Ночь на базе.

Покидать родной дом и город, в котором она жила всю свою жизнь, для Джун Дарби было невыносимым испытанием, но когда её руки опускались от бессилия, она вновь напоминала себе, что больше её здесь ничего не держит. В доме было непривычно пусто, почти все вещи были разложены по коробкам и занимали большую часть арендованного на время переезда грузовика, а мебель осталась для новых хозяев, которые должны были приехать в течение следующей недели. Женщина не забивала свою голову этим, оставив все дела на риелтора, которого она ждала к обеду. Закрыв последнюю коробку с личными вещами и заклеив её скотчем, Джун отнесла её к выходу и устало осмотрела свой бывший дом. Без Джека он казался ей совершенно чужим и холодным, потому, только получив возможность вернуться домой, она тут же начала искать возможность покинуть этот ставший ей ненавистным город. Коллеги по работе отнеслись к её желанию с пониманием и не стали лезть с расспросами, стараясь не тревожить её трагедию. Слух быстро разнесся по соседям, но даже они не стали совать нос не в своё дело. Бывшая медсестра отнеслась к этому с большой благодарностью, не желая ещё раз проходить через боль. Единственное о чем она жалела, что не могла похоронить сына достойно, как полагается. Благодаря десептиконам, хоронить было нечего, потому на местном кладбище было лишь условная надгробная плита и свежие цветы, которые женщина принесла сегодня утром перед отъездом. Благодаря лекарствам и успокоительному мисс Дарби чувствовала глубокую апатию, которая позволила ей справиться со стрессом, но рано или поздно она пройдёт, и утрата накатит лавиной, оставалось лишь надеется, что это произойдёт после того, как она покинет Джаспер, где всё напоминало ей о Джеке. Джун возлагала большие надежды на Лоренс в штате Канзас. Это был совершенно чужой для неё город, в котором она никогда не бывала, но именно в нём местная больница приняла её заявление на работу. Там она могла бы забыть обо всём, что произошло и попытаться начать жить заново. В дверь постучали, и Джун торопливо пошла её открывать, думая, что это приехал риелтор. Но оказалось, что это был водитель грузовика. — Мисс Дарби, я погрузил все вещи, остались ещё коробки или я могу закрывать? — спросил мужчина лет тридцати в потертой футболке с логотипом компании. — Да, вот одна и всё, — она подняла с пола небольшую коробку и передала водителю. — Придётся немного подождать, риелтор задерживается. — Без проблем, мисс, я буду ждать в машине. Джун проводила его удаляющуюся фигуру взглядом и посмотрела на наручные часы, отмечая для себя, что риелтор опаздывает уже на целый час. Вернувшись в дом, Джун обошла его целиком, заглянув в каждую комнату, проверяя, не оставила ли она случайно каких-то вещей. Заглянуть в комнату сына было сложнее, но она взяла себя в руки, и осмотрела её, вспоминая, как впервые принесла его домой. Раньше комната была совсем детской: в углу стояла детская кроватка, на стенах были разноцветные обои, которые клеил её бывший муж ещё до того, как ушёл к другой. На глаза навернулись слёзы, и женщина смахнула их ладонью, закрывая дверь в комнату. На новом месте всё будет иначе, убедила себя Джун и покинула дом, закрывая его на ключ. Через пару минут к подъездной дорожке подъехал совсем новый блестящий на солнце белый кабриолет, из которого, сияя, быстро вышла высокая блондинка в сером деловом костюме и, громко цокая длинными шпильками по асфальту, направилась к мисс Дарби. — О, Джун, мне так жаль, — девушка обняла её, и Джун почувствовала слишком сильный запах цветочных духов. — Но переезд, это отличная идея. Никогда не возвращайся в Джаспер, так будет лучше для