилась, столько мучила своё тело, а меня даже месяца там не продержали. Видите ли, не самый хороший материал я. А я хороший, может быть, материал! Ира пожала плечами и стоически улыбнулась. Пьяные уже после первого глотка чего-то горячительного бредни Рины она, в общем-то, слушать не собиралась. Она планировала посидеть где-нибудь в каюте в тишине, дочитывая информацию о Саудовской Аравии. Саудовская Аравия ей тоже особо нужна не была, но Ирка хотела использовать материалы для написания рассказа. Эх, плакали её попытки расписаться на ближайшую неделю. Придётся всякую чушь выслушивать. Они ж подру-у-уги. Сама Ира не пила по очень простой причине: всё, что обычно предлагали в качестве напитков «для разогрева» было до ужаса горьким и газированным. А ни то, ни то у Ирки употреблять банально не получалось. Она бы, конечно, выпила Сангрии или на крайняк той крайне вкусной водки с лимонным соком, которую подавали в одном из отелей у Чёрного моря, но такого, увы, никто не предлагал. А самой Ире достать было лень. «Меньше пьёшь – лучше живёшь», — сказал как-то её папа посреди очередной пьяной истерики. Которые тоже выслушивала она. «Незавидна роль жилетки, ох незавидна», — тяжело вздохнула про себя девушка и вновь переключилась со своих мыслей на «о чём говорят вокруг»-канал. — А Данька, представь, с другой целовался. У нашей-то тогда так лицо раздулось, как будто она его собственноручно убить готова. — Да нет же. Хокку не так сочиняются. Запоминай ритм... — Футбол твой – дерьмо. Хоккей – единственное, что должно нравится настоящему мужику. — Не закрывай глаз и смотри на кольцо. Сейчас я введу тебя в самый настоящий транс. — Ира! Ира-а-а! Ты меня вообще слушаешь? — настойчивый голос Рины прорвался сквозь какофонию звуков. Ира устало вздохнула и потёрла глаза. — Конечно я тебя слышу. Ты говорила о «той крашеной сучке», которая «захватила» твоё место. Арина прищурилась и тыкнула пальцем в подруге в грудь. — Ты! Ты просто смеёшься надо мной. Думаешь, если я пьяна, надо мной можно смеяться? А надо мной смеяться нельзя, я тебе... — Да ты и не пьяная, Рин, не придуривайся. От двух глотков пусть даже самого сильного чего-то там тебя унести не могло. И говоришь ты вполне связно, хотя и много. А вообще, да, я смеюсь. Но только немного, — она улыбнулась Арине и пощёлкала пальцами в воздухе. — Понимаешь, все эти проблемы далеко от меня. Я обычная школьница, скоро пойду в обычный институт, а затем и на обычную работу. Что-нибудь связанное с офисами и крикливыми людьми вокруг. А ты мне тут рассказываешь про какие-то интриги, — Ирка притворно округлила глаза и подняла руки в «сдающемся» жесте. — Это же всё для меня как бразильский сериал звучит, даром, что я их никогда не смотрела. Рина немного расфокусировано (и откуда это взялось? Ира могла поклясться, её собеседница была почти стопроцентно трезва) посмотрела на неё и, видимо придя к какому-то выводу, важно кивнула. — Ничего-то ты ещё на свете не видела, — покровительственно махнула рукой она. Ира вымучено улыбнулась. От «откровений» сегодняшнего дня она уже откровенно устала. — Шла бы ты к Лизе. Вам есть о чём поговорить. А я к Соне отправлюсь. Я слышала, они с Натом хокку сочиняли. Не знаю, что это за штука, но хоть посмеюсь. Рина ещё раз кивнула и, уже почти вставав, села обратно и опрокинула в себя всё содержимое стакана. — А ты знаешь, что Лиза тебя ненавидит? — И добавила после удивлённого взгляда Иры. — Теперь я достаточно пьяная. Хоть это и был всего лишь сок. — Ах, старый добрый эффект плацебо, — ностальгически пробормотала девушка, поправив очки. Как же хотелось побыть в одиночестве! Ну хоть на полчаса. — И, да, я знаю. — Что будешь делать? — Через три дня мы расстанемся навсегда, — она ухмыльнулась. — Как бы ванильно это ни звучало, — Ира поднялась на ноги, не желая продолжить разговор. — Я пойду сочинять хокку. Ты как, нормально? — Ага. Не пьяная уж точно. — Тогда я спокойна. Надеюсь, ничего из «Я же случайно, чё теперь делать, Ира спаси» ждать не стоит. И Ира отправилась к Соне. Потому что, ну правда. Она была честна с друзьями и не пыталась отвязаться от них под дурацкими предлогами, как думали многие. А хокку, как позже выяснилось, неслабо успокаивают.

