Хакер - дело опасное

От автора: Я ленивая бестолковая скотинка. Этим все сказано. В очепятки, как всегда, моськой. Совсем незаметно для Тсуны и Хибари прошли четыре самых мрачных месяца в году. А именно зимние. Ноябрь проскочил как-то уж совсем резво, наполненный встречами и разного рода событиями. Часто по выходным на чашечку чая заскакивал Юкимура. Несколько поездок на базу и полное смущающего Саваду юмора общение с генералом Такаши. И немереных нервов Тсуне стоил приход Судзуки Рей, и их последующая стычка с Хибари. Они чуть не покромсали все в гостиной, разбив пару-тройку ваз и статуэток, выясняя, кто прав, кто виноват. А потом Тсунаеши весь вечер и добрую половину ночи успокаивал разъяренного полковника (потому что Рей таки умудрилась сбежать живой и относительно невредимой) тем самым методом, после которого на следующий день сидеть просто невозможно. Декабрь был окрашен ярким праздничным настроением. Веселый процесс украшения огромной рождественской ёлки надолго запомнился Хибари, потому что Савада проявлял такую бурную активность, что мужчине пришлось смириться с его командно-построительным тоном и покорно развешивать шарики, путаться в дождике и мишуре, стоя на шатком табурете и выслушивая указания юноши, куда что присандаливать. А вот выбирать подарки оказалось несложно, не придавая особого значения и стремясь лишь сделать приятное. Тсуне был вручен огромный плюшевый мишка, в которого тот тут же окончательно и бесповоротно влюбился, пристроив игрушку в изголовье кровати. А Хибари… Кёя получил в подарок фиолетовую рубашку, взамен той, что Тсуна по невнимательности засунул полоскаться вместе с черным бельем. Получилась, кстати, весьма забавная расцветка, эдакая веселая крапинка, но Хибари не оценил и выкинул испорченную вещь, отвесив щедрый подзатыльник подопечному. Поэтому рождественским подарком мужчина остался доволен, ведь Тсуна еще и праздничный ужин потрясающий приготовил, пока брюнет ему за подарком ездил. И наконец-то Кёя узнал, зачем юноша так рвался сходить в магазин с Юкимурой, и чтоб полковник непременно оставался дома. Интриган и шифровальщик, блин. Январь остался для обоих за кадром, запомнившись лишь только ворчанием по поводу жуткого холода, счастливыми воплями касательно белого пушистого снега и совместной лепкой снеговика на участке у дома. Тсуна не верил в чудо до последнего, когда на его немного детское предложение Хибари ответил согласием и первым вышел на улицу, натягивая тонкие черные перчатки. Спустя три часа пыхтений, параллельной игры в снежки, больше похожей на «закидай Саваду снегом и посмейся», и рассуждением об идеализме снежных фигур, снеговик был успешно слеплен, а парочка валялась в ближайшем сугробе и целовалась. Февраль стал месяцем романтики, тихих вечерних посиделок в объятиях друг друга у камина и жаркого бесподобного секса. Вообще, если быть честным, Хибари тащил Тсуну в постель при любом удобном случае, словно раз за разом показывая мальчишке, чего тот добился своей не совсем трезвой выходкой в собственный день рождения. Нельзя сказать, что Савада был против. Да даже если и был бы, все равно против полковника, как против танка, не попрешь. Хибари в минимально короткий срок изучил все чувствительные точки юноши, умело атакуя их и доводя до помутнения рассудка, каждый раз выдумывая что-нибудь новенькое, пуская в ход свою мощную фантазию, ранее запертую в силу обстоятельств на сотню замков в дальней уединенной комнатке мозга. И Тсуне, и Хибари нравились такого рода отношения. Но было одно «но», совершенно не волнующее мужчину, так как он не особо (да что уж тут, вообще никак) придавал значение словесным формулировкам чувств. А вот Тсуну беспокоило и занимало все мысли, потому что он боялся озвучить наименование ощущений и тем самым все испортить. Это «но» заключалось в том, что