Глава 11
31 октября 2016 г., 22:41
Холодный подвал…
Маринетт потеряла всякую надежду на спасение. Запястья были протерты почти до костей, запекшаяся кровь окрасила веревку в ржавый цвет. Теперь она выпивалась ещё больнее, и с каждым движением Маринетт все сильнее стискивала зубы, чтобы не показывать своего страха.
Шёпот. До боли знакомый голос.
Я сошла с ума.
Этого не может быть.
— Маринетт… — позвал голос. Девушка вздрогнула и взвыла сквозь зубы оттого, как сильно канат впился в её кисти, вновь растравляя едва залившую рану.
— Кто здесь? — она вжалась в стену, затравленно разглядывая чёрный воздух перед собственным носом. Со связанных рук капала кровь, струйками стекая по тонким пальцам.
— Ты совсем ничего не ешь… — разочарованно сказал голос. — Я вытащу тебя.
— Да кто ты, черт тебя дери?! — истерично закричала Маринетт и попыталась ударить незнакомца, но ослабевшие руки отказывались слушаться. — Он убьет всех… Всех… — слезинка покатилась по её щеке. Маринетт рвано выдохнула, содрогнувшись всем телом.
— Тише, — голос стал ближе, и брюнетка могла поклясться, что горячее дыхание обдало её висок. — Тише. Я всегда буду рядом… Ты слышишь? Нет, только не плачь. Я вернусь за тобой. Обещаю.
— Я даже не знаю, кто ты, — выдавила девушка, пытаясь игнорировать душившие её слезы. — Как я могу тебе верить, а тем более доверять?
— Ты знаешь меня лучше чем кто-либо, а я лучше всех знаю тебя.
— А-а-адриан? — Маринетт попыталась утереть слезы, но веревка лишь поцарапала её щеку; снова выступила кровь. — Где ты? Обними меня, — еле слышно пролепетала она.
— Маринетт! — голос стал громче; плеч девушки коснулись чьи-то тёплые пальцы. — Маринетт, ты меня слышишь?! Маринетт!
— Нет, нет, нет… — Маринетт быстро задышала и села. Она была в светлой комнате, а за плечи её тряс Адриан. — Адриан! — она потянулась к нему, он обнял её в ответ. — Что это было?
— Дурной сон, вероятно, — предположил бледный парень, — ты так кричала… Как ты себя чувствуешь?
Маринетт попыталась сосредоточиться на ощущениях и поняла, что нет ни боли в теле, ни голода. Одно лишь чувство овладевало ею — страшная усталость.
— Спать хочу, — призналась она; взгляд её упал на руки, лежавшие поверх одеяла — запястья были аккуратно перебинтованы. — Где я? — спохватилась она, затормошив сидящего подле неё Адриана.
— Ты у меня дома.
— Где?! А как же… Твой отец?
— Он в отъезде. И приедет, полагаю, только весной.
— Понятно… — Маринетт повторно огляделась. — Она лежала на большой кровати, напротив неё были окна от потолка до пола. — Это твоя комната?
Адриан кивнул, потом потянулся к кувшину с водой, стоящему на прикроватном столике и налил воду в стакан. Протянул его брюнетке.
— Врач сказал тебе пить больше воды. — Блондин поцеловал девушку в лоб. Маринет послушно выпила воду.
— Что с Бражником?
— Ему удалось удрать, — зло сказал парень, — что тебе снилось, моя принцесса?
— Кошмар. Я опять была в том подвале. Это ужасно.
— Прости меня, — Маринетт еле успела отставить стеклянную посудину, чтобы не разбить — парень порывисто обнял её, шепча извинения.
— За что я должна тебя простить? — удивилась девушка. На измученном худом лице появилась улыбка.
— За то, что допустил все это. Что не был всегда рядом. Что не прибежал сразу тебя спасать. Что скрывал свою любовь. Прости, — Маринетт зарыдала, утопив пальцы в светлых прядях. — Я люблю тебя больше жизни.
— Не говори так, — слезы, одна за одной, скатывались по щекам девушки. — Ты ни в чем не виноват. Нет! — отрезала она, — ни в чем. Не смей себя винить.