***

Пока Ира пыталась бороться со своей нелюбовью к громким вечеринкам и пьяным «оттягам», Лиза Королёва размышляла над несколькими очень-очень серьезными темами. Во-первых, изменившей-таки ей с Полей Даня. Лиза была уверена, что это случится рано или поздно – не всегда же им быть вместе – а выпускной подходил для измены как нельзя больше. Так что, хотя она и не удивилась, но разозлилась сильно. Не каждый день на твоих глазах с твоими же лучшими подругами сосутся. Даня, кстати, пытался подгрести с извинениями, но Лиза его даже слушать не стала, заорав «Аташол» так сильно, что заработала неодобрительный взгляд Сумасшедшей Иры и подняла себе этим настроение. Ира. Она как раз и была второй проблемой. Перед поездкой Лиза убедила себя, что уж как-нибудь сможет выдержать её ещё недельку. Ведь проучились же они шесть лет вместе. И ничего. Но вот такая «на отдыхе»-Ира неожиданно выбесила Королёву во много раз сильнее. Ничего у этой ненормальной не получалось как у нормальных людей: алкоголь она не пила, отношений не заводила, ходила в каких-то обносках, бывших в моде ещё в прошлом веке и... Пялилась! Постоянно на неё, Лизу, да и на всех остальных, пялилась. И смотрела ещё так, как будто знает все их самые страшные секреты. Знает и если нужно будет ими воспользоваться, ни секунды не подумает, прежде чем выдать всё самое отвратительное о людях, с которыми была знакома столько лет. Большей частью, именно это несоответствие между наивной и вечно весёлой Ирой и пугающей, какой-то очень страшной ей же, Лиза и ненавидела в своей негласной противнице. Ира не умела одеваться как надо, не пользовалась макияжем, но умела привлекать людей. Впрочем, ненадолго. Лиза самодовольно хмыкнула. Как-то случайно получилось, что обе лучшие подруги Королёвы были когда-то в Ириной компании. Что больше всего удивляло Лизу – она огорчённой такими «потерями» совершенно не выглядела, нашла себе новых друзей и быстро забыла о том, что у неё когда-то были хорошие отношения с кем-то ещё. — Что ты тут стоишь в одиночестве? — подскочила сзади Рин, так внезапно, что Лиза чуть не перепрыгнула через бортик. Вот кстати Рин. Она тоже была одной из бывших Ириных подруг, но, к Лизиному огорчению, они всё ещё продолжали общаться. Не так много, как раньше, но Лизе вообще не хотелось, чтобы её, её, а не чьи-то, подруги общались с кем-то, кроме самой Королёвы. И чего им вечно не хватало? Лиза была самой популярной, и точно одной из самых богатых и красивых девушек школы. Этакая королева бала, благо, фамилия соответствовала. — О чём с Ирой общались? — постаралась как можно безразличнее поинтересоваться она. — Ну ты опя-а-ать. Так не пойдёт, подруга, ты какая-то слишком мрачная сегодня. Пойдём к народу, потанцуем. Смотри, там музыку включили. И даже Май выполз танцевать. Окей, перевод темы засчитан. Лиза перевела глаза на импровизированную площадку для танцев, выискивая Мая и очень удивившись, когда всё-таки нашла его. Май был в некотором роде школьной легендой. Кто-то из средней школы даже придумал, что его на самом деле не существует, и вообще он – призрак, не могущий покинуть землю из-за незавершённой мести. История, конечно, была бредовой, но видок у Мая всё же очень располагающий. Чёрные кудри до плеч (почему-то вспомнились дурацкие шуточки Иры о переродившемся Ленском и «Спокойно, Маша, где Онегин?»), без преувеличения мертвенно-бледная кожа и светло-серые, по-настоящему «призраковские» глаза. Короче говоря, личностью этот Май был самой что ни на есть выдающейся. Девушки у него не было – или была, но о ней никто никогда не слышал – где он живёт, тоже никто не знал, а уж представить Призрака танцующим и вовсе было нереально. Королёва зажмурилась, а потом нерешительно открыла глаза. — Я сплю и вижу сон. Рина ухмыльнулась и добавила: — По-моему, у твоего сна очень даже симпатичная... Глазки.

***

Антон лил слёзы на новую (новую! Но чего только не сделаешь ради друзей) рубашку Лины и писал слезливые СМС-ки не успевшему умотать к Амазонке Степану. Катер ребята оценили, его поставили рулевым и просто... Забыли. «Вот свиньи, — вздыхал Тоша, — вот сволочи. Но ничего, я им ещё отомщу, — и, злобно ухмыльнувшись, добавлял. — Вот будут знать, когда я им пастой все личные вещи залью». Вдали показалась какая-то земля и Антон с мрачным удовлетворением подумал, что на этот раз его месть будет куда веселее и изощрённей.