Переверни мой мир

      Утро встретило меня сумерками. Присмотревшись к часам, увидела цифру 8, а затем 05. Пять минут девятого, а такое чувство, что 5 утра.       Вспомнив то, что снилось ночью, я вздрогнула и резко села в кровати, что голова закружилась. Перед глазами замелькали картинки: звонок Лиссы, поиски Дмитрия, встреча с Ташей Озера, бар «Пьяный Патрик», крыша многоэтажки и убитый морально Дмитрий. Сердце сразу тоскливо сжалось.       Я быстро огляделась: на мне только футболка, в которой я обычно сплю и трусы. А судя по обрывку сна, я завалилась спать в одежде.       — Ух! Значит, всё-таки приснилось, — выдохнула я и поплелась на кухню в поисках воды.       Уже на лестнице я почувствовала приятный запах жареного бекона и горьковатый запах кофе. Джанин вернулась раньше со смены.       Но войдя в кухню, я резко затормозила и остановилась. У плиты хозяйничал мой Психолог.       Увидев меня, Беликов обернулся и одарил лучезарной улыбкой:       — Доброе утро, Роза. Я тебя разбудил, наверно.       — Э-э-э-э-э, — многозначительно протянула я, — нет. Пить захотелось. А ты что тут делаешь?       Дмитрий очень тяжело вздохнул.       — Наверно, стараюсь хоть чем-то загладить свою вину перед тобой, — мужчина помешивал яичницу и говорил спокойно, но я чувствовала его напряжение.       — А-а-а-а-а! Так это всё мне не приснилось? — догадалась я, немедленно офигевая.       — Увы, Роза, увы.       Что я могла сказать? «Да ладно, Дмитрий, брось! Всем иногда надо напиться!» Или, к примеру, «ты вёл себя как последний мудак, и из-за тебя я вчера трижды чуть не въехала в дерево, так как толком не умею водить машину»? Нет, дьявол, всё не то!       Со скрипом отодвинув стул, я села и натянула футболку до колен, решив не отступать, пока не расставлю точки по местам.       — Рассказывай, — в одно слово умудрилась уместить всё.       — Хорошо, — вздохнул мой Психолог и, поставив передо мной тарелку с аппетитно пахнущей яичницей, сел напротив, придвинув к себе чашку с кофе.       Некоторое время меня одолевало состояние нереальности: я в своей ночной недо-пижаме и Дмитрий в спортивных штанах и футболке сидим на моей кухне и завтракаем. Бред на грани фантастики. Я тихо хихикнула, чем привлекла внимание мужчины.       — Ладно. С чего начать? — пробормотал он задумчиво. — Когда мы с тобой последний раз виделись в моём кабинете, мне позвонил муж одной клиентки. Эти двое не только были моими клиентами, но и хорошими друзьями. Я давал себе слово никогда не браться за проблемы друзей. Но для этой пары я сделал исключение, поскольку многим им обязан. Девушка некоторое время назад попала в аварию: пьяный водитель сбил её на переходе. Она была беременна и потеряла ребёнка, врачи еле спасли её саму. Прогнозы, увы, неутешительные: они итак прибегали к процедуре искусственного оплодотворения, а после аварии врачи вообще сказали о шансах иметь детей равных нулю. В тот вечер она повесилась, оставив записку с просьбой никого не винить в смерти. Муж нашёл её, вызвал скорую и позвонил мне. Через сутки он наглотался таблеток и умер во сне, не в силах справиться с двойным горем.       Дмитрий замолчал, а я боялась пошевелиться. Может, быть архитектором не так и плохо? По крайней мере, личного кладбища за спиной не будет.       Мужчина сделал несколько глотков кофе и продолжил:       — И я сломался, — на его губах появилась горькая усмешка. — Решил забыться, а старый знакомый, как нельзя кстати оказавшийся в нужном месте и в нужное время, помог мне в этом. А дальше ты и сама знаешь. Ты нашла меня на крыше.       — С бутылкой текилы, — уточнила я.       — Верно. И знаешь, Роза, за все стажировки и всю практику не было столько смертей, сколько за последний месяц, — признался Дмитрий, смотря в чашку.       — Это кого хочешь сломает, — пожала плечами я, отчаянно желая успокоить его и поддержать.       — Да, но я считал себя сильнее, чем я есть.       Я не видела, но чувствовала, как нелегко далось признание Дмитрию. Признаваться в своей слабости тяжело. Но ещё тяжелее признаваться о ней вслух.       — Как там говорят? Комплекс Бога? — хмыкнула я.       — Никогда этим не страдал, — серьёзно поведал Беликов. — Я всегда реально оценивал свои силы. А сейчас…       — А сейчас какая-то сука пытается тебя ликвидировать в прямом смысле этого слова! — с нажимом сказала я, в упор глядя на мужчину.       В карих глазах мелькнуло понимание. Отлично, Беликов со мной солидарен.       — Это единственное, что ещё держит мою крышу на месте, — невесело усмехнулся он и продолжил, — но я без понятия, как остановить, как ты выразилась, эту суку. Потому что работа настолько чистая… Полицейские разводят руками. Только ты и я заметили связь с каждым случаем.       — А злоумышленник делает так, что всё выглядит натурально и обычно, — кивнула я, понимая, куда клонит Дмитрий.       — Верно, — согласился мой Психолог. — А к тому же эта мразь сказочно богата. Компанию мистера Рокстона выкупили за баснословные деньги. Фирма-перекупщик лишь знала, что «Рокстон и Ко» нужно выкупить, поскольку пришёл заказ и немалая сумма на счёт. А вот кто стоял за заказом — пока не ясно. Нужно преодолеть тьму бумажной и судебной волокиты, чтобы узнать имя.       — И не факт, что это окажется не посредник, — отметила я.       — Снова в точку, Роза.       — Но что нам делать, пока ничего не ясно?       — Тебе — жить и оглядываться по сторонам, а так же ни на что не реагировать. Я же временно сверну практику.       — Погоди, как свернёшь? — я опешила.       — Прекращу консультации. Займусь наукой и защищу парочку работ. Давно пора найти на них время, — буднично ответил Дмитрий, а я не на шутку возмутилась.       — Думаешь, что если сдать назад, они отвяжутся? Ты разве не видишь, что это травля?! Прицельная и намеренная!       — Вижу, Роза, — мягко произнёс мужчина. — Поэтому и возьму перерыв. А тем временем полиция и некоторые мои друзья смогут разобраться в происходящем.       Тик-так, тик-так. Тиканье часов бесило. Как и логика Беликова. Как и НЕПРОШИБАЕМАЯ логика Беликова.       — А почему на тебе спортивные штаны и футболка? — встрепенулась я внезапно. — Ты разве был не в рубашке и брюках вчера?       — Я давно взял за привычку возить с собой спортивную одежду, — с улыбкой ответил Дмитрий. — Сбегал в машину, взял вещи, переоделся. Подумал, что будет невежливо исчезать, пока ты спишь. Я, правда, очень благодарен тебе, Роза, за помощь. И даже не знаю, как тебя отблагодарить.       Моя бурная фантазия тут же подкинула мне несколько неописуемо жарких картинок благодарности Беликова, что я даже покраснела, кажется, до кончиков ушей.       — Хочу историю, — хрипло выдавила, наконец.       — О чём? — не ведая подвоха, спросил мой Психолог.       — О Хэлен.       Я исподлобья смотрела на собеседника и видела, как радостный взгляд потух, черты лица заострились, а сам Дмитрий будто постарел на десяток лет.       — Это личное, — тихо сказал он, а я сразу поняла, что продолжения не будет.       Да и не хотела я уже продолжения, видя, сколько страданий одно только имя приносит человеку, сидящему напротив меня и вцепившемуся в чашку с остывающим кофе.       — Извини. Не моё дело, — я отвела взгляд и виновато пожала плечами.       — Дорогой мне человек из далекого прошлого, — будто сквозь толщу воды донесся голос Дмитрия. — Трагически погибла много лет назад. На этом конец истории.       — Прости, — снова прошептала я, желая провалиться в преисподнюю и желательно сию секунду.       — Будешь ещё чай? — Беликов вздохнул и встал из-за стола.       Около часа мы разговаривали на отвлеченные темы, смеялись и пикировались. Но напряжение между нами так и не рассеялось.       — Думаю, мне пора, — Беликов встал с дивана и несколько скованно улыбнулся. — Завтра возьму ещё выходной, окончательно приведу голову в порядок, а затем разберусь со срочными делами.       — А следом? — спросила я, чувствуя наличие продолжения.       — Следом на неделю улечу домой, в Россию, — ошарашил Беликов.       — Вот это, кстати, правильно! — задумчиво протянула в ответ. — Тебе давно пора отдохнуть. И в России тебя точно никто не достанет.       — А вот тебе на неделю придётся закрыться дома и выходить только в случае крайней необходимости, — мрачнея, произнёс мужчина.       — Я найду, чем заняться, — хихикнула, вспоминая о гигабайтах непросмотренных художественных фильмов. — Если станет скучно, призову на помощь Драгомир с Озёра, — тут в мозгу вспыхнул образ Таши. — А твоя знакомая Наташа Озера и Кристиан Озера, парень Лиссы, не родственники случаем?       — Родственники, — кивнул Дмитрий и нахмурился. — Но откуда ты знаешь, что фамилия Таши — Озера?       — Наткнулась на неё у тебя в квартире, — отмахнулась я, напрягаясь. — И с ней был мужчина. С каким-то французским именем…       — Пьер, — тут же закончил за меня Беликов.       — Точно!       — Странно, — Дмитрий задумчиво смотрел на меня.       — Странно, что я оказалась в твоей квартире? — я приготовилась смутиться, но, увидев тёплую улыбку Беликова, передумала.       — Странно, что Таша снова с Пьером, — пояснил мужчина. — Он неоднозначный человек. И в некотором роде опасный.       — Судя по тому, как он смотрел на мисс Озёра, не скажешь, — с сомнением отметила я.       — Запомни, Роза, одну истину: психи — не всегда те, кто бегает кругами без одежды и громко орут, размахивая руками. У многих психических состояний есть латентные проявления. Это когда болезнь есть и прогрессирует, но практически незаметна для окружающих, — пояснил Дмитрий, увидев мой недоуменный взгляд.       — Я никогда не видела шизофреника, который бы тихо сидел себе и сходил с ума.       — Если говорить о шизофрении, то я знал многих людей, у которых данная болезнь проявлялась в отличной успеваемости, в некоторой замкнутости и местами даже гениальности.       — То есть, у меня есть все шансы быть шизиком? — воскликнула я громче, чем сама ожидала.       — Нет, — Беликов с улыбкой покачал головой. — У тебя нет характерной симптоматики. Например, резких перепадов настроения. В один момент человек весел, а через полминуты уже пребывает в глубочайшей депрессии. А затем через пару мгновений он снова весел. И на замечания по поводу настроения реагирует неадекватно — почти всегда проявляет агрессию. Порой достаточно сильную.       — Кто-то говорил, что не занимается совсем психами, — потрясенно отметила я, во все глаза смотря на мужчину.       — Я ими и не занимаюсь, — на губах Беликова появилась надменная и несвойственная ему улыбка. — Но психолог, да и любой другой специалист, должен быть всесторонне развит.       — Нормальное такое развитие, — заворчала я и услышала уже вполне Беликовский смех.       