Сектор Х "Неприкаянная"

Как трещит голова. Кажется меня всю ночь долбили дятлы. Что за шёпот? Уже утро что ли? Черт, занятия же. А какой сегодня день? Вчера вроде был четверг или среда...черт что было вчера? Не помню... хотя меня вели на совет и... фааак... - Эй, по-моему она приходит в себя. - Сэм? - Хэй, да, это я, - голос приближался. - Почему у меня так болит голова? - блондинка открыла глаза, обведя взглядом свою комнату, в которой, к ее удивлению, находилась какая-то не знакомая шатенка. - Привет, - девушка неловко махнула рукой в знак приветствия. - Здрасти, - кивнула Аливия, садясь на кровати и спуская с неё ноги, держась при этом за голову. - Сэм, что произошло? - Тебя отключил Атрей, - с сожалением в голосе пояснил парень, - некоторые говорят, ты сорвала заседание совета стражей? - Некоторые склонны преувеличивать, - ответила блондинка и встав с кровати прошла к окну комнаты, выглядывая во двор здания, где было подозрительно безлюдно, - сколько я пробыла в отключке? - Со вчерашнего дня, чуть больше суток, - пояснил Сэм. - А вы? - блондинка всё-таки обратилась к девушке, что продолжала тихо сидеть в кресле в стороне от голубоглазой. - Меня зовут Найла Паркер, я студент пятого года и меня попросили присмотреть за тобой, - объяснила девушка. - Найла Паркер, - повторила с сомнением блондинка. - Не могли бы вы нас оставить на пару минут, Найла? - Да...конечно, - немного помедлив согласилась шатенка, после чего встав, покинула комнату. - Какого хрена она здесь делает? - Аливия, ты была без сознания достаточно долго, мы поочереди караулили тебя, чтобы с тобой ничего не произошло, - ты порядком разозлила совет, на сколько мне известно, Афине и Варахиилу еле удалось отстоять необходимость твоего нахождения здесь, - с сожалением произнёс парень, - что там все таки произошло? - Я не помню Сэм....помню, что они проверяли Афину, а потом...провал... - но Аливия помнила ответы Серафимы и кровавую запись на пергаменте. - Так что решил совет? - Я точно не знаю, вроде все прошло без последствий, только ... - Только что? - Атрей просил передать тебе, когда ты очнёшься, что ты наказана, за своё поведение с Гефестом и на совете. А что произошло с Гефестом? - С Гефестом произошло то, что он мудак, не более, - Сэм усмехнулся, - и каким образом меня наказали? Запрут в темнице и лишат еды? - На мой взгляд лучше бы без еды в темнице, но нет. Три недели с Мари, - с сожалением сообщил парень. - О, думаю она будет в восторге, - задумчиво произнесла Аливия. Две недели спустя. Библиотека Ордена. Техас. 00:45 am. Не то чтобы Мари была не очень благосклонна к Аливии, нет. Она ее просто не долюбливала, крайне, очень крайне. Две недели работы в библиотеке блондинка целыми днями перетаскивала груды книг с места на место, казалось, за неделю все книги библиотеки изменили свои места, а стелажи и пол библиотеки блестят так, что взглянув на них можно увидеть своё отражение. Уже ночь и Мари наверное спит, однако перечень работ заданных блондинке на сегодня выполнен только до середины. Боли в груди стали уже такими привычными, что Аливия практически перестала обращать на них внимание. Практически. Кошмары вернулись с новой силой. Троица одолевавшая блондинку во снах, когда она сбежала из дома и жила во Франции, стала ещё изощреннее. Они звали блондинку, манили, показывали вещи от которых кровь стынет в жилах, картины ужасали своей жестокостью. Убийства, массовые убийства женщин и детей, выжженные земли деревень и городов, покрытая дымом и пеплом сожженых людей земля...и холод...пробирающий до костей холод...леденящий все внутри. И все это дело одних и тех же рук, каждый сон одна и та же ужасающая фигура...одно и то же всепоглощающее чувство страха при виде неё. Сотни тысяч отобранных жизней и это лицо, лицо личности учинившей весь этот ужас. Оно всегда смотрит на неё. Это изуродованное шрамами лицо с чёрными пожирающими глазами. Самое страшное во всем этом, что это лицо, ее собственное. Каждую ночь блондинка практически не спит, терпит до последнего и только когда силы напрочь оставляют ее, она засыпает, снова погружаясь в этот ужас. Три не менее уродливые девицы зовут ее каждую ночь...