Хакер - дело опасное

От автора: Осторожно,будет наблюдаться пьяный Тунец!!! Ну, не совсем пьяный, но прилично подшофе хД И я опять оборвала на самом интересном *предвкушаю ваше негодование в отзывах* Всех с Рождеством! Счастья вам и моря позитива! Ваша Лекса. Октябрь в этом году отличился с самого начала, устроив окружающей природе глобальную помывку недельным беспрестанным дождем. А когда хмурые толстые тучи покинули небо, солнце засветило ярче, чем бывает летом. Устаканились теплые ясные деньки, которые так любят молодые мамочки, гуляющие с маленькими детьми. Деревья шелестят тронутыми позолотой листьями, перешептываясь между собой и делясь новостями. Что может быть лучше такого погожего осеннего подарка?.. Тсуна не спешит открывать глаза. Ему так уютно и тепло, так хорошо лежится в мягкой постельке, что словами и не передать. Под мерное убаюкивающее тиканье часов снова хочется спать, но такой роскоши Тсунаеши себе позволить не может. Он приоткрывает глаза и первым делом смотрит на время. Почти двенадцать. Просто отлично, теперь его ожидает кара небесная в лице злого полковника, ведь шатен проспал утреннюю тренировку. Интересно, почему Хибари его не разбудил? Наверное, работает, потому что ему вчера опять тонну документов наприсылали. Юноша пребывал в шоке, распечатывая один отчет за другим, до этого момента наивно полагая, что Хибари не имеет особого отношения к бумажной работе. Но нет, полковник оказался везде левым, и его буквально заваливают бумагами, раз он ограничен в передвижениях. Пользуясь случаем и явно дожидаясь гнева брюнета, Тсуна продолжает валяться в постели, изучая потолок и размышляя. «Итак, сегодня мне уже двадцать один год. Представляю, какую бы чушь сейчас несла мама, будь она рядом, типа я уже стал совсем взрослым и все такое. Нельзя сказать, что я чувствую себя таким уж взрослым. Рядом с Хибари – саном я все равно что ребенок. Ну что ж, поздравляю себя с еще одним праздником в гордом одиночестве. Как же это уже привычно…» Савада закрывает глаза. Он действительно привык праздновать дни рождения один, не придавая этому празднику особого значения. Уж слишком часто его называли никчемным и бесполезным Тсуной, умудрившись внушить это парнишке. Вежливый стук в дверь он игнорирует, прекрасно зная, что визитер в его комнату может быть только один, и он все равно зайдет, даже если Тсуна скажет «уходите». Проверено уже. - Сколько можно дрыхнуть, - голос полковника звучит недовольно, или Тсуне так только кажется?.. – Одевайся и поднимайся в гостиную. Без вопросов. «Все, как обычно. А чего я ожидал? Что он бросится ко мне с объятиями и поздравлениями? Я же сам не стал говорить ему про день рождения, а он вряд ли что-то узнавал обо мне. Зачем ему это? Я всего лишь задание», - Тсуна зажмурился, отгоняя ненужные мысли, от которых нестерпимо хотелось разреветься, как девчонке. Он решительно откидывает одеяло в сторону, кубарем скатывается с кровати и принимается искать брошенные вчера в неизвестность джинсы. Поднимаясь по ненавистным ступенькам, Тсуна чувствует потрясающий запах только приготовленной пищи. Желудок отзывается голодным урчанием, на что Тсуна лишь цыкает. Сначала в гостиную, не стоит бесить полковника невыполнением приказов. Ноги так и норовят свернуть на кухню, и юноша почти поддается этому позыву, так как пахнет поистине волшебно, но он с бараньим упрямством тащится в гостиную и замирает на пороге. На журнальном столике в тесноте да не в обиде, распространяя причудливо смешивающиеся ароматы, в красивых хрустальных вазочках стоят четыре роскошных букета цветов. Все такие разные: почти целиком раскрывшиеся желтые розы с едва заметными розовыми прожилками, пышные шапки пурпурных пионов, белоснежные нежные лилии и полураспустившиеся бутоны бледно-розовых роз. Рядом на этом же бедном загруженном столике расположились две коробки конфет и три коробочки в яркой оберточной бумаге. Тсуна удивленно хлопает глазами, осторожно приближаясь к цветочному великолепию, полной грудью вдыхая приятные запахи. - Желтые