Падение

      Вернувшись в прошлое, Аллен смотрел на пустующую лавочку, на которой минуту назад сидел Неа. Опустевший зал выглядел таким большим, даже не верится, что совсем недавно все места в помещении были заполнены. Наконец-то не было слышно ни воплей обезумевших заключенный, ни шепота людей, лишь безмятежная тишина. Но что-то здесь было не так, и это что-то не давало покоя ученому. Словно в этом зале находилось то, чего быть не должно. Жаль, что при перемещении во времени раны не излечились, однако на данный момент у революционера появилось преимущество. Он знал, какую ловушку подготовил Неа. Тяжело вздохнув, Уолкер перевел взгляд на Канду и хотел что-то сказать, но вдруг понял, что так сильно смущало его с момента активации машины времени. Как получилось, что Юу тоже перенесся в прошлое? Взглянув на руки брюнета, Аллен увидел на его запястье металлический браслет. Вопрос отпал сам собой, и появился новый. Не сказать, что ученого огорчило присутствие возлюбленного, напротив, разделить с кем-то столь необычный опыт было приятно. Однако любопытство снедало молодого ученого. — Откуда ты взял второй браслет? — Уолкер подошел ближе и провел пальцем по гладкому металлу, что блестел на запястье Канды, словно желал убедиться, что это не иллюзия, и все происходит на самом деле. — Был встроен в машину времени. Твой рыжий дружок очень удивился, когда увидел свое изобретение, но еще больше его поразило, что таких штуковин оказалось три. Один твой, второй принадлежал этому тупице, а третий тот, который ты снял с него, когда отправлялся в прошлое в первый раз. Последний браслет был утерян вместе с машиной времени, а потом вся эта рухлядь каким-то образом попадает в тот дом, где меня чуть не сожгли. Не кажется ли тебе это странным? И почему Д. Кэмпбелл оставил меня именно там? Какого хрена я задаюсь этими вопросами? Это же ты аспирант или как там его… Тебя в первую очередь должно волновать это дерьмо. — Юу припечатал Аллена к стене и вопросительно посмотрел на него, заставляя сердце англичанина забиться чаще. Грубо, но слишком близко. Нельзя в такое время думать о чем-то личном. — Хватит пожирать меня глазами, мне надоело. Я до последнего не хотел верить, что эта хреновина работает, и думал, что ты рехнулся, а теперь… — Стой, Канда. Я сам не понимаю, что происходит, но хочу разобраться. Вот только сейчас на это нет времени. Если сюда кто-то придет, нам придется объясняться, как и зачем проникли в здание. Какое сегодня число? — Англичанин взглянул на часы, стрелки на которых остановились. — Вот черт… Даже не знаю, который час. — Сегодня двадцать первое апреля, я сказал твоему наркоману, чтобы поставил более раннюю дату. Сейчас три часа ночи. Если так подумать, очень странно, что здесь горит свет. Надо уходить. — Юу замолчал, прислушиваясь к каждому доносящемуся до него шороху и спустя несколько секунд быстрым шагом направился к двери. Аллен, недолго думая последовал за ним, то и дело оглядываясь по сторонам. Ученый вспомнил, как его несли в это страшное место. Кажется, Линк говорил, что выйти можно только через главный вход, получается, остаться незамеченными им не удастся. Уже идя по коридору, Уолкер заметил в конце коридора надзирателя и, потянув Канду на себя, скрылся за небольшой хлипкой дверью, ведущей в уборную. Повезло еще, что там никого не оказалось. Тюремщик остановился и настороженно осмотрелся, услышав посторонние звуки, но в этот момент из подвала донесся протяжный вопль, поэтому мужчина, закатив глаза, направился дальше по коридору, не заметив ребят. Когда надзиратель ушел, они смогли выбраться из укрытия и продолжить поиски выхода, но, взглянув на дверь в подвал, Уолкер вспомнил того самого заключенного, который заговорил с ним. По всей видимости, таинственный незнакомец что-то знал. Или даже являлся союзником революционеров. Стоило это выяснить. — Постой, пока мы не ушли, я хочу навестить одного своего друга. Он может помочь нам. — Уолкер остановился у тяжелой металлической двери, ведущей в подвал, и прислонил к ней ладонь, словно не мог решиться зайти. Удивительно, как громко вопил заключенный со второго уровня, что его было слышно даже здесь. Да по нему плачет сцена оперного театра, не иначе. — Ты со мной? — Тебе своих проблем мало? Хватит строить из себя благородного. Это никого не волнует, кроме тебя и твоего раздутого эго! — Канда хотел уйти, но Аллен продолжал стоять на месте, с нескрываемым раздражением смотря ему вслед. — На себя посмотри, Баканда! Ты ничем не лучше меня, оскорбляешь людей, ни с кем не считаешься, плюешь на других, если решение их проблем никак не затрагивает твои интересы. — Уолкер не сдержался, он чувствовал себя так, словно за последние несколько дней прошел все круги ада. Спорить дальше не хотелось, поэтому англичанин пнул дверь, которая, сопровождаемая неприятным лязгом металла, с трудом открылась. Пробравшись в темноту и нервно сглотнув, Аллен медленно зашагал к лестнице, ведущей на второй уровень, надеясь, что не привлечет к себе ненужного внимания. Будет плохо, если кому-то вдруг приспичит прийти сюда в такое время. Спустившись вниз, парень попытался вспомнить, какая из камер принадлежит тому незнакомцу, с которым он обмолвился всего лишь одной фразой, но решетки были абсолютно одинаковые. Ученый уже подумал, что Канда был прав, когда советовал не совать свой нос, куда не просят, но чувство долга вынуждало Аллена идти вперед. — Я чувссвую зппах сввжего ммяяясса… — раздался пробирающий до костей шепот над ухом блондина. Парень повернул голову и встретился взглядом с диковатого вида мужчиной, который смотрел на него в упор своими круглыми выпученными глазами. Подпрыгнув от неожиданности, Уолкер с криком отскочил к противоположной решетке и тут же был схвачен другим заключенным. Заорав еще громче, революционер попытался вырваться, но его держали крепко. Пожалуй слишком крепко для того, кто заперт на втором уровне. Все люди здесь отличались весьма худощавым телосложением. — Эй, отпусти его, ничтожество, иначе можешь попрощаться с жизнью. Мне плевать, кто ты. И глазом не моргну, как перережу тебе глотку. — Аллен вздрогнул, пусть сейчас он был и не в лучшей форме, но чтобы совсем не заметить приближения другого человека… Голос Канды привел ученого в чувства. Все-таки вырвавшись из захвата, блондин встал рядом с Юу вздохнул с облегчением. Одной проблемой меньше. — Да ну? Так ли тебе плевать на то, кто я? — Лицо узника было скрыто в темноте, но ребята отчетливо услышали едкий смешок. Благо, почти все заключенные привыкли к воплям и храпели в своих камерах, никак не реагируя на происходящее вокруг, а псих, набросившийся на Уолкера, испугался и спрятался в углу, бормоча что-то нечленораздельное себе под нос, поэтому в коридоре было достаточно тихо и спокойно. — Как вы здесь оказались? — Если расскажу, Вы мне не поверите. Но я искал Вас. Мне нужно кое-что спросить. — Сделав глубокий вдох, Аллен хотел было продолжить, но узник не стал дожидаться объяснений, он приложил палец к губам Уолкера, заставив его замолчать и вызвав этим жестом весьма негативную реакцию Канды. Вцепившись в решетку, мужчина с легкостью раздвинул прутья, словно те были сделаны не из металла, а из тонкой резины, и выбрался из камеры. Как только заключенный оказался в коридоре, он тут же накинул на голову капюшон, хотя лицо его и без того было трудно разглядеть в темноте. Ученый отпрянул, не зная, чего ожидать от человека, запертого на втором уровне. — Мы ведь уже встречались в другом времени? А если быть точнее, в будущем. — Незнакомец говорил так, словно помнил все, но разве подобное возможно? Он явно что-то скрывал. И Аллену не терпелось поскорее узнать все о нем. Быть может, этот человек знает ответы на многие вопросы. Но безопасно ли продолжать разговор в таком месте? Заключенный будто прочитал мысли ученого и, поманив ребят за собой, направился к выходу. — Сначала нужно выбраться отсюда. В такое время коридоры почти никто не патрулирует, но даже втроем это сделать непросто, несмотря на то, что у вас есть сила. Кстати о ней. Дерьмово выглядишь, Уолкер, словно тебя пытали. Канда, дай ему