Я витала в каком-то странном состоянии после смерти Моргена. Наверно потому, что почти не помнила ни похорон, ни страшных слов о том, что его больше нет. Для меня мой Друг Тайрес уехал далеко-далеко. Туда, куда не доходят письма, туда, где нет телефонов и интернета. Туда, где мы когда-нибудь встретимся. Пусть нескоро, но обязательно встретимся.       Видимо, этими мыслями и было продиктовано моё нынешнее состояние. Не то сон, не то реальность. Нечто среднее, пограничное. Между смехом и слезами.       Беликов, как мне показалось, нехотя попрощался со мной и, отблагодарив за помощь, уехал дальше разбираться в происходящем.       И как только мой Психолог сел в машину, а затем скрылся за поворотом, на телефон пришло очередное СМС.       «Если любишь играть с Вечностью, то и Вечность полюбит играть с тобой».       Испугалась ли я? Уже нет. Запаниковала ли я? Да. Ещё как!       И, как по команде, раздался громкий и настойчивый стук в дверь, от которого я вскочила с дивана в гостиной и пулей бросилась на второй этаж, попутно набирая номер Дмитрия.       Беликов ответил через гудок, а стук в дверь всё не прекращался.       — Да, Роза?       — Дмитрий! — зашипела я в трубку. — Мне опять пришло странное сообщение на телефон, а теперь кто-то ломится ко мне в дом!       — Две минуты, и я буду у тебя, — резко бросил он и связь оборвалась.       С замирающим сердцем я сидела за шкафом, прислушиваясь к происходящему. Через некоторое время стук стих, а мой телефон завибрировал.       «Дмитрий» — гласила надпись входящего вызова.       — Да? — шёпотом спросила я трубку.       — Открой дверь, пожалуйста, — усталым голосом попросил мистер Психолог.       На цыпочках, стараясь не издавать лишних звуков, постоянно оглядываясь, я дошла до входной двери и постаралась как можно тише её открыть.       А вот увиденное заставило приоткрыть рот в изумлении.       — Мистер Мазур? — пискнула я, смотря на своего новоявленного папашу.       Рядом с ним стоял напряженный Беликов.       — До тебя не достучаться! — заворчал попугай.       — Добрый день, — промямлила я. — А вы зачем тут?       — Приехал к Джанин по делу, — сказал папаня и подозрительно покосился на Дмитрия.       — Мистер Мазур, знакомьтесь, это мой психолог — мистер Дмитрий Беликов, — со вздохом сказала я отцу. — Мистер Беликов, это мой отец, мистер Ибрагим Мазур.       — Лучше просто Эйб, — хмыкнул попугай. — Приятно познакомиться, мистер Беликов.       — Лучше просто Дмитрий, — не остался в долгу мой Психолог. — Мне тоже очень приятно с вами познакомиться, Эйб.       Повисло неловкое молчание, которое решила нарушить я.       — Эйб, я буквально минутку уделю мистеру Беликову. Хочу показать результаты психологического теста, который я проходила. Подождёшь в гостиной?       — Конечно, — в голосе папани послышалась угроза, а карие, как у меня, глаза с прищуром взглянули на Дмитрия.       Мазур скрылся в доме, а я вышла на крыльцо и показала Беликову телефон с новой СМСкой.       — Я пробью номер, — пообещал мой Герой.       — Бесполезно, — покачала головой в ответ. — Каждый раз номер в сети не зарегистрирован. Это явно какой-то хитро продуманный левак.       — Даже левак можно отследить, — сказал Дмитрий, а мне стало не по себе от его тона. — Будь осторожна, хорошо?       — Хорошо, — кивнула и взяла из тёплых рук мужчины свой телефон.       Мимолётное касание будто обожгло, а я по инерции одернула руку. Дмитрий же, казалось, ничего не заметил, всё так же задумчиво смотря в пространство.       Сухо попрощавшись, мой ПСИХолог сел в машину и укатил, а я, вздохнув, поплелась в дом, разбираться с папаней.       