Хочешь мира — готовься к войне

       Понедельник — день тяжелый. Ха, вот только жаль, что сегодня — пятница. Уставившись в стакан с виски, я пыталась сохранять заинтересованный вид. Джокер, один из членов «гидеоновской свиты», увлечённо мне о чём-то рассказывал, а я, признаюсь, даже и половины не услышала. И вообще успела сотню раз пожалеть о том, что согласилась с ним выпить. Мужчина был для меня обыкновенной шестёркой, просто-напросто стрелявшей по тем, на кого указали, а затем забирающей свои грязные денежки, даже не думая о том, откуда эти самые деньги берутся. «Шестёрка критикует шестёрку. Забавно, однако» Видимо, отвлекшись на свои мысли, я не заметила, как ухмыльнулась. Джокер же решил, что это произошло из-за того, что он рассказывает мне свои истории и с ещё большим энтузиазмом принялся описывать непонятные для меня события, параллельно доливая себе виски в стакан. Вздохнув, я опрокинула в себя очередную порцию старого доброго Джеки и, к своему большому удивлению, даже не поморщилась. Видимо, мой организм уже давно привык, что я — неизлечимая алгоколичка. Оно и понятно, с восемнадцати лет жру алкоголь, как не в себя. Слушать затянутый рассказ становилось всё более невыносимо, а отвлекаться на свои мысли уже не получалось — приходилось поддакивать и вставлять общие фразочки, подходящие для любого случая. И в момент, когда это всё начало серьёзно действовать мне на нервы, в поле моего зрения появился Митчелл. Вот он — спаситель. Если получится, то он будет сидеть тут вместо меня и пить этот проклятый виски, попутно слушая невъебенные истории Джокера. Лишь бы привлечь его внимание.  — Ты глянь, кто появился, — как можно более удивлённо воскликнула я, разводя руки в сторону, притворяясь пьяной в стельку. — Это ж сам новичок! «Новичок рассуждает о новичке. Похоже, вечер становится всё более абсурдным» Как я и предполагала, Джокер перевёл своё внимание на ничего не понимающего Джека. И пока он приглашал его присесть и выпить, я мигом вылезла из-за стола и рванула прочь, делая вид, будто никто из сидящих меня не видит. Хотя, судя по пьяным возгласам и непрекращаемуся смеху, мне это удалось. Вот люблю я иногда пьяных солдат! Ничего им в жизни не нужно, кроме пачки зелёных и крепкого алкоголя. Ну, разве что ещё устроить небольшую драку, да разбить друг другу рожи в кровь. Едва закрыв за собой дверь и почувствовав свежий вечерний воздух, я поняла насколько мне стало легче. Горло, конечно, жгло от количества выпитого, но особой проблемой это не было. Казалось, ничего не сможет нарушить этот момент. Улыбнувшись, я полезла в карман за зажигалкой и сигаретами, но в итоге оказалось, что одна-единственная вещь может испоганить всё.  — Твою ж мать, — выругалась я, смотря на ту самую проклятую флешку, что я забрала из кабинета Айронса несколькими часами ранее. На ней ведь наверняка куча разношёрстной информации, которую я должна была перебрать ещё хер пойми когда. Молодец, Рэйчел! Шипя я убрала злосчастную вещь обратно в карман и решив, что сейчас не лучший момент для курения, направилась прямиком в близстоящий корпус. Благо моя каморка находится на первом этаже и подниматься никуда не нужно. Всё же, было наивным полагать, что я доберусь без особого труда — ведь грёбанная сенсорная панель не желала считывать отпечатки моих пальцев, но спустя пару ударов, сопровожденных моей нецензурной речью, я всё же ввалилась в комнату. Простояв на одном месте, выискивая ноутбук, я обдумывала план действий. Так как я сейчас нахожусь в не очень трезвом состоянии, мне будет куда сложнее сортировать данные. Эх, жизнь, жестокая ты тварь: выпивать научила, а работать в состоянии опьянения — нет. Как только я вытащила ноутбук из-под кровати, передо мной встала очередная задача — воткнуть чёртову флешку. С первого раза, естественно, не получилось, но последующая попытка была куда более успешной. Некоторое время спустя, я уже приноровилась к работе, спокойно отсеивая ненужные сведения, а те, что были важными — отправляла Айронсу. К счастью, моя голова была ещё способна соображать и я вспомнила, что всё это отправляется по засекреченным каналам связи и прочей лабуде. Всё так скрытно, по-шпионски. Видимо, Джонатан ещё больший параноик, чем я считала. К счастью для меня, данных было не так много. Управившись с этим, я уж было вздохнула с облегчением, но не тут-то, чёрт побери, было: пришло новое сообщение от главы корпорации. Недовольно фыркнув и быстро смирившись с этим, я открыла и прочитала его. И от увиденного я слегка… оторопела. «KVA снова активизировались» Казалось бы, одно только сообщение, а уже столько проблем. Это для меня стало занозой в заднице ещё с прошлого года. И всё, что я о ней знаю, это — террористическая группировка, симулирующая как бывшие чеченские сепаратисты; что она организована в 2041 году, лидером чеченских боевиков. Всё. И тут они снова появляются в моей жизни, хотя я не хочу марать о них свои руки. Ну в конце-то концов, я ведь всего лишь легкодоступная девушка, стреляющая в того, на кого показал Айронс. Согласна, это могло бы быть связано со мной, но ведь там будет не один, чёрт его дери террорист, а целая ватага! А для меня одной этого будет слишком много. Видать я так сильно увлеклась своими мыслями, что не заметила ещё одно сообщение, чуть ниже первого. Оно гласило: «В Лондоне. Сегодня» Мой уход ведь не окажется незамеченным. Наверняка завтра по мою душу явится сам Гидеон, и я очень сомневаюсь, что он будет рад не застать меня на месте. Но, как бы то ни было, между криками Гидеона и приказами Джонатана, я выберу последнего. Поэтому вздохнув, я накинула на себя куртку и потуже зашнуровав берцы, вышла из комнаты, направившись прямиком на вертолётную площадку. Надеюсь, что хоть один пилот остался трезвым.

***

       На моё счастье, пилоты практически никогда не были пьяными, в отличии от тех же штурмовиков, хакеров, снайперов, подрывников и тому подобное: перечислять все специализации «Атласа» будет слишком долго. И потому менее, чем через десять минут я уже была в пути. Хоть я знала, что это сверхскоростной самолёт, меня не покидала тревожность. Вероятнее всего, это из-за самого пункта назначения. С Лондоном у меня отношения не сложились с самого начала. Неприятные воспоминания всплыли в голове. Невольно я потянулась к винтовке и, взяв её в руки, взглянула на своё лицо, отражавшееся на идеально гладкой хромированной поверхности оружия. Взгляд тут же переместился на правый глаз, разительно отличающийся от левого и напоминающий о произошедшей трагедии на Кингс Роуд. Я помню, что тогда шёл дождь. Классический для Англии, холодный, неприветливый. Вроде то был 2039, точно и не вспомнить. Тогда Айронс поручил мне избавиться от очередного конкурента, а заодно присмотреть за некой Шанталь Моник. Девушка была близка с его сыном, Уильямом, и в тот день она как раз должна была быть на встрече вместе с отцом. Сердце билось непривычно быстро. Обычно, когда меня отправляли убивать, я не позволяла волнению отвлекать меня, в результате чего полностью сосредотачивалась на своей цели, ведь я знала, что любой мой промах будет иметь последствия: раздражённый голос Айронса, десятиминутная тирада и чужие пальцы, сдавливающие моё горло и стягивающие вниз одежду. А после — свежие ссадины и раны, и, возможно, шрамы. Я прибыла на место раньше положенного, а потому приспокойно сидела на балконе близстоящего здания, с которого будет удобно попасть в цель. Винтовка покоилась неподалёку от меня, а я то и дело поглядывала на неё. Если так подумать, то она была для меня единственной верной подругой, прошедшей вместе со мной через огонь и воду. Странно привыкать к оружию; ещё хуже — считать его своим другом, хотя в моём случае иного выбора нет. Ожидание постепенно начинало давить мне на нервы, а вдобавок ко всему лондонская погода решила заявить о себе раскатным громом и ливнем. Поёжившись, я ещё раз мысленно поблагодарила свою жертву за то, что он выбрал столь удобное, для меня, место. Окажись он где ещё — и мне бы наверняка пришлось мокнуть под дождём. Через ещё каких-то два часа приглашённые постепенно начали появляться в поле моего зрения. Они поспешно забегали в здание, желая укрыться от дождя, параллельно стараясь не промокнуть. Мой взгляд пал на молоденькую девушку, прибывшую вместе со взрослым мужчиной. Она была одета несколько иначе, что выдавало её происхождение. Последние сомнения рассеялись, когда я услышала её фразу, сказанную на французском. Фыркнув, я решила больше не тратить на неё своё время, так как не видела в этом смысла: она почти никому не известна, так что какой смысл за ней наблюдать? Вряд ли здесь кроме меня притаились ещё убийцы, желающие её смерти. Вскоре появился и сам виновник торжества. То