заветное слово «люблю» за все это время так и не слетело с их губ. В общем, февраль прошел, а за ним занял свой пост распрекрасный март, месяц орущих неадекватных котов и начала долгожданной весны. И вот… - Хибари – сан! Куда вы так гоните?! – Тсуна съеживается на сиденье, заворожено смотря на быстро скользящую стрелку спидометра. - Нас преследуют, - спокойно отвечает полковник, выжимая педаль почти до упора и выворачивая руль, обгоняя слишком медленно для резвой ламборджини ползущие автомобили. - Опять?! - Не опять, а снова. Говорил я тебе, быстрее в машину садись, так нет, мы еще головой повертеть успели, - Хибари выруливает на свободную встречную полосу, напряженно вглядываясь в зеркало заднего вида. Тсуна пристыжено опускает голову, прижимая к груди сумку с ноутбуком. – Не бездельничай, смотри в другое зеркало. - Хорошо, - юноша кивает и переводит взгляд на зеркало. Позади них с огромной скоростью несется BMW X6, если Тсуна ничего не путает. Нехилая машина, но по скорости значительно уступает ламборджини. И это сыграло бы на руку, будь они на гоночной трассе. А здесь надо думать еще и о безопасности окружающих. - Вот черт, стрелять вздумал, урод, - ламборджини обгоняет грузовик, прибавляя в скорости. Хибари молниеносно вынимает из кобуры пистолет, на короткое мгновение убрав руки с руля и снимая оружие с предохранителя. - Хии! Хибари – сан, что это за фиговины?! – Тсуна заворожено наблюдает, как по бокам BMW с обеих сторон медленно поднимаются створки. - Межконтинентальные баллистические ракеты «Мир», - равнодушно отвечает полковник, опуская стекло со своей стороны. - Шутите, да? – хмурится юноша. Из-под створок выглядывают небольшие пушки с мигающим синим огоньком на каждой. - Пытаюсь. Но я недалек от истины. Если они пальнут этими штуками по нам, от моей машины, да и от нас с тобой тоже, мало что останется, - машину резко дергает в сторону, рядом с зеркалом заднего вида проносится лихая пуля. – Эти пушки управляются дистанционно с базы через навигатор. - Откуда вы знаете? – Тсуна подскакивает на сиденье, когда Хибари в очередной раз умудряется спасти машину от пули. «Вот это любовь», - проносится в голове совершенно некстати. - Думаешь, мы отстаем от «Коросу»? У кого машины помощнее, тоже такие штуки имеются. А управляют ими все те же бедолаги из техотдела, - мужчина выгибает кисть, сжав в пальцах пистолет, но недовольно цокает и спрашивает: - Ты крепко пристегнут? - Да, вроде, - Тсуна с опаской дергает широкий ремень безопасности. – А что такое? - Да ничего, - дверца со стороны Хибари с тихим жужжанием открывается, Кёя быстро отстегивает ремень и высовывается наружу, невероятно изогнувшись. Савада кое-как перебарывает желание схватить мужчину за кромку брюк, чтобы быть уверенным, что тот не вывалится. Пара звонких выстрелов – и Кёя как ни в чем не бывало распрямляется в сиденье. - Тсуна, для тебя есть задание. - Какое? – оживленно спрашивает шатен, надеясь на что-нибудь адекватное. - Сейчас на BMW будут передавать сигналы для активации пушек. Сможешь их перехватить? – полковник не отрывает глаз от дороги, разрываясь между тем, что впереди, и тем, что позади постоянно пытается прострелить зеркала у его малышки! - Я попробую, - Тсуна облегченно вздыхает, дергая язычок молнии на сумке с ноутбуком. Компьютер, словно чувствуя нетерпение и тревогу хозяина, быстро загружается и покорно выполняет заданные команды. – Ну давай… - шепчет юноша, лихорадочно просматривая все имеющиеся у него программы. Ничего. Совершенно ничего, что может пригодиться в такой ситуации. Жестокий облом, ничего не скажешь. Он уже раскрывает рот, чтобы сообщить Хибари, выделывающего очередной финт на дороге, что ничем не сможет помочь, как тут его осеняет. Ну конечно! Один из дисков, подаренный Юкимурой, лежит в отдельном кармашке сумки, а на нем… Вполне подходящий софт! Тсуна никогда не работал с такой скоростью. Быстро раскрыть коробочку и кинуть ее обратно в сумку. Вставить диск, резко захлопнув дисковод. Дождаться загрузки и открыть файлы. Найти один-единственный необходимый и нажать «запуск». Всего-то. Вот только машину постоянно заносит в разные стороны и вообще порядочно шатает: Хибари из кожи вон вылезет, но на его машине и царапинки не останется! Пока программа выполняет поиск, работая исправно по заданному создателем алгоритму, Тсунаеши смотрит на полковника. Тот бледнее обычного, руки вцепились в руль до побелевших костяшек, и даже через пиджак видно, как напряжено тело мужчины. - Савада, как дела? – обыденным тоном спрашивает Хибари, но голос звучит хрипло и напряженно. Понятное дело, убегать от погони своим ходом немного проще, можно хоть отстреливаться. А тут ни пристрелить гадов, ни развернуться как следует, потому что транспорта на дороге больше обычного, да и ламборджини жалко. Кёя устает. Скорость не превышает 230 километров в час, а для BMW такая скорость приемлема. Не дай Бог, догонят. Это одна из бед и не самая важная. А вот если они активируют пушки да пальнут по колесам… Пиши пропало. Машину или занесет на обочину, или же они врежутся во что-то. Ни то, ни другое не устраивает полковника в принципе. - Почти… Да, нашел! – радостно хлопает в ладоши Тсуна, принимаясь быстро строчить что-то. Пальцы скользят по клавиатуре, это так привычно, что мальчишка успокаивается и не поддается панике, хотя прекрасно понимает опасения полковника. – Мы достаточно далеко уехали от дома, вам не кажется? - Я не могу привести их туда, - очередной безумный финт. Тсуну швыряет на мужчину, он ойкает, прижимая к груди ноутбук. – Формально, мы носимся кругами. - Замечательно. - Это ирония? – Хибари вопросительно вскидывает бровь, пытаясь отвлечься от тянущего в мышцах напряжения. Он первый раз за всю карьеру совершает такую бешеную гонку. До сего дня Кёя даже не предполагал, что умеет так хорошо водить машину. - Это правда жизни. Я взламываю их сервер, - хмыкает юноша, запуская подборку пароля. - Эй, ты там поаккуратней, - заметив озорной огонек в карамельных глазах, предупреждает Хибари. - Не беспокойтесь, они даже не поймут, что их взломали… Юкимура просто гений… - бормочет Савада, сгрызая второй ноготь в ожидании. - А то. Плохих не держим, - усмехается полковник, переключая передачу и выскакивая на встречку, проносясь прямо перед носом у белой киа. Выровняв ламборджини, Кёя бросает взгляд в зеркало и убито произносит: - Савада… Они стрелять собрались… - Да не стрельнут они ни разу! – довольно говорит Тсуна, захлопывая крышку компьютера. – Я почистил у них несколько жизненно важных файлов и теперь… Оглушительный писк слышно по всей трассе. BMW замедляет ход, должно быть водитель и его напарники в недоумении, почему это пушки снова прячутся в недра машины, да еще и с таким пронзительным звуком? А Тсуна что? А Тсуна собой гордится. Смог помочь своему куратору. Значит, не такой уж он и бесполезный. Хибари хитро прищуривается и уверенно направляет машину к обочине. - Хибари – сан, что вы задумали? – Тсуна в зеркало видит, что люди из «Коросу» не отстают от них, тоже пристраиваясь к краю. - Главное, сиди здесь и не высовывайся, я быстро, - даже не выслушав возмущений и недовольства в свой адрес, Хибари вальяжно выбирается из ламборджини, перезаряжая пистолет. Ему навстречу выходят четверо вооруженных мужчин, и они еще на подходе задают полковнику вопросы. В зеркало Тсуне все прекрасно видно. Хибари лишь ухмыляется и вскидывает руку. Саваде очень нравился этот жест: резкий и одновременно плавный, в исполнении Хибари безумно красивый и опасный. Брюнет успевает выстрелить всего два раза, двое мужчин падают как подкошенные, а двое других принимаются спускать обойму. Хибари движется