Flaming hearts

      - Эй, есть тут кто-нибудь? Хоть кто-нибудь! Я пить хочу! – завопил Бёрнхард, в очередной раз дёргая путы, крепко связывающие его запястья за спиной. Кончики пальцев покалывало от того, что верёвка цепко обвивала кожу, пережимая кровеносные сосуды, и он периодически сгибал фаланги, пытаясь не потерять чувствительность. – Собаки проклятые…       - Прекрати орать! Разве не очевидно, что тебе никто не поможет? – устало выдохнул Бранвен, облокотившись затылком о деревянный столб, к которому так предусмотрительно был прикован. – Нужно выждать подходящий момент и умудриться ускользнуть.       - Что-то я не уверен, что этот момент наступит скоро. У меня уже задница отсохла сидеть на холодной земле. Здесь воняет навозом, и ещё у меня так пересохло в горле, что я готов выпить хоть из помойной лужи!       - В эту передрягу мы попали из-за тебя, болван!       - Что? – возмущённо воскликнул Бёрнхард. Голос его то и дело срывался на хрип, и он закашлялся. То, с какой силой его душила их нерадивая пленница, не прошло без следа. Ему было тяжело дышать, но он отчаянно боролся с этим, кряхтя как сиплый пьяница на улице.  – Это почему же я виноват?       - Да потому что ты слабак! Не смог навалять какому-то приблуде. Гора мышц, и всё без толку! – Бранвен демонстративно сплюнул и поморщился. Голова дико болела после оглушающего удара нордлинга, а в глазах до сих пор всё плыло.       - Ему помогла девка. И если бы не она, то я бы…       - Если бы да кабы, - прервал его мужчина, прожигая ненавистным взглядом. – Что сделано, то сделано. Теперь мы должны пожинать плоды твоей абсолютной несостоятельности. Ещё и эта чёртова ведьма со своим кристаллом, который ни черта не сработал!       - Но он же открыл портал.       - Да, только далеко не в то место! У неё явно проблемы с глазомером. Иначе я никак не могу это объяснить. При следующей встрече я выколю ей зенки, всё равно она не умеет ими пользоваться! – Бранвен сжал зубы, издав разочарованный стон. Злость переполняла его. – И теперь мы должны как-то выпутываться из этой ситуации. В лучшем случае нас повесят, в худшем – четвертуют.       - Четвер… что?       - Привяжут к лошадям и пустят их во все четыре стороны. Да порезвее, чтобы у тебя все твои конечности вылетели так же быстро, как пробка из бутылки.       Бёрнхард испуганно выпучил глаза, во всех красках представляя эту картину у себя в голове. После такого сравнения он явно больше не сможет спокойно пить вино.       - Я не хочу так…       - Хочешь – не хочешь, а получишь. Хотя я слышал, что на Скеллиге предпочитают более мифические способы. Вроде как одну бабёнку приковали к скале и оставили на растерзание гарпиям.       - О, Великое Солнце! – громила понуро опустил голову и начал что-то шептать себе под нос. Его лицо, красное от волнения, сейчас напоминало переспелый помидор, и Бранвен вдоволь посмеялся бы над ним в своё время, но сложившиеся обстоятельства и правда были достаточно прискорбными. Неизвестно, что с ними сделают нордлинги. Что уж говорить о миссии, которую они успешно провалили. Если их не убьют здесь, то непременно казнят в Нильфгаарде. Хоть он и не знал заказчика напрямую, но, сложив два плюс два, сразу понял, что за всем этим стоит высокородная особа. О ведьмачке ходило много слухов, и все они сходились на том, что она была той самой пропавшей принцессой Цинтры, чьё наследство и привилегии хотели получить, наверное, все правители. Так что если их клиент не сам Белое Пламя, Пляшущее на Курганах Врагов, то как минимум кто-то из знати. Поэтому возвращение на вторую родину с пустыми руками приравнивалось к смерти.       - Ты бы помалкивал лучше. Они не должны узнать, что мы имеем какое-либо отношение к нильфам, понял?       - Я просто решил помолиться.       - Молиться будешь потом, когда твою тупую башку насадят на пику. А сейчас заткнись! – шыкнул на него Бранвен. – Мы же изначально со Скеллиге, так что, считай, местные. Что-нибудь им наплету насчёт девчонки, и глядишь с нами обойдутся помягче.       - Ты уверен? – робко спросил Бёрнхард, с надеждой глядя на своего напарника.       - Скорее да, чем нет. Вот ты откуда родом?       - Из Троттхейма в восточной части Фарер. Но я там не был уже лет двадцать. Последнее, что я помню, это уплывающий драккар, на который я пробрался, чтобы сбежать от отца, проигравшего меня в карты какому-то работорговцу.       - Избавь меня от подробностей, - Бранвен закатил глаза от душещипательной истории наёмника и нетерпеливо выдохнул. - Но будет лучше, если ты скажешь, что ты, например, со Спикероога.       - Почему?       - Так хотя бы тебя не сразу прибьют. А то мало ли, решат, что ты пират, глядя на твою страшную рожу.       - Но я не пират! – возмутился Бёрнхард, состроив нелепое лицо. Брови взмыли к верху, а щёки, кажется, ещё больше покраснели.       - Ага, ты просто наёмник, убийца и головорез. Так лучше?       - …       - Не бери в голову. Просто сделай так, как я сказал. А лучше вообще молчи, а то сморозишь какую-нибудь глупость. Вовек не расхлебаю. С ними буду говорить я, а там будь что будет.  Ты меня понял?       - Да.       - Точно понял?       - Да понял я, понял. Не тупой, - набычился громила. – А пить я всё равно хочу.       - Я что-нибудь придумаю, - смягчился Бранвен, бегло окидывая взглядом помещение, в котором они оказались. Напарник вскоре снова закашлялся, и ему на миг стало почти жаль его. Всего на миг. Мужчина быстро подавил в себе эту мысль, и принялся дальше разглядывать амбар. Он повертел головой в разные стороны, но ничего похожего на воду не увидел. Лишь деревянные стены, да хаотично разбросанные стога сена по углам. Стойкий запах навоза и грязи стремился забить ноздри, но наёмник старался не обращать на это внимание.       Бранвен притих, прислушиваясь к звукам снаружи: топот ног, скрип, звяканье чего-то похожего на металл, собачий лай и чья-то отборная ругань. Обычная деревенская суета. Ничего стоящего. Словно их просто закрыли на замок и забыли об их существовании, продолжая свою спешную жизнь. Внутри не оставили даже вилы, плуг или хотя бы что-то, что могло послужить им оружием. Видимо местные - весьма предусмотрительные люди...       - Открывай, - внезапно раздался мужской голос за воротами, и Бёрнхард внутренне сжался. Ему хотелось вновь заорать о своей мучительной жажде, но он решил молчать, как и велел Бранвен. Видимо у того был какой-то план, и он хотел послушно его придерживаться.       Засов жалобно скрипнул, и ворота в амбар распахнулись, заливая всё светом. Солнце клонилось к закату, но его лучи ослепляли привыкшие к полутьме глаза, и пленники инстинктивно зажмурили веки. Судя по звукам тяжёлых шагов, внутрь зашли несколько человек. Когда лицо, по ощущению, накрыла тень, Бранвен понял, что кто-то заслонил его от солнца. Наёмник медленно с прищуром поднял голову, наткнувшись на массивную фигуру в двух шагах от него.       - Такс, и кто это к нам пожаловал? Бандиты, пираты или негодяи? – с издёвкой прозвучал низкий басистый голос сквозь губы, едва проглядывавшие за нависшими густыми седыми усами. Их обладатель был мужчиной далеко в годах, но при этом высок и широкоплеч, как, в общем-то, почти все северяне. Тело покрывала шерстяная туника с оборкой из меха и длинная плотная накидка, скреплённая на груди искусно сделанной фибулой. Весь его вид несомненно говорил о высоком статусе. Светло-голубые глаза в обрамлении паутинок морщин светились мудростью под стать возрасту, но при этом чувствовалась жёсткость и непоколебимость. Бранвену только и оставалась уповать на то, что нордлинг, возвышающийся над ним, будет достаточно умён, чтобы не рубить с плеча.       - И то, и другое, и третье, - внезапно вклинился мужчина, стоявший чуть позади. – А самое главное, что это проклятые работорговцы, которые похитили бедную девушку и хотели нажиться на этом. Чёртовы ублюдки.       - Тихо, Ньял! Я хочу услышать, что скажут нам наши гости.       - Но глава, здесь итак всё ясно! Вы только взгляните на их рожи, всё же написано на них, - не унимался Ньял, возмущённо размахивая руками. – Да я был там! Я видел всё своими глазами!       - Ньял! – глава грозно посмотрел на него, хмуря кустистые брови, от чего морщины на лбу стали глубже. – Твою версию произошедшего мы все слышали. Но чтобы судить людей, надо понять обе стороны. И если ты не угомонишься, то я буду вынужден велеть Ульфу вывести тебя отсюда за шкирку.       - Ладно, я понял, - Ньял смиренно опустил голову, злостно зыркнув на пленников исподлобья. Как же он хотел начистить их мерзкие физиономии снова. Одна только мысль о том, что намеревались сделать эти бандиты с Цири, продать кому-то или воспользоваться её слабостью сами, заставляла руки неистово чесаться. Нордлинг сжал кулаки, медленно вдохнул и выдохнул, пытаясь успокоить разбушевавшееся сердце. Конечно, ему так и не удалось выпытать у Цири хотя бы кроху информации, чтобы понять, что всё-таки случилось, но представлялось ему только самое худшее. Он до сих пор помнил её испуганные зелёные глаза и дрожащие от холода губы, так тихо молящие о спасении. И этого, казалось, уже было достаточно, чтобы устроить самосуд и самолично снести голову обоим негодяям.       - Кто вы и с чем пожаловали? – спросил глава деревни, проницательно вглядываясь в глаза Бранвена.       - Меня зовут Бьёрн, а это мой друг Эйнар…       - Да чё ты чешишь, паскуда! – Ньял с жаром рванул к пленникам, сам не до конца понимая, что намеревался сделать: схватить за грудки и трясти как куклу или ударить так, чтобы нос расквасился в лепёшку. Всё его напускное спокойствие вмиг улетучилось. – Он брешит, их не так зовут! Тот второй был Берхардом или Бернардом, я сам слышал!       - Не понимаю, о чём он, - Бранвен пожал плечами, состроив изумлённое и по-детски невинное лицо. – Мы не называли этому господину наших имён, да он и не спрашивал.       - Ах ты, скотина. Да вы поглядите на него, он же всё врёт! – Ньял почти зарычал от злости. Он не знал имя наверняка, но ему не могло послышаться. Наёмник точно озвучивал его, когда натравливал своего громилу-напарника на него. Что-то на «Б».       - Ульф! Живо убери его, - глава устало выдохнул и кивнул в сторону Ньяла. Ульф, крупный нордлинг обритый налысо с массивным топором за пазухой, быстро схватил того за плечи и, круто развернув на месте, подтолкнул в сторону выхода из амбара.       - Не верьте ему! – злостно выкрикивал Ньял, упираясь ногами в пол. Но Ульф был сильнее и больше, поэтому без труда смог выволочить взбешённого мужчину на улицу.       Бранвен победоносно ухмыльнулся внутри себя, но виду не подал.       «Одной проблемой меньше. Пока. Стоит хорошенько продумывать всё, что я скажу. Легенда должна быть достоверной, подробной и более-менее реалистичной. Может, и получиться обвести этих деревенщин вокруг пальца».       Он вскользь глянул на своего горе-товарища, убедившись, что тот хранит молчание. Бёрнхард напряжённо смотрел вниз, плотно сжимая губы и сохраняя спокойствие, но лицо его сделалось чересчур бледным. Было видно, что он ошарашен словами своего лидера, но изо всех сил сдерживается, чтобы не запороть их маленькое театральное выступление. Он, кажется, даже забыл о своей нестерпимой жажде, когда услышал лже-имена.       - Такс, на чём мы остановились? – откашлялся седовласый северянин и невозмутимо продолжил. – Я Логмар, глава деревни Рогни. Раз уж так случилось, что вы оказались здесь, и, в свете последних событий, я обязан расспросить вас о причинах вашего визита и дальнейшей цели.       Логмар говорил учтиво и даже слишком образованно, и Бранвен на миг задумался о том, действительно ли он сейчас находится в скеллигской деревне, а не в поместье знатного дворянина. В отличие от так называемого Ньяла, старик производил приятное впечатление, от чего уверенность в успехе росла.       - Мы торговцы, перевозили товар из Спикероога в Новиград. Но на пути туда, когда мы шли у берегов Цидариса, наш корабль, к несчастью, попал в шторм, и волны потащили нас к Драконьим Клыкам. Вся команда вместе с грузом канули к морскому дьяволу. Всё пропало: пушнина, рыба, жемчуг… - Бранвен сделал паузу, демонстративно нахмурился и тяжело выдохнул, показывая, на сколько тяжела его утрата. - Остался только я и мой друг.       - Что ж ваш друг такой молчаливый?       - Он наглотался ледяной морской воды и подхватил хворь. Бедняга.       Бёрнхард встрепенулся и активно закивал головой, что-то утвердительно мыча. С пересохшими губами и бледным лицом он и правда был похож на больного.       - Вот же напасть, - ответил Логмар, задумчиво поглаживая густую бороду. – Однако наш поселенец Ньял утверждал, что никакого корабля не было, и вы явились словно по волшебству.       - Действительно, так и есть. Магия помогла нам телепортироваться с корабля, когда он шёл ко дну. Точнее, камень, который я купил у одной знахарки. Так, шутки ради. Но кто же знал, что волшебная безделушка пригодится. Благо, что мои мысли в тот роковой час, суливший нам гибель, занимал лишь мой дом, поэтому мы очутились здесь. И камень, по веление Богов, перенёс нас как можно ближе к родине.       - А девушка, что была с вами? Она пленница или рабыня? Ньял говорил, что, когда он её увидел, она была связана и просила о помощи, - Логмар неспешно продолжал допрос, оставаясь непредвзятым, но Бранвену хотелось верить, что придуманная им ложь хотя бы чуть-чуть отзывается в сердце нордлинга. Он старался максимально обрамлять свой рассказ деталями и узнаваемыми местами, практически сам веря в то, что говорит. Годы изучения карт не прошли даром.       - Я понимаю ваши подозрения. Она и вправду была связана. Но спешу заверить, что девушка не является нашей или чьей-нибудь рабыней, лишь преступницей и грязной воровкой, - уверенно отчеканил Бранвен, краем глаза заметив, что его напарник вздрогнул от неожиданного заявления. – Она тайно пробралась на наше судно и хотела украсть жемчуг, за этим делом и была поймана. К сожалению, до Новиграда было ещё полпути, поэтому я принял решение связать её и по прибытию доставить в руки страже для дальнейшего суда.       - Вот как, - Логмар хмыкнул, обдумывая услышанное им. – Но разве эта девушка похожа на воровку? Не могло ли это быть ошибкой?       - Хах, - не сдержался наёмник, - внешность бывает обманчива. За невинностью и чистотой может скрываться настоящая дьявольщина. Вы присмотритесь к ней получше и увидите: глаза ведьмины размалёванные, шрам на левой щеке явно не бывает у приличных девиц её возраста, да и одежда что-то не похожа на платье или юбку. Это же вылитая наёмница. Небось работает на Короля Нищих.       - На кого?       - Да есть один предводитель воров в Новиграде… - Бранвен отвёл глаза в сторону, вспоминая Франциска Бедлама. Ему не довелось столкнуться с ним, однако его имя было на слуху у каждого наёмника.       За спиной у Логмара раздались шепотки, и один из жителей деревни подтвердил только что сказанные слова: - Король Нищих существует. Мне рассказывал об этом мой кузен Уго, когда однажды посещал Новиград. Говорят, у этого человека есть даже целая сеть воров, приблуд и нищих.       Бранвен вперился в Логмара, пытаясь проследить за ходом его мысленных дум. Староста вновь коснулся своих усов, разглаживая их по всей длине. Он не торопился делать никаких выводов, отчего росло беспокойство. Бёрнхард лишь потупил взгляд, вручая свою судьбу в руки «друга» и понимая, что сам бы точно не смог наплести такую сказку. Слишком уж честна была его запятнанная душонка или скудна фантазия. Не то что у главаря их скромной банды, который, судя по всему, и на мать родную был готов наклеветать, если бы на кону стояла его жизнь. Конечно, громила не мог знать наверняка это, ведь за десять лет плодотворного сотрудничества так и не понял, что он за человек. Всё говорили не слова, а поступки.        - Интересно, - лишь промолвил староста. Голоса сподручных за спиной утихли, и все ждали вердикта, затаив дыхание. Ведь подобных захватывающих событий давно не происходило в Рогни. Совет деревни всегда обсуждал только местные мелкие дела: кражу куриных яиц, порчу имущества да убийства по неосторожности или на пьяную голову. А здесь были замешены и воровство, и магия, и юные девы. Самые настоящие приключения.       - Я надеюсь на вашу справедливость и вверяю наши жизни в ваши руки, - Бранвен почтительно склонил голову, стремясь умаслить нордлинга ещё больше. Он и так вёл себя уважительно и не сказал ни одного грубого слова. Бёрнхард так вообще молчал, что само по себе было ещё ценнее. Казалось, что всё должно было сложиться лучше некуда, пока не раздались главные слова.       - Ульф, приведи девушку сюда, послушаем и её.       Бранвен напрягся и сжал челюсть. Он предполагал, что девчонка будет вещать прямо противоположное, но принял твёрдое решение стоять на своём. Внутри него царила мрачная уверенность в своей победе, но она испарилась в тот миг, когда вошла Цири. Мужчина изучающе прошёлся взглядом по её лицу и удивился, не увидев в ней и капли былого запала. Лишь пустые глаза с опухшими веками, да осунувшееся белое лицо. Он стал бояться, что ведьмачка отлично сыграет роль жертвы и разжалобит всех своим видом.       - Подойди ближе дитя, не бойся, - добродушно промолвил Логмар и вытянул в её сторону руку, зазывая жестом к себе.       Цири робко приблизилась, безучастно смотря куда-то вдаль, но, когда ладонь старосты мягко коснулась её предплечья, она вздрогнула и резко отстранилась. Глаза затравленно мазнули по лицу нордлинга, но она поспешила взять себя в руки. Ей не хотелось чувствовать, как кто-то трогает её, не хотелось видеть этот сочувствующий взгляд, не хотелось смотреть на людей, перевернувших её мир с ног на голову и принёсших в её жизнь очередной кошмар. Она пришла, потому что Ньял попросил об этом, хотя самой было глубоко плевать на происходящее.       - Цири, верно? – уточнил северянин, тут же получив в ответ безмолвный кивок головой. – Ты знаешь этих мужчин? Видела их раньше?       - Нет. Кажется, нет, - неуверенно произнесла ведьмачка, осторожно взглянув на сидящих на полу связанных мужчин. Бранвен смело и даже с неким вызовом посмотрел в ответ, и Цири опешила. Худое вытянутое лицо, сальные волосы, зализанные в низкий хвост, и колючий взгляд мутно-серых глаз вдруг показались ей до боли знакомыми. Где же она могла видеть его? Разве их первая встреча состоялась там, под мостом у Оксенфуртских ворот? Нет, точно нет.       - Ты уверена?       - Я…- девушка замялась, хаотично переходя взглядом то с одного наёмника, то с другого. Громила был ей определённо незнаком, по крайней мере до того рокового момента. А второй… Казалось, что это был именно он, тогда в заведении Лютика. Именно он подсунул листок с заказом на тролля и ещё многозначительно смотрел на неё и говорил так приторно вежливо, что у неё сводило зубы. Именно он подставил её, дал наводку на мутное дело, которое обернулось крахом…       Логмар, видя её сомнения и нерешительность, не стал давить, а продолжил дальше свой допрос.       - Эти мужчины утверждают, что связали вас, потому что поймали на воровстве. Это так?       - Что? Я ничего не крала у них, - взгляд Цири вдруг прояснился, и она непонимающе замотала головой. Всё это звучало как какой-то бред сумасшедшего.       - Если вы не являетесь воровкой, то почему вас связали?       - Они похитили меня…       - Но зачем?       - Я… я не знаю, - устало выдохнула Цири и сжала виски пальцами. Голова раскалывалась. С момента прибытия сюда она проспала до вечера, но по-прежнему была обессилена и слаба.  Глаза щипало от пролитых слёз, а смутные воспоминания о прошлой ночи нахлынывали на неё, грозясь затопить и вновь разбудить в её сердце боль.       - Конечно, как она может знать, если это неправда! – победоносно раздался голос Бранвена. Он сдул с лица выбившуюся из хвоста прядь и торжествующе посмотрел на Цири. В его лице она увидела злорадство, насмешку над её судьбой, и ей стало так горько и противно, что она зажмурила веки, лишь бы не видеть его мерзкую рожу. Этот человек подставил её, обманул, пустил пыль в глаза. И ради чего? Она сама не знала, какую цель преследовал наёмник и кто нанял его. Да и это было неважно. Главное, к чему это всё привело.       Бранвен ещё что-то говорил, чуть не захлёбываясь слюной. Поток его слов, лести и придуманной им же байки, казалось, лился бесконечно. Но Цири уже не слышала этого, не хотела. Перед глазами стоял тот злосчастный мост, пламя костра и кипящий котелок тролля с какой-то непонятной жижей. Бурлящая кровь в венах, пелена иллюзии, накрывшая её глаза от пыльцы, что монстр из заказа так радушно сдул ей в лицо. Усмешка Эредина и его противный ледяной голос, так повелительно внушающий ей страх снова быть пойманной. Нет, то было лицо Геральта, обеспокоенный взгляд, чуть нахмуренные от волнения брови и губы, что-то упрямо твердящие ей в попытке достучаться. А затем резкий выпад, кровь и пустота.       Цири уже и не помнила, как оказалась здесь, на Скеллиге. Всё было как в тумане, как в жутком сне. Она была опустошена, но тело продолжало бороться за жизнь: и когда громила схватил её и закинул на плечо, унося в портал, и, когда ледяная вода заливала нос, и, когда пальцы еле гнулись от холода и мокрая одежда липла к коже.       - Она сумасшедшая, вы только посмотрите… Сама даже не может объяснить для чего мы якобы похитили её… Это просто воровка, приблуда… Накидалась фисштехом, поэтому ничего не помнит…       Цири стояла посреди незнакомых мужчин, присутствовала там физически, но мысли её были далеко отсюда. Память подкидывала ей всё новые картинки.       - Уважаемый Логмар, прошу принять во внимание то, что данная девушка сейчас находится не в себе… По ней же видно, что она блаженная… Зачем вообще нам, простым торговцам, похищать кого-то?... Всё это выглядит, как случайное стечение обстоятельств… Прошу отпустить нас, ибо вина наша не доказана… Мы сами разберёмся с этой сударыней, отвезём её нашему заказчику, а он уж передаст её кому следует. Ведь от её действий могли пострадать и мы, и он…       Ведьмачка сжала пальцы, больно впиваясь ногтями в кожу. Желваки заходили на её скулах. Она чувствовала, что агония вновь охватывает тело, разум, сердце. Всё, что говорил сейчас чёртов наёмник, звучало, как назойливое жужжание мухи. Ей было плевать на всё. Плевать на свою жизнь, на свою дальнейшую судьбу, на то, что её ждёт, когда она снова окажется на распутье, не зная, куда идти. Казалось, что и терять уже было нечего. И смысла отрицать слова этого безумца не было.       - А вдруг она и есть та ведьма, которая навела на наш драгоценный корабль бурю?... Раз не удалось ограбить, то захотела убить… По глазам видно, что она способна убить…       Цири тяжело и быстро задышала. Слова Бранвена эхом отдавались в её голове. Да, она убивала: монстров, на которых получала заказы, бандитов, которые могли пристать к ней на пути, всех тех, кто угрожал её жизни. Но Геральт… Геральт не был ни одним из них. Он был самым добрым, честным и отважным человеком. Он был всем для неё…       - Из-за вас он умер! – вдруг резко прокричала Цири, срываясь на плач. Изумрудные глаза сверкнули ненавистью и злобой. В амбаре стало тихо, и все взгляды устремились к ней.       - Кто умер, дитя? – Логмар обеспокоенно посмотрел на неё, прервав речь Бранвена жестом руки.       - Геральт…       - Какой ещё Геральт? Я знать не знаю такого, – тут же выдал Бранвен, вздёргивая от изумления брови вверх. Вот здесь он не врал. Удивление было искренним.       - Он был там, он лежал на земле, пока вы, уроды, утаскивали меня в сраный портал!       Бранвен на миг замер, обдумывая сказанное. Озарение пришло быстро, и он вспомнил белоголового ведьмака, которого девчонка умудрилась свалить в бреду.       - Не надо приплетать нам вину за какого-то приблуду. Сама его убила небось, а на нас…       Не успел он договорить, как почувствовал руки, сжимающие его шею. Цири бросилась на него так резко и молниеносно, что никто не успел среагировать. Ведьмачьи навыки и скорость позволили ей дотянуться до своего врага в одно мгновение. Пока люди Логмара опомнились и принялись их разнимать, она успела изрядно передавить горло.       - Оттащите её от него, иначе она его убьёт! – заверещал Бёрнхард и тут же замолк, понимая, что разрушил легенду о собственной немоте из-за больного горла.       Ведьмачку перехватил Ульф и крепко сжал её руки за спиной. Цири не переставала брыкаться и кричать.       - Геральт умер из-за вас! Я убила его из-за вас!       - Выведите её отсюда, пусть успокоится! – запричитал Логмар, ошарашенно глядя ей вслед. – Что за напасть-то такая со всеми вами. Кому верить-то?       Бранвен хотел сказать что-то в свою защиту, но не смог. Сдавленное горло заныло, и он закашлялся, краснея как рак. Глаза налились кровью из-за лопнувших сосудов, и изо рта вырывался лишь свист, а не голос.       - Глава, я выскажусь насчёт этого так – по мне такие дела должен решать ярл, - сказал Ньял, внезапно появившийся из ниоткуда. Ульф смог вывести его наружу, но никто не запрещал ему околачиваться рядом и подслушивать. А когда нордлинг услышал крик Цири, то сумел в суете вернуться обратно. – Нужно везти их всех к ан Крайтам. Пусть они и разбираются.       - Боги, кажется, это и правда лучшее решение в данной… ситуации. Ульф, вели подготовить коней, на рассвете мы едем в Каэр Трольде.