был мужчина средних лет, весьма приятной внешности. На секунду мне даже стало немного обидно — ведь обычно мне приходилось спать с исключительно омерзительными мужчинами, а после перерезать им глотки. Здесь же мне просто придётся пустить ему пулю промеж глаз и сбежать. Едва он вошёл внутрь, как труба прямо надо мной решила со скрипом обломиться. Я поняла, что мне придётся менять позицию, ведь из-за образовавшейся стены из воды я практически не могу прицелиться. Удручённо взглянув на винтовку, а затем вновь на свою цель, я взяла последнюю в руки и полезла на крышу, проклиная всех и вся. Через мгновение я уже оказалась на позиции, разглядывая через прицел мужчину. Отчего-то я не решалась выстрелить. Внутри появилось нехорошее предчувствие, мешающее сосредоточиться на задании. Соберись же! Всё, что нужно сделать — нажать на курок. Оборвать жизнь. Посеять хаос. Секунда и послышался выстрел. Пуля прошла прямиком сквозь череп ничего не подозревавшего мужчины, заставляя его биться в недолгих конвульсиях, а после — умереть. Алая жидкость брызнула во все стороны, пачкая идеально выглаженные смокинги и платья. Крики ужаса не заставили себя ждать, и внутри началась настоящая паника. Казалось бы, задание выполнено, но пуля, унёсшая жизнь… не моя. Я и опомниться не успела, когда прогремел второй выстрел. А когда осознала произошедшее, увидела юную Шанталь, упавшую замертво. На её груди расползалось багровое пятно, что так явно выделялось на её доселе идеально белом платье. Я резко перевела взгляд выше, туда, откуда мне показалось стрелял снайпер; попыталась прицелиться, но сгущающаяся темнота и крупные капли дождя практически не давали мне разглядеть того наглеца, что посмел убить тех двоих. Спустя секунду я заметила мужской силуэт. Сомнений не оставалось — это тот самый снайпер. Я точно знала, что нацелена прямо на него. Замешкавшись, я не выстрелила… в результате чего жестоко поплатилась. Миг — и вражеская пуля проходит прямиком через объектив моей винтовки, разбивая стекло, разрушая оружие. Осколки встречаются с моим глазом, а после слышится ещё один выстрел, и пуля пролетает в милиметре от моей головы. Стрелок промахнулся, но кровавая пелена незамедлительно застлала глаз, резкая боль пронзила голову и я, схватившись за уже пустую глазницу, истошно закричала, больно упав на спину… Что случилось потом? Я не помнила. Я знала, что с моим ранением мне не удастся выжить, но у судьбы были иные, отличные от моих планы. И спустя невесть сколько времени, я, наконец, смогла открыть глаза и вновь вздохнуть. Как мне так свезло? Ха, чем чёрт ни шутит. Вместо потерянного глаза мне вставили новейший имплантат, обостряющий зрение в шесть раз больше обычного и позволяющий видеть в темноте. Для снайпера — незаменимо. Однако я терпеть не могу шрам, пересекающий бровь и веко, а также глаз противоестественного янтарного цвета, доставшейся мне после той ночи. Я так и не нашла того, кто сотворил со мной это, из-за чего не могла успокоиться. Хоть и по сей день у меня закрадываются подозрения, что это никто иной, как Айронс, решивший наказать меня столь жестоким образом.  — Почти на месте, — тишину внезапно разрезал голос Джесси, сидящего рядом. Чуть вздрогнув, я перевела взгляд на него. — С тобой всё в порядке? Его вопрос заставил меня улыбнуться. Джесси, пожалуй, был единственным, кому я могла доверять, пусть и не полностью. Парень гораздо моложе меня, но уже имеет семью, состоящую из двух сыновей и жены, любимую работу и загородный дом, хотя попал в «Атлас» сравнительно недавно. Временами я даже завидовала ему, что вполне немудренно. Будь моя воля — меня бы здесь не было.  — Нет, — спустя некоторое время ответила я. — И никогда не была, ты ведь знаешь.  — Снова? — пилот слегка вздохнул. — Неужели тебя послали… избавиться от кого-то?  — Джесси, — я выдавила из себя подобие улыбки. Глупенький, спрашивает одно и то же из раза в раз, думая, что я отвечу. Для его же блага я не делилась с ним особо секретной и важной информацией, ведь тогда мне пришлось бы избавиться от него.  — Так, я понял, — резко проговорил он, не дав мне закончить. — Не моё это дело. Вместо внятного ответа я лишь кивнула и мысленно поблагодарила парня за сообразительность. Это намного лучше, чем в очередной раз произносить дежурную фразу… или же перерезать чужое горло, из-за их чрезмерной разговорчивости.

