Внезапно

Резкий запах ударяет в нос. Бен мгновенно отворачивает голову в сторону, чтобы избавиться от него. "Хммм. Реакции и рефлексы вроде в норме, голова, кажется, не болит, но… Но почему сознание и мысли - всё как в тумане?" Мужчина потянул руки, чтобы протереть глаза и вдруг осознал, что его сведенные вместе верхние конечности привязаны какой-то тканью к спинке кровати. Он сию же секунду распахнул глаза. Испуганным взглядом Бенедикт стал метаться по комнате в поисках… Хоть чего-нибудь. Чего-нибудь, что хотя бы немного прояснило эту, скажем так, ситуацию, которая усугублялась ещё и тем, что ноги были тоже обездвижены. Так как было видно лишь то, что верёвки, которыми закреплены лодыжки, уходят к краям постели, лежавший сделал вывод, что ноги привязаны к ножкам кровати. Единственное, что как-то успокаивало Бена, было то, что он лежал в СВОЕЙ комнате. Тут слева послышался скрип железа по стеклу. Пленник быстро повернулся к источнику шума и увидел девушку, закручивающую крышку баночки с нашатырным спиртом. Незнакомка почти невесомо улыбнулась одним уголком рта. Вскоре она поставила банку на тумбочку и присела на краешек кровати, попутно изучая открывшийся её взору голый торс мужчины, лежавшего перед ней. Через некоторое время предмет её изучения хотел было уже сказать что-то, но девчонка его опередила: - Извини, я… Ты… Ты, наверное хочешь услышать объяснения? - Ну, наверное, - изогнув бровь, с усмешкой ответил Бен. - Что ж, нуууу, в принципе здесь ничего особенного. Думаю, ты и сам понял, что это снотворное. - Ах, ну да, конечно! Ничего особенного, - передразнил он. - пфффф… Буквально на днях вон так же накачали наркотой, отвезли домой и привязали к кровати. Похитительница снова слегка улыбнулась. - Я имела в виду, что ничего такого изощрённого в твоем случае не произошло. - Так ладно, мне не интересно, как ты это проделала, с чьей помощью и какие цели преследовала. Деньги можешь забрать из… Короче, лучше возьми кошелёк во внутреннем кармане куртки и заканчивай весь этот цирк. Последние слова Бен сопроводил тяжёлым вздохом. - Бен… - девушка запнулась, будто бы почувствовав неловкость за то, что без разрешения сократила его имя. – недикт… Ээээм… Бенедикт, взгляни на себя. Ты действительно считаешь, что мне нужны деньги? - А что же ещё… Для фото слишком сложно, впрочем как и для автографа, - Бен обратил недоуменный взор к своей собеседнице. Потом, широко распахнув глаза, он затараторил. - Ну нет! О Боже, нет. Нет. Ты же не собираешься - мужчина с сомнением и даже немного просяще посмотрел на нее. - Ты… Ебать. Бен снова тяжко вздохнул. Он прикрыл глаза и обреченно опустил голову, пробормотав что-то типа: "Вот ведь дерьмо." - Я постараюсь не занять у тебя много времени - казалось, что незнакомка пыталась оправдаться. - Ммм… Спасибо за заботу - холодно ответил Камбербэтч, с укором прищурившись. Виновница сего действа опустила глаза, потом открыла рот, немного подвигала губами, будто что-то безмолвно произнося, и закрыла его, так ничего и не придумав. Она бездумно потёрла бедро, видимо, обдумывая свой дальнейший план действий, либо просто не решаясь продолжить то, ради чего все затевалось. Вскоре девушка наконец вышла из ступора, повернулась к своему объекту мечтаний и аккуратно положила кисть руки на его торс. Она так внимательно, даже вроде бы, приоткрыв рот, следила за этим касанием, вероятно, наблюдая за малейшими изменениями в текстуре и форме места прикосновения. Стало заметно, как участилось её дыхание. Девушка просидела так ещё несколько минут, время от времени шевеля то пальцами, то самой кистью. Потом она привстала и опустилась обратно на кровать, но уже обхватив коленями таз лежащего. - В любом случае у тебя нет выбора, и мы оба это прекрасно понимаем, - так же медленно и осторожно, как и в прошлый раз, кисти её рук ложатся Бенедикту на живот. - в общем, если будет неприятно, только скажи и я… - Неприятно, - с вызовом во взоре и голосе перебил Бен. Девушка резко убрала руки, положив одну себе на бедро, а второй растерянно почесала лоб. - Эээмм… Я… Я… Я хотела сказать, что… Эээээмм… Кхм... В смысле, что… Эээ… - похитительница часто замигала, задвигала губами, начала тереть лоб и водить ногтями по бедру, видимо, в надежде, что все эти жестикуляции приведут её к правильному, достойному ответу на столь резкий выпад. Бен усмехнулся, увидев столь растерянный вид у той, которая умудрилась усыпить, дотащить до кровати и привязать его. Он продолжал, как-то по-издевательски улыбаясь, наблюдать за внутренними метаниями сидящей на нем особы. Они буквально проигрывались на её лице, словно фильм на полотне под светом проектора, только в случае этих двоих освещением являлся приглушённый свет ночника. Спустя минуту она почти успокоилась, руки сложила у основания шеи, губы перестали подрагивать, исчезла маленькая дрожь в ногах. Единственное, что выдавало её взвинченное состояние - это взгляд. Он словно не понимал, чего хочет: то он обращался к Бенедикту, то убегал от него в неясном направлении. - Сколько тебе лет, дорогуша? - Бен решил прервать затянувшееся молчание. Девушка снова часто заморгала, словно таким образом отвечая на вопрос, затем она поводила глазами по неопределённой траектории и продолжила играть взглядом в какую-то понятную, по видимости, только ей игру в догонялки. Бен же все это время не отрывал от неё взгляда, следя за всеми реакциями, телодвижениями и мимикой "оседлавшей" его персоны. Ему даже в какой-то момент стало немного жаль её. Так, в конце концов, заметив её вновь начавшиеся метания во взоре, Камбербэтч закатил глаза, вздохнул полной грудью, и на выдохе послышалось тихое "Продолжай…" Девушка, от удивления открыв рот, неверяще уставилась на Бена. Но через мгновенье, будто боясь упустить шанс, она начала быстро и судорожно, однако почти невесомо поглаживать грудь и живот распластавшегося под ней чуда, намеренно избегая ладонями сосков. Добравшись до плечевых суставов, незнакомка принялась массировать затёкшие от обездвиживания мышцы. Покончив с массажем, девушка приступила к изучению рук лежавшего. Она приподнялась, а затем нежно, то чуть-чуть надавливая, то почти неощутимо прикасаясь, повела своими ладонями вверх, исследуя каждый миллиметр кожи этих сильных, мускулистых рук. Достигнув таким образом кистей, она стала с такой осторожностью перебирать его пальцы, как будто боялась сломать или поранить их. И в завершении девушка поочередно поцеловала правую и левую руки Бена. Эти невинные ласки были довольно приятны, как бы Бенедикт не хотел этого признать. Мужчина заметил, как участилось его дыхание, возможно даже он почувствовал легкое возбуждение, но Бенедикт предпочёл об этом не думать. Сейчас ему просто хорошо, а остальное не имеет значения. "Чёрт! Забыла" - послышалось нервное бормотание девушки. Последним, что увидел Бен, была чёрная широкая лента, после для него все погрузилось во тьму. Он не стал задавать лишних вопросов. Почему-то мужчина верил ей, тем более все её действия сопровождались такой любовью, что не оставалось никаких сомнений в том, что незнакомка не нанесёт ему вреда. Теперь основные ласки она начала осуществлять губами, хотя руки тоже не остались бездействовать. Они мягко поглаживали бока Бенедикта, в то время как её губы касались шеи Бена, постепенно спускаясь вниз к ямочке между ключицами. В какой-то момент дорожка поцелуев прервалась, остановившись на кадыке мужчины. Девушка медленно, самозабвенно провела по нему языком снизу вверх, прочувствовав каждый выступ, каждую складочку, и продолжила свой путь к