розы и конфеты от Судзуки, - слышит он за спиной голос Хибари. Повернувшись к нему, юноша счастливо улыбается. – Пионы и зеленая коробочка от генерала Такаши. Лилии и оранжевая коробочка от Юкимуры. Он хотел сам прийти и поздравить тебя, но генерал не отпустил. Не обижайся, Такаши всегда так делает: раз он не может пойти из-за работы, то и другие никуда не пойдут. Юкимура навестит тебя в выходные, - снова улыбка до ушей. Тсуна и не думал обижаться, так как уже давно имел примерное представление о характере генерал-майора. – Желтая коробка, - продолжил полковник, - от твоих родителей. Ее прислали на прежний адрес, но у наших парней, что дежурят там, хватило ума ее переправить, - хмыкнул мужчина. Почему он это все сообщил? Да чтоб мальчишка не мучился догадками, от кого подарок, ведь снаружи никаких опознавательных знаков не наблюдалось. – Ты пока смотри подарки, а я на стол накрою, - стоило только спине полковника скрыться из виду, как Тсуна тут же набросился на коробки, срывая к чертям обертки. Он и так слишком долго сдерживал прущее наружу любопытство, не желая показывать нетерпение при Хибари. Должен же он хоть раз произвести на Кёю впечатление своей напрочь отсутствующей выдержкой?.. Первыми подверглись изучению конфеты. Как это ни странно, одна из коробок была отправлена Хибари. Решив пока не рисковать здоровьем, Тсуна отложил конфеты в сторону, принимаясь за подарок от родителей. Красивая поздравительная открытка с теплым пожеланием, подписанная и мамой, и отцом, что приятно удивило юношу. Обычно поздравления писала только мама. И как сложилось у них, по небольшой семейной традиции, Тсуна получил подарочный сертификат в компьютерный магазин в Токио. Родители справедливо решили, что чем гадать и выведывать, что любимому сыну нужно, лучше сделать так, чтобы он сам поехал и купил необходимое. Так точно не ошибешься. Тсуна улыбнулся, сделав мысленную пометку позвонить родителям и сказать большое спасибо. Дальше под раздачу попал подарок Юкимуры. Как и ожидалось от программиста, к яркой открытке прилагались три диска с полезными софтами и новой, совсем недавно вышедшей в продажу стратегией. Еще один маркер в мысленном блокноте. Остался только подарок генерала. Признаться честно, Тсуна до дрожи в коленях боялся открывать эту коробку. Мало ли что там может оказаться, с наклонностями-то Такаши и его чувством юмора?.. Но все оказалось вполне прилично: поздравление без всякой похабщины типа «живите с Кёей долго и счастливо» и толстенная книга об авиации, моделях самолетов и спутников. Вот откуда генерал знает, что юноша любит на досуге в специальной программке моделировать самолеты и прочую летательную аппаратуру? Это увлечение появилось не так давно, поэтому даже родители о нем не знают, а то обязательно подарили бы радиоуправляемый самолет на батарейках. Впрочем, информированность генерала Такаши останется тайной. - Савада, иди за… эм… наверное, уже обедать, - доносится с кухни голос Хибари. Тсуна хмыкает, на настенных часах половина второго. - Иду, Хибари – сан! – он еще раз окидывает взглядом букеты, и тут в голову приходит мысль: можно один из букетов на кухне в центре стола поставить для красоты. Вот только какой? Взгляд останавливается на нежных розовых розах в полупрозрачной хрустящей материи. Двадцать один идеальный бутон, не тронутый желтизной увядания. Недолго думая, Тсунаеши осторожно берет вазу с розами в руки и шагает на кухню, где второй раз за день замирает, чуть не выронив вазу из рук. Стол на две персоны сервирован ничуть не хуже, чем это делают в ресторане. Высокие хрустальные бокалы сверкают, переливаясь радужными бликами в солнечных лучах. От горячего мяса к потолку поднимается пар. Красиво разложенные суши, мило украшенные салаты в небольших пиалах. И ко всему этому прилагается довольный собой Хибари, опирающийся поясницей о столешницу гарнитура. - Как здорово… - выдыхает Тсуна, не в состоянии выразить восхищение словами. Полковник лишь хмыкает. Немного придя в себя, юноша водружает цветы в центр стола. Розы