***

Лондон… ну здравствуй, сукин сын.        Глядя на здание, в котором сегодня соберутся члены KVA я невольно улыбнулась. Все-таки самая высокая новостройка в Англии выглядела потрясно, особенно меня в ней привлекали окна. Огромные, открывающие вид на весь город. Да только жаль, что эти ублюдки назначили встречу на самом нижнем этаже, куда даже не всех сотрудников пускают. С одной стороны непонятно, каким образом им разрешили там обосноваться, с другой — крупная сумма решает все. И Англия, увы, не исключение. Холодный лондонский воздух вкупе с моросящим дождем заставили меня протрезветь окончательно. Понимая, что мои привычные методы здесь не сработают, я раздумывала над тем, как попасть туда, не наделав при этом шуму. Как-никак, мне нужна информация, а не очередной труп главы организации, ведь это бесполезно. Убить одного — оттянуть время на неопределенный срок. В этом осином гнезде достаточно много личностей, имеющих выдающиеся лидерские качества, так что найти замену им не составит труда. Я лично убедилась в этом в прошлом году. Проанализировав ситуацию я поняла, что у меня не так-то много возможностей: они явно не ждут танцовщицу кабаре, я не смогу просто войти через главный вход, попутно мило улыбнувшись охранникам, стоящим там. Значит остается два варианта: пробраться туда через вентиляцию, что довольно сложно, в виду того, что я совершенно не знаю плана здания, либо же есть вероятность того, что я смогу туда попасть через парковку, находящуюся там же, но в этом случае придется столкнутся с охраной. Ни один из вариантов не вызвал у меня доверия, но из-за малого количества времени приходится думать на ходу, даже не изучив само здание. Встреча вот-вот начнется и я очень сомневаюсь, что они будут вежливо ждать моего прихода. Вздохнув, я приняла окончательное решение. Вентиляция — беспроигрышный вариант, но она может отнять у меня драгоценное время. Поэтому придется идти через парковку. Зайти внутрь и спуститься по служебной лестнице вниз не вызвало особых затруднений. А вот огромное количество людей в форме с оружием — да. В такие моменты я жалела о том, что родилась женщиной: будь я мужчиной, мне всего-то нужно было бы вырубить одного из охранников и одолжить его прикид. Но, в моем случае я даже на истощенноно мужчину-анорексика не потяну. Поэтому придется выбрать иной подход. Миновав несколько охранников, я оказалась у двери, отделявшей меня от сей, не шибко тайной, вечерии. На мое счастье главный амбал приказал своим дружкам разделиться и проверить весь этаж на наличие незваных гостей. Тут же в голове промелькнула мысль о том, что это весьма неплохая идея, прикинуться одной из таких. Вот только народу здесь слишком много, а мне совсем не хочется выступать перед всеми. Обстоятельства вынудили меня осмотреться и заметить некое помещение, а рядом с ним несколько машин. Это может сыграть мне на руку, ведь сигнал обычно неплохо привлекает внимание… да только как добраться туда, не засветившись на камерах? Взвесив все «за» и «против», я все же решила использовать этот шанс. Ушедшие на этаж ниже амбалы не будут находиться там всю жизнь. Здесь же осталось всего четверо, не считая главного, что от двери не отходит. Уж справлюсь, как-нибудь. В голове неприятно щелкнуло, что означало лишь одно: время принимать лекарство пришло. Глубоко вздохнув, попутно приняв еще одну таблетку, я решилась на весьма глупый и опрометчивый поступок. Я не придумала ничего лучше, как громко цокнуть каблуком. Ожидаемо, звук привлек одного из охранников, находившихся неподалёку. С ленцой он потянулся и направился в мою сторону. Теперь надо не оплошать. У меня только один шанс. Едва он подошел к колонне, как я резко схватила его, потянув на