заветной ямочке. Затем похитительница, неоднократно буквально вылизав межключичную ямку, стала целовать сами ключицы. Только это были уже не просто поцелуи, она то слегка покусывала, то немного всасывала кожу, обтягивающую эти соблазнительные косточки, всегда притягивающие внимание толп с ума сходящих от любви к актёру фанаток. Отдышавшись Бенедикт сказал: - Без следов… пожалуйста. Его охрипший от возбуждения голос просто захватил внимание девушки. Он и так-то всегда был прекрасен, но сейчас… сейчас… слишком глубокий, слишком завораживающий, слишком сексуальный. Слишком. Да и сам этот мужчина всегда был, есть и будет для неё чем-то "слишком". Просто слишком идеален для мира сего. Осознание всего этого обрушило на девушку такую лавину чувств и эмоций, что она даже не знала, чего ей сейчас хочется больше: визжать и радоваться тому, что она может целовать его и прикасаться к нему в столь откровенных местах или же забиться в угол и плакать от того, что больше ей такая возможность никогда не представится. Слезы (опять же неизвестно чего: радости или горя) потекли из её глаз, но она успела вытереть их, пока они не капнули на Бенедикта, уведомив его о своем существовании. Кое-как оправившись от нахлынувших ощущений, девушка ответила: - Я понимаю, - нежно проводит по щеке. - Это… хорошо. Девушке показалось, что она слышит какую-то напряжённость в его голосе. Ей в принципе изначально было совестно за это усыпление с похищением, но почему-то именно эта напряжённость заставила её в полной мере осознать всё. - Мы… Ну то есть я. Я могу… Могу прекратить всё, если … Если тебе неприятно… Честно. Бенедикт откашлялся, видимо, собираясь ответить, но девушка его перебила и торопливо заговорила: - Только прошу, прошу, пожалуйста, скажите правду. Умоляю, ми… Мистер… Камбербэтч, прошу. И если… Если… - немного успокоившись девушка продолжила. - Если вы… Эм… Ну. Я не говорю, конечно, что вам может быть приятно, но если вам это… Эм… Ну, НЕ неприятно, скажем так, не заставляйте меня останавливаться. На самом деле Бен был в затруднительном положении, хотя он уже точно знал, что ответит. - Продолжай, - тихо прошептал мужчина. Он не хотел врать. Причем в большей степени не хотел врать самому себе, а не ей. Во время её монолога, Бен понял, что ему не хватает её ласковых, чутких прикосновений, ощущения мягких, пухлых губ на коже и этой невидимой, но будто витающей в воздухе заботы. И как ни странно это возбуждало. Он желал её. Желал перехватить инициативу в свои руки, однако, в то же время ему не хотелось прекращать её ласки. К нему никто и никогда так аккуратно и так бережно не прикасался. Обычно либо это была жгучая страсть, не терпящая особой траты времени на прелюдии, либо он сам ублажал девушку, а уже она извивалась и стонала под ним, утопая в его объятиях, поцелуях и прикосновениях. Да. Ему было не просто НЕ неприятно, а приятно и даже очень. Девушка, ожидавшая чего угодно, даже того же холодного и безразличного "Неприятно…", вдруг услышала простое разрешение к дальнейшим действиям. Просто разрешил, не высказав ни единого упрека или ещё чего. Почувствовав необычайную радость, какая, наверное, бывает только у детей, получивших свой самый заветный подарок от Санты, девушка буквально засияла от счастья. Раз ей представился такой шанс, она решила побыстрей покончить с начатым, чтобы избавить звезду от своего присутствия, как можно скорее. Сев обратно на бёдра мужчины, девушка расставила руки по краям от груди лежащего и наклонилась вперёд, нависнув над его корпусом. Она глубоко вдохнула, задержав дыхание, одновременно вдохнув и его запах. Не имея особых познаний в этой области, девушка не смогла дать описание этому аромату, но точно знала, что он изумителен и она готова была бы дышать им вечно. Затем девушка