— Хорошо, — сдался он. Маринетт привычно коснулась уха, где обычно была серёжка, но не почувствовала присутствия аксессуара. В памяти всплыли те события.
— Адриан? — позвала она, — а где мои серьги?
— Ах да, — спохватился он, — вот, — он протянул ей небольшую бархатную шкатулку темно-бордового цвета. Маринетт дрожащими пальчиками взяла шкатулку и открыла её.
— Что это?
Кроме серёг в шкатулке лежала подвеска. Красно-чёрная подвеска, подходящая к серьгам.
— Я очень сильно тебя люблю. Не хочешь принимать мои извинения — прими этот подарок.
— О, Адриан! — Маринетт взяла его за руку, — спасибо, — она заглянула в его глаза, что так любила делать, и поцеловала. — А где Натаниэль? А тени?
Адриан мгновенно помрачнел и вздохнул.
— Тени? Это которые были самыми противными жителями нашего города? — Маринетт кивнула, — Хлоя, Буржуа и Дамокль? — девушка снова кивнула, — порхают где-то по дому. Плагг напрягся и додумался, как наедать им влететь в нашу… Э… Мою комнату. — Лицо Адриана стало пунцовым. — Натаниэль где-то по дому шатается. Натали понимающая, тем более что сейчас у неё почти нет времени — отец оставил её управлять всей корпорацией.
— Н-да, ситуация, — Маринетт легла поудобнее. Глаза закрывались сами собой.
— Ни о чем не волнуйся. Все хорошо, здесь ты в безопасности. Я буду рядом. — Адриан пересел к ней на кровать и снова взял в руку её ладонь. — Спи, — он поцеловал её в лоб. Девушка послушно закрыла глаза и отправилась в царство Морфея, отчаянно надеясь, что кошмары перестанут её преследовать.
В комнату бесшумно скользнул Натаниэль.
— С ней все хорошо? — взволнованно спросил рыжий и подошёл к кровати. Маринетт в любом состоянии казалась ему прекрасной — он прямо сейчас убедился в этом окончательно. Белая, почти сливающаяся с тканью снежного цвета подушки, кожа, острые выпирающие скулы, круги под глазами, разметавшиеся по подушке черные волосы. Она была для него богиней.
— Да, — угрюмо бросил Адриан и продолжил созерцать картину спящей девушки, — она истощена и напугана, но это неопасно. Что-то ещё?
— Нет-нет, ухожу.
— Натаниэль? Нам надо поговорить.
— О чем? — непонимающе уставился на него новоявленный целитель, а Адриан вскочил, грубо схватил его за плечо и выволок в коридор, забыв про синий порошок, не пускавший теней в комнату.
— Не придуривайся, — Адриан с силой прижал его к стене, держа за воротник. Художник попытался вывернуться, но блондин был сильнее. — Давай договоримся, что мы с Маринетт будем видеть тебя только во время заданий, хорошо?
— С чего это вдруг? — назально осведомился Натаниэль, чуть даже приосанившись. — И почему ты говоришь и за неё тоже?
— А муж не имеет на это права?
Глаза Натаниэля округлились.
