Глава 2. Омега?!
25 августа 2016 г., 17:24
Планета Земля. Россия, Москва.
Понедельник — день тяжёлый. Так гласит народная мудрость. Обычно Мир не имел к этому дню недели никаких претензий, но вот именно сегодня всё шло абсолютно не так. Будильник, заведённый на семь утра, каким-то непостижимым образом отказался исполнять свои прямые обязанности именно сегодня. Встав за полчаса до начала пар, Мирослав успел лишь пролить на свои штаны кофе, сжечь новую сковородку, хотя готовить он умел совсем неплохо, спалить новую рубашку, забыв об утюге и, как апогей всего этого утреннего хаоса, он ударился мизинцем о тумбочку. В общем, начало дня не спешило опровергать людские суеверия по поводу понедельника. Метро по утрам забито до отказа, но деваться некуда, а потому Мир стерпел и это. С одной стороны от него пристроилась полная женщина за сорок, чьи духи тошнотворной вонью расползались по всему вагону... Другие, быть может, и не акцентировали на этом внимания, но вот Мир, с детства страдающий от аллергии на такие вот отдушки, очень даже. С другой стороны стояло неуклюжее нечто лет двенадцати, методично оттаптывая начищенные с вечера белые кроссовки. В универ парень всё же успел, и это можно было назвать единственным хорошим событием за всё утро. Присев на последнюю парту, Мир выудил учебники и начал внимательно слушать лекцию. Экономика всегда его интересовала, ему было интересно слушать преподавателей, внимательно записывать и впитывать как губка знания. Несмотря на это, Мир всегда был душой компании, природная харизма исправно делала своё дело. Но даже она не в силах изменить того, что друзей у парня никогда не было. Знакомые, одногруппники и даже приятели — да, но вот с друзьями как-то не складывалось. Этот факт не очень расстраивал Мира, ведь он всегда по жизни был сам по себе. Его родители погибли в авиакатастрофе, когда ему было пять, и до своего совершеннолетия мальчик прожил с дядей. Дядька его был бывшим военным, семьёй так и не обзавёлся, детей у него не было, а потому он с радостью взял к себе сестринского сына. Обучая мальчика основам боя, он заставлял того забыть об утрате, да и сам чувствовал себя не так одиноко. Когда Миру стукнуло восемнадцать, он захотел учиться и жить самостоятельно. В универе выплачивали стипендию, на эти деньги парень и жил, а квартира, полученная в наследство от родителей, в день совершеннолетия перешла к нему, как к единственному законному владельцу. Хотя Мир и начал самостоятельную жизнь, о дяде Мише он никогда не забывал и исправно его навещал. Тот завёл себе верную немецкую овчарку, и ему уже не было так одиноко, как первое время после ухода Мира. За весь день с Миром больше не случалось никаких казусов, и потому по окончанию пар он смог наконец-то вздохнуть спокойно. Но, как оказалось, жизнь — та ещё шутница, и всё самое интересное она решила преподнести на десерт. Погода стояла пасмурная. Хоть на дворе и был июнь, тучи уже третий день не спешили покидать своих насиженных мест. Сессия не за горами, и, возвращаясь домой, Мир думал о своей жизни. Как всё сложится? Что ждёт его завтра, через неделю, год? Станет ли он экономистом, как и хотел, добьётся ли чего-то в этой жизни? Столько много вопросов и так мало ответов... Из раздумий юношу вырвал женский, полный боли и отчаяния, крик. Действуя на инстинктах, не задумываясь ни на минуту, Мир, бросив сумку, побежал вглубь двора, откуда и услышал этот душераздирающий звук. Представшая перед ним картина повергла парня в шок. Прямо средь бела дня (хотя, кого этим сейчас можно удивить?), пятеро парней зажимали девчонку, совсем ещё маленькую, лет шестнадцати на вид. Не вступиться и пройти мимо он бы не