Flaming hearts

      Солнце скрылось за горизонтом, когда на пороге «Хамелеона» появился новый гость. Фигура, завёрнутая в чёрный меховой плащ, ненадолго задержалась у входа, с любопытством рассматривая новую вывеску заведения. Ошибок быть не могло, так как она точно помнила местоположение некогда популярного заведения. Незнакомка хмыкнула, глядя на изображённую на табличке девушку, держащую в руках лютню, и поспешила зайти внутрь. В зале практически ничего не изменилось. Всё так же много народу, реки льющейся выпивки и громкие возгласы посетителей.       Гостья сняла капюшон и пригладила волнистые волосы. Прищуренные глаза пробежались по залу в поисках знакомых лиц, и, как только таковые были найдены, женщина двинулась вперёд. Сморщив аккуратный нос, она обходила посетителей с видом гордой волчицы, стараясь не замечать их любопытных взоров. Одному из мужчин, преградивших ей путь, хватило лишь одного её надменного взгляда, чтобы безропотно отступить в сторону, пропуская её вперёд.       – Геральт, – обманчиво ласково произнесла женщина, и ведьмак почувствовал, как задрожал его медальон. Он ощутил её присутствие ещё тогда, когда её нога только ступила на порог «Хамелеона». Воздух вокруг чародейки словно завибрировал, и Геральт не мог понять, была ли это магия, обволакивающая её тело невидимым потоком силы, или праведный, чистый гнев, который наполнял её с каждой секундой всё больше и больше.       – Йен, – спокойно промолвил ведьмак, чувствуя, как её рука сжала его плечо. Он перехватил женскую ладонь и поцеловал, едва касаясь губами светлой кожи. Чародейка немного расслабилась и села напротив.       – Какими судьбами здесь? – первым спросил мужчина, потягивая из кружки медовуху. Он уже понимал, что ему предстоит, поэтому решил принять самый наиспокойный вид.       – Это я хотела у тебя спросить, – фиолетовые глаза опасно сверкнули. – Какого чёрта ты здесь делаешь? Я уже молчу про Цири, которую почему-то не вижу рядом с тобой. В последний раз, когда мы прощались в Каэр Морхене, я ясно дала понять, что любые вылазки опасны для неё. Зачем ты пошёл у неё на поводу?       – Я устал сидеть в четырёх стенах, – ответил ведьмак, принимая на себя удар. Цири, где бы её не носило, навряд ли хотела бы быть отчитанной ещё и Йеннифер.       – Вы только посмотрите на него! Устал. А я не устала носиться за вами, как курица, пытаясь прикрывать ваши любопытные задницы, – женщина устало потёрла переносицу. – Мне и так хватает возни в Ложе Чародеек. Но ты и Цири неустанно стремитесь добавить мне новых проблем.       – Это было взвешенное решение, Йен. Я не ребёнок, за которым нужен глаз да глаз, уж поверь. Я ещё в состоянии защитить Цири самостоятельно. Поэтому твои волнения излишни.       – Но я волнуюсь! – Йеннифер стиснула кулаки и обиженно посмотрела на ведьмака из-под нахмуренных чёрных бровей. – С таким трудом мы прошли через долгие месяцы в ожидании возвращения Цири, потом ещё её болезнь и тяжёлое восстановление. Ради чего? Чтобы вы опять ринулись на поиски новых приключений? И кто ещё из вас ребёнок? Она, глупое дитя, не знающая куда деть свои силы, или ты, бездумно и инфантильно бросающийся опять на стезю ведьмака и таща её за собой? Вы сведёте меня с ума!       – Не преувеличивай. Мы уехали лишь для того, чтобы навестить Лютика.       – Не поверю никогда, что ты сам захотел увидеть этого балагура вновь. Это всё Цири, и ты зачем-то пытаешься прикрывать её, – осуждающе покачала головой Йеннифер. – Впрочем, я не удивлена. То ваша самостоятельная вылазка на Лысую гору в поисках ведьм, когда ты позволил Цири одной идти в их логово, то посещение Хиндарсфьялля, лишь ради то, чтобы Цири навестила парня по имени Скьялль, теперь это. Ты постоянно идёшь на поводу её желаний.       – Это не одно и то же. Я не могу и не хочу останавливать её, я не её папаша, который хочет закрыть её в стенах дворца. Она свободна.       – Да, да. Я помню твоё благородное желание освободить её от бремени власти, но в итоге то что? Если стены дворца могли её обезопасить, то свобода, которую дарует бремя ведьмачества, приведёт её к гибели.       – Это её выбор.       – Ну да, конечно, – ухмыльнулась чародейка, – Где кстати она?       – Где-то бродит, – вскользь ответил Геральт, пытаясь скрыть своё волнение. Он не видел её со вчерашнего вечера, когда они…       – Замечательно! – прервала его воспоминания Йеннифер. – Ты даже не знаешь, где она! Она может вляпаться в неприятности, и виноват будешь в этом ты.       