Психологический дневник Джейрри.

Сказать, что мне стало не по себе - ничего не сказать. Нахождение в квартире, а вернее первые минуты, стали заполнять голову кучей мыслей. Я даже отнекивалась внутри от того, что в мыслях мы вытворяли на этом столе. Блять, остановись. Коридор был в тёплых тонах. Бежево-коричневый, немного напоминал растворимый какао. Да и вообще. Странно тут все. Очень много обуви в шкафу. Я успела заметить эту кучу, пока Тревор доставал мне мягкие тапочки. Я обула их, затем только расстегнула куртку, скинула рюкзак на тумбочку. Тревор помог мне снять парку. Я прошла чуть вперёд, чтобы дать ему возможность снять своё пальто, не задев меня. Повсюду пахло парфюмом психолога. И ещё... чем-то знакомым. Очень знакомым, черт подери. В голове просто загорелся немой вопрос "?". Я тряхнула головой, откидывая все мысли в сторону. Мы прошли на кухню, а вернее, столовую. Все было выполнено в минимализме. Минимум количества мебели и прочей мешающей дряни. Была комната. Там стоял большой стол. Шесть стульев, идеально подходящих по дизайну как и к дубовому, шоколадного оттенка, столу, так и в целом к квартире, телевизор, весящий на стене, напротив стола. Большие окна. Красивые шторы. "Итальянские" - подумала я. От этого я ещё раз убедилась, что денег сюда вложено ой как немало. Трев отодвинул один стул, чтобы я присела. -Сейчас поищу что-нибудь съедобное, - сказал он, уходя в другую зону большой комнаты - на кухню. Я чувствовала себя ужасно некомфортно. Хотя, я только и думала, что о том, как остаться в каком-либо удобном месте с кроватью, наедине с Тревором. Да, я не знаю, о чем думаю. Но, разве незнание мешает представлению? Пока Тревор копошился на кухне, мы перекидывались парой слов. Начала разговор я. Со слов: "красивая квартира". Затем я подошла к стойке, где Роум что-то нарезал на плоской и ровной тарелке. -Что это? - спросила я, разглядывая непонятную массу. -Это... пирог? Торт? Да хрен знает, - он усмехнулся, с отвращением смотря на эту блевоту на тарелке. -Торт. Похоже очень. Я такие в кондитерских частенько вижу, - насмехаясь, сказала я. Роум покосился на меня обиженным взглядом. -Шутишь, да? - спросил он, делая глаза печальными, словно у кота из "Шрека". -Конечно. Я не хожу по кондитерским, - засмеявшись, еле успела выговорить. Трев захохотал, как вдруг часть "торта" упала и испачкала его рубашку. Я издала смешок, но потом попыталась сдержаться, сжав губы в тонкую линию. Роум пальцем размазал по рубашке крем. Теперь жирное пятно растянулось на несколько сантиметров. От чего я опять чуть ли не подавилась в приступе смеха. Трев ругнулся. Затем посмотрел на меня, глаза его повеселели, и веселье коснулось уголков его губ. -Ну, что уж там. Давай в голос, - сказал он, пока я пыталась сдержаться. Но теперь уже не получалось. Я стала смеяться так, что аж воздуха в лёгких не хватало. Тут Тревор неожиданно коснулся моего носа и губ пальцем. Я сначала не поняла, зачем, да ещё так медленно и небрежно. Но затем до меня дошло. Он размазал по моему лицу торт. Я ахнула. -Ну ты говнюк! Подскочив, направилась к Роуму, но он, кажись, не испугался того, что я его просто умою этим недопирогом. Он только выдохнул, затем начал лыбиться, чем меня немного раззадорил и подлил масла в огонь. Я целой ладонью схватила торт и быстрым движением дотянулась до лица психолога. Все это ребячество напоминало ту забаву со снежками. Я отомстила ему. И так же медленно и с удовольствием размазывала по его лицу десерт, как он размазывал на моем снег. Он открыл рот, чтобы дышать. Ресницы, брови, губы - все было обильно смазано кремом. Он еле продрал глаза. Затем Трев резко схватил меня за лицо, от чего я опешила. Он коснулся носом до кончика моего носа и стал тереться об меня лицом. Я наивная дура, если подумала, что он хочет меня поцеловать? Да. Тупее некуда. Хотя, это было даже лучше, чем поцелуй. Это было... По-настоящему смешно и забавно. Роум отстранился от меня, и приступ смеха перекатился уже и на него. Пока мы хихикали и были довольны своим идиотизмом, я хотела привести себя в порядок. Роум вытер лицо салфеткой. Затем взял тряпку, намочил ее в большой раковине, где стояло пару тарелок. Он стал тщательно стирать всю жижу с шеи, подбородка. Я же отошла в ванную, чтобы по-человечески умыться. Сделав хвост из своих русых волос, я наклонилась над раковиной, как вдруг услышала звонок своего телефона. Мне пришлось посмотреть, кто это. Лизбет. Я не стала отвечать, а только отключила звук, и убрала телефон обратно. Затем, вернулась в ванную, чтобы продолжить умывание. Роум пока ушёл в другую комнату, наверное, чтобы переодеться. Вибрация в кармане куртки жужжала и жужжала. Меня это начало бесить. Я вывернула карман, быстро схватив телефон, резко нажала на "ответить". -Да? -Ты что, черт подери, не можешь вовремя ответить? Я закатила глаза. -Когда ты придёшь домой? - спросила озабоченно Лиз. Я удивилась. -Нескоро, - безразлично кинула я. -К тебе пришли. -Что? -Под дверью сидит эта... Одноклассница. Дочка Оливии Кроук. -Что? - ещё раз спросила я. Я не поняла. Какого хуя? Что она там забыла? -Она стучится в дверь, уже минут двадцать. Клянусь, я сейчас вызову полицию. Не заставляй меня опять вникать в твои проблемы, поняла меня? - грубо бросила мать. -Да какого..? - начала я, но Лиз перебила. -Эта сумасшедшая орет, чтобы ты вышла. Иди домой, быстро! Или я вызову копов. Она скинула трубку. Ка-ко-го хера, блять, только что произошло? Я метнулась к куртке. Быстро надела ее, закинула телефон в карман. Обула сапоги, как вдруг вышел Роум. Он удивлённо уставился на меня. -Что случилось? - взволнованно поинтересовался Трев. -У мамы какие-то... Блять. Да не знаю я, что происходит. Мне надо быстро домой. -Давай я тебя отвезу, - это звучало даже ни как предложение, а как настоятельная констатация. Тревор схватил своё пальто. В следующую минуту мы уже ехали в машине. -Довезешь меня до "Китайского квартала", ладно? - спросила я. Китайский квартал знали все. Опять же, это ебучее место, где собирается все дерьмо. К слову, этот квартал находился за пять домов от моего. -Хорошо. Тревор без вопросов быстро довёз меня. -Обязательно позвони, - сказал он, когда я уже выскакивала из машины. Я кивнула. И он уехал.