идеально вписались в сервировку, гармонируя с создавшейся легкой атмосферой и словно дополняя ее своей нежностью. - Хибари – сан, вы не сказали, от кого эти розы? – спрашивает Тсуна, опершись руками на спинку ближайшего стула. - Не догадываешься? – с усмешкой отзывается мужчина, заведя руку за спину, что-то там нашаривая. - Быть не может… - Тсуна рассеянно моргает, пытаясь принять правду. Цветы от Хибари? Он же вообще не должен знать про день рождения! Почему-то осведомленность Юкимуры, Такаши и Судзуки его не так удивила. - И еще вот это, - брюнет машет перед носом юноши бархатной узкой длинной коробочкой, какие бывают родом из ювелирных магазинов. Тсуна следит за плавными движениями, такими дразнящими и распаляющими любопытство. В конце концов, он не выдерживает и протягивает руку в попытке забрать подарок из цепких пальцев. Хибари усмехается и заводит руку за спину. - Неа, так просто ты ее не получишь. - Хибари – сан, это нечестно! – возмущается Тсуна. – Сначала раздразнили, а теперь… Отдайте! - А ты отними, - прищуривается Кёя. Тсуна принимает вызов, так дерзко брошенный его любопытству. Хибари смеется, когда мальчишка пытается применить старый как мир способ – щекотку. Поняв, что номер не сработал, шатен тянется руками за спину полковника, невольно обнимая и прижимаясь к сильному телу. Перед глазами мужчины мелькает маленькое аккуратное ушко и тонкая шея, так и маня вцепиться в них зубами. Хибари расслабляется, отгоняя наваждение, что становится мгновением удачи для Тсуны, и он выхватывает коробочку из разжавшихся пальцев. - Ура! Полная победа! – юноша подпрыгивает и медленно раскрывает коробочку, зажмурившись для разогревания интереса. - Ну вот. А я хотел еще немного тебя помучить, - недовольно хмурится полковник. И тут все его недовольство в один миг компенсируется восторгом, удивлением и долей недоверия на лице мальчика. - Это точно мне? – поднимает карамельные глаза на Хибари Тсуна, крепко сжав в руке коробку, ощущая приятную мягкость бархата. Надо окончательно убедиться, вдруг Кёя чего-нибудь перепутал? - Не нравится? – спокойно спрашивает полковник. - Вы спятили?! Как такое может не понравиться?! – вопит Тсуна, борясь с желанием съездить этой самой коробочкой кое-кому по голове. – Наденьте его мне. Коробка возвращается к Хибари, а Тсуна протягивает левую руку. Брюнет извлекает подарок на свет, и Савада еще счастливее улыбается. Только у полковника могло хватить ума дарить такую роскошь. И отказываться нет смысла, обидится еще, побьет или разговаривать перестанет. К тому же, приятно, даже очень. Мужчина аккуратно прикасается к запястью Тсуны, застегивая мудреный замочек, и отходит к плите, выключая газ. А шатен поднимает запястье на уровень глаз и разглядывает свой подарок в полной красе. Тонкая цепочка браслета из белого золота свободной ниточкой обхватила запястье, нежно переливаясь в солнечном свете. Но в единственном месте одно из звеньев цепочки было больше остальных, и к нему крепилась маленькая подвеска в форме кленового листа, тоже золотая. - Хибари – сан… Сколько эта прелесть стоила? – осторожно спросил Тсуна, усаживаясь за стол. - Думаешь, я смотрел на цену? – иронично вскинул бровь полковник. – Когда я его нашел, мне хотелось только упасть и уснуть, - честно признался Кёя. Он на самом деле объездил все известные ему ювелирные магазины и только в одном глаз остановился на определенном изделии, что теперь украшает запястье шатена. Мужчину покорила тонкая и изящная работа, а еще он практически сразу смог представить украшение на руке Савады. Хибари убедился в правильности своего выбора, стоило только посмотреть в светящиеся радостные карамельные глаза. - Не скажу, что мне нравятся украшения… Но это я никогда не сниму, - улыбается Тсуна, еще раз взглянув на браслет. – Спасибо вам, Хибари – сан. - Не стоит благодарности, - мужчина достает из мини-бара бутылку шампанского, с тихим хлопком открывает ее и подносит горлышко к бокалу Тсуны. Шатен выпучил глаза, вытаращившись на мужчину. - Н-не думаю, что стоит, - он