Жизнь богатых или школа «Black Pearl»

Кёнсу стоял и не знал, что теперь делать и кого выбрать. Этот выбор означал прямым текстом сказать, кого он любит и кому из альф он отдаёт своё сердце. Но проблема была в том, что он и сам не знал свои чувства. Омега сам себя не понимал. К Чанёлю он чувствовал явную симпатию. И это было вполне обосновано. Ведь только он всегда оставался рядом, помогал и не отвернулся от него. А Чонин… К этому альфе Кёнсу тянуло всем телом и душой. Он сам не понимал, почему? Потому что это было абсолютно необъяснимо. Альфа раздражал его, бесил до невозможности, но что-то было в нём. Что именно Кёнсу не знал. Он не знал, почему его сердце так неспокойно, когда он рядом с ним. Так же он не понимал, почему после всего того, что сделал Ким, он всё ещё кажется таким красивым и недоступным. И почему при всей его холодности, он кажется таким тёплым. Что, правда, иногда. И вот сейчас он смотрел в глаза то одному альфе, то другому, пытаясь разгадать свои какие-то ребусы в голове. Он посмотрел в глаза Чанёлю. Альфа протягивал руку и мило улыбался. Казалось, ему было всё равно, кого выберет Кёнсу. Он просто смотрел на омегу с теплотой и нежностью. А затем он посмотрел на Кима. Тот стоял с гордо поднятой головой. На лице была полная невозмутимость. Он явно всем видом старался показать, что для него не имеет значения выбор омеги. Но его друзья знали, что это далеко не так. Су внимательно посмотрел ему в глаза и будто утонул в этом океане эмоций на добрые минуты две. Глаза были чернее ночи от моря ревности, с которой он смотрел то на омегу, то на Чанёля. Но Чонин и сам замер на месте, затаив дыхание, когда поймал на себе прожигающий взгляд таких красивых, больших, и немного растерянных сейчас глаз. Кёнсу тоже, казалось, не двигался. Они вдвоём стояли и молчали. Затих весь зал. Все стояли и даже не звенели приборами. Стояли и ждали, пока омега всё-таки озвучит свой выбор. Кёнсу не мог понять, какие чувства пытался донести Чонин. А Бэкхён видел всё до мелочей и прекрасно знал этот взгляд. Так Ким смотрел только на одного омегу в жизни. Только на Кёнсу. Где-то на дне шоколадных радужек плескалась безграничная любовь и нежность, которые перекрывали любую ненависть к миру или злость на упрямого друга. — Я выбираю Ч… Но договорить ему не дали. Дверь с грохотом открылась и в зал зашла богато одетая женщина. На голове была явно дорогая укладка, а на руках красовались блестящие перстни и золотые украшения. Она шла прямо к парням. Чанёль сразу же отошёл от пары, а Чонин, обернувшись, моментально поднялся к омеге и заслонил его собой. — Не высовывайся, — шикнул Ким через плечо. Кёнсу растерянно смотрел по сторонам, ища пути побега. Он взглядом наткнулся на хихикающих омег, которых вывела охрана раннее. Но его растерянность сменилась ужасом за считанные секунды. Потому что как только Ким развернулся, женщина в два шага оказалась рядом и отвесила альфе горячую пощёчину. Омега перепугано посмотрел на женщину и неосознанно сжал цепкими пальцами пиджак на пояснице альфы, и сам не заметил, как прижался к нему, будто он один может его спасти. — Я не для того тебя рожала, чтобы ты с дешёвыми шлюхами развлекался! — процедила сквозь зубы женщина. — Ты мне давно перестала быть матерью, чтобы я тебя слушал. И если бы я развлекался со шлюхами, ты бы узнала первой. Потому что дочки и сыновья твоих друзей сказали бы тебе сразу, что я с ними сплю. Но, увы, мамочка, я предпочитаю только чистых омег и истинную любовь, — отчеканил каждое слово Ким. Он чувствовал на спине руки омеги. И это как никогда придало ему сил. — Как ты смеешь со мной так разговаривать, щенок. Немедленно забирай свои вещи, завтра же ты летишь в Токио, знакомиться с женихом! — Никуда я не поеду. Мне не пять лет, чтобы ты командовала мной! — крикнул альфа. — Я не спрашивала, хочешь ты или нет. Охрана, выведите его! Сказала она и пошла на выход, стуча высокими шпильками. Четыре высоких альф подбежали и заломили ему руки. Попытки вырваться ни к чему не привели. Он лишь несколько раз смог ударить одного охранника, но его быстро скрутили снова без шанса на свободу. Он последний раз резко дёрнулся назад, чтобы успеть крикнуть: — Кёнсу, я буду ждать твоего ответа! Омега сорвался с места, но его сразу схватил за руку Чанёль, в миг останавливая. — Чонин! — крикнул вслед омега. — Молчи, не лезь, ты ему ничем не поможешь, — шикнул Чанёль, удерживая его на месте. У Кёнсу на глаза навернулись слёзы. Он сейчас боялся как никогда, потому что чувствовал, что он теряет что-то важное. Без чего он жить спокойно уже не сможет. Парни сразу подбежали к ним, спрашивая цел ли Кёнсу. *** — Значит так, слушай меня внимательно, — начала сразу миссис Ким, усаживаясь в кресло в своём кабинете. Чонин только стоял и молча её слушал. Он решил, что лучше молчать и меньше злить мать, чтобы она не придумала ещё чего-то сумасшедшего. — Ты завтра же первым рейсом летишь в