invisible string

— Ты забудешь меня. Стайлз шепчет горько, сжимая пальцы Лидии крепче обычного. Это звучит как факт, она чувствует, а давать обещания, которые не в силах сдержать — больше не ее конек. Лидия не плачет, она на грани нервного срыва, съедая остатки помады, которая держится на губах в качестве просьбы. У них время не теряется, оно замерзает в момент, когда Стайлз делает свой крайний вздох, пытаясь собрать остатки силы в сломанный голос. Ему кажется, он слышит, как колотится ее сердце — Стайлз никогда не хотел быть оборотнем.  Лидия красивая, истина, которая ощущается, как самая знакомая боль в теле. И он хотел ее во всех проявлениях любви, что были известны человечеству: Стайлз никогда не думал, что будет тем, кто оставит ее здесь, в пожившем джипе, наедине со всеми своими чувствами.  — Просто помни.  Лидия слушает его так, что Стайлз вспоминает, какого это — быть единственным, что имеет значение. Лидия слушает, разбивая сердце одним только взглядом, держит за руку крепче с каждым вздохом, вызывая ослепительное сияние. Стайлз знает, Лидия привыкла быть оставленной, но ему здесь не место, и ей тоже, со всей этой несчастной любовью — она не сможет преодолеть это, не в этот раз.  Стайлзу кажется, его боль помещается в ее ледяных руках, и он никогда не сможет найти человека лучше для ее хранения; Стайлзу кажется, жизнь постоянно сбрасывает его со счетов, но он готов умолять, он клянется, он знает, за что сражается.  — Помни, я люблю тебя.  Лидии чувствует, что эта боль будет с ней вечно. Лидия не помнит, почему.