Ведьмак стиснул зубы. Как бы его не раздражали отчитывания Йен, в глубине души он злился на самого себя из-за того, что упустил Цири из виду. Он слишком запутался в клубках собственных сомнений и терзаний, дал слабину и забыл, что Цири в первую очередь была непредсказуемым незрелым ребёнком, а не женщиной, коей она представала перед ним всё чаще. Её поцелуй до сих пор казался чем-то эфемерным и нереальным, словно был сном перебравшего медовухи мужчины. Но чем больше ведьмак думал об этом, тем яснее ему виделась причина побега Цири. Она избегает его, и от этого он испытывал облегчение и досаду одновременно. Ему было тяжело принять факт наличия её чувств к нему, но ещё тяжелее было принять свои собственные чувства. Когда он пытался подавить тот волнующий трепет только от мысли о её близости, как она вновь будоражила его. И вчерашний вечер наконец-то положил начало каким-то изменениям. Но каким, пока было трудно понять его измученному совестью сердцу.       – Ты хоть приблизительно догадываешься, где она может быть? – раздражённо спросила чародейка, глядя, как ведьмак теребит ручку глиняной кружки, словно думает о чём-то непостижимом для неё.       – Я в процессе.       – Ты прямо облегчил мне задачу, – Йеннифер иронично вскинула руки. – О, великая сила, даруй мне терпение. Может быть она о чём-то говорила в последнее время? Или хотела куда-то пойти? И вообще какого чёрта я задаю тебе такие вопросы? Кто из нас ищейка?       – Я снимаю проклятия и убиваю чудищ, но я не знаю, куда может пойти человек и что у него в голове, Йен.       – Не притворяйся, что не знаешь, что у неё на уме. Даже ты должен понимать, что единственное, во что она может вляпаться, так это авантюра с каким-нибудь ведьмачьим заказом.       – Нет, мы с ней договорились, что она не лезет в такие дела без меня…       – Да, а ещё мы договаривались, что вы не сунетесь из Каэр Морхена. Но как видишь, уговор лишь иллюзия.       Чародейка оглянулась по сторонам, подмечая, что сейчас любые манипуляции с магией, привлекут ненужное внимание. Поэтому она лишь тяжело вздохнула, пытаясь усмирить раздражение, и решила брать дело в свои руки.       – Думаю, что дальнейшее обсуждение стоит перенести в более безлюдное место, – она кивнула в сторону лестницы, и оба встали из-за стола.

***

      Геральт облегчённо выдохнул, когда буря по имени Йеннифер покинула его комнату. Ему вновь пришлось услышать немало упрёков в свою сторону, поспорить с этим, поругаться и разойтись в разные стороны. Как, впрочем, во всех обстоятельствах, связанных с Йен. Будь то их отношения или общее дело. Ссоры всегда заканчивались паузой в их общении, когда они разбегались кто куда, ссылаясь на собственные дела и заботы, чтобы потом вновь увидеться и помириться. Так же было и сейчас. Причиной их ссоры была снова Цири. Йеннифер хотела опекать её, держа подальше от пытливых взглядов Ложи Чародеек и от кого-либо ещё, способного увидеть в девушке хоть каплю великой силы. А что хотел Геральт? Лишь быть рядом с ней, видеть её любопытные и восхищённые глаза, устремлённые всегда куда-то вдаль, чувствовать, что он часть её мира, а не просто наставник, готовый отпустить ученика в самостоятельное плавание после окончания их долгих странствий. Ведьмаку было сложно отпустить девушку, но он понимал, что их близость лишь разрушает ту крепкую связь, что установилась между ними за столь длительное время.       Внезапно раздался стук в дверь. Чародейка не могла вернуться так скоро, тем более после того, как прокричала, что займётся поисками сама.       – Геральт, прошу прощения, что вторгаюсь так внезапно, но у меня есть кое-что, что поможет разыскать Цири, – голова Лютика робко просунулась в дверной проём.       – Что ты скрыл опять, Лютик?       – В общем, такое дело, ты только не злись, – неуверенно промолвил менестрель, прикрывая за собой дверь. – Я не хотел, чтобы Йен узнала об этом раньше тебя. Сам понимаешь, чародейки в гневе страшны. Да и не хотелось бы мне попасть под горячую руку.       – Лютик, давай быстрее, - ведьмак нетерпеливо скрестил руки на груди, глядя, как его друг шарится в своей сумке.       – Вот, – менестрель протянул свёрток бумаги.       Ведьмак быстро выхватил лист из его рук, развернул и пробежался глазами по тексту.       – «Тролль под мостом»… – задумчиво протянул Геральт и сердито сжал свёрток в руке. – Почему ты мне не показал его раньше?       – Я только недавно обнаружил это в своей комнате. Видимо Цири обронила, когда в спешке куда-то убегала утром.       – То есть она ещё и заходила к тебе? Ну, Лютик! – Геральт сжал кулаки и резко дёрнулся к двери.       – А где спасибо? – вслед кинул ему менестрель.