и с каждым разом мысль о том, что нужно пойти за ними становится более навязчивой. Голова раскалывается на части, и усталость во всем теле просто убивает. По началу у Аливии была мысль забить на наказание Атрея, но к удивлению блондинки, только эти работы и помогали ей отвлечься. Практически все две недели наказания блондинки, весь Орден носился с Гефестом как с писанной торбой. Нельзя оставлять Гефеста одного, все должны относиться к Гефесту с трепетом и любовью. Гефесту сейчас очень тяжело, и каждый студент Ордена должен оказывать ему поддержку, ведь ему приходится бороться с темными силами, которые зная о его существовании будут стремиться всячески поглотить его и переманить на свою сторону. Бла бла бла. Передразнила бОльшую часть членов Ордена блондинка, после чего сползла по стенке вниз усаживаясь на полу чтобы передохнуть. Сейчас Аливия выглядела как наркоман со стажем: бледная кожа, осунувшиеся плечи, фиолетово красные круги под глазами. Но ей все равное. Главное не заснуть. Аливия ходит на занятия и даже несколько раз в день отвечает на вопросы Сэма и Рейчел, что с ней не так. Раньше блондинка отвечала, что все в порядке, сейчас же просто дарит кривую улыбку, которая тут же исчезает. Афина не ведёт у них занятия уже две недели. Афина больше не сталкивается с блондинкой в коридорах Ордена, как это было раньше. Аливия не видится с ней вообще, и это не делает состояние блондинки сейчас лучше. Пустота внутри растёт. Несколько секунд покоя и блондинка снова начинает проваливаться в сон. Что сейчас для неё может быть хуже? Кое-что может. В сознание блондинку приводит смех и знакомый голос. Который приближается, но вместе с ним она слышит голос, который хотела бы не слышать никогда. Пока голоса были не разборчивыми, но они приближались. Хотелось спрятаться или провалиться под землю. Любой варианты подошёл бы сейчас. - Почему в библиотеке горит свет? - спросила Афина. - Хейдли, - ответил с усмешкой парень. - Что Хейдли? - конечно же, чью же ещё фамилию, она предполагала услышать первой по возвращению. Хотя мысль о том, что сейчас она может увидеть блондинку, родила некоторое непривычное волнение в груди. Афина много думала в своё отсутствие о блондинке, слишком много. - Она отбывает наказание у Мари, - пояснил парень. - Наказание за что? - За неуважительное отношение ко мне, и за то, что она устроила цирк на совете, ты уже забыла? - парень с первого дня прибытия в Орден, обращался к Афине, на ты. Девушка не поправляла его, понимая, что если она сейчас установит рамки директор студент, сближаться им будет гораздо труднее, а времени уже практически не было. - И чем она здесь занимается? - Моет, убирает, переносит Книги, все что прикажет Мари, - пренебрежительно ответил брюнет, желая продолжить путь дальше по коридору. - Переносит Книги? - повторила для себя Нориган, - у неё же сломаны рёбра, - внутри что-то неприятно засаднило. - Ничего, это будет ей уроком, девчонка совсем берегов не видит. Аливия лишь закатила глаза. - Гефест, я очень благодарна тебе за то, что ты встретил меня, но я только что вспомнила, что мне еще нужно зайти к себе в кабинет, ты не мог бы отнести вещи к моей комнате, а я позже заберу их? - Но... - Пожалуйста, - надавила Афина и парень, помолчав несколько секунд, с недовольством сдался. Очевидно от этой встречи он ожидал чего-то большего. Ведь практически сразу после совета, когда вопрос с Хейдли был урегулирован, Серафима покинула Орден по срочным делам, и у него толком не было возможности пообщаться с девушкой, которая ему определенно нравилась. - Надеюсь завтра мы сможем провести больше времени вместе? - Да...конечно, - с натянутой улыбкой ответила зеленоглазая, ощущая некоторую вынужденность со своей стороны в общении с этим молодым человеком. «Просто нужно узнать его лучше...