тебя. — Конечно, Иди, — женщина натянуто улыбнулась и передала риелтору ключи. — Я ждала тебя раньше. — Извини, меня задержали клиенты. Помнишь дом в конце улицы? — быстро заговорила Иди, готовая выдать всё сразу, не дожидаясь ответа собеседницы. — Так вот. Я не могу его продать. Из-за того, что по соседству стоит дом этих… — девушка защёлкала пальцами, пытаясь вспомнить имена жильцов. — Эскивели! Их младший сын пропал, и кто-то начал пускать нехорошие слухи. Теперь никто не хочет жить по соседству, считая, что его кто-то убил и закопал на заднем дворе. — И что же случилось на самом деле? — поинтересовалась Джун для вида. Она-то прекрасно знала, что случилось с Рафом, но не подала виду. — О, я не знаю, — ответила блондинка, махнув рукой. — Возможно, мальчик просто сбежал, ты ведь знаешь какая строгая у него мать. — Возможно, — устало согласилась мисс Дарби, желая поскорее закончить разговор. — Прощай, Иди. — Прощай, Джун. Твой дом переходит в хорошие руки, я тебе гарантирую, — девушка ослепительно улыбнулась, обняла её на прощание и быстро уехала. Постояв немного и полюбовавшись фасадом своего бывшего дома, женщина дала знак водителю грузовика, а сама подошла к своей старенькой машине. Бросив напоследок ещё один взгляд, Джун кивнула сама себе и села в салон автомобиля. Высокий столб с зеленым знаком, на котором было предупреждение о том, что водитель покидает пределы Джаспера, быстро пронесся мимо, но Джун не особо обратила на него внимание, сосредоточенно глядя на дорогу. Грузовик транспортной компании ехал через три машины перед ней, так что она не волновалась, что может повернуть не туда. Когда пару десятков миль было позади, мисс Дарби увидела знакомую машину, едущую навстречу. Ей не удалось рассмотреть водителя, но номер машины она узнала, от чего с силой стиснула руль руками. Никакие лечебные средства не могли заглушить злость, которую она испытывала к агенту Фоулеру. Мысль, что она больше никогда в жизни не увидит этого человека, немного успокоила Джун, и она разжала пальцы, ощутив, как покалывают от боли ладони. Солнце уже двигалось к закату, несколько часов езды были позади, с каждой новой милей Джаспер всё больше отдалялся, а вместе с ним и все её воспоминания, которые Джун при всём желание никогда бы не смогла вытворить из своей головы.

***

Пустые коридоры Немезиды манили настолько сильно, что Мико чувствовала физическую потребность сорваться с места и побежать. Это желание не останавливало даже понимание того, что космический крейсер десептиконов скорее всего парит где-то на орбите и на него будет не так просто попасть. Но во сне возможно всё, и вот японка уже бредёт по тёмным коридорам, освещенные слабым потолочным освещением, которое словно ведёт её куда-то. Накадаи прислушивалась к посторонним звукам, но вокруг стояла звенящая тишина, из-за которой она могла слышать стук собственного сердца. Обстановка была гнетущей, она пугала своей темнотой и пустынностью, заставив Мико ускорить шаг, а потом и вовсе перейти на бег. Девочка посчитала, что так она быстрее доберётся до места, куда ведёт её лиловый свет, потому что за спиной коридор стремительно погружался во тьму, и что-то темное, таящееся там, стремительно приближалось. Огромные двери капитанского мостика были приоткрыты, и Накадаи удивленно остановилась перед ними, не решаясь зайти внутрь. Она обернулась, замечая, что свет почти потух, и темнота была лишь в нескольких шагах от неё. Собравшись с силами, девочка забежала на капитанский мостик и с ужасом отшатнулась от дверей, когда непроглядная тьма резко сомкнулась перед ними. Мико со страхом отошла подальше, чувствуя, как на неё кто-то смотрит. — Эй, здесь кто-нибудь