Жизнь богатых или школа «Black Pearl»

Кенсу не знал, что делать дальше. Как реагировать на альфу. Умом он понимал, что теперь ему никуда не деться. Оставалось только ждать и думать, что с ним сделают разозлённые омеги. Он никогда не встречался с альфами, тем более с такими, как Чонин. Да Кёнсу до сих пор не знал, что от него хочет Ким. — Да кто он вообще такой? Почему это он позволяет себе так поступать с людьми? Я не живой человек? В конце-то концов, кто ему позволил управлять мной?! — громко возмущался парень, пытаясь аккуратно поставить ноты на рояле. — Ты что-то хочешь мне сказать? — послышался голос со стороны парадного входа. Чонин стоял на пороге, вальяжно облокотившись об дверной косяк. Кёнсу подпрыгнул от неожиданности. Он не узнал в парне Чонина, ведь Ким стоял одетый в школьную форму. — Не думаю, что я хотел бы говорить с тобой, — пожал плечами Кёнсу, даже не оборачиваясь, хотя было сложно не смотреть на такого альфу. Ведь Чонин был действительно красив. Идеально выглаженная рубашка скрывалась за дорогим синим пиджаком с именным бейджиком. Брюки с отглаженными стрелками подчёркивали стройные ноги альфы, а лакированные туфли будто сияли в светлом помещении. Су только мельком взглянул на парня ещё раз. Густые волосы были небрежно взъерошены, а чёрная длинная чёлка спадала на глаза. Щёки Кёнсу покрылись лёгким румянцем. Омега зарделся и поспешил отвернуться. — Что, уже ничего не хочешь говорить? Неужели я настолько красив, что ты потерял дар речи? — насмешливо посмотрел Чонин и подошёл к парню. Кёнсу уселся за рояль, стараясь не обращать внимания на наглого альфу. Омега сразу заиграл свою песню, но к своему ужасу заметил, что руки предательски трясутся. О тексте и нотах думать было невозможно, пальцы играли сами по себе. Ким усмехнулся и встал спиной к омеге, оперевшись о рояль и слушая приятные звуки. Кёнсу удивился такому раскладу событий, но продолжил играть вступление. Вдруг пальцы соскочили с нужных клавиш и сыграли другой пассаж. Омега сглотнул от ошибки, но виду не подал. Ведь что альфа может понимать в музыке? — Играй по тем нотам, — невозмутимо сказал Чонин. — Что? — переспросил с недоумением парень и сразу остановил игру. — Ты сыграл не те ноты. Поменялась гармония, — хмыкнул альфа. Он подошёл к роялю и, нависнув над омегой, быстро и легко будто пробежался по нужным глянцевым клавишам. — Так ведь верно? Кёнсу и слова сказать не мог. Запах зелёного чая окутал его с ног до головы и казалось, будто нотки мяты в этом аромате играют с ним. Парень прикрыл глаза и глубоко вздохнул. — Да, — растерянно почти прошептал Кёнсу. — Откуда ты… Как? — Ну, только ты думаешь, что я ничего не умею, — ухмыльнулся Ким. Он подошёл к нему вплотную, с вызовом посмотрев ему в глаза. Альфа пристальным взглядом рассматривал лицо омеги. Такие мягенькие черты: большие, широко распахнутые глаза; пухлые губы, похожие на сердце и так несправедливо названные женскими; аккуратный носик, румяные щёки, которые хотелось осыпать мелкими поцелуями. И он думал, почему этой красоты не заметил раньше. — Неважно, это не меняет дела. — Ну, как же… Ты ведь восхищен, не так ли? — Ким приблизился ещё ближе. И Кёнсу испугался от такой близости. Омега вскочил на ноги. И это было его ошибкой, потому что его лицо оказалось в непозволительной близости от лица альфы. Он хотел отойти, но сзади стоял ненавистный стул. И если бы не сильная рука Чонина, он бы упал. Но альфа придержал его за талию и в тот же момент прижал к себе. Глаза омеги расширились ещё больше, а сердце ускорило свой стук, казалось, до максимума. Он сразу же по инерции оттолкнул Кима и, схватив вещи, пулей вылетел из зала. Чонин только усмехнулся, собирая забытые парнем ноты.