себя. Мужчина начал сопротивляться, но я, среагировав достаточно быстро, свернула ему шею. Бедняга хрипнул в последний раз и осел на пол. Оттащив его в достаточно темный угол, я мигом сменила укрытие. На этот раз предстоит разобраться с двумя сразу. Проследив за этой сладкой парочкой, я поняла, что заходить в темноту они не собираются. Жаль, придется заманивать. Избегая камеры, я нарочно шеркнула подошвой обуви по полу, а затем метнулась в темноту, привлекая внимание. Видимо эти двое решили, что я далеко не какая-то крыса-мутант и быстрым шагом направились ко мне. Затаившись, я ждала нужного момента, крепче сжимая рукоять метательного ножа. Одному нужно попасть точно промеж глаз, второго — прирезать. Как только оба оказались во тьме, я незамедлительно покинула своё временное убежище. Пока один отчаянно рассматривал что-то, я успела добраться до другого. Секунда, и на его шее появляется глубокий порез. Кряхтя, захлебываясь кровью и трясясь, будто осенний лист, он привлекает внимание своего товарища. Тот же, видя это не успевает опомниться, хватаясь за рукоятку ножа, торчащую промеж его глаз. Спустя мгновение его глаза закрываются, а я, выдрав нож из его головы наблюдаю за тем, как тело падает на колени, выгибаясь неестественным для живого человека образом. Кровь стекает отовсюду, и мне на секунду кажется, что она зальет здесь все, а потому я тихо ухожу оттуда. С четвертым разобраться не составило труда — бедняга зашел за угол, где его затылок повстречался с прикладом моей винтовки. Остался лишь один, там, у двери. И что-то мне подсказывает, что стоит поторопиться. Стряхнув с куртки кровь, натянув на лицо фальшивую улыбку и расправив плечи, я направилась к нему. Однако, выйти к нему на свет — такое себе решение, а потому я слегка кашлянула, оставаясь в полутьме.  — Что такое? — голос мужчины прозвучал весьма раздраженно. То, что надо.  — П-простите, — негромко произнесла я, внимательно наблюдая за его реакцией. — Я заблудилась и не могу найти выход! Сказать, что он был удивлен — не сказать ничего. Встряхнул головой, видимо решив, что это наваждение, но убедившись в обратном, все же подошёл ко мне. Я же отошла назад, стараясь, чтобы он не заметил винтовку за моей спиной.  — Вы кто такая?! Вас здесь быть не должно! — гневно произнес он, сверля меня взглядом. Я же глупо улыбнулась пожимая плечами, всеми силами изображая из себя дурочку и надеясь, что прядь волос, скрывающая мой имплант не решит сдвинуться в сторону.  — Я просто проходила мимо, — оправдалась я, отходя назад, понимая, что актриса я никакая. Единственная роль, которую я могу отыграть более-менее неплохо — прости… женщина легкого поведения. — Простите, а это что, закрытая зона, да?  — Дамочка, не держите меня за идиота, — раздраженно выдохнул мужчина. Я же, не сдержавшись, усмехнулась, вызвав непонимание со стороны мужчины.  — А вы, вероятно, слепы от рождения, — резко врезав ему, я выхватила нож и попыталась покончить с ним, но замешкалась и оказалась прижата к стене. Плохо дело. Амбал сжал пальцы на моем горле, отчего я, очевидно, начала задыхаться. Поняв, что пытаться ослабить его хватку с помощью рук  — затея гиблая, я со всей силы врезала ему коленом по животу и, получив секундное преимущество освободилась. Мне хватило времени, чтобы выхватить метательный нож и бросить в него, тем самым замедлив, а после врезать ему каблуком по ноге, заставив упасть на пол и, выхватив винтовку, нанести три удара прикладом по голове.  — Шумно, — скорчилась я, кашляя. Мне повезло — будь здесь кто-нибудь еще, я бы нагнала шуму. Сейчас остается лишь надеяться на то, что тот, кто проверяет камеры, давно уснул. Мысленно обругав себя и вернув ножи на место, я, наконец, вошла внутрь.