крови, чтобы он не был обузой. — Эй, какого хрена ты указываешь, что мне делать? Откуда знаешь про мою способность? — Юу остановился и бросил на узника взгляд, полный отвращения. — И кто разрешал тебе трогать мою собственность? — Я должен был догадаться, что с тобой будут проблемы. Отвечу на все вопросы позже, а пока вам лучше довериться мне. Если бы я хотел, уже давно убил вас или вызвал охрану. Ты же хочешь защитить своего Мояши? — Последний вопрос был адресован Канде, который, нахмурившись, выдавил короткое «Тч!», но все-таки последовал совету незнакомца и, прокусил губу до крови. Вот только гордыня не давала ему полностью повиноваться заключенному, поэтому Юу стоял на месте, сжав ладони в кулаки. — Откуда Вы знаете, как он меня называет? Стыдно-то как… — Уолкер схватился за голову, но довольно быстро успокоился, посмотрев на брюнета, который ждал, пока его силой воспользуются. Тогда Аллен подошел к нему и аккуратно провел пальцем по его нижней губе, вытирая кровь. Он мог воспользоваться моментом, чтобы поцеловать Канду, но присутствие постороннего и обстановка не располагали. — Спасибо.       Вскоре ученый ощутил прилив сил, а раны почти перестали болеть. Стоило с самого начала проделать этот трюк, но просить Юу о таком было неловко. Дальше передвигаться стало легче. Беглецы покинули подвал и поспешили наружу, стараясь идти бесшумно, чтобы не привлекать к себе лишнее внимание. Только при свете Аллен смог получше разглядеть их нового знакомого, правда смотреть там было не на что, потому что мужчина был облачен в плащ, длиной доходящий до колен, а лицо его скрывал капюшон. Разочарованно вздохнув, Уолкер решил не отвлекаться, пока ребята не будут в безопасности. У самого выхода стало труднее. Там находился пост охраны. Ученый чувствовал себя героем труднопроходимой видеоигры. Ребята на протяжении всего пути были вынуждены скрываться от надзирателей, слоняющихся по коридорам, так еще и у входной двери наблюдение велось такое, что даже крыса не пробежит незамеченно. Уолкер боялся лишний раз вздохнуть, поэтому закрывал рукой рот, будто от этого становился тише. Парень слышал совсем рядом негромкое дыхание Канды, а заключенный и тут смог удивить. Пока они шли по коридору, он не издавал ни звука, а теперь будто не дышал. Но спустя секунд тридцать мертвая тишина была нарушена громким звуком громкоговорителя. — Внимание! Из камеры номер пятьдесят два сбежал заключенный. Молодой мужчина ростом шесть футов… — Дальше Аллен не слушал, он вопросительно взглянул на нового союзника, надеясь услышать, какой у них дальнейший план действий. — Черт! Я не хотел привлекать внимание, но теперь, похоже, придется драться в открытую. Хей, свалите отсюда, чтоб не мешаться под ногами, я сам разберусь с охраной.       Канда хотел что-то ответить, но Уолкер вовремя зажал ему рот рукой, параллельно стараясь подавить попытки сопротивления, а узник тем временем налетел на охранников. Такой скорости и ловкости мог позавидовать даже Юу. Мужчина сражался настолько умело, что со стороны его движения казались удивительно быстрыми и точными, в них чувствовалась легкость и изящество. Прошло не более тридцати секунд, а охранники распластались на полу без чувств, не успев даже вытащить пистолеты. Махнув ребятам, заключенный вынырнул на улицу и быстро преодолел расстояние до ворот. Разбив камеры и вмиг избавившись от людей, следящих за порядком, он вернулся. Только сейчас Уолкер заметил, как сияют глаза мужчины. Выходит, они повстречали еще одного обладателя FG, и очень сильного.       