На век или навечно?

Нас обеих строго наказали. Рейну Джейн привязала к кровати и впервые по-настоящему высекла. Еще повезло, что дар не применила. Хотя была готова и на это пойти, но Рейна в слезах бросилась ей в ноги. - Джейн, миленькая, не надо. Она выглядела совсем перепуганным ребенком и наставница все же ее пожалела. Но терновником всыпала от души. Рейна едва голос не сорвала, ей впервые пришлось испытать нечто подобное. Даже мои просьбы прекратить не возымели должного эффекта. Внезапно в комнате появился Алек, спокойно подошел к сестре и ласково обнял сзади. - Джейни, хватит. Она достаточно наказана. Посмотри, какие рубцы. Джейн встряхивает головой и словно приходит в себя. Тихо произносит. - Сходи за бальзамом. Надо ее полечить. Алек уходит, а Джейн ласково гладит Рейну по голове. - Крепко я тебе всыпала. ..хорошо, что Алек пришел. - Мне стыдно, что он меня такую видел. - хнычет Рейна . - Ох, ты еще не знаешь как нам в человеческой жизни попадало. - отзывается Джейн. После всего этого Джейн с Алеком уходят на террасу и я слышу ее возмущенный голос. - Я была жестока? А ты хоть представляешь, что я пережила, когда узнала, что они натворили? Я же была уверена, что владыки их казнят! Переглянувшись, мы Рейной выходим вслед за ними. Джейн стоит, отвернувшись от Алека и ее плечи содрогаются от беззвучных рыданий. Мы обе обнимаем ее с двух сторон. - Джейн, прости нас. - Идиотки. ...я за вас так испугалась. - ворчит Джейн, потом как-то совсем просто произносит. - И вы меня простите. Особенно ты, Белла. - Джейн, ты просто исполняла приказ. - я невольно поеживаюсь, понимая, что Аро меня еще не простил. Кто знает, что придет в голову повелителю Вольтерры? На следующий день мне передают приказ явиться в кабинет главы Вольтури. Похоже, что мои злоключения только начинаются. Еще в коридоре слышу раздраженный голос Аро. - Нет, Карлайл, на этот раз снисхождения не ждите. Эдвард ответит за свой поступок. Его счастье, что вчера он успел сбежать иначе бы ему пришлось попрощаться с головой. И своим поступком он навлек наказание не только на себя, но и на Беллу с Рейной. Ты знал, что этот идиот обещал ей обращение? Не знал? А ты никогда не знаешь, что у тебя творится в клане. - последние слова Аро произносит с какой-то холодной яростью. Потом я слышу как телефон летит в стену, а владыка Вольтури разражается весьма замысловатой тирадой на одном из древних языков. Я понимаю, что он уже почувствовал мое присутствие и поэтому понуро вхожу в кабинет. Аро оборачивается ко мне. Смотрит на меня жестко и безжалостно. Кажется, мне предстоит очередное наказание. Внезапно открывается дверь, ведущая в покои владык. На пороге появляется Сульпиция. Она с мягкой улыбкой подходит к мужу и тихо шепчет ему на ухо. - С тобой хотят поговорить. Мирико звонила. - Интересно, почему она звонит тебе? - хмурится Аро. - Наверное, предполагает, что твой телефон сейчас вне зоны действия. - мило улыбается Сульпиция, выразительно поглядывая на остатки мобильного Аро. - Поговори с ней, пожалуйста. - она осторожно вкладывает в руку мужа свой собственный телефон, на мгновение прижимается к его плечу и тихо выскальзывает за дверь. Как будто ее здесь и не было. - Здравствуй, Мирико. - насмешливо произносит Аро. - Да, я так и понял, что ты переживаешь за Изабеллу. Кто тебе сказал? У Элис было видение, что я убью ее и Эдварда? Надо же, наши отшельники изменили своим принципам и решили обратиться к кому-то из волшебного народа? Небольшая пауза. Владыка слушает взволнованный голос королевы оборотней. - Да , разумеется, я знаю, что на ней запечатлен один из кицуне. Нет, убивать я ее не собираюсь. Она уже была вчера наказана и возможно, что в данном случае этого будет мало. .. Трубка опять взрывается потоком слов. Аро хитро улыбается. - Мирико, это забавно, слушать как ты просишь меня о милосердии. Успокойся, прошу тебя. Жива останется, обещаю. Невозмутимо прощается и поворачивается ко мне. Его глаза вновь становятся холодными и безжалостными. - Довольна? Все за тебя просят. - он устало опускается в кресло. - Что теперь с тобой делать? Ты не оправдала моего доверия. Я понимаю, что у меня остался последний шанс. Это унизительно, но я должна пойти на это ради себя, ради Эдварда, ради Лисенка . Подхожу к креслу Аро и смиренно опускаюсь на колени. - Слова здесь бессильны, господин. Прочтите мои мысли, если пожелаете. Протягиваю ему руку и убираю свой щит. Он некоторое время выжидающе смотрит на меня, потом все же касается моей ладони. Я всей душой уповаю на то, что он все же будет милосерден.