Вишнёвая буря

Весь оставшийся день я продолжала меланхолично перебирать свои вещи, перекладывая их с полки на полку, потому что мне то и дело казалось, что они разложены недостаточно аккуратно. Хорошо, что этого не видит мама… Мне хотелось уже поскорее погрузиться в учёбу, хотя сегодня я могла позволить себе немного полениться. В комнате было абсолютно тихо, и это ещё сильнее усыпляло меня. Однако в какой-то момент на меня вновь накатила тревога. Я снова начала нервно мерить шагами комнату, прямо как в тот вечер, когда я собирала вещи. Во время одного из таких забегов из одного угла комнаты в другой я споткнулась обо что-то жёсткое и чуть не упала. На полу валялась пара туфель на высоком толстом каблуке. И как только Влада могла в них ходить… Я аккуратно взяла пару обуви и поставила её к кровати Влады. Интересно, не убьёт ли она меня, если увидит, что я брала её туфли? Часов в восемь вечера я поняла, что ничего полезного всё равно сегодня уже не сделаю, и решила, что нужно готовиться ко сну. Так рано я обычно не ложилась, но бездельничать мне не хотелось совсем, и оставалось только поддаться своей усталости и отправиться спать, чтобы завтра с новыми силами и со свежей головой вливаться в незнакомый ритм жизни общежития. Душ сильно подтекал, что напрягало меня всё время, пока я мылась. То и дело я вертела ручку крана, но вода была то слишком горячей, то слишком холодной. Всё это только усиливало моё убеждение в том, что нормально отдохнуть мне сегодня всё-таки не удастся. Хоть я и знала, что дверь в душ закрыта, я всё равно то и дело оглядывалась на неё: почему-то мне казалось, что сейчас непременно зайдёт кто-то из моих соседок. Успокаивало лишь то, что в блоке не могло быть мальчиков. Я уже подходила к кровати, как мне под ноги попалась какая-то вещь. Подняв её с пола, я увидела, что это была чёрная футболка с замысловатыми узорами и, по всей видимости, названием какой-то музыкальной группы — впрочем, в этом я не была до конца уверена. Что ж, значит, Влада носит не только корсеты и платья, и почему-то это меня успокоило. Интересно, Влада всегда разбрасывает вещи, или просто сегодня она особенно тщательно подбирала наряд? Я так и продолжала стоять с футболкой Влады в руках, размышляя, что же лучше сделать: положить футболку на пол, где она и лежала, или положить на кровать к остальной груде вещей, при этом снова выдавая то, что я трогала вещи своей соседки? В конце концов, футболка явно была не на месте, раз уж я споткнулась об неё, и я приняла решение положить вещь на кровать. Боже, как же стыдно, лучше бы я просто внимательнее смотрела под ноги… Я наконец-то залезла под одеяло. На улице было ещё совсем светло, но прямые лучи заходящего солнца в нашу комнату не проникали, и ничто не мешало мне провалиться в сон. Но сделать этого мне всё же никак не удавалось: я всё время ворочалась, меня снова преследовали невнятные и бесформенные мысли. Пару раз в моей голове возникала картина того, как Влада пьёт вино прямо из горлышка бутылки, но я старалась как можно быстрее отогнать этот образ. Я проснулась от тихого скрипа двери. Послышался едва уловимый женский смех. «Ты ненормальная», — казалось, это был шёпот Влады. Затем дверь закрылась. Скрипнула половица. Да, Влада и правда вернулась поздно, как она и предупреждала. Точнее, вернулась она рано утром: краем полузакрытого глаза я видела лучи солнца, которые теперь уже попадали прямо в нашу комнату. В зеркало, висевшее около моей кровати, я увидела силуэт соседки. Она взяла груду вещей с кровати и, приоткрыв ногой дверцу шкафа, положила всё комком на полку. Дверца громко скрипнула, и я услышала тихое, но отчётливое «Бля!», от которого я тут же слегка нахмурилась. На какое-то время Влада исчезла из вида, и я лишь слышала какие-то шорохи из угла комнаты, где стоял стол моей соседки. Я закрыла глаза: мне хотелось, чтобы Влада думала, что я сплю, а ещё сильнее мне хотелось спать по-настоящему, а не притворяться. Я почти уснула, как вдруг мне показалось, что запахло табачным дымом. Убеждая себя в том, что мне показалось, ведь курение в комнатах общежития строго запрещено, я приоткрыла глаза. Солнечные лучи отражались в зеркале и светили мне прямо в глаза. Разглядеть что-то было трудно, приходилось сильно щуриться. Что ж, как я и сама могла догадаться, запреты явно не волновали Владу: я увидела