Мост через реку Ханган.

Я видел сон. В нем я был шестилетним мальчишкой, который сидел в своей комнате и играл на старом инструменте. Пальцы были слишком маленькими и не доставали до соседних клавиш. Я злился и вздыхал, отпуская руки на колени. Но потом снова собирался силами и начинал заново. Я хотел стать музыкантом, таким же талантливым и крутым, как мой отец. Хотел стоять на сцене, глядеть в зал - в заинтересованные сияющие лица и петь... Музыка обволакивала меня, превращала моё "деревянное" сознание в цветной вьющийся поток эмоций и чувств. В ней я чувствовал умиротворение и отрешенность от плохих мыслей. Я пел, и жизнь текла синим по белому, белым по синему... - Он до сих пор не проснулся? - из сна меня вытянул мужской голос. - Ещё нет, - ещё один голос, который, кажется принадлежал Сухо. - Доктор с ним все будет в порядке? - Да. С ним все в порядке. Это алкогольная интоксикация. Мы его прокапали, и его состоянию ничего больше не угрожает. Сейчас он просто спит. А когда проснётся, можно уже выписываться. - Спасибо, доктор, - Тишина. Затем послышались отдаляющиеся шаги и звук захлопнувшейся двери. Я разлепил веки. Передо мной стоял Сухо и все еще смотрел вслед ушедшему мужчине. Наконец, он повернулся ко мне, удивленно вскидывая брови. - О, ты очнулся. - он подскочил ко мне и встал надо мной как грозовая туча. Я слабо кивнул, сглатывая слюну и поморщился от ощущения колючей сухости в горле. - Хочешь пить? - спросил он, а потом немедля наполнил стакан водой и передал мне. Я осушил стакан и прикрыл глаза от облегчения. - Вот, значит, что такое похмелье? - ухмыльнулся я, вытирая рукавом мокрые губы и подбородок. - Прости меня, - жалостливо посмотрел на меня Сухо, - Это все моя вина. Мне не стоило заставлять тебя пить. - Не припомню, чтобы ты меня заставлял, - я попытался улыбнуться, чтобы успокоить парня. Он только цокнул языком. - Почему ты не лег сразу спать, как поднялся домой? Я задумался. Как я вышел из машины я помнил, однако, что было после... - Ты ничего не помнишь? - Не могу вспомнить... - Не напрягайся, а то голова начнет болеть. - Я вспомнил! Я вспомнил. Вспомнил. Бэкхен на холодных темных ступеньках. Его исхудавшие опущенные плечи, огромные высунувшиеся глаза... - Эй, с тобой все в порядке? Ты побледнел. Я сжал челюсти и встал с постели, однако снова свалился, ощутив резкую боль в виске. - Не нужно делать таких резких движений, - он обхватил меня за плечи и помог лечь на подушку. Боль так же быстро отступила, как внезапно явилась. Я бесцельно уставился на потолок. - Ну как ты? - немного погодя, спросил он. - Зачем так резко вскочил с места? Потолок казался таким высоким. Тоненькие трещины выстраивались в незамысловатые узоры вокруг пластиковых ламп. - Сухо... - хриплым голосом позвал я. - Там, в квартире. Там был парень. Ему нужна моя помощь. - Там кто-то еще был? - Да. Ты не заметил? - Нет. Я не заходил внутрь. - Ты закрыл дверь на ключ, когда забирал меня? - Да, вот ключи, - он достал из кармана серебристый ключ и положил его на тумбочку. - Когда меня выпишут? - Что за парень? - одновременно мы задали друг другу вопросы. Я вздохнул и снова поднял глаза к потолку. - Бэкхен. Мой друг, которого я уже не видел несколько месяцев. Он просто пропал. Словно призрак, которому было отведено время побыть здесь немного, а потом пришел момент, и он просто испарился... Понимаешь, о чем я? Почему я так говорю? - Сухо молчал. - Потому что я не смог его найти. Даже люди из клуба отвечали мне, что не знают его. Хотя Бэкхен служил там большим авторитетом. Я сам видел, как охрана пустила его вне очереди, а потом, спустя какое-то время тот же охранник сказал мне в лицо, что не знает, кто такой Бэкхен. Разве не странно? - Странно. - задумчиво ответил Сухо. - Ты не заявлял в полицию о пропаже человека? - Заявлял. - И? - Я оставил заявление. У меня было только его имя и фамилия. Больше никаких данных, ни домашнего адреса, ни даже чертовой фотографии. А потом, спустя сколько-то там дней, мне позвонили из полиции и сказали, что у них вообще не зарегистрирован в данных такой человек. Сухо молчал. Не знаю, что у него сейчас было в голове. Он смотрел в одну точку за моей кроватью и словно что-то анализировал. - И что ты думаешь об этом? - спросил он. Я пожал плечами. - Я много думал: может, Бэкхен вовсе не Бэкхен и у него есть свои секреты от меня? Может полиция вовсе не взялась за дело и лениво попивала пиво где-нибудь? А может, мой отчим закрыл рты даже таким, как они? - Они - это кто? - Они - это полицейские... - Твой отчим такая шишка? - Черт его знает. Я сам еще до конца не понял, кто мой отчим. - Но зачем ему это? Закрывать им рты? Я перевел взгляд с потолка на Сухо. - Я сам не знал... Но вчера все встало на свои места. Он использовал Бэкхена, чтобы прокрасться ко мне. Сделал мне больно снова, так же, как еще в детстве. Сухо... Этот человек следил за мной последние полгода. Он следил за каждым моим шагом, за каждым моим действием. Кажется, он распланировал всё до мельчайших деталей. Сбил насмерть мою собаку, а затем похитил Бэкхена. Я сжал кулаки. Сухо продолжал молчать. Кажется, ему нечем было ответить. Да и что тут добавишь в такой ситуации? - Поехали к тебе? - услышал я и поднял глаза. - Я помогу тебе его найти. - Правда? - Конечно. - Хорошо, поехали, - обрадовался я, вскакивая с кровати и совсем забывая о головной боли. На тот момент я был охвачен каким-то возбуждением. Я был уверен, что открою входную дверь квартиры и столкнусь с Бэкхеном, прождавшим меня всю ночь. Я не ожидал обнаружить пустую квартиру. И Сухо не ожидал. Он просто промолчал. А когда ближе к вечеру мы ехали в клуб на его машине, он задал мне странный вопрос: - У тебя могли быть галлюцинации от спиртного? Я сделал вид, что не расслышал и прикрыл глаза. Сухо посмотрел на меня, потом вперед - на дорогу. Мог ли мне померещиться Бэкхен той ночью? Да или нет - я уже сам сомневался...