стремительно быстро, подобно дикой кошке на охоте. Пули проскальзывают мимо, так и не задев цели. Даже Тсуна, хорошо изучивший полковника, поражается, как так можно. Одного Хибари бьет в солнечное сплетение, тут же простреливая висок, другой оказывается более прытким и даже пытается нанести полковнику удары хотя бы в рукопашной схватке. Но получает ногой с разворота в живот и контрольный в голову. Дунув на дымящееся дуло, Кёя на ходу прячет пистолет, доставая мобильник и с кем-то связываясь. Коротко переговорив, забирается в машину, пристегивается и опускает голову на руль, расслабленно опустив руки. Тсуна с удивлением смотрит на мужчину, еще несколько секунд назад так уверенно державшегося. - Хибари – сан… Что-то случилось? – обеспокоенно спрашивает юноша. Хибари шумно выдыхает, предпринимая попытку поднять голову, но вскоре бросает это неблагодарное занятие. - Я просто немного устал. Сложно, оказывается, на такой скорости еще и финты выделывать. При тебе ведь я могу показать слабость, верно? - Тсуна даже не знает, как реагировать на такое заявление, ведь нечасто от полковника можно услышать подобного рода вещи. Появилось только желание обнять покрепче и показать свою слабость. – Ладно, поехали. Я уже мечтаю о ванной, а ты, наверное, есть хочешь? - Хибари – сан! Опять вы начинаете! – возмущенно насупился Тсуна, слушая ласковый смех. *** Хибари со счастливым лицом уставшего от тяжелой работы человека нежится в ванной, наполненной горячей водой. Он прямо чувствует, как каждая клеточка тела расслабляется под натиском успокаивающей пены для ванн. Сегодня он убрал еще четверых. Эти наивные дурно пахнущие травоядные, как демоны, охотящиеся за душой Савады, напрягали не только полковника, но уже и генеральный штаб. Каждый день поступали сообщения об их разгульных вылазках в самых разных местах, о вандализме и бессистемных убийствах под знаком пронзенной кинжалом змеи. Все понимали, что нужно что-то делать, и Хибари получил официальное разрешение на поиск базы «Коросу» и ее полное уничтожение. Но пока все безуспешно. А сегодня его беспокоил Савада. Он не сомневался, что мальчишка внимательно следил за тем, как он убивает. Но Тсуна не был напуган, он был, скорее заинтересован. Вот основная причина, почему Хибари старался как можно меньше вытаскивать юношу на «случайные» перестрелки. Часто видеть убийства – очень дурно сказывается на психике, кому как не Кёе это знать. Мужчина совсем не хотел, чтобы мальчишка привык к смерти и относился к ней, как к должному. Ему во что бы то ни стало хотелось сохранить исходящий от Тсунаеши свет, тот самый, к которому он потянулся, об который сломался прежний жизненный уклад полковника Хибари Кёи. Робкий стук в дверь. Хибари вздрагивает и чуть не ныряет под воду от неожиданности. - Хибари – сан, вы там долго отмокать будете? - Савада, имей совесть, я всего пятнадцать минут лежу, - устало отзывается Кёя, гоняя облачка пены по водной поверхности. - Тогда я могу зайти? Мне пластырь надо взять, - Хибари по голосу слышит, что мальчишка заливается краской. Тихонько хмыкнув, он протягивает: - Заходи. А зачем пластырь? - Палец порезал, - Тсуна показывает боевое ранение. Указательный палец на левой руке рассекает неровная алая полоска. Юноша резво скачет к ящичку с аптечкой, стараясь не смотреть на мужчину. Тот же невинно играется с пеной. Кое-как прилепив пластырь, Тсуна поспешно идет к выходу, но его останавливает властный голос. - Подойди ко мне. Юноша послушно приближается к ванной, про себя отмечая, что Хибари все-таки очень идет пена, и заливаясь краской от таких постыдных мыслей. Его резко дергают за руку, под силой давления он наклоняется вперед, соприкасаясь губами с Хибари. Мокрая ладонь полковника зарывается в волосы на затылке, мягко массируя, а поцелуй из простого прикосновения переходит во властную, но