Токио. Там корейский филиал нефтяной компании семьи Ли. За их сына ты выходишь замуж. Помолвка должна состояться завтра. На подготовку к свадьбе они дали месяц. — А меня ты не забыла спросить? — А ты не забыл, кем являешься ты?! — крикнула женщина, делая акцент на последнем слове. — Я говорил, что я возьму верх над компанией, потому что такой была воля моего отца. У меня нет выбора, но ты могла бы позволить быть с тем, кого люблю я?! — Ты не из того мира! Что за глупости, Чонин?! Любовь и истинная омега? Да ещё и кто? Сын владельца химчистки?! — Откуда ты… — Завтра же я снесу их вшивую конторку! — Ты не посмеешь! — рявкнул альфа. — Ошибаешься, дорогой. Именно это я и сделаю! Чтобы это низкое создание даже не смело подниматься на ступеньку выше и помнило, где его место! — Если ты хоть пальцем тронешь его, я за себя не отвечаю. Потому что я люблю его. А тебе не знакомо это чувство, потому что ты видишь только доллары и миллионы вон в жизни. Тебе важны только деньги. Что ты можешь понимать в чувствах?! — Ты издеваешься? Ты живешь в мире нищих? Или в дешёвой сопливой дораме?! Любви нет! Даже если этот лупоглаз сказал, что любит тебя, он же просто очередная нищая низкосортная шлюха, которая хочет чтобы её содержал богатый мальчик! Вмиг Ким оказался рядом со столом матери. Он ударил по отполированной крышке стола так, что раздался хруст не то дерева, не то самих костей. — Не смей говорить о нём такие вещи, — буквально прорычал Чонин. — Тебе мало моего брата? — Это ты не смей повышать на меня голос. Ты в этом доме пока никто! А твой брат — жалкий трус! Он же постыдно сбежал со свадьбы! — И я не виню его. Он поступил правильно. Он сейчас счастлив. Чтоб ты знала, я не сбежал от тебя только потому, что мой отец был бы этим недоволен. — Мама, оставь его в покое! — крикнул омега, забежавший в кабинет. — Чунмён, что ты здесь делаешь? — фыркнула женщина, прикладывая наманикюренный ноготь к брови. — Я не могу оставаться в стороне. Тебе мало того, что ты сломала жизнь нашему отцу? Это из-за тебя он погиб! Ты угробила моё детство, заставляя с первого класса младшей школы учить экономику и 5 иностранных языков! Ты так же убила и детство Чонина! Хватит того, что он готов принять на себя компанию после всего, что ты сделала! — Пошли вон оба, никого не хочу видеть! Вон, немедленно! Парни вышли из кабинета, а Чонин хлопнул дверью до звона оконных стёкол. А как только они дошли до комнаты Кима, Чунмён сразу перешёл к допросу. — Ну и как ты до такого докатился? — Я докатился? — хмыкнул Чонин, скрипя зубами и сжав кулаки. — Ну не я же. Я просто молча сбежал, но ты… Нет, надо всем кричать «Я люблю Кёнсу, он мой истинный омега! И плевать я хотел, что он из бедной семьи!». — Откуда ты… — Да я всё знаю, что тут у вас происходит. — Чанёль всё рассказал? — усмехнулся альфа. — И Сехун, и Чанёль, и Чен, и Бэк… — Так Бэкхён же только приехал… — Да, он только приехал, но он своим свежим взглядом смог разгадать больше, чем все твои друзья вместе взятые. Вы, альфы, такие глупые… — Ты кого глупым назвал?! — фыркнул вошедший альфа. — Я всё слышу, между прочим. У стен есть глаза и уши! — О, Исин, ты тоже приехал! — Чонин сразу подорвался с места, обнимая мужчину. — А по тебе и не скажешь, что уже сорок стукнуло… — Пфф, может, потому что мне только тридцать восемь? — засмеялся Джан, потрепав парня по волосам. — Так чего вы приехали? — спросил с интересом Чонин. — Ну, надо же сказать дядьке, что у него будет племяша, — пожал плечами Исин, являя всем присутствующим очаровательную ямочку на щеке. — Что? — у Кима расширились глаза до невозможного. — Ой, Чунмён не сказал?.. — Я же сказал, что альфы глупые, — омега помотал головой. *** А в это время в зале снова поднялся шум. Все кинулись обсуждать сложившуюся ситуацию, хотя всем было откровенно плевать, что будет с Кимом и с Кёнсу. Но распустить слухи и перемыть все кости в любом кругу — это святое. — Ты должен был уйти, из-за тебя они потеряли много времени, а теперь одному Богу известно, что придумала эта ведьма! — процедил тихо Бэк на ухо Чанёлю так, чтобы это услышал только он. — Что неизвестного, она просто его женит и всё! Чтобы приумножить свои деньги и сохранить акции кампании. Это была проверка для них двоих. Я только показал как они дороги друг для друга! И не смей меня упрекать, не тебе это делать! — Заткнись! Я с тобой потом поговорю. Из-за тебя Кёнсу вообще теперь не знает, что сам хочет. — Может, вы потом будете выяснять свои отношения, — фыркнул Сехун. — Правда, сейчас не время для этого, — подтвердил Чен, но потом он увидел трёх омег, которые всё ещё смеялись и перешёптывались в дальнем углу зала. — А вы… Чтобы через минуту вас тут не было! Иначе попрощайтесь со своими деньгами, которые даже заработали не вы! — Я выбираю… Ч-чонина… — тихо всхлипнул Кёнсу, упираясь взглядом в пол. — Что? — переспросили все в один голос. Каждый подумал, что не расслышал… — Я выбираю… Чонина.