Эйб времени зря не терял: раздобыл пачку с кофе, турку, и уже варил кофе.       — Будешь? — будничным тоном спросил он, кивая на напиток.       — Не, кофе — это не моё, — скривилась я тут же. — Сейчас заварю себе чай.       — Джанин на работе? — недовольно поинтересовался Мазур, поправляя яркий шарф на шее.       — Да, — кивнула я в ответ. — Где же ей ещё быть?       — Вы так нуждаетесь в деньгах?       — Не так, чтобы мать пропадала на работе сутками, — я покачала головой. — Она просто очень любит свою работу. А любовь к работе, плюс хороший доход, равно дополнительные смены.       Мазур нахмурился и профессиональным движением снял турку с огня, хотя у кофе были все шансы с шипением вылиться на плиту.       — А чем ты занимаешься? — я спросила только для того, чтобы заполнить паузу, возникшую между нами.       — У меня небольшой бизнес, — уклончиво ответил папаня, садясь напротив и отпивая кофе. — Бизнес сетевой и не только в Турции. У меня есть пара офисов в Америке, с десяток в Европе и парочка в России.       — Ого, — протянула я. — Беликов, кстати, из России.       — Твой психолог? — как можно безразличнее спросил Эйб, но карие глаза зажглись любопытством. — К слову, почему ты ходишь к психологу?       — Это полезно для психики и настроения, — тоном учителя произнесла я.       Мазур усмехнулся, но тему развивать дальше не стал.       — А что именно за бизнес? — не сдавалась я.       — Связанный с компьютерной безопасностью, — отмахнулся мужчина.       — А твои специалисты могут пробить телефон, которого нет? — с придыханием выпалила я.       — Которого нет? — удивился Эйб. — А зачем его тогда пробивать?       — Скажем так, мне приходят сообщения с незнакомых номеров, но когда я звоню на них, мне говорят, что номер не существует, — быстро объяснила я.       Мазур нахмурился, а затем хитро улыбнулся:       — Точно моя дочь! Во что ты ввязалась, ребёнок?       — Ничего криминального, — сказала я, а затем мрачно добавила: — надеюсь. Так можно пробить номера?       — Вполне, — буднично кивнул мужчина, будто я попросила его сходить за хлебом в магазин, а не сделать невозможное. — Напиши мне список номеров, время СМС или звонка. А лучше дай свой сотовый. Может, проблема в самом аппарате.       — Я не могу отдать тебе телефон, — возмутилась я, отчего-то сразу вспоминая множество СМС, пусть и вполне себе официальных, от Дмитрия.       — Тогда поехали ко мне в офис. Там и разберёмся, — предложил Мазур.       С минуту подумав, я кивнула и начала собирать по дому нужные вещи.       — Кстати, как близко ты общаешься с Беликовым? — раздался более чем неожиданный вопрос от Эйба, что я даже замерла и ошарашено воззрилась на своего папаню.       — Э-э-э-э-э-э? — многозначительно протянула вместо ответа.       — Брось, дочь! — полностью скопировав мой тон, хотя я уверена, что я ни разу так не выражалась при Мазуре! — Я же вижу, как ты на него смотрела. Я примерно так же смотрел на твою маму лет так 18 назад, — мечтательно протянул мужчина, погружаясь в воспоминания. — Тогда она ещё строила из себя мисс недоступность. Но спустя время сдалась, — Мазур помолчал и тряхнул головой. — Так что, поверь мне, я знаю этот взгляд. И, судя по всему, ты сейчас в том же положении, что и я был когда-то.       — Джанин тоже была твоим психологом? — уперев руки в боки, спросила я.       — Нет, коллегой, — спокойно ответил папаша. — Но это не отменяло того, что мы не могли в открытую строить отношения.       — Так! Стоп! — остановила я. — Не уверена, что хочу сейчас знать подробности. Мне бы со своей жизнью разобраться.       — Значит, никак, — вздохнул Эйб.       — Что никак? — затупила я.       — Значит, никак ты не общаешься с Беликовым, — пояснил мистер Папаня-Философ-Чёртов. — Ну, ничего. Жизнь странная штука.       И в подтверждение его слов в дверь настойчиво постучали.       Распахнув её, я застыла на месте. А затем оказалась заключена в объятья.       — Я так скучал, Роуз! — раздался голос Лео над ухом. — Соболезную тебе на счёт мистера Тайреса.       А я же не могла пошевелиться. Слишком много событий для меня одной. Слишком.       — А ты как тут оказался? — вместо приветствия отреагировала я.       — Прилетел к тебе на недельку, — удивленно ответил Лео, будто я спросила что-то нереальное. — Родители предлагали мне остаться, но я решил, что нужен тебе здесь сейчас.       В голове не было ни слов, ни ругани. Только пугающая пустота.       — Здравствуйте, молодой человек, — за моей спиной послышался голос Эйба.       — Лео, знакомься, это мой отец, Эйб Мазур, — равнодушно отчеканила я. — Эйб, это мой парень, Лео.       Конечно, лицо Леонарда было достойно премии «шок года».       — Парень, значит, — мой биологический отец расплылся в коварной улыбке.       — Приятно познакомиться, — побледневший Леонард пожал руку Мазуру.       — Взаимно, — кивнул Эйб.       — Я думал, у тебя нет отца, — обратился уже ко мне Лео.       — Ну, знаешь ли, чтобы получились дети, нужны мужчина и женщина. По-другому никак, — заворчала я и услышала, как папаня хихикнул.       — Нет, я не имел ввиду, что… — заблеял парень.       — Не важно, — я махнула рукой, перебивая. — Лео, сейчас мы с Эйбом уезжаем. Давай созвонимся вечером? Или лучше спишемся в Фейсбуке?       — Э-э-э-э-э, ну, хорошо, — замялся он. — До вечера?       — До связи! — поправила я твёрдо и захлопнула дверь прямо перед носом своего горе-парня.       Эйб с прищуром смотрел на меня.       — Я смотрю, у тебя насыщенная жизнь, дочь! — хмыкнул мужчина.       — Вся в тебя! — огрызнулась и под смех Мазура пошла собираться.       Через час мы оказались перед офисом Мазура.       — Впечатляет, — протянула я, осматриваясь и поражаясь мрамору и богатой отделке кругом.       Оказалось, что моему отцу принадлежит 22 этажный бизнес-центр в сердце города. А его офис занимает целый этаж. Ничего себе «небольшой бизнес».       — Тебе пора перенимать у меня опыт, — хмыкнул Эйб, — а то кому, кроме тебя, я смогу оставить свою империю? Мне уже не 30 лет, я давно думал о преемнике.       — Давай о столь насущных проблемах позже, ладно? — оскалилась я в улыбке.       Меньше всего хотелось сейчас вникать в планы Мазура и его бизнеса.       Мы поднялись на 20 этаж и вышли в просторный светлый холл. Миновав тьму офисного планктона, вошли в маленькое помещение без окон, под завязку набитое аппаратурой.       — Привет, Мигель, — крикнул Эйб.       И почти мгновенно из-за одного из стеллажей показалась голова парня, а затем и весь он.       — Доброго утра, мистер Мазур, — поприветствовал мужчину паренёк.       Выглядел он как типичный ботаник или компьютерный задрот: всклокоченные волосы, очки в роговой оправе, футболка с принтом бейсбольной команды, поношенные джинсы. А дополняли картину красные уставшие глаза.       — Не ожидал вас сегодня увидеть, — продолжил задрот и, наконец, бросил на меня мимолётный взгляд. — Вы в гости или по делу?       — По делу, — тут же отозвался Эйб. — Мигель, это моя дочь, Розмари, — папаня кивнул на меня. — Ей некоторое время назад стали приходить сообщения с несуществующих номеров, тем самым беспокоят днём и ночью. Сможешь отследить отправителя?       