мы ведь толком не знакомы» успокаивала себя Серафима. - Тогда спокойной ночи, - парень взяв руку Афины, нагло поцеловал тыльную сторону ее кисти. Гефест был убеждён, что может вести себя с девушкой так, как посчитает нужным, ведь как бы он себя не вёл, она все равно влюбиться в него, потому что так указано в завете. И в данном случае парень был доволен своим аристократичным жестом. - Спокойной ночи, Гефест... Шум чемодана на колесиках стал удаляться, после чего стук шпилек от каблуков стал приближаться к Аливии. - Черт..., - протянула блондинка, ведь часть неё крайне не хотела встречаться с Афиной в таком виде, другая же часть трепетала от потребности в этой встрече, в этой девушке. - Аливия? - мягкий голос разнёсся по просторам библиотеки, отдаваясь эхом в голове блондинки. - Ваш кабинет этажом выше, директор, - собравшись с силами произнесла голубоглазая. - Боже, Аливия, - игнорируя сарказм блондинки, Серафима практически бегом приблизилась к голубоглазой, продолжавшей сидеть на полу и из-за прикрытых век, наблюдавшей за поздней гостьей, - что случилось? - Афина опустившись на колени рядом с девушкой, обхватила ее лицо, направляя его на свет и рассматривая изменения. - Ещё немного и вы свернёте мне голову, госпожа, а так пока ничего не случилось, - безэмоционально протянула блондинка, в то время как касания девушки напротив, растекались жаром по ее телу. - Знаешь, когда ты молчишь, ты выглядишь куда милее, - заверила девушку Серафима. Блондинка, неожиданно для Афины, положила свою руку на руку зеленоглазой, продолжавшую находиться на щеке Аливии. На секунду Афина почувствовала контраст ощущений, это именно та рука которую поцеловал Гефест, но вместо прохладной влаги, сейчас девушка ощутила нежное тепло, которое легким покалыванием распространилось дальше по руке, но не успела Серафима понять свои ощущения, как блондинка, потянув голову в сторону и мягко убрав руку со своего лица, вырвалась из цепкой хватки нежных рук, которые слишком задержались на ее лице. - Да? Вы тоже выглядите милее, когда раз от раза все наглее не нарушаете мое личное пространство. Афина осмотрелась, увидев, что ее рука покоится уже на бедре блондинки, тут же убирая ее и заливаясь румянцем. - Я случайно, извини. Тебе нужен отдых, Аливия, и крепкий сон, ты выглядишь очень... - Ужасно, - закончила блондинка, усмехаясь. - Нет, уставшей. Давай я помогу тебе, - девушка попыталась помочь встать блондинке, - но та вырвав руку из ее хватки, встала сама. - Спасибо, директор, но я уже тысячу раз говорила, что мне не нужна ваша помощь, как и чья-либо помощь из обитателей этого прекрасного заведения для умалишенных, единственное, что останавливает меня от того чтобы свалить отсюда - это ваш дебильный лес, Афина. - Аливия, ты преувеличиваешь свои проблемы здесь, все определенно не так плохо, - попыталась начать Серафима, но была перебита. - Преувеличиваю? Серьезно? - усмехнулась блондинка, вскинув брови, - извините, но мне наверное уже пора, вряд ли мы когда-то поймём друг друга, - Аливия наклонилась за своим рюкзаком валявшимся на полу, так, что рубашка надетая на ней в области рукава задралась к локтю, обнажая внутреннюю часть предплечья вблизи запястья. - Аливия ты? Что это? - девушка в панике указала на запястье блондинки, которое было перемотано бинтом. - Бинт, по-моему очевидно. - Ты? - с намеком произнесла Афина, боясь озвучить вслух своё предположение. Аливия усмехнулась понимая, что подумала Серафима. - Нет, директор, я последний человек в этой богадельне который спешит на тот свет. - Так что тогда произошло? - Где ты была две недели!? - вопросом на вопрос выдала волнующий ее вопрос блондинка, бросая на пол только что поднятый рюкзак. - Я... я не обязана отвечать на подобные вопросы, но ты мне не ответила. - Так и я не обязана отвечать на твои. - Я директор Ордена, Аливия, и я несу за вас ответственность, поэтому я имею право знать, что происходит с моими студентами. - Так иди и узнавай, - выплюнула блондинка и направилась на выход. Однако пройдя несколько метров врезалась в невидимый барьер, который препятствовал продолжить ей путь. - Мы не договорили, - стараясь сохранить спокойствие произнесла Серафима. - Договорили. - Ты невыносима! - бросила уже удаляющейся спине блондинки, Серафима. Аливия же демонстративно пожав плечами и разведя руками «Мол, ничего не могу с этим поделать» скрылась в коридорах Ордена. - Создатель, зачем ты меня испытываешь? - проморгавшись произнесла куда-то вверх Афина.