её, сидевшую на подоконнике и курившую в окно. Солнце светило прямо на её… О Господи! Я тут же зажмурилась. Влада была почти полностью голой. Я почувствовала, как мгновенно покраснела: казалось, от стыда, который я испытала, увидев эту картину, вспыхнуло всё моё тело. Нужно было как можно быстрее заснуть. На часах было двенадцать. Кажется, последний раз я просыпалась так поздно года полтора назад, когда серьёзно болела. Я открыла глаза и вновь взглянула в зеркало. Моя соседка сидела на кровати, скрестив ноги и поставив на них ноутбук. Я решилась перевернуться лицом к ней. Она улыбалась и быстро печатала что-то на клавиатуре. На ней была растянутая светло-розовая футболка и шорты, а от вчерашнего яркого макияжа не осталось и следа. Влада услышала шорох со стороны моей кровати и повернула голову в мою сторону. «Доброе утро, соня», — она не переставала улыбаться, хотя её улыбка явно была адресована не мне. «Доброе», — сонно пробормотала я. Запаха дыма совсем не чувствовалось, и я даже на секунду решила, что сидевшая на окне Влада мне просто приснилась. По правде говоря, лучше бы это и правда был сон, хотя тогда у меня возникло бы много вопросов к моему подсознанию. Вставать не хотелось. Я смогла лишь заставить себя сесть на кровати. Моя пижама сильно помялась — неужели я так сильно ворочалась всю ночь? Минут пятнадцать я тупо смотрела в сторону приоткрытого окна и щурилась от слишком яркого света, хотя солнце уже успело переместиться за дом напротив и его прямые лучи больше не слепили глаза. Нужно было идти умываться. Влада больше не говорила со мной. Кажется, она больше даже не смотрела в мою сторону. Она продолжала сидеть на кровати, но теперь у неё на коленях был уже не ноутбук, а сборник стихов Лорки в оригинале. Её брови были слегка нахмурены. После того, что произошло сегодня утром, я почти боялась смотреть на неё. Мой взгляд задержался на её голом торсе всего лишь на пару мгновений, но мне казалось, что я не перестану испытывать за это стыд ещё как минимум год. Вдруг я услышала, как кто-то аккуратно открывал дверь. В комнату вошла низенькая девушка с копной кудрявых ярко-рыжих волос, одетая в пижаму. Выглядела она очень мило, даже немного по-детски. Увидев меня, она заметно смутилась: кажется, она не ожидала, что здесь будет кто-то, кроме моей соседки. — Привет, солнышко, — Влада отложила книгу на стол, широко улыбнулась и подошла к девушке, — знакомься, это Лин, она теперь живёт со мной, — мне показалось, или в голосе Влады прозвучала странная насмешка? — Привет, — кивнула мне девушка, — я Наташа, живу в соседнем блоке. Что, опять? — с усмешкой спросила она, вновь повернувшись к Владе. — Ага, — улыбнулась в ответ та, — никак до них не дойдёт, что бесполезно. — То есть теперь не будет больше?.. — девушка соединила рёбра ладоней, пытаясь показать что-то, что должна была понять только её собеседница. — Подержи язык за зубами хоть сейчас, — полушёпотом сказала Влада, тыкая девушку в бок, — баба Надя и так меня за это чуть не убила тогда! — Будто это может тебя остановить, — девушке словно хотелось подразнить мою соседку, о чём явно говорили её прищуренные глаза. — Да уж, тут ты права, — посмеялась Влада. Девушка сделала ещё пару шагов по направлению к кровати подруги, осматривая нашу комнату. — Слушай, я не оставляла у тебя здесь резинку? — спросила она, продолжая переводить взгляд с кровати Влады на пол и обратно. — Большую такую, чёрную… — Оставляла, — улыбнулась Влада, взяв со стола резинку, в которой я узнала ту, что вчера привлекла моё внимание (видимо, Влада подняла её с пола ночью, точнее, уже утром). Что ж, одной загадкой меньше. — Так и знала, — усмехнулась девушка, собирая свои пышные волосы в хвост, — спасибо, коть. Когда-нибудь я перестану оставлять свои вещи у тебя. — Что-то я сильно в этом сомневаюсь, — интонация Влады напоминала мурчание кошки. — Ну да, сердечко я у тебя уже оставила… — Видимо, снова просить тебя держать язык за зубами бесполезно, — Влада произнесла это быстро и раздражённо, однако на её лице тут же снова заиграла тёплая улыбка. Они вдвоём неторопливо вышли из комнаты и закрыли за собой дверь. Послышался сдавленный смех. Через пару минут Влада вернулась, её лицо сияло. Она вновь села за стол, поправила рукой слегла растрепавшиеся волосы и взяла книгу. Лицо её опять стало серьёзным. Воцарилась тишина.