***

      – Нет, нет, этого не может быть! – жалобно промолвила Цири, пятясь назад. Испуганные изумрудные глаза сжимались в нежелании видеть того, кто предстал перед ней вновь. Мучитель, тиран, убийца, так долго преследовавший её.       – Цири! – мужчина приблизился к ней вновь, попытавшись взять за плечи. Девушка содрогнулась, лицо исказила гримаса ужаса.       – Ты умер, тебя нет!       – Цири, посмотри на меня! – ведьмак встряхнул девушку как тряпичную куклу, и сильнее сжал её плечи. – Да что же с тобой?       – Я… Я не боюсь тебя, больше нет.       Ведьмачка задёргалась из стороны в сторону, стремясь вырваться из его хватки. Геральт перехватил её руки, непроизвольно сжав запястья. Цири вскрикнула. Глаза расширились от испуга, и ведьмак был готов поклясться, что никогда не видел такого ужаса на её лице. Взгляд девушки словно застелила пелена, грудь вздымалась от быстрых вдохов и было видно, как пульсирует вена на её шее.       – Тебя нет! – изо всех сил крикнула Цири и толкнула мужчину в грудь, падая от бессилия.       Мужчина, не медля ни на минуту, вновь приблизился к ней, пытаясь помочь встать на ноги, но ведьмачка дёрнулась как от огня. Голова безвольно опрокинулась на землю, и глаза слепо уставились на него. Девичьи руки беспорядочно блуждали по промозглой земле, словно искали последнюю надежду на спасение.       – Я справлюсь, – вдруг прошептала девушка, когда Геральт склонился над ней.       Цири сейчас была похожа на рыбу, которую выбросило на камни море. Так же отчаянно она дёргалась, не желая постичь судьбу, уготованную ей на берегу. Сердце мужчины сжалось от бессилия. Ведьмак протянул руку, чтобы коснуться её лица, как вдруг резкая боль пронзила его живот.       – Что за… – лишь успел промолвить ведьмак, когда понял, что боль была принесена лезвием меча. Изо рта вырвался сдавленный хрип, и он упал на бок, хватаясь за рану. В кои то веки Геральт не был готов к такому исходу.       Как в тумане он видел, что кто-то подошёл к ним со стороны и связал руки Цири за спиной, небрежно бросив взгляд в его сторону. Ясное понимание того, что он ничего не может сделать, отдалось горечью в его голове. Ведьмак попробовал пошевелиться, но не смог. Видимо рана была слишком глубокой. Из-под руки, прикрывающей вспоротый живот, сочилась багровая кровь, окропляя землю вокруг него. Будь он обычным человеком, то уже умер бы от нанесённой раны, но даже ведьмачья сущность не могла остановить кровотечение. Силы покидали его с каждым вздохом.       – А что будет с этим подбитым? – вдруг раздался мужской голос.       – Это не наша забота. Нам было велено доставить лишь девчонку, про ведьмака не было ни слова. Хватит отвлекать меня, а то я забуду это чёртово заклинание.       Они говорили что-то ещё, но как только голоса утихли, воздух прорезал девичий крик.       «Цири» - жалобно пронеслось в мыслях Геральта, и он потерял сознание. Тёмная толща небытия стремительно затянула его, спасая от душераздирающего вскрика Цири. Так она кричала, когда Имлерих сломал шею Весемира, и так она снова кричала, когда поняла, чью жизнь оборвала собственной рукой. Однако собственное бессилие и влияние дурманящей пыли, которой тролль посмел одарить её лёгкие, сказалось на ней. Та разрушительная энергия, которую порождала её боль, была несоизмерима с той, что накрыла Каэр Морхен когда-то. Конечно, это было ощутимо, и воздух вибрировал вокруг них, но, кажется, этого было недостаточно, чтобы спастись от тех, кого послали забрать её навсегда.       – Заткни ей рот, иначе сбежится вся округа, – прорычал Бранвен, тот самый наёмник, чьей первостепенной задачей была Цири.       Его спутник Бёрнхард зажал уши руками не в силах терпеть столь громкий пронзительный звук.       – Я ничего не слышу!       