неожиданно провела кончиком языка по левому соску Бенедикта, а после, немного отодвинувшись, резко подула на него, создавая контраст между горячим прикосновением и холодным потоком воздуха. Бен, запрокинув назад голову, вскрикнул от столь неожиданных действий. Почти сразу же девушка повторила прошлую комбинацию со вторым соском , только уже в обратном порядке. На что Бен в ответ со стоном выгнулся в спине, насколько это было возможно в его положении, протяжно ахнув. Он и сам не ожидал от себя такой реакции, но такое просто не поддается контролю и это… Это невообразимо хорошо. Оправившись, Бенедикт оставил в голове заметку о том, что ему следует ещё как-нибудь попробовать секс с завязанными глазами, так как эти внезапные ощущения очень возбуждают и... И... В общем, это прекрасно Обрадовавшись успешности своих действий девушка начала покрывать поцелуями, легкими укусами, горячими прикосновениями языка грудь и торс этого безупречного тела. Она, приподнявшись, переставила для удобства левую ногу между его ног и покачивалась над его корпусом туда-сюда, приникая губами к нему. Одновременно она водила одной рукой по его бедру и ниже, насколько хватало длины ее конечностей, а второй пролезла под спину мужчины и, комкая простынь, гладила ладонью, иногда сгибая пальцы, тем самым оставляя красные дорожки на его безупречной, чуть ли не белоснежной коже. Бен стонал и выгибался, ёрзая то вверх, то вниз, желая получить как можно больше прикосновений, которые ему дарила незнакомка, так внезапно ворвавшаяся в его жизнь. Где-то там в глубине души был слышен голосок, вопящий о том, что он всё-таки, мать вашу, мужик и не должен так реагировать, но Бен просто наслаждался ощущениями и послал к чертям этого крикуна. Несколько раз он чувствовал тепло её тела в непосредственной близости от его паха. Осознав, что больше не в силах сопротивляться, Бен вскинул бёдрами и потерся членом о её ногу, простонав что-то вроде "О, Боже мой!" После в голове у Бенедикта промелькнула мысль о том, что это было как-то дико, да и вообще он повёл себя как животное, но почти тут же мужчина забыл об этом, потому что все его сознание было сконцентрировано на получении ощущений, прикосновений и огромном, стучащем в висках желании... - Прошу… Чёрт, чёрт, пожалуйста… Ааааах - жалобно, почти что проскулил Бенедикт, морщась от нетерпения и безумной пульсации в паху. Девушка, стоя на коленях и удивлено то открывая, то закрывая рот, прокручивала в мыслях его слова. Она не могла поверить в то, что это произнёс такой роскошный мужчина, который являлся пределом её мечтаний. Ей просто не верилось, что ?!она?! смогла вызвать такое у НЕГО. Пауза затянулась и Бен продолжил: - Ох, бляяять! Чёрт, если, - он замолчал, обдумывая свои дальнейшие слова. - Если ты не хочешь так далеко заходить, то… То развяжи мне руки что ли. Я ничего тебе не сделаю, ты ведь, - издает невольный смешок. - Ты ведь сама видишь, в каком я… Состоянии. А ты сможешь свалить, пока я тут буду… Кхм… Ну ты сама понимаешь. - И не надейся, - прошептала почти ему в ширинку девушка, хищно улыбнувшись. Бен почувствовал огромное облегчение морально, однако от этого жаркого дыхания внизу живота всё сладко скрутилось в предвкушении предстоящих событий. Девушка облизнула указательный и средний пальцы правой руки. Далее она стала сжимать, теребить, поглаживать его левый сосок, иногда проводя большим пальцем по тёмному ореолу. А левой она быстро расстегнула ремень, после чего, так же облизнув два пальца, принялась массировать второй сосок. Рот её тем временем был занят расстегиванием штанов стонущего под ней тела. - Развяжи её, - попросил Бен. - Ладно, - завершающе проведя ладонями по груди, девушка потянулась к ленте и развязала её. - Все нормально? Проморгавшись, Бенедикт взглянул на девушку и кивнул ей, тепло улыбнувшись. Она поцеловала внутреннюю часть его бедра, осторожно погладив его член через уже мокрое от смазки нижнее бельё. Мужчина в ответ охнул, после чего закусил нижнюю губу. Девушка наблюдала за его реакцией и невольно приоткрыла рот. На самом деле ей уже давно хотелось почувствовать вкус его губ, ощутить их форму, текстуру. Господи, как же она этого хотела! Но ей было страшно и… Не удобно. Да, как бы это по-дурацки не звучало и каким бы странным не казалось. Да, она готова ему отсосать, а поцеловать боится. "Вдруг он не хочет и только из благодарности ответит на поцелуй. Нет, не стоит..." - единственное, что пожалуй останавливало её. Решительно прогнав побыстрее эти мысли, девушка начала действовать. Она склонилась над пахом Бенедикта, а после не удержалась и просто уткнулась носом туда. Глубокий вдох - глубокий выдох. Он дрожит, она чувствует это руками, расположившимися на его бёдрах. Далее кистями рук она начинает разминать бёдра, иногда скользя ладонями к ягодицам и проделывая с ними то же самое. Но главное сейчас - это член Бенедикта, который очень нуждается в её внимании. И она оттягивает зубами резинку трусов, высвобождая возбуждённый орган. Девушка, прикрыв глаза, берёт в рот член Бена и начинает, самозабвенно посасывая его, спускаться ниже, заглатывая все глубже. Связанный по рукам и ногам, весь вспотевший, пышущий жаром, словно печь, это удивительное создание протяжно, с упоением сладко стонет. Его стон, как горячая патока, разливается по жилам, и уже своим присутствием доставляет необычайное наслаждение той самой незнакомке, временно лишившей его свободы. А она, желая услышать что-то ещё более сексуальное и развратное из его уст, переходит к медленному, методичному вылизыванию уже раскрасневшегося органа. Затем она помогает себе рукой - немного оттягивая кожу вниз, оголяет головку с капелькой выделившейся смазки. Девушка сначала слизывает ее, немного подразнив уздечку, а после накрывает головку полностью, сложив язык чашечкой. Бенедикт с рыком пытается толкнуться в её рот поглубже, но верёвки мешают ему, и он, чуть ли не плача, умоляют: - Развяжи… Ноги… - всхлип.- Развяжи их, ааах. Я… Я… - Зачем? - спокойно спрашивает она. - Я… Мне нужно… Прошу. Я не буду сопротивляться… Немного помешкав, девушка спросила: - Обещаешь? - Да, о Боже, да. Она не знала, почему так слепо верит ему. Не только в этот момент, а вообще. Всегда, что бы он сказал в интервью, что бы не продвигал, какой бы скандал не случился, она в любом случае верит ЕМУ. И даже сейчас, просто поверив на слово, девушка слезает с кровати и отвязывает верёвки, после чего откидывает их в сторону. - Спасибо, - благодарно шепчет мужчина. Он, разминая, двигает затекшими суставами и в конце концов приподнимает ноги над матрасом, выжидательно смотря на девушку. Она подходит обратно к кровати, стягивает с него штаны и трусы. Бен сгибает ноги в коленях и снова обращает взор к ней. Девушка счастливо улыбается, далее целует каждую его коленку и садится между его длинных ног. Поглаживая их в разных ритме, направлениях, с различным нажимом, девушка в то же время склоняется над ждущим её дыхания и прикосновений рта членом. Она начинает медленно водить головой вверх и вниз, сомкнув губы на его члене, иногда вырисовывая на нём языком непонятные узоры. Со временем она наращивает темп, уже переместив руки на торс мужчины, а после и сам Бенедикт начинает, очень развратно и томно постанывая, толкаться навстречу, в её горячий рот. Через несколько минут Бен забывается и уже просто жестоко трахает девушку в глотку, но та все терпит, вцепившись в простынь ногтями и принимая член Бена. Вскоре Бенедикт с оглушительным криком кончает, изливаясь ей в рот, шепча тихое: “Прости… прости… прости…”