Вычитать и умножать, малышей не обижать

Чёрт бы её побрал! Зачем они вообще нужны, эти девчонки? Вот он улетит отсюда в космос и станет «стальной крысой», и уж у него-то на корабле никаких девчонок не будет. Одни от них проблемы. Толстые зелёные стебли шуршат и перестукиваются початками где-то над головой. Длинные листья лезут в лицо. Полуденное солнце едва пробивается сквозь них и яркими пятнами осыпается на сухую землю. Как будто инопланетные джунгли, а он – охотник. Не всё же время он будет летать, надо же будет и на планеты высаживаться. Воображаемый бластер в руке. Щурясь от солнечного пятна на носу, охотник зорко вглядывается в заросли. Ну и где эта дурища? Монотонный сухой стрёкот насекомых. Или это сам раскалённый воздух вибрирует на одной ноте. Слипшиеся от пота волосы выбиваются из-под банданы, лезут в глаза. Ну точно дура. Первоклашка, что с неё взять. Палочки-крючочки… Жарко. Пить хочется. Бутылка воды с собой, но пить из неё пока нельзя. Он потерпит. Настоящий космолётчик плевать хотел на жару. И вообще, надо экономить – ещё неизвестно, сколько у него дорога займёт. Плечи потеют под лямками рюкзака. Банки с консервами бугристо упираются в спину. Эх, ровнее надо было класть, может, и больше бы влезло. Не опоздать бы из-за этой мелкой на монорельс. Ярко-красное пятно – впереди и чуть левее. Ну точно. Вот она. Расселась прямо на земле. Клуша. На красных шортах грязное пятно, мать орать будет. И пофигу, он-то уже не услышит. – Тедди? Ну вот, глаза на мокром месте. И сразу ругаться расхотелось. Ничего, он уже почти «стальная крыса», его слезами не проймёшь. И нечего тут хныкать. Сидит битый час на самой жаре. Дура. – Дурында ты. Придумала тоже! Ну подумаешь, двойка. У меня этих двоек только за эту неделю четыре штуки, и ещё по поведению. Да не реви! На вот лучше, воды попей. …Ногу отсидел уже. Пятно от слёз на футболке давно высохло. На раскрытом рюкзаке кузнечик шевелит суставчатыми усами. Щека у мелкой перемазана зеленью и саморазогревающейся тушёнкой. Гудок монорельса разносится над полями – далеко-далеко. Звук вытягивается в сторону космодрома, истончается и затихает. – Ну давай руку. Пошли домой, малая.