Покинув территорию тюрьмы, Аллен чуть не расплакался, он так скучал по свежему воздуху и легкому ветерку и поклялся себе больше никогда не попадать за решетку. Свободолюбивый нрав и желание бороться с несправедливостью в свое время объединили революционеров, и Уолкер из другого мира мало чем отличался от них, поэтому считал, что лучше умереть, чем провести остаток жизни в клетке. Решив, что заявляться к Лави было бы слишком опрометчиво, ребята направились в квартиру Канды. Добирались они часа два, без машины передвигаться по городу оказалось крайне неудобно. Такси вызывать опасно, а ловить попутки ночью бессмысленно, да и после одной неудачной попытки Аллен не хотел связываться с водителями. К утру молодые люди все-таки переступили порог своего временного пристанища и могли со спокойной душой передохнуть и подготовить дальнейший план действий. Приведя себя в порядок, Уолкер пытался поговорить с бывшим заключенным, надеясь услышать ответы на все вопросы, но тот проигнорировал ученого и отправился в душ. Оставалось только ждать, когда новый знакомый соизволит хоть что-то объяснить. Канда был крайне недоволен сложившейся ситуацией и, послав беглого узника к черту, отправился в свою комнату успокаивать нервы алкоголем. Аллен же был терпеливее, он уселся на диван в гостиной и стал ждать, параллельно обдумывая, как исправить ситуацию, возникшую в ходе последней битвы. Минуты тянулись мучительно долго, а часы продолжали монотонно тикать, еще сильнее нагнетая атмосферу. Наконец-то дверь ванной открылась. Заключенный снова облачился в плащ, скрыв лицо под капюшоном. — Теперь Вы ответите на вопросы? Как Вас зовут? — Аллен внимательно смотрел на мужчину, с самого начала его что-то смущало в облике этого странного человека. Движения, голос. Все это казалось таким знакомым. Длинные седые волосы узника имели очень красивый, легкий сиреневый оттенок, что выглядело еще более странно. — Не важно. Так что ты хочешь от меня услышать? — Заключенный сел рядом с Уолкером и слегка поднял голову. Только сейчас ученый увидел, что лицо его нового знакомого спрятано под маской. Похоже, этот парень кому-то очень насолил, раз так тщательно скрывает свою личность. — А ты моложе, чем я думал. Седые волосы сбили меня с толку. Но кто ты? Мне кажется, что мы виделись раньше. И я сейчас не о том случае в будущем. Почему ты прячешь лицо? И зачем помогаешь нам? — Аллен не мог остановиться, вопросы сыпались один за другим, хотелось знать все до мельчайших деталей. Удивительно, но человек напротив, услышав слова революционера, тепло улыбнулся. — Так и знал, что ты поймешь. Не знаю, стоит ли это делать, но… Мы с тобой знакомы куда ближе, чем ты думаешь. — Скинув плащ, мужчина начал медленно снимать маску, сохраняя интригу до последнего. И, отбросив ненужный аксессуар в сторону, снова поднял голову. Густые, но изящные брови, аккуратный нос, выразительные серые глаза, обрамленные длинными черными ресницами. Уолкер узнал бы это лицо из тысячи, и теперь он смотрел на нового знакомого, открыв рот от удивления. — Канда? Как такое возможно? Нет… — Аллен протянул ладонь и коснулся светлых волос мужчины. Юу выглядел старше, и дело даже не в седине, на лице его появились едва заметные мимические морщинки, а взгляд стал куда глубже, серьезнее. — Вау… Сколько тебе лет? — Тридцать три. Я вернулся, чтобы уничтожить машину времени. — Выражение лица Канды было немного безразличным, но внимательный изучающий взгляд из полуопущенных век говорил куда больше, чем все напускные эмоции. Видимо, в будущем произошло нечто ужасное, раз Юу снова использовал изобретение Лави, к которому прежде отнесся пренебрежительно. — Ты так странно смотришь на меня. Неужели я погибну? — Уолкер говорил эту фразу спокойно, будто умирать для него в порядке вещей. Наверное, любой другой бы испугался, но не революционер, прошедший через адские муки войны и заточения, едва избежавший казни на электрическом стуле. — Не совсем. — Бывший заключенный снова улыбнулся. Это так не похоже на него, но Аллен не мог сказать, что ему не нравится видеть улыбку на любимом лице. Такую светлую и теплую, от которой по коже пробегали мурашки. Кто же знал, что Юу умеет так улыбаться. — Ты затерялся во времени. Во время последнего путешествия произошел сбой, из-за которого никто не знает, где… — Ты вернулся для того, чтобы спасти меня? — Уолкер забыл, как дышать. Он не мог поверить, что Канда пошел на такой отчаянный шаг, но в тот же миг ученого будто обдало ледяной водой. — Стой… Нет! Я не смогу. Если ты вернулся в прошлое, то в будущем Канда, который сейчас