безумно приятную ласку. - Залезай ко мне, - шепчет в приоткрытые губы Хибари. Тсуна краснеет и отскакивает в сторону. - Н-нет, вы устали, а мне еще надо… - только он намылился к двери, как был схвачен за запястье, сталкиваясь с пронзительным серо-голубым взглядом. - Когда я зову к себе, значит, надо идти, - нравоучительно говорит полковник, поглаживая запястье своей «жертвы». - Вы ведете себя так, словно я принадлежу вам! – недовольно говорит Тсуна, незаметно для себя повышая голос. В ответ лишь непонимающий взгляд. – Не надо мне приказывать, я свой собственный! На несколько минут в ванной воцарилась тишина. Савада старался сохранить спокойствие, только осознавая, что же ляпнул сгоряча. А Хибари медленно пережевывал сказанное, хмуря тонкие черные брови. И вот… - Свободен, - пальцы на запястье разжимаются, рука полковника вновь опускается в горячую воду, а серебряный взгляд становится безразличным. - Хибари – сан, вы что, обиделись? – Тсуна добивался совершенно не этого! Какой же он идиот!.. - Я сказал: свободен, Савада, - Кёя принимает сидячее положение, облокотившись руками о края ванной. - Блин, я совсем не то сказал! – схватившись за голову, Тсуна опускается на прохладный кафель пола рядом с ванной, хорошенько приложившись лбом о край. – Ваа, как все сложно!.. Я совсем другое хотел сказать!.. - Что же? – Хибари даже головы не повернул, продолжая держать маску безразличия. Внутри же у брюнета все заходится от ярости. Куда Саваду на этот раз занесло?.. - Я… просто мне кажется, что вы со мной играете, а когда вам надоест… - юноша не успевает договорить, наталкиваясь на злой холодный взгляд. - А я-то думал, что это ты со мной играешь… На моих нервах, - протянув руку, Кёя чуть ли не за шкирку втаскивает Тсуну в ванную, расплескав мыльную воду по полу. Юноша взвизгивает, бултыхнувшись прямо на полковника. Одежда сразу же промокает, неприятно прилипнув к телу. Краска приливает к лицу, стоит только Тсуне отойти от шока и почувствовать под ладонями расслабленное сильное тело. - Хибари – сан, ну чего вы творите? У меня там картошка… Сейчас размокнет, потом невкусно будет… - Да плевать на эту картошку, - Хибари прижимает к себе юношу, не спеша избавляя его от одежды. Благо, ванная большая, двоим места вполне хватает. – Объясни мне. Что тебя беспокоит? - Это может оказаться временным явлением и… - Тсуна дрожит в объятиях. Ему совсем не хочется, чтобы полковник подтвердил его опасения, и все оказалось пустым звуком. - Ага, конечно, временное, - язвительно отзывается мужчина, забираясь пальцами под мокрую рубашку. – Почти полгода под одной крышей живем, а ты еще не выучил, что я жуткий собственник. - Э-это вы сейчас к чему? – нервно интересуется Тсуна, глубоко втягивая носом воздух. Позвоночник – одно из его слабых мест, а когда брюнет вот так медленно водит по линии выступающих позвонков пальцами, хочется взвыть и вцепиться в черные волосы, прижимая к себе и выгибая спину. - К тому, что если что-то мое, то я предпочитаю с этим не расставаться. А ты, Савада, мой, - язык скользит по шее, вынуждая откинуть голову назад, открывая поле для ласк. - Я свой собственный, - через силу выговаривает шатен, простонав сквозь стиснутые зубы. - Хм, посмотрим, как ты через пару минут запоешь, - усмехается Хибари, впиваясь в мягкие губы поцелуем. Картошка благополучно забыта, как, впрочем, и пресловутая усталость полковника. Взаимные ласки сводят с ума, ненужная одежда давно мокрыми пятнами валяется на полу. Вода то и дело норовит выплеснуться из ванной во время резких ритмичных движений, комната наполняется стонами и тяжелым дыханием. Хибари знает, что пока не сможет, но когда-нибудь обязательно скажет беспокойному мальчишке три главных слова. А Тсуне остается только признать, что будь он мужчине безразличен, с ним не творили бы такие непотребства.