***

— Лу, ты можешь себе представить, что он творит?! — возмущался Кёнсу, уплетая приготовленный другом рис за обе щёки. — А по-моему, это очень даже романтично, — улыбнулся мечтательно омега. — Эх, я тоже так хочу… — Забыл, что он за человек? — фыркнул парень. — Знаешь, он не так уж и прост, как кажется. В нём так много всего… Он человек — загадка. Вручать красную карточку, издеваться и защищать одновременно. Мне кажется, у него слишком много эмоций и чувств. Он и сам иногда путается в них. — Мне-то какое дело до него? Пусть только меня не трогает. — Ой, хочешь сказать, что он тебе вот ни капельки не нравится? — хитро посмотрел Лу. — Нет, нет и ещё раз нет, — омега даже чуть палочку не кинул в парня. — Значит, да, — победно хлопнул в ладоши китаец, — это всё так романтично! — Да ну тебя! — Я тоже альфу хочу. Вот ты везучий… Раздался звон колокольчика, который висел над дверью, оповещая о прибытии клиента. — Извините, у нас санитарный час, — не глядя на вошедшего одновременно сказали парни. — Я к До Кёнсу, — послышался спокойный голос. Омеги повернулись от такой наглости. Каково было их удивление, когда они увидели перед собой Сехуна. Альфа стоял в чёрном кашемировом пальто и приподнял бровь в недоумении. Лухан, кажется, уронил челюсть. Запах домашнего печенья разнёсся по помещению и залез глубоко в лёгкие омеги. Парень сразу так часто задышал, уставившись на парня, который покорил его ещё с фотографий. И Сехун сейчас выглядел, как принц с другой планеты. Блондин склонил голову, ответно рассматривая Лухана. Омега напомнил ему оленёнка с добрыми, честными глазами и носом-пуговкой. Альфа усмехнулся и прикрыл глаза от вкусного запаха, который витал в кафе. — Ну и манеры у вас, — фыркнул парень. — Кёнсу, ты приглашён на вечеринку по случаю приезда Бэкхёна, которая состоится сегодня в 18:00 в доме самого Бёна. Машина заедет за тобой в пять часов вечера. Одежда — на твой вкус. Смокинг, фрак или просто костюм. Сехун уже хотел уйти, но в последний момент напоследок добавил, хитро глядя в глаза китайцу: — У вас очень вкусно пахнет ванилью, даже не думал, что вы тут ещё и выпечку продаёте… Омеги пришли в себя только от повторного звона колокольчиков над дверью. Лу пытался унять бешенное сердцебиение, а Кёнсу издал сдавленный смешок, потому что выпечку они никогда не продавали. Альфа прямым текстом сделал комплимент Лухану и его запаху ещё и «тонко» намекнул, что, возможно, они истинные. А сам омега сидел как зачарованный. — Кёнсу, — мечтательно протянул Лу, жадно вдыхая аромат только что ушедшего парня. — Что, влюбился? — издевательски скопировал До слова своего друга. — Кёнсу, как же от него пахнет печеньем… Как думаешь, я ему могу понравиться? — И этот человек втолковывал мне про истинность пар, — рука Су встретилась со лбом. — Кстати, а почему он спросил за выпечку? Погоди, он сказал «вкусно пахнет ванилью» или «у вас пахнет гнилью»? — Ты дебил или да? — Он правда сказал про ваниль? — с серьёзным видом спросил Лу. — Да, Лухан, но я бы на твоём месте голову не терял. Ты же сам за него читал информацию. Он ловелас, Лу. А таким парням нельзя верить. Тем более если это человек из F-4. И именно поэтому чёрта с два я пойду на эту вечеринку! — А? Какая вечеринка? — Ты серьёзно его не слушал даже? Просто пялился? Он сказал, что я приглашён на вечеринку по случаю приезда Бён Бэкхёна. — Вот теперь моя очередь. Ты дебил или да? Он же твой кумир! Ты просто обязан пойти и это не обсуждается. — Ты его точно не слушал! Одежда: фрак, смокинг, костюм. Поправка: приличный костюм. Тебе напомнить в каких условиях я вообще живу? У меня нет ни первого, ни второго и даже третьего… — Я тебе дам костюм. Он, конечно, тоже не произведение искусства, но лучше чем совсем ничего. Но ты просто обязан пойти. Если сам Сехун пригласил тебя. — Спасибо, Лу, — омега благодарно улыбнулся.