закрывает ладонью бокал. - Да ладно. С пары глотков тебе ничего не будет. Или будет? – насмешливо интересуется Хибари. На самом деле, не развезет же мальчишку с одного бокала-то?.. - А я откуда знаю?! Никогда раньше не пил и не собираюсь начинать! – надулся Тсуна, скрестив руки на груди. Как недальновидно – полковник тут же налил туда шампанского. - Сока не попьешь, потому что вылить я не разрешу, - брюнет невозмутимо налил немного себе, заткнул бутылку пробкой и убрал обратно в бар. Спаивать себя и Саваду в его планы не входило. - А я прям из коробки попью, - отмахнулся юноша. - Кто б тебе позволил, - Хибари сжимает точеную ножку бокала в тонких пальцах. – Тсунаеши, твой отказ выпить я могу посчитать как неуважение к моей персоне и… - Это называется шантаж! – Тсуна отчаянно схватил первое попавшееся под руку и швырнул в полковника. - Савада, не кидайся едой! – возмущенно велел Кёя, уворачиваясь от запущенного снаряда-мандарина. Хорошо хоть, не чищенного, а то беднягу не спасли бы. Тсуна обреченно вздыхает и поднимает бокал, недоверчиво разглядывая искрящуюся жидкость. Хибари чуть подается вперед, касается своим бокалом бокала юноши, какое-то время прислушивается к тихому мелодичному звону хрусталя. - С днем рождения, Тсунаеши. *** - Хибари – сан, эти конфеты… От Судзуки Рей, верно? – Тсуна сидит на полу в гостиной, изучая упаковки и радуясь, что организм не подвел, и его не развезло с двух глотков. Вроде бы фольга на коробках не вскрывалась, но кто этих профессиональных убийц знает?.. - Угу. Зачем она одну мне отправила? – Хибари забирает из рук Тсуны адресованную ему коробку, открывает ее и недоверчиво вдыхает запах темного шоколада. – Хм, с миндалем. Вот стерва, знает, что я не смогу устоять, - полковник ухмыляется и отправляет одну пирамидку конфеты в рот. - А вы уверены, что это можно есть? – спрашивает Тсуна, настороженно поглядывая на полковника. - Хм, я пока ничего не чувствую, но надо проверить, - Кёя нашаривает в кармане телефон и набирает номер. Трубку снимают не сразу, вынуждая брюнета начать беситься. - Кёя – кун, какой приятный сюрприз! Вот уж не думала, что ты позвонишь! – щебечет Рей, полная энергии и позитива. - Судзуки, те конфеты, которые ты прислала Тсуне, есть хотя бы можно? – напрямую спрашивает Хибари, отправляя в рот еще одну конфетку из своей коробки. - А почему нет? Пусть кушает на здоровье! – немного обиженно отвечает девушка. – Я никогда не повторяюсь, так что Тсунаеши больше не трону! - То есть ты в мои конфеты чего-то подсыпала?! – закашлялся полковник. Тсуна заботливо похлопал согнувшегося мужчину по спине, про себя молясь, чтобы предположение Хибари не оправдалось. - А ты уже попробовал их? – чарующе сладко проговаривает Рей и тут же начинает смеяться. – Мы с генералом Такахаси поспорили, на сколько хватит твоей хваленой выдержки. Во сколько курьер их принес? - В девять утра, - честно ответил Кёя. - Ого, целых шесть часов! Да ты герой, Кёя – кун! Но я все равно победила! Генерал считал, что ты еще меньше продержишься! – довольно тарахтит на том конце провода девушка. – Не волнуйтесь вы, все с конфетами нормально. - Что ж, и на том спасибо, - Хибари почти положил трубку, но посмотрел на Саваду и добавил: - Тебе благодарность от Тсунаеши. - Ой, спасибочки! Хорошо ему отпраздновать! - Я передам, - сдержанно кивает Хибари и нажимает на отбой. – Можешь жевать, - Кёя кивает на коробку. Тсуна радостно хватает сладости и принимается срывать фольгу. – Прости, Тсунаеши, я вынужден тебя покинуть. Такаши прямо-таки издевается, присылая мне документы… - Конечно, Хибари – сан! Я немного телевизор посмотрю, да и родителям с Юкимурой надо позвонить, поблагодарить за подарки, - юноша понимающе кивает и отправляет в рот первую конфету. Где-то через час. - Рей – сан, это Тсуна беспокоит… - Тсунаеши – кун? Откуда у тебя… Стоп, ты звонишь с телефона Кёи – куна? Что-то случилось? – в голосе девушки проскальзывают нотки беспокойства, но, кажется, она начинает понимать, в чем дело… - Конфеты были с коньяком, да? – печально спрашивает юноша. Перед глазами пляшут яркие звездочки, а в голове такая легкость, что хочется летать и прыгать, как безумному. - Почему были? Они и сейчас… Так, погоди-ка, Тсунаеши – кун. Ты что, уже все их съел? В один присест сорок штук?! – жаль, что Тсуна не видит лица Судзуки, да и Хибари много потерял. Такого удивления смешанного с восхищением девушка еще не испытывала. - Подумаешь, сорок штук… Вы мне лучше скажите, что с этим делать? – Савада на свою голову забыл, с кем разговаривает. - Сделай то, что до этого боялся, - искушающе шепчет в трубку Рей. – Например, признайся Хибари… - В чем мне ему признаваться? – Тсуна не настолько опьянел, чтобы совсем уж ничего не соображать. - В своих чувствах. И не надо мне заливать, что между вами ничего нет! В этот раз я не ошиблась! – Судзуки чуть повысила голос в надежде достучаться до шатена. – Сама не понимаю, почему так пекусь о чужом счастье, это совершенно не в моем стиле, но блин, даже я не выдерживаю! Видела я вас как-то на прошлой неделе вместе. Он аж светится рядом с тобой. - Хибари – сан? – Тсуна не до конца понимает, почему девушка так говорит. Он особых перемен в характере и поведении полковника не наблюдает. - Именно он! Я его никогда таким не видела! Савада, послушай: ты хороший малый, очень миленький и добрый. Я подтолкнула тебя, а дальше действуй сам. Если что-то пойдет не так, всегда можешь свалить на меня, - засмеялась Рей. – Удачи, Тсунаеши – кун, - привычным слащавым тоном попрощалась она и положила трубку. Тсуна еще пару минут смотрел на гаснущий дисплей мобильника, а потом решительно поднялся на ноги. «Что я творю?.. Будьте вы прокляты, конфеты с коньяком…» Хибари растянулся на кровати, смотря в потолок. День прошел как нельзя лучше. Подарок мальчику понравился, хотя он до последнего не был уверен, что правильно выбрал. Боялся даже, что Тсуна воспримет браслет как девчачью штучку и обидится, но юноша оказался мудрее. Хибари был вознагражден за трудный процесс выбора, чего стоил теплый огонек в глазах и счастливая улыбка. Он лежит, стараясь не думать о своих чувствах, ведь холодный убийца не может влюбиться так сильно и безрассудно. Но черт, кое-кто со своими хакерскими привычками упрямо ломает защищенную льдом систему. Мужчина почти засыпает, когда вдруг слышит робкий стук в дверь. - Войдите, - он садится на кровати, разглядывая визитера. Тсунаеши выглядит еще более растрепанным и помятым, чем обычно, на щеках играет легкий румянец. - Вы забыли телефон в гостиной, - юноша протягивает Хибари мобильник. Тот благодарно принимает телефон, поражаясь своей рассеянности в последнее время, ведь даже не заметил, что мобильника в кармане нет. Что он в следующий раз забудет? Пистолет?.. За такими размышлениями он не успевает заметить, как мальчишка упирается коленом в постель и почти нависает над ним. Глаза помимо воли расширяются от удивления. - Савада… Ты что творишь? - Сам не знаю, - Тсуна утыкается лбом в сильное плечо, пряча раскрасневшееся лицо. – Это все алкоголь. - Какой алкоголь? Прошло уже часа три. Шампанское уже должно было выветриться, - та капля пенящегося напитка, что выпил Савада, даже кота не свалит, что уж тут говорить про опьянение? - Да не в шампанском дело… Конфеты… С коньяком, - тихо хихикает Тсуна, обнимая полковника. - Рей, блин… Я ее точно убью, - рычит Хибари, непроизвольно поглаживая юношу по волосам. - Не надо. Она ради вас это сделала… - Не вешай мне лапшу на уши! Она следует только своим желаниям и интересам… Савада, ты с ума сошел? – отвлекшись на пространственные рассуждения о подлости лучшей убийцы АНБ, Кёя оказывается опрокинутым на постель, а над ним нависает Тсуна и тихо шепчет в приоткрытые от удивления губы: - Я сам не понимаю, что творю, Хибари – сан. И возможно, мы оба потом пожалеем. Но могу я на правах именинника попросить у вас еще один подарок? – Хибари заворожено смотрит в лихорадочно поблескивающие карие глаза, отмечая пунцовый румянец. Тсуна склоняется еще ближе, выдыхая на ухо брюнету: - Сделайте мне хорошо.