Мигель удивленно воззрился на меня, но быстро ответил:       — Да, без проблем. Розмари, позвольте ваш сотовый.       Без лишних слов я протянула пареньку свой телефон и заняла стул, на который мне указали. Эйб сидел рядом и хранил молчание, пока Мигель быстро стучал тонкими пальцами по клавиатуре.       На экране монитора мелькали разные программы, наборы символов, похожие на фильм Матрица, и сотни телефонных номеров.       Спустя минут 10 колдовства над моим телефоном, Мигель громко присвистнул.       — Розмари, кому вы перешли дорогу, что вам шлют сообщения через шифровальные устройства военных? — произнёс парень, не поворачиваясь ко мне и Эйбу.       Я с папаней синхронно распахнули рты от услышанного.       — Что? — переспросил Мазур тихо.       Компьютерный задрот повернулся к нам и с улыбкой чёрной мамбы начал объяснять:       — Номера, с которых приходили сообщения, конечно же, фэйковые. Я попытался отследить их местоположение, но ниточка привела меня к военным. А способ шифрования номера указывает на одну военную разработку прошлых лет. Можно попытаться выйти на место и даже человека, но, боюсь, это незаконно. От слова «абсолютно», — закончил он, глядя на Эйба. — Вот поэтому я и спросил вас, Розмари, кому вы умудрились перейти дорогу? — сказал компьютерный гений уже мне.       — Ахренеть, — выдохнула я, запоздало осознавая, что теперь в голове полная неразбериха.       Получается, что Беликов перешёл дорогу кому? Военным? Мафии? Правительству?       А если так, то почему бы не убрать его любым стандартным способом? Например, машина сбила на пешеходном переходе. Или отравление. Или сердечный приступ. Будто мало в арсенале спецслужб методов устранения человека!       Зачем тогда столько сложностей: убийство клиентов Беликова по одному, терроризирование меня посредством СМС? Бредово.       С другой стороны, это уже какой-то прогресс. Теперь мы знаем, что Дмитрий перешёл дорогу кому-то из военной сферы. Интересно, кому?       — Спасибо за помощь, Мигель, — улыбнулся Эйб парню. — Ты очень нам помог. Увидимся!       — Был рад встрече, мистер Мазур, мисс Розмари, — отозвался парень и снова скрылся за стеллажами с аппаратурой.       Эйб снова повёл меня по коридорам офиса и втолкнул в просторный кабинет.       Когда дверь за нашими спинами закрылась, Мазур прищурился и задал логичный вопрос:       — Во что ты вляпалась, дочь?       — Друзей выбирать не умею, — вздохнула я, думая о Дмитрии и полученной информации.       — Может, стóит этих друзей ликвидировать? — пророкотал папаша.       — Не-не-не, спасибо, не надо! — махнула я рукой и снова погрузилась в раздумья.       — Я могу чем-то помочь? — после минутного молчания произнёс мужчина.       — Нужно приглядеть за Беликовым, — ляпнула я и тут же укусила себя за язык.       — Значит, всё-таки Беликов, — заворчал Мазур и потёр переносицу. — Как он умудрился так вляпаться? Да ещё и тебя втянул.       — По факту я сама виновата, что оказалась втянута, — из груди вырвался тяжёлый вздох, когда я вспомнила тёмный кабинет Дмитрия и загадочную Тень. — Сама сунулась туда, куда не следует.       — Ладно, подробности позже, — сдался мужчина. — Я попрошу пару знакомых присмотреть за Беликовым.       — Он, кстати, скоро в Россию улетит, к родне, — вздохнула я.       — Там точно есть те, кто может приглядеть за твоим другом, — последнее слово Эйб произнёс с таким скепсисом, что у меня покраснели уши. — А теперь поехали пить чай. И вообще мы с тобой так толком и не познакомились. Надо навёрстывать упущенное!       Постепенно заражаясь позитивом своего биологического отца, я искренне улыбнулась.