есть? — негромко сказала японка, надеясь, что здесь есть кто-то, кто может помочь побороть тьму и существо в ней. Но её голос отразился глухим эхом, и Мико поёжилась, обнимая себя за плечи, прикрытые лишь легкой пижамой, медленно бредя к главному терминалу. На капитанском мостике всё было иначе: по углам сверкали искры с оборванных проводов, а экраны терминалов шли рябью, — и всё это было в гробовой тишине. Центральный терминал выдавал какую-то ошибку, но, не зная кибертронского языка, девочка не понимала, какую команду система не может выполнить. Накадаи обернулась, не зная, куда идти и замерла. Напротив неё стояла невысокая фигура, отдаленно напоминающее человека, лицо которого скрывала тень. — Ты кто? — спросила Мико, отступая назад, не сводя глаз с чужой фигуры. Ей не ответили, и девочка ощутила, как волосы на затылке встали дыбом, когда она поняла, что перед ней не живое существо. Нечто начало приближаться, и японка попятилась назад, панически думая, как ей спастись. Страх был настолько сильный, что в ушах стоял звон оттого, с какой скоростью билось сердце. Тёмная фигура была уже близко, сгущая краски вокруг, отрезая путь к отступлению. Сзади кто-то схватил за плечи, и Мико взвизгнула, взмахнув руками. Капитанский мостик вмиг исчез и черные когти не успели вцепиться в неё, прогоняемые внезапно появившимся светом. — Мико, не спи, — спокойно сказал опекун, проходя в кухню. Японка со страхом осмотрелась, обнаруживая себя сидящей за кухонным столом в обнимку с тарелкой, на которой лежали недоеденные кусочки тостов с джемом. Она облегчённо выдохнула и покачала головой, отгоняя от себя остатки ужасного сна. — Стоит ложиться спать пораньше, — сказал приемный родитель, заваривая себе кофе. — Я так и делаю, — ответила Мико, доедая тосты. — Мне просто снятся кошмары. — Это пройдет, а теперь собирайся в школу, пока не опоздала на первый урок, — мужчина потрепал её по голове и покинул кухню, оставляя недовольную девочку одну. Бросив посуду в раковину, Мико вернулась в свою комнату, на ходу надевая свою одежду, в которой обычно ходила в школу. В последний раз она посещала уроки так давно, что она даже не могла вспомнить, когда это было. Накадаи с радостью бы не пошла, но опекуны тогда точно бы отправили бы её под домашний арест до конца старшей школы. Попрощавшись с приёмным отцом, который сегодня работал на дому, японка вышла на улицу, недовольно поморщившись, когда солнечные блики с проезжающей мимо машины попали ей в глаза. Привычка ждать зеленого автобота едва не взяла вверх, но Мико с грустью вспомнила, что её друга убили, потому, поправив рюкзак на плече, она зашагала по тротуару в сторону школы, предпочитая пойти на своих двоих, чем дойти до автобусной остановки, где жёлтый школьный автобус собирает всех детей в городе. Меньше всего она хотела слышать чужое шушуканье за спиной, наверняка слухи уже разнеслись по всей школе. Уроки прошли скучно, как и всегда, некоторые учителя не упустили возможность высказать Мико свои претензии касательно пропусков, но в целом, всё прошло тихо, только некоторые одноклассники странно косились на неё. Когда она выходила из школы, как любой порядочный ученик, не сбежав с последнего урока, её кто-то окликнул. Японка обернулась и увидела, как к ней приближается главный хулиган школы. Винс держал руки в карманах и пытался казаться самым крутым здесь. — Почему так вышло, что ты здесь, а Дарби якобы погиб? — спросил рыжеволосый парень. — Он не погиб, — ответила Мико, собираясь идти домой, но друг Винса перегородил ей путь. — Пропусти. — Не-а, — ответил старшеклассник и сложил руки на груди, возвышаясь над ней. Насколько девочка знала, он был капитаном