Бранвен почувствовал, как заболели барабанные перепонки. Стискивая зубы, мужчина подошёл к Цири и неслабо пнул её в живот носком сапога. Внутренности сжались от боли. Ведьмачка съёжилась от внезапного удара и притихла, лишь судорожно всхлипывая. Туман всё также окутывал её сознание, но, кажется, она начинала понимать, что ожидает её. Чувство того, что она уже почти сдалась, сильнее сдавливало её сердце. Цири вспоминала, что всех, кто становился частью её пути, в конце ждала лишь гибель.       – Вставай, кретин, и бери её! У нас больше нет времени ждать! – прорычал Бранвен, сжимая в руках магический кристалл.       Бёрнхард опасливо поднялся, всё также закрывая уши, но под уничижительным взглядом напарника, неуверенно убрал руки. Он ощущал неприятный звон в голове, но теперь уже не знал, что было бы страшнее: вновь испытать оглушительный крик девчонки, от которого уши готовы были лопнуть, или попасть под горячую руку своего «друга», чей взгляд многозначительно и тем не менее ясно давал понять, что готов оторвать ему руки, если он сейчас же не послушается его.       – Какой же ты бесполезный! Если бы не я, ты бы так и валялся в припадке, – не унимался Бранвен. – И зачем я снова взял тебя с собой? Ты оглох? Я сказал, возьми её на руки, и пора уже заканчивать это дело.       Бёрнхард услужливо кивнул и легко поднял Цири, словно она была пушинкой в его руках. Бранвен измерил взглядом своего напарника, понимая, почему взял с собой этого бугая. Сила есть – ума не надо. Благо на них двоих хватит его мозгов.       Ведьмачка безвольно повисла на руках мужчины, глядя пустыми глазами в уже ночное небо. Свет звёзд был не виден ею, так как небо заволокли тучи. Ветер небрежно трепал прядь её волос. Живот всё ещё ныл от безжалостного удара, но ей как будто уже было всё равно.       – Ты уверен, что нам ничего не нужно делать с этим седым? – Бёрнхард кивнул в сторону ведьмака.       – Зачем нам он сдался? – раздражительно спросил Бранвен, пытаясь вспомнить те магические слова, что должны были активировать кристалл, которой им дала чародейка для того, чтобы вернуться в Нильфгаард.       – Можно хотя бы пошарить по его карманам, вдруг что-нибудь полезное найдётся. Например, деньжата.       – Ты совсем тупой? На кой нам сдались его деньги? Когда мы вернёмся с выполненным заданием, у нас будет столько золота, что из карманов сыпаться будет. Всё, заткнись, ты мешаешь мне думать!       – Ладно, я молчу. – громила затих, но очередной вопрос не заставил себя долго ждать. – Как ты объяснишь заказчику синяки на этой девчонке?       – С чего ты взял, что они есть?       – Я видел, как ты вдарил ей.       – Мало ли, что ты видел! – злобно ответил Бранвен. – Ещё одно слово, и я прикончу тебя! Ляжешь рядом с этим жмуриком.       Бёрнхард в кои то веки послушался, глядя на бездыханное тело ведьмака. Он встряхнул Цири, как будто стремящуюся соскользнуть вниз, чтобы лучше ухватиться за неё, и тяжело выдохнул, представляя себя на месте мужчины, которому явно не поздоровилось напороться на меч этой девчонки. От движений наёмника голова ведьмачки наклонилась набок, и она снова увидела Геральта. Дыхание спёрло.       Он лежал на земле, не подавая признаков жизни. Глаза плотно сомкнуты, тонкие обветренные губы приоткрыты, и из уголка стекала кровь. Та же кровь бежала из его раны, пачкая руки, стискивающие живот.       Цири снова всхлипнула, подумав о том, что она натворила и то, какие последствия её ожидают. Янтарные глаза больше не посмотрят на неё с укором и лаской, губ не коснётся улыбка, руки, жёсткие от битв, но горячие не прижмут к себе, голос, вкрадчивый и мягкий, не произнесёт её имя…       – Чёрт бы побрал эту чародейку! – раздался разъярённый голос Бранвена, возвращая Цири к реальности. – Чёртовы камни, чёртовы порталы.       