***
— Нет, — Хлоя поправила выбившуюся прядь, — нет, я все равно не могу поверить, что Кот Нуар — Адриан! — в отчаянии вскричала девушка. — Ты сама видела трансформацию, — безразлично отозвался Андре и вновь углубился в чтение оставленной на столе книги. — Нет, нет, нет, — Хлоя сжала кулачки, — быть этого не может! Слишком много невероятных вещей за последнее время! Папа! Я — призрак, серая мышь Маринетт — ЛедиБаг, Адриа-а-а-анчик, — девушка взвыла, — Кот Нуа-а-а-ар, — едва различимые слёзы размазали полупрозрачную тушь и тени. — Просто пойми это и прими, — не менее спокойно прокомментировал истерику дочери Буржуа, — нет, ну что за люди! И как мне дочитать?! — Я найду способ стать обратно человеком, — заявила Хлоя и покинула пределы семейной библиотеки Агрестов, где обосновались призраки. — И докажу Адриану, что Маринетт — серая мышь, недостойная его внимания. — Удачи, — хмыкнул Буржуа. — Но как ты заставишь его любить себя? Ведь ты разрушишь его любовь, если она есть… — Дамокль снисходительно посмотрел вслед девушке и покачал головой. Хлоя добралась до кухни — там уже сидел, склонившись над длинной барной стойкой, убитый горем Натаниэль. — Что случилось? — неожиданно участливо спросила девушка, остановившись рядом. — Не знаю, можно ли тебе это говорить, — замялся Натаниэль, засомневавшись, — ай, ладно, — махнул он рукой, — какая теперь-то разница! — иронично улыбнулся он, — она согласилась выйти замуж за него. — Кто — она? — захлопала глазами Хлоя, — за кого — него? — Маринетт за Адриана! — рявкнул Натаниэль. Пустой стакан, что он сжимал в пальцах, хрустнул и треснул. — Что?! — завизжала Хлоя, — чушь! С чего ты взял, что Адрианчик решил жениться на этой курице?! — Он сам мне сказал, глупая твоя голова, — тяжело вздохнул рыжий и полез в бар, — хочешь че… А, нет, не хочешь. Кстати, — спросил он, откупорив первую бутылку, — слышал я, ты вот к этому делу пристрастилась? — он указал на алкоголь. — Нет, с чего ты… — опустила глаза Хлоя, — а действительно, сейчас ничего не важно. Ну, было… А что? — Да нет, ничего. Хотел бы я с тобой выпить, — признался вдруг рыжий, доверительно посмотрев на блондинку. В её глазах блеснуло что-то похоже на понимание и даже сочувствие. — Честно? — он кивнул, — а мне тоже. Только вот, — Хлоя с тоской посмотрела на свои руки, пропускающие свет. — Не выйдет. — Я целитель. Возможно, мой квами сможет что-то придумать. — Правда? — Да. Но сначала, — он опрокинул в себя первый стакан, — сначала, — подавился, — я напьюсь. — А я буду с тобой, — она положила свою ладошку на его. Никто не почувствовал этого невесомого прикосновения, но оба покраснели.***
— Вайзз! Не может быть ни единого способа, как бы не… — в хлам пьяный Натаниэль запутался в слишком сложной, на его взгляд, цепочке умозаключений и на секунду замер, глядя в одну точку, — короче, как превратить Хлою в человека? — Ты пьян, — заметил Вайзз, на что рыжий лишь махнул рукой. — Преврати Хлою в человека, или скажи мне как, я превращу. — Есть только один способ, — зелёный малыш нахмурился, — но обещай, что ты не будешь пробовать! Испуганный рыжий продемонстрировал квами пустые ладони в знако примирения. — Тени зависят от жизни Маринетт. Это мне известно точно. Если она умрет, то будет два варианта исхода событий — либо тени исчезнут, либо вернутся в свои тела. Но обещай, что не будешь даже пробовать! — Не буду, не буду, — закивал рыжий и, безумно улыбнувшись, прошёл в кухню и достал из ящика стола огромный нож. Кровожадная ухмылка скользнула по губам парня. Он прошёл по длинному коридору огромного особняка Агрестов. Подошел к нужной двери, бесшумно её открыл. Зрелище ему не понравилось. Маринетт спала; рядом с ней, держа её за руку, спал Адриан. — Что ж, голубки, сейчас я закончу вашу едва начавшуюся песенку с приторным привкусом, — зло прошептал набравшийся Натаниэль и сделал первый шаг вглубь комнаты, — ты выбрала его, а не меня! Твой выбор был неправильным! — рыжий склонился над спящей девушкой и провёл ножом по воздуху, прицеливаясь, куда направить лезвие. Адриан услышал возню и открыл глаза. Первым, кого он увидел вместо Маринетт, был сверкающий в темноте бешеный взгляд Натаниэля и искрящееся лезвие стального ножа. Блондин автоматически ударил рыжего по руке и выкинул из комнаты. — Чего бы ты не желал, — бросил он, тяжело дыша, — не смей больше появляться на пороге этого дома без веской причины.
