Игра

Вселенная: GoopySoul GoopySoul! Фриск/GoopySoul! Гастер ---------------------------------------------------------------------------- Многие говорят, что моя жизнь после того случая стала черно-белой. Что я вижу в мире лишь серость и черноту, а на свет закрываю глаза. Будто в моей душе что-то склизкое, темное, что не дает мне видеть свет. Но они ошибаются. До встречи с ним моя жизнь была именно такой, какой они ее описывают. В моей душе будто сидело что-то тяжелое, что-то мерзкое, что не давало мне видеть мир таким, какой он есть. А мир был невероятным. Когда в моей душе появился он, я будто сняла темные очки и смогла увидеть. Как будто до этого момента я была слепа, и сейчас, с его появлением, прозрела. Хотя, вероятно, так и есть. Я будто впервые увидела землю. Так невероятно поблескивала трава в свете фонаря: она переливалась разными оттенками зеленого. Крошечные яркие капли воды на ней казались хрустальными. Этот запах, что исходил от нее, и это тихое шелестение нравились мне безумно. Вероятно, именно тогда я и задала тот вопрос ему. — Гастер, почему трава зеленая? Впервые я интересовалась чем-то. Особенно землей под ногами. Он тогда, конечно, удивился, но, довольно улыбнувшись, начал объяснять. Я слушала его, как завороженная. Наверное, с этого момента я и начала задавать вопросы. Почему стены руин фиолетовые? Почему идет снег в подземелье? Почему здесь вырос лес? Как некоторые монстры едят? Почему люди улыбаются, почему на снегу остаются следы, почему язык прилипает ко льду, почему, почему, почему? Только с ним для меня мир стал полон красок. То, что я никогда не замечала, то, что никогда не привлекало моего интереса - сейчас я хотела узнать. А он только тихо смеялся и бормотал: — Как можно не знать таких элементарных вещей? И объяснял. Они говорят, что так жить ненормально. Что я — калека. Что я никогда не смогу чувствовать то, что могут чувствовать они. Но они ошибаются. Только с ним я чувствовала то, что никогда не чувствовала. Радость. — Гастер, смотри, у меня получилось! — Ты молодец, малышка. Грусть. — Ох, нет, оно не работает… — Нет, нет, только не плачь! Отрицательный результат - тоже результат! Фриск, ты слышишь меня? Получится в другой раз. Злость. — Да как они смеют говорить такое о тебе! Ты совсем не такой! — Малышка, все нормально. Спокойней. Отвращение. — Фууу, я не могу дышать, оно ужасно воняет. — Наука требует жертв. — Тебе легко говорить! Попробовал бы ты это понюхать, я бы посмотрела на твое лицо. — Малышка, я и не такое нюхал. Сочувствие. — Тебе, наверное, не очень комфортно, да? — Нет, малышка, все окей. Смущение. — Я чувствую все тоже, что и ты. — Ой. Стыд. — Снова не получилось. Прости меня, Гастер. Я слишком глупа для этого. — Не говори ерунды, малышка. Тебе просто не хватает немного удачи. Все получится, я обещаю. Удивление. — Ох. Неужели получилось? — Стой, не подходи пока, вдруг оно снова взорвется. — Гастер! — Я просто забочусь о тебе, Фриск. Благодарность. — Гастер, если бы не ты… — Все нормально, малышка. — Спасибо. Нежность. — Оно… так прекрасно. — Я знаю. Спокойствие. — Ты чудо, Гастер. Я тебя так люблю. — … Страх. — Гастер? Все нормально? Не молчи, я волнуюсь. — … — Гастер? — Я тоже люблю тебя, малышка. И только посмейте сказать, что это ненормально. Я за себя не отвечаю. Вы просто не понимаете, как это чудесно, быть с человеком, который любит тебя. Мы, так сказать, живем душа в душу, хах. Но на самом деле… Это действительно очень трудно. С одной стороны, он всегда рядом. Всегда готов помочь и защитить. Я всегда чувствую, о чем он думает, или чего он желает. И то же самое наоборот. Он чувствует, что хочу я, и все мои эмоции в какой-то степени затрагивают и его душу тоже. Сейчас я работаю над тем, чтобы попробовать вернуть ему тело. Так что я почти не сплю, а если и сплю, то только часа два, когда он насильно заставляет меня уснуть. Он прекрасно понимает меня и помогает всем, чем может, но все равно думает, что я слишком много работаю. Когда мозги вскипают и уже не могут разобрать схемы на столе, приходится отдыхать. Но я напрочь отказывалась сидеть без дела и постоянно лезла в работу снова. Он предложил играть в шахматы. — Это отдых для твоих мозгов и еще полезное упражнение для них же. — Я не умею… Смущению моему не было предела. — Я научу тебя. Это просто. И знаете, я полюбила эту игру. Трудно играть, зная, как пойдет твой партнер, но интересно. Ведь он тоже знает. Я иногда так увлекалась, что забывала про работу. А он только и рад был. — Ты специально, да, Гастер? Ты ведь понимаешь, что я для нас стараюсь. — Даже таким умным малышкам нужен отдых, Фриск. Только с ним я могла чувствовать себя живой. Только с ним мой мир приобретал цвета.