Сердце её сжалось от боли, и она заплакала. Только не так, думала Цири, понимая, что эти люди, кто бы это ни были, сейчас заберут её отсюда. От Геральта. «Нужно побороться», - всплыл в голове голос Весемира, но от этого стало ещё хуже.       – Кажется получается, – задумчиво произнёс главарь, видя, как кристалл загорается синим ослепляющим светом. – Пора уходить.       Бёрнхард подошёл ближе к напарнику, всё дальше отходя от Геральта. Цири выгнулась в его руках, пытаясь вытянуть шею. Глаза не хотели отпускать ведьмака из виду.       Раздался хлопок, и в воздухе стали появляться синие всполохи света, становясь всё чётче с каждой секундой. Энергетические завитки приобрели форму большого кольца, являя наконец тёмную глубь портала.       – Геральт! – взвыла Цири, извиваясь на руках наёмника. – Геральт!       – Держи её крепче дубина!       – Я держу!       Ведьмачка задёргалась яростнее, чувствуя мешающие на запястьях верёвки. Мысль о том, что она больше не увидит Геральта, ослепила её настолько, что сила, подпитанная её болью, дала о себе знать.       – Сейчас я её утихомирю, – Бранвен повернулся к ней, в решительности замахивая руку, как вдруг ведьмачка лягнула его ногой в грудь. Мужчина, не ожидавший такого напора, упал на спину. Кристалл выпал из его рук. Не медля ни секунды, Цири укусила Бёрнхарда за шею. Зубы с силой впились к кожу, оставляя кровавый след. Тот взвыл от боли, роняя девушку на землю и хватаясь за место укуса.       Ведьмачка жёстко упала на бок, приложившись о землю виском. Взгляд стал судорожно шарить вокруг, пока не наткнулся на всё так же светящийся кристалл в метре от неё. Словно гусеница, Цири неуклюже поползла в сторону камня, и в тот миг, когда она вывернулась, хватая связанными за спиной руками холодный кристалл, бугай снова схватил её, перекинув через плечо.       – Вот сука! – Бранвен поднялся с земли, хватаясь за грудь. – Если бы не твой заказчик, я бы тебя распотрошил! Всё, пошли!       Бёрнхард, всё также прижимая ладонь к кровоточащему укусу на шее, шагнул вслед за напарником в портал, и оба скрылись в чёрной глубине магической воронки.

***

      Йеннифер подгоняла вороного коня всё яростнее. Конь пыхтел, пуская клубы пара из раздувавшихся от быстрой езды ноздрей. Цокот его копыт отдавался эхом по заброшенному жителями мосту. Все знали, что под ним завёлся тролль, но не чародейка, которую сюда привели не слухи, а магический след. Точнее всплеск силы, знакомый ей, и оттого заставляющий невольно дрожать. Воспоминания были ещё свежи, но женщина молилась, чтобы в этот раз всё было по-другому.       И хотя выброс энергии стих, в воздухе витало что-то ещё. Она спешилась, как только переехала мост. Слух уловил голоса, но чем ближе Йеннифер была к предполагаемому месту нахождения Цири, тем тише становилось вокруг. Лишь всполохи портала и искры от костра, оставленного троллем, разряжали общую тишину. Чародейка, опираясь на каменную кладку моста, стала спускаться вниз по склону. Как только свод моста очутился над её головой, кожа покрылась мурашками.       На нетвёрдых ногах она бросилась к ведьмаку, припадая на колени. В нос ударил металлический запах крови. Фиалковый взгляд наткнулся на руку Геральта, сжимающую рану на животе, и чародейка вздрогнула. Выдержка, свойственная ей, рассыпалась в пух и прах, и Йеннифер тихо всхлипнула, прижимая ко рту ладонь. За спиной замерцал портал, заставляя её обернуться. Чутьё подсказало, что Цири была там. Но как поступить, женщина не знала. Она не могла оставить ведьмака, обрекая его на гибель, но и Цири бросить не могла.       От разрывающих её противоречий, чародейка стиснула зубы. Взгляд метался от портала к Геральту, но решение давалось нелегко.       На раздумья было не так много времени, и Йеннифер это понимала ясно и отчётливо. Против воли из глаз полились слёзы. Портал закрылся.