Крыло смерти

      — Дело в том, что... — встает на ноги падший, начиная разгуливать по комнате. — ... я знаю одну лазейку, как можно связаться с параллельным миром, несмотря на разрыв во времени.       — Что? — пропускает смешок Намджун, располагаясь на диване удобнее. — И давно ты этим балуешься?       — Немного, — останавливается Тэ у окна, смеясь и бросая взгляд на друга, а затем загадочно поглядывая на задумавшегося ангела. — Тэхен?       — А? — опомнившись, растерянно произносит светловолосый, быстро поворачивая голову на голос.       — Ты в порядке? — изучающе смотрит он, ощущая что-то непонятное внутри себя, осевшее противным осадком вместе с желанием соскрести его, вот только будущему демону тоже не так-то и просто овладевать своими чувствами, которые никуда не испарились.       Тэхен кивает, засматриваясь на свое второе «я», отвернувшееся лицом к окну после немого ответа, а внутри все кровью обливается из-за до сих пор вертящегося вопроса в голове. Он сам не знает, почему так переживает, наверное, потому что на предназначенность не так-то и просто забить, ведь сколько бы и не наступал на одни и те же грабли, все равно получишь в конечном итоге одно и то же.       — Чонгук ведь будет жив? — тихо разносится вопрос по помещению из уст Кима, заставляя блондина напрячься, а Намджуна слышно выдохнуть, нервно поерзав на своем месте.       Падший поворачивается к ребятам, глядя вполне серьезно, а затем делает все возможное, лишь бы не смотреть в глаза самому себе, где читается полное недоумение.       — Почему вы молчите? — прочищает горло Тэ, прежде чем спросить снова. Да нет, Чонгук не может так просто взять и умереть, мысленно говорит сам себе парень, не веря в эту бессмыслицу.       Блондин приоткрывает рот в попытке что-либо сказать, возвращая свой взгляд к Тэхену, как тут же с мысли сбивает открывшаяся дверь. Ангел, так и не избавившись от всех бурлящих чувств изнутри, застывает, поворачиваясь к вошедшему всем корпусом, а Намджун вскакивает с места, удивленно моргая.       — Н-намджун, — сдавленно произносит Чонгук, поднимая бледное лицо на кузена, слегка пошатываясь и опираясь о дверной косяк плечом. — Помоги.       Принц делает шаг вперед, видя перед глазами все расплывчато, и ощущает, как земля уходит из-под ног, позволяя телу упасть, а сознанию выключиться, словно по щелчку пальцев.       Не успев подбежать вовремя, Намджун опускается к Чонгуку, приземлившемуся головой на свою же руку, и начинает тормошить того, стараясь привести в чувства. События идут слишком быстро и не по плану, из-за чего и все чувства внутри перемешиваются, не давая понять, как здраво поступить.       — Чонгук? — зовет Джун брата, который медленно приходит в сознание, начиная быстро дышать. — Когда ты пил таблетки в последний раз? — уже серьезнее спрашивает он, видя, как глаза принца приоткрываются.       Тэхен взволнованно смотрит, не осмеливаясь встать и ступить вперед, а после бросает неуверенный взгляд на самого себя, стоящего все в том же положении, сверля дырку в демоне, и только почувствовав на себе внимание, поворачивает голову в сторону Кима, глядя все так же серьезно.       — В обед, — тихо произносит Чонгук, начиная бегать глазами, налитыми зеленым цветом, по интерьеру, не помня совершенно, как дошел до первого этажа. Он снова прикрывает их, не имея сил больше сделать даже лишнего вдоха, как снова слышит свое имя вперемешку с голосом ангела.       Прикусив губу, Тэхен ощущает, как внутри него что-то трескается, но он все равно подходит к демону, который только выпускает истерический смешок, что-то начиная бормотать в бреду.       — Кажется, суждено мне присоединиться к Юнги-хену, — единственное, что смог разобрать Намджун, нервно сглотнув и посмотрев на ничего не понимающего напротив него Тэхена.       Стоя у окна, падший на слова Чонгука только закатывает глаза, недовольно кривя губы в усмешке. Он поворачивает голову в бок, замечая едва появившийся силуэт, чьи крылья белоснежного цвета так и стараются ослепить, и замирает, встречаясь взглядом с парнем напротив, приветливо улыбающегося в ответ одними уголками губ.       — Чонгук, прекрати, — чуть ли не рычит на него Намджун, хватая того за руку, и Тэхен повторяет движение машинально за младшим, цепляясь за чужие пальцы, так и не придя полностью в себя.       Принц резко распахивает зеницы, сжимая ладонь предназначенного намного крепче, будто взяв из неоткуда силы, и встречается взглядом с ним, на что светловолосый испуганно вглядывается в сужающиеся зрачки-палочки.       — Почему? — спрашивает он почти одними губами, привлекая внимание к себе еще больше. — Почему ты предназначенный, но в тебе так мало энергии? — слышится с чужих уст еще громче, надавливая на кожу в своих руках сильнее.       — Мне больно, Чонгук, — шипит Тэ, не зная, что ответить на вопрос. Откуда ему знать, что у него за энергия и как она влияет на демонов? Хоть и догадывается в чем причина, раз он всего лишь пришел в этот мир, как гость, которому суждено когда-то его покинуть.       Намджун подозрительно косится на кузена, поджимая губы, а потом строит в мыслях цепочки, будучи уверенным, что тот никакие таблетки не пил с самого утра под его присмотром, а лишь нагло соврал, ускоряя процесс смерти.       — Вот же придурок, — цедит Джун в сторону Чонгука, который на него даже внимания не обращает теперь, и хватает за вторую руку Тэхена, потянув к себе ближе. — Слишком рано. Нужно оттянуть время, иначе Чонгук умрет не только здесь, но и там, — тихо шепчет он, глядя на все еще цепляющегося брата за ангела, как за последнюю ниточку.       — Откуда...       — Потом, все потом, — встает с места Ким, приподнимая Гука, позволяя сесть, словно тот лишь марионетка, которой способны управлять. — Сейчас только ты сможешь помочь.       Тэхен хлопает ресницами, мало смысля, что от него требуется, и вглядывается в полупустой взгляд юного демона, который направлен в сторону. Мягкое касание, ощущаемое на своих плечах, успокаивает, а собственный голос, будто слышимый не возле уха, а откуда-то изнутри, шепчет:       — Несмотря на то, что мы находимся в разных мирах, мы ничем не отличаемся друг от друга. Ты — это я, а Чонгук — тот самый Чонгук, которого ты знаешь, только у каждого из нас свой путь, на котором встретились у каждого свои проблемы. Поделись с ним своей энергией, хотя бы немного, — проводит блондин подушечкой пальца по шее и зарывается носом в волосы ангела, обнимая того, смешивая свою энергию с чужой, и злобно сверкает глазами на исчезающий силуэт, рассеивающийся среди штор.       Ощущая скопившееся тепло, плавно разливающееся по всему телу, Тэ наклоняет голову, открывая вид на длинную шею, по которой напоследок проводят аккуратно пальцы будущего демона, будто призывая принца впиться в нежную кожу, где и скапливается самый большой сгусток энергии, которой так мало не только потому, что Тэхен разрывается между двумя мирами, но и потому, что принимает в своем сердце лишь одного предназначенного.       Чонгук прижимается губами к шее, болезненно втягивая кожицу, не управляя своими действиями совсем, сознанием находясь где-то не здесь, а в созданном собой мире, рассматривая пролетающие мимо него пережитые события, на фоне которых играет разученная когда-то на рояле мелодия.       Блондин завороженно смотрит на младшего, по-прежнему не отстраняясь от Тэхена, и тянет свою ладонь к Чону, желая коснуться, но пальцы всего лишь проходят сквозь темную шевелюру волос, вызывая грустную улыбку, в уголок которой скатывается последняя слеза, оставшаяся где-то на задворках души.       «Потерпи еще чуть-чуть, и мы будем вместе».       Слова, которые мысленно проговаривает не один человек.       Слова, которые должны водвориться в жизнь.

***

      — Разве тебе не нужна благодать именно молодого архангела? — сверлит Сокджин демона в прямом смысле этого слова, вспомнив один из способов, заставляя того только поднять вопросительно бровь и прекратить ходить из одного угла темницы в другой. — Разве на эту роль не подходит Намджун? — сужает глаза архангел, поправляя золотистый капюшон на голове, выводя из колеи Хосока, направляющегося к каменному выступу. — Делать больнее чужим тебе людям приятнее, чем родным, ведь так? — попадает в точку он, встречаясь с призренным взглядом демона.