А что с Малфоями?
27 июля 2016 г., 23:33
«Волан-де-Морт мёртв? Неужели мне ничего больше не угрожает?» — никак не мог поверить Гарри. Он только что победил в схватке с Тёмным лордом. Весь исцарапанный и побитый, хромая, парень пошёл обратно к школе, или точнее к тому, что от неё осталось. На ступеньках сидели его лучшие друзья. «Неужели всё кончено?» — проносилось в его голове, но как только Рон и Гермиона кинулись его обнимать, он понял, что всё: жизнь в страхе перед следующим днём, желание мести, осознание неизбежного — всё действительно закончилось. Из школы выбежала профессор МакГонагалл, её глаза были полны слёз.
— Гарри… — дрожащим голосом выкрикнула она.
— Всё кончено. Он мёртв, — только и смог ответить парень, когда друзья его отпустили.
— Мальчик мой! — кинулась к нему Минерва, она крепко его обняла, улыбаясь сквозь слёзы. — Гарри, как я волновалась! — говорила она, но почувствовав, что парень постепенно ослабевает в её руках, всё-таки он был ранен и как никак недавно вернулся с того света, отстранившись, тоном, не терпящим возражения, сказала: — Пойдём скорее к мадам Помфри!
Но Гарри её уже не слышал. Темнота обхватила его, и он поддался ей. В следующий раз Гарри очнулся уже в больничном крыле Хогвартса. Он увидел, что рядом с его койкой сидит Гермиона. Она плохо выглядела — уставшая, рассеянная, грустная. Как только парень зашевелился, девушка вскочила и кинулась к нему.
— Гарри, ты очнулся! Ну, слава Богу!
На его вопрошающий взгляд она поспешно ответила:
— Ты потерял сознание. Господи, как ты вообще столько времени продержался? У тебя были сломаны рёбра, вывернута нога и ко всему этому несчётное количество синяков и ран! Мадам Помфри полдня колдовала над тобой!
— Полдня? — удивился Поттер. — Сколько времени прошло? И где Рон?
— Прошло трое суток, Гарри. А Рон… он с семьёй сейчас на похоронах… и Джинни там же…
— Фред… — горько прошептал Гарри и откинулся на подушку, зажмурившись.
— Ты не виноват! — сразу же встряла Гермиона. — Гарри, ты не виноват! Во всём виноват Волан-де-Морт!
Гарри вздрогнул при упоминании этого имени. Всё-таки непривычно, что кто-то произносит его теперь даже без намёка на былой страх. С искренним удивлением он спросил:
— Почему ты не с ними?
— Ну, кто-то же должен был присмотреть за тобой! — смущённо проговорила девушка. — Как ты сейчас себя чувствуешь? Что-нибудь болит? Позвать мадам Помфри?
— Нет. Я в порядке, — сказал Гарри, поднимаясь. — Слушай, а что с Малфоями?
— С Малфоями? — ошарашенно переспросила Гермиона.
— Да, с Малфоями. Они выбрались?
— Да. Они под шумок сбежали. Трусы!
— Не говори так! — неожиданно выкрикнул парень, но увидев шок в глазах собеседницы, поспешно оправдался: — Не все, — спокойно начал он. — Я жив, только благодаря им.
— Что? — спросила Гермиона, передёрнув плечами, много неприятных воспоминаний её связывало с этой семьёй.
— Помнишь, Драко не сказал тогда в замке Беллатрисе, что это я, когда она просила подтвердить мою личность?
— Ну, да…
— А вот этого никто не знает: меня спасла его мать.
— Когда? — удивлённо спросила девушка.
— Когда я очнулся. Волан-де-Морт велел ей проверить: мёртв ли я, и она ему соврала. Соврала ему! Ты понимаешь?
— Но почему? — спросила Гермиона и сама же предложила ответ: — Может, потому что ты спас Драко, когда он на тебя напал в школе?
— Не знаю. Она тихонько спросила у меня: жив ли Драко и где он, но она же не знала, что именно я его спас. Странно это всё.
— Согласна. Всё, что я о них слышала, так это то, что они, вроде как, вернулись в особняк… А ещё кое-что: отец Драко под следствием. Больше я ничего не знаю.
Тут в палату вошла мадам Помфри и, укорив Гермиону за то, что она её не позвала, подошла к Гарри, чтобы провести окончательный осмотр. Убедившись, что всё с ним хорошо, Гермиона, извинившись, попрощалась, потому что ей надо было идти к Рону. Гарри всё понял и передал свои соболезнования семье Уизли. Девушка крепко обняла его на прощание и пошла на улицу, чтобы трансгрессировать к возлюбленному.
А Гарри остался один на один со своими мыслями. Ему не давал покоя вопрос: почему Малфои ему помогли? Он решил это обязательно выяснить. По крайней мере он понимал, что должен поблагодарить их.