смог. — Отпустите девушку, — решив начать по-хорошему, попросил Мирослав. — А то что? — поинтересовался, судя по всему, главарь этой шайки. Белая, хотя по цвету уже скорее серо-жёлтая, майка-алкоголичка, чёрные спортивные штаны с белыми полосками по бокам, чёрная кепка с логотипом какого-то магазина и сигарета за ухом. «Знакомьтесь, гопота обыкновенная, обитает во всех дворах и подворках бескрайней России», — подумалось Миру. Обычно сарказм не был спутником жизни парня, но почему-то именно в самых опасных ситуациях его мозг начинал генерировать подобные мысли. — Просто отпустите девушку, — конечно, надежды на сознательность этих граждан Мир не питал, он просто тянул время, стараясь придумать хоть что-нибудь, что могло бы ему помочь. — Пацаны, да он нарывается, — подал голос самый мощный из всей компании, на взгляд Мира, парень. Девушка, воспользовавшись тем, что на неё перестали обращать внимание, тихонечко по стеночке отошла от назревающей драки подальше и принялась бежать. — Ну вот, — фальшиво-грустным голосом произнёс главарь, — из-за тебя наша девчонка убежала. Ты хочешь заменить её? — вся компашка заржала, а в Мире медленно, но верно начала зарождаться ярость. Именно ярость и явилась причиной того, что Мир перестал себя контролировать. Драка была изначально неравной: пятеро на одного — не лучший расклад. Вот только никого это не волновало. Мир вполне неплохо справлялся: первый его противник уже лежал в нокауте, второй отправился следом... Вот только остальных это не устраивало. Оставшиеся трое вытащили складные ножи, и теперь драка принимала совсем другие обороты. Хоть дядя и учил Мира приёмам самообороны, ситуация была явно не в пользу парня. Выбив из рук главаря нож, Мир упустил момент, когда сзади к нему подошёл самый мелкий парнишка, совсем ещё пацан, и пырнул его ножом в спину. Самый сильный и главарь не упустили шанса и последовали его примеру, засаживая лезвие ножа в грудь и живот. — Идём отсюда, — скомандовал один из них, но вот кто это был, Мир уже не мог понять. Тошнота и головокружение становились всё сильнее, концентрируя на себе всё внимание... «Запомни, Мирка, потерял самоконтроль — уже проиграл бой», — вспомнились Миру слова его дяди. И ведь он был прав, так оно и есть. Не полез бы на рожон, убежал бы, как та девчонка, и ничего бы этого не было. Но теперь жалеть слишком поздно. Уже поздно...***
Планета Арис. Элиос. Земли Красного Дракона. Аренгон.
— Мир! Мир, ты здесь? — звук исходил откуда-то сверху и пробивался как будто сквозь слой ваты. «Но разве я не умер?», — пришла Мирославу мысль. Было странно, что кто-то зовёт его, тем более, что по голосу он не мог вспомнить этого человека. Руки и ноги парня покалывало, как когда долго сидишь без движения. Неприятное чувство. Попытавшись пошевелиться, Мир понял, что ему что-то мешает. В теле чувствовались лёгкость и сила, но двигаться он почему-то не мог... Повсюду было темно и сыро, дышать становилось сложнее, а пахло... мокрой землёй. «Неужели меня похоронили заживо?», — раненой птицей металась мысль в его голове. Нет, ему ещё рано умирать. Парень начал активно шевелить ногами, пытаясь найти путь к спасению. Голос, зовущий его, всё больше отдалялся, и его практически не было слышно. Можно было даже подумать, что он был лишь плодом Миркиных фантазий, вот только сам парень был уверен, что кто-то звал его. Ноги постепенно разворошили землю вокруг, и одна из них уже даже выбралась на поверхность. Обрадовавшись этому факту, Мир ещё более интенсивно начал извиваться, теперь уже всем телом. В рот, уши глаза и нос набивалось всё больше песка, но шанс на спасение маячил так близко, что сдаваться сейчас казалось парню самоубийством. Спустя минуту, показавшуюся вечностью, свет больно резанул по глазам Мира, и он осознал что дышит! Не тем сжатым сырым воздухом под землёй, а полной грудью, улавливая запахи цветов. Первое, что бросилось Миру в глаза — деревья. Таких он ещё не видел. Тоненькие стволы, казалось, еле удерживают длинные ветви, на которых висят невиданные парнем ранее фрукты. Последние так и манили себя попробовать. Уже было потянувшегося за диковинным сиреневым плодом Мира что-то снесло. Открыв глаза и оглядевшись после падения, парень увидел перед собой странную девушку. Её одежда напоминала одеяния сказочных фей, которых каждый день показывают по телевизору в детских передачах. Каштановые, отливающие рыжим волосы, омуты синих, как васильки, глаз — нимфа, не меньше. В такую можно и влюбиться! — Мир, ох, Мир, ты так напугал меня, с самого утра найти тебя никто не может... — запричитала красавица, осматривая его с ног до головы. Мир даже толком не успел понять, откуда она его знает. — Это опять тебя твой брат так? — удивлённо протянула она, поглядывая то на лицо, то на лохмотья, перепачканные в земле. — Ты что, парень? — пришла очередь Мирослава удивляться. — И нет у меня никаких братьев, и родителей нет, сирота я. И вообще, кто ты? — Конечно я парень, а кто, по-твоему? Мир, с тобой всё в порядке? У тебя что, амнезия? — с ужасом в глазах спросил незнакомец. Решив, что в данной ситуации лучше всего сделать вид, что так оно и есть, будет лучше, Мирослав смиренно кивнул и принялся слушать рассказ. — Я Эйлир — твой слуга и друг. И у тебя есть родители — герцог Эльдир и герцог Катран. А ещё братья — альфа Генриваль и омега Лариэль... Теперь Мир запутался окончательно. Если он умер, а потом вдруг ожил —выбрался из-под земли, причём лежал он не в гробу, — то напрашивается лишь два вывода: либо сейчас Мир в коме, и ему снится бред, либо он каким-то образом попал в чужое тело. Эти свои мысли он и озвучил. — Так значит, ты не Мир... — погрустнел Эйлир. — Но всё же ты попал в его тело, и теперь ты — это он, верно? — Ну, выходит, что так, — согласился Мирослав. — Тогда откуда тебе известно моё имя? — Тебя в этом мире зовут Мириэль, потому я и звал тебя Миром, — вот теперь для парня всё встало на свои места. Ну, почти всё... — Расскажи мне об этом мире, пожалуйста. Ты что, фей? И что это за место такое? И кто такие альфы и омеги. — Ты что, — заливисто рассмеялся Эйлир, — ну какой же я фей, они размером с мизинец, и живут на деревьях, а я — эльф. — Ну, в принципе Миру было всё равно; факт того, что он попал в какую-то совсем уж сказочную страну, был принят им вполне спокойно. Возможно, это просто стресс, и понимание накатит на парня чуть позже, ну а пока он лишь внимательно слушал, пытаясь не упускать деталей... Из рассказа Эйлира выходило не очень радужное для Мира открытие. Он находится на планете Арис, о коей ни разу не слышал, и функцию женщин здесь выполняют мужики... некоторые. И их зовут омегами. А ещё есть альфы — к этим вопросов не было. — И где мой омега? Это ты? — решил уточнить вполне логичный вопрос Мир. Для него отношения между мужчинами — вещь омерзительная, и со своим супругом он хотел сразу расставить все точки над i. Его вопрос снова вызвал смех у Эльфа, и Мир уже думал обидеться, как Эйлир сказал фразу, от которой у него волосы на голове зашевелились. — Ты — омега, Мириэль. И у тебя есть жених — правитель пяти королевств. — Омега?! Возможно, нервы у Мирослава и правда крепкие, но вот переварить то, что тебя будет иметь какой-то мужик на законных правах — увы, было выше его сил. В голове у парня всё закрутилось, нервная система приказала долго жить, и он провалился в спасительную темноту.