волейбольной команды. — Вы с Дарби и ещё тем мелким ботаном были друзьями с крутыми тачками, — сказал одноклассник Джека, приблизившись к Накадаи. — Люди хотят знать, что произошло. А-то вдруг, мы тут с тобой вместе в школу ходим, а ты ночью нас прирежешь. — Придурок, — выпалила девочка, краем глаза замечая, что вокруг начинают собираться зрители. — Так что, давай, выкладывай всё. — Мне нечего рассказывать, хочешь знать правду, иди в полицию, — Мико дёрнулась в сторону, желая обойти волейболиста, но другой парень из компании Винса не дал ей уйти, насмешливо покачав головой. Японка обернулась, ища среди других школьников кого-нибудь, кто мог бы вступиться за неё, но люди либо боялись Винса и его компанию, либо им было просто интересно посмотреть на то, что будет дальше. — Если у тебя какие-то проблемы, то я тут при чём? — набычилась Накадаи, проявляя свой дерзкий характер. — Да при том. Все знают, что твоя троица вместе пропала, а вернулась только ты. И сегодня ты пришла пешком, и никто не видел твоего дружка на зелёном внедорожнике, а мой отец сказал, что мать Дарби уехала из города, — продолжил хулиган. — Да что ты прицепился? Я ничего не знаю, — соврала Мико. — Я была на концерте своей любимой группы. У них был тур. — Что-то не верится, — покачал головой Винс. — Делай, что хочешь, а я домой. Девочка двинулась в сторону, но один из друзей хулигана схватил её за руку, удерживая на месте. Она дёрнулась, но хватка старшеклассника была крепкой. — Ты никуда не пойдёшь, пока не расскажешь нам правду. Мико поджала губы, вывернулась из захвата и двинула парню коленом между ног, толпа удивлённо охнула, никто не ожидал от неё такого. Парень тут же расслабил хватку и упал на колени, ругаясь. Японка тут же сорвалась с места, побежав в сторону своего дома. Она услышла топот за спиной и ей почти удалось скрыться за углом школы, но Винс ловко поймал её за лямку рюкзака. — Да отстань ты от меня! — выкрикнула Мико, пытаясь вырваться. Откуда-то она почувствовала прилив сил и крепко взялась за руку парня, которой он держал её за рюкзак. Тот удивлённо посмотрел на неё. — Я же сказала, — девочка сильнее сжала его руку, — отстань от меня. Её голос звучал холодно и как-то чуждо, а пальцы, как стальные тиски, сжались на его предплечье. Пыл Винса тут же поубавился и он отпустил Накадаи, внезапно почувствовав опасность. Не то, чтобы он испугался худой девчонки, но ему определённо стало не по себе от её тона. Мико разжала руку, и парень тут же схватился за больное место, недовольно потирая кожу. Японка бросила взгляд на собравшихся зевак, удивленно смотрящих на неё, и быстро покинула территорию школы. Другие тоже почувствовали что-то неладное, но Винсу казалось, что только он смог прикоснуться к чему-то неизвестному. Он долго смотрел вслед девчонке, растирая руку, чтобы не было синяка. — Какого хрена вообще было? — удивленно спросил волейболист. — Без понятия, — ответил Винс и посмотрел на руку, где медленно краснел отпечаток от чужих пальцев. Хулиган непонимающе нахмурился и, прикрывая больную руку от посторонних, направился к своей машине, поражаясь тому, насколько Накадаи сильна. Только опыт просмотра ужастиков подкинул ему несколько красочных идей, и парень ощутил пробежавший по позвоночнику холод. Такое ему приходилось испытывать лишь однажды. Это были гонки, он стоял недалеко от алого Aston Martin-a, водитель снова не появлялся перед другими гонщиками, тогда Винсу показалось это странным, хотя никто ни разу не видел Призрачного гонщика, но вблизи, парень ощущал себя как мышь перед большим котом, готовым наброситься в любой момент. Опасность была почти ощутима физически. И вот сейчас это повторилось.