со мной, исчезнет, а ты встанешь на его место. Я не могу так. — А чем мы отличаемся? — Удивительно, каком спокойным стал Юу, даже его голос звучал более мягко и бархатисто. Это завораживало, но… Возлюбленный Аллена превратился в совсем другого человека. — Ты совсем не тот. Где твоя агрессия? Обидные прозвища, которые ты давал мне? Ты сам на себя не похож. Твоя улыбка, твой взгляд все это так прекрасно, вот только я полюбил тебя другого. — Ученый говорил эти слова на одном дыхании, будто желал поскорее скинуть с себя тяжелый груз. А признаваться было действительно трудно. — Но будущий гороховый стручок говорил мне, что любит меня. Проблема… — Узник резко схватил блондина за волосы и притянул к себе. Все произошло так быстро, что Аллен не успел возмутиться. Теперь он смотрел в синие горящие глаза и не понимал, что чувствует. Вроде бы это его парень, только постарше, но сама ситуация казалась какой-то неправильной. — Так тебе нравится больше, Мояши? — Не знаю. Думаю, я смог бы полюбить тебя в будущем, когда мне исполнится тридцать, а сейчас нет. Отпусти меня. — Кого это ты там собрался лю… — из комнаты вышел брюнет. Он хотел высказать все, что думает о своем неверном парне, но увидел человека, сидящего рядом с ним и на мгновение потерял дар речи. — Какого черта этот хрен так похож на меня? Только не говори мне, что это я из будущего. Не смей говорить мне, что я стану таким придурком. — Вот же ж. И как я себя терпел в прошлом? Интересно, стоит ли мне рассказать ему, что он ведет себя, как идиот, а когда напивается… — Договорить заключенный не успел, потому что ему вмиг зажали рот рукой. — Заткнись! — Теперь уже глаза второго Юу загорелись синим пламенем, в такое нелегкое время не хватало только драки двух сумасшедших парней. — Два Канды — это катастрофа! — Аллен схватился за голову, но уже было поздно причитать. Нужно как-то разнять поссорившихся придурков.

***

      Благо, после стычки Канды со своей будущей версией никто не пострадал, но теперь парни просто друг друга игнорировали, и Уолкеру, как самому общительному, приходилось делать большую часть работы самостоятельно. Вначале он хотел подстроить все таким образом, чтобы Юу и Аллен из прошлого не попали на поле битвы, но эта мысль оказалась довольно неудачной, не стоило забывать о Вайзли и Алме, поэтому оставался лишь вариант перехватить Неа до того, как он устроит феерическое шоу с подчинением разума. Продумав все детали, ученый вздохнул с облегчением и начал готовиться. Было решено всем одеться так, чтобы никто не смог узнать ребят. Собравшись, молодые люди сразу направились в центр. Аллен захватил с собой складной ножик, на случай, если кому-то из парней понадобиться его кровь. Добравшись до центра, ребята спрятались в одном из домов и, выбрав место с хорошим обзором, принялись наблюдать за происходящим. Уолкер смотрел со стороны, как он сражается и не мог поверить, что жизнь в новом мире за один год настолько сильно изменила его. Помнится, оказавшись здесь, Аллен не мог дать отпор даже слабейшему противнику, однако сейчас научный работник преобразился и больше не был похож на безвольного паренька, проводящего долгие часы в лаборатории. Теперь он совсем как тот Аллен, который жил здесь до него. Вдруг ученый понял кое-что важное и посмотрел на Канду из будущего другими глазами. Даже если спустя много лет этот человек придет на место Юу из настоящего, то все равно рано или поздно Уолкер полюбит его. Потому что они связаны с самой первой встречи в детском доме, с той секунды, когда одинокий мальчишка, которого предала единственная подруга, с ненавистью смотрел на своего обидчика, с той секунды, когда другой парень вмешался в драку, оказавшись плененным взглядом этого слабого, но гордого ребенка. — Не отвлекайся, Мояши, я не собираюсь рвать задницу, чтобы защитить кучку отбросов. — Бывший заключенный несильно врезал Уолкеру по макушке, привлекая его внимание. Времени у них и правда оставалось немного. Совсем скоро Д. Кэмпбелл появится, чтобы подчинить себе всех воинов. Аллен в предвкушении нервно постукивал пальцами по стене, сейчас все решится. — Пора. Пошевеливайтесь, иначе уйду без вас. — Тоже мне, диктатор. Я делаю так, как считаю нужным, — возмутился Канда, но все-таки последовал за спутниками.       Уолкер не стал обращать внимание на очередную перебранку. В конечном итоге, он и сам немногим лучше ладил с Юу, когда тот в дурном настроении. Выскользнув из дома, вся компания спряталась за мусорным баком, наблюдая, как Лави тщетно пытается хотя бы задеть Неа. Последний, напротив, выглядел так, словно развлекается. Он улыбался и легко уворачивался от атак, пока бедный изобретатель все больше выбивался из сил. Стиснув зубы от злости, Аллен дернулся вперед, но бывший заключенный остановил его, схватив за руку. — Совсем идиот или да? Дождись, когда враг потеряет бдительность. Сейчас он активировал силу, это может быть опасно. — Мужчина говорил убедительно, но Уолкер был не из тех, кого пугали трудности. Разве мог он молча сидеть и ждать, когда его друг страдает? Ответ очевиден. Вырвавшись, ученый выскочил из укрытия, он устал прятаться и убегать, пора действовать. — Эй, придурок! Не слишком ли низко насмехаться над теми, кого ты превосходишь по силе? Хотя вся твоя невероятная мощь может поместиться в шприце. Кто ты без FG? — Аллен говорил достаточно громко, желая привлечь внимание Д. Кэмпбелла, и ему это удалось. Мужчина повернул голову и удивленно взглянул на приближающегося врага, выражение лица политика резко сменилось с насмехающегося на раздраженное. — А ты что здесь делаешь? Оставил друзей сражаться одних? — Неа тут же потерял интерес к Лави, который порядком вымотался и уже не представлял угрозы. А вот новый противник был куда интереснее. В глазах Аллена сияло алое пламя, словно дьявольский огонь, а на лице была отчетливо видна решимость. — Я думаю, они сами справятся. А твой план провалился с того момента, как я узнал, что ты не можешь контролировать мой разум. Удивительно, правда? Думаешь, каким образом я догадался? — Уолкер усмехнулся, наблюдая за тем, как мужчина, стоящий напротив, начинает хмуриться. — Еще во время нашей первой встречи я почувствовал, как ты пытаешься подчинить меня. Я ведь прав? — Так ты чувствуешь… Интересно. Но я думаю, что ты лжешь. Только вот как ты узнал, что я пытался подчинить твою волю при нашей первой встрече? — Неа слегка прищурился, словно ответ был написан на лице противника. — Какая жалость, меня раскусили. Я понял это, потому что в тот день ты активировал свою силу. Твои глаза мне все рассказали, ведь просто так использовать FG довольно глупо, в активированном состоянии она расходует слишком много энергии, а это опасно даже для тебя. — Ученый хотел получить преимущество, поэтому не стал продолжать диалог и сразу атаковал мужчину. Чем быстрее они расправятся с врагом, тем лучше.       Д. Кэмпбелл и без своей способности представлял огромную опасность, не говоря уже о том, какие вещи мог творить с контролем разума. И все-таки Аллен чувствовал себя куда увереннее, чем в прошлый раз. Стоило Уолкеру начать бой, из укрытия, матерясь и проклиная своего парня, вышел Юу, который тоже не желал оставаться в стороне. Только бывший узник не вмешивался в битву. Даже в таком положении Неа оказался куда сильнее, чем ребята предполагали. Даже объединившись, революционеры с трудом сохраняли баланс. Поняв, что таким образом они ничего не смогут добиться, Аллен попросил Канду сдерживать Неа хотя бы какое-то время, а сам вернулся к заключенному. — Я не прошу о помощи, у тебя, должно быть, есть причина не вступать в бой, но мне необходимо кое-что понять. Ты знаешь, кто такой Неа Д. Кэмпбелл? Откуда у него такая отвратительная сила и как с ней бороться? — Уолкер с надеждой смотрел на своего повзрослевшего парня, наверняка за столько лет он успел выяснить хоть что-то о человеке, желающем поработить целую страну. Аллен ожидал услышать в ответ все, что угодно, но только не то это… — Эта сила ему не принадлежит. Она твоя, поэтому на тебя и не действует. Настоящая способность Д. Кэмпбелла куда более мерзкая. Его нельзя убить.