***

В шикарно обставленном зале звучала музыка, которую с душой творил камерный симфонический квинтет. Некоторые омеги в дорогих фраках, костюмах и роскошных платьях кружили в танцах со своими альфами. Официанты с гордой осанкой расхаживали между молодыми людьми, предлагая красное, белое и игристые вина с многолетними выдержками. За отдельным круглым столиком, застелённым белоснежной тканевой скатертью сидела самая популярная четвёрка альф. Они ни с кем не танцевали, только дарили ответные улыбки некоторым омегам и бетам. Все ждали появления самого виновника торжества, который всё никак не появлялся. Кёнсу зашёл в зал, изумлённо разглядывая всё, что попадало в его поле зрения. В этот момент как раз, наконец-таки, вышел Бён Бэкхён. В зале сразу же образовалась полнейшая тишина: все ждали его слов. Официант бежал за очередным заказом и врезался в омегу, который замер посреди помещения. Официант перевернул поднос, разливая на белоснежную выглаженную рубашку омеги шампанское. — Смотри, куда идёшь! Мне за это всё платить! — крикнул разозлённый официант, оттолкнув Кёнсу в сторону. — Какая жалость, твой и без того страшненький, дешёвенький костюм испорчен, — послышался знакомый девчачий и до боли противный голос. Миранда посмеялась над парнем и вылила на костюм остатки своего красного вина, что было в бокале. Кёнсу только шокировано смотрел на пятна, которые растекались по ткани чужого костюма, который ему дал Лухан. Девушка даже не заметила, что на них смотрели все, потому что ещё крикливый официант обратил на них внимание гостей. Сехун с Ченом переглянулись, увидев реакции Чонина с Чанёлем на происходящее. Всем было интересно, что будет дальше. Бэкхён не был исключением. Он тоже был весь во внимании, хотя бы потому что его перебили. И всё внимание гостей было направлено на парня. Омега недовольно поморщился, спускаясь со ступенек. Он подошёл к Кёнсу, оценивая внешний вид и нанесённый урон. К парням подбежал дворецкий. — Могу я чем-то помочь? — спросил поклонившись мужчина. Кёнсу стоял, склонив виновато голову. Он чувствовал себя виноватым, потому что праздник будто остановился из-за него. — Господин Бён, выгнать его? — спросил дворецкий, посмотрев на Кёнсу. — Да, только не его, — сказал Бэкхён проследив за взглядом высокого альфы. — Девушек убрать к чёртовой матери. Официанта — уволить. Дворецкий почтительно поклонился и по его щелчку пальцами охрана вывела ничего непонимающих девушек. — Пойдём со мной, — Бэк взял за руку Кёнсу и повёл его за собой. Парень привёл его в свою комнату на втором этаже. Спальня была просторная и уютная. Обои приятных зелёных тонов, а большая двухспальная кровать шокировала своими размерами. Под гардероб был выделен целый угол комнаты, отделённый от основного помещения дверью. Бэкхён в уверенно прошёл к гардеробу, открывая белую дверь. Омега зашёл в мини-помещение и задумчиво осмотрел вешалки с дорогими деловыми костюмами и смело достал один из них. Это был фрак благородного цвета слоновой кости и в тон ему рубашка, атласный галстук и лакированные туфли. Омега положил вещи на кровать и призывно посмотрел на Кёнсу. Тот стоял с широко распахнутыми глазами. — Это… Мне? Он не верил собственным глазам. Таких дорогих вещей он и в глаза не видел, и уж тем более, в руках не держал. — Тебе, кому же ещё? — усмехнулся омега. — Чего стоишь как вкопанный? Раздевайся. — Но я даже не носил никогда такие вещи… — Я помогу всё это надеть. И Бэкхён не соврал. Он лично помог надеть дорогой костюм и буквально разгладил на парне все складочки. В завершении образа он расчесал немного спутанные чёрные волосы и уложил лаком набок непослушную чёлку. Он повернул омегу к зеркалу и дал, наконец-то, посмотреть на себя. — Я… У меня нет слов. Спасибо тебе огромное… Но почему ты на моей стороне? — Сам не знаю, нравишься ты мне. Мне кажется, что ты хороший человек. Ну, всё готово. Пойдём, уверен, тебя заждался наш Кай. — С чего ты взял, что он меня ждёт? — недоверчиво хмыкнул Су. — Поверь мне, я знаю Кая не первый год. Конечно, всех секретов я не знаю. И многих своих чувств он не открыл даже самым близким друзьям. Но я знаю его достаточно, чтобы с уверенностью сказать, что ты ему нравишься. Больше я ничего говорить не буду. Всё скоро прояснится само. Они спустились в зал. Все взгляды были прикованы к одному омеге. И это уже был не Бэкхён. Центром внимания теперь был Кёнсу. Бён жестом призвал музыкантов играть. Су стоял на ступеньках и не знал, что ему делать дальше и куда идти. Его сбили с толку слова Бэкхёна, и теперь мысли были в только об одном альфе. Он даже не заметил, как Бён куда-то исчез. И парень пытался найти силуэт Бэка в толпе, потому что он был единственным его спасательным кругом. А в это время Бэкхён подошёл к F-4. — Ну и? Чего стоим, кого ждём? — обратился парень к альфам, с ухмылкой наблюдая за тем, как рты парней то и дело открывались и закрывались. У каждого были забиты головы разными мыслями. Сехун усмехнулся, вспоминая, что говорил о красоте этого омеги, но ему никто не верил. Чен бросил фразу «дерзай», явно обращаясь к одному из них, но к кому именно — не сказал. Нужный альфа должен был сам прислушаться к своим чувствам и понять, что это именно о нём сказали и что именно нужно сделать. Чанёль смотрел с непониманием на Бэкхёна. Он не мог додумать, что задумал омега и зачем он помог Кёнсу. Но Пак знал точно, что Бэкхён рассчитал всё верно и сейчас должно начаться что-то интересное. А Чонин… Чонин же просто не мог пошевелиться. Он был будто заворожён такой красотой. Прямо сейчас, казалось, он готов миллион раз просить прощение за свои слова, небрежно брошенные в адрес омеги. Готов встать на колени и молить о прощении. Сейчас Кёнсу выглядел как самое настоящее божество, и Чонин задумался, а достоин ли он такого хорошего человека? Но действовать нужно было немедленно. Пак посмотрел на Кима с вызовом и пошёл к омеге. Чанёль встал внизу, у основания ступенек и протянул руку, приглашая Кёнсу на вальс. Омега удивился такому жесту, но думать долго не стал. В конце концов, больше его никто не приглашает. А Чонину хватило ровно трёх секунд, чтобы понять свои чувства по отношению к омеге. Ревность в момент захлестнула альфу, и он понял, что ни за что не позволит, чтобы Кёнсу был с Чанёлем. Поэтому Ким в ту же секунду сорвался с места и встал рядом с Паком. Кёнсу хотел уже согласиться на танец, но Чонин, протягивая руку к омеге, тем самым заставил его выбирать. И в эту минуту здесь и сейчас все затаили дыхание, ожидая выбора парня. А выбор означал — быть омегой именно этого альфы. И это был очень сложный выбор… __________________________ Жду ваших догадок по поводу концовки главы... __________________________