Из белой овечки в серую волчицу

Прошло ещё немного времени, на носу второе испытание, а если быть точнее, то оно должно состояться уже завтра. Всё это время Гермиона училась вместе со Слизерином, посещая вместе с ними лекции. На самом деле это не было обязательным, но девушка предпочитала вставать ранним утром и ходить на лекции, нежели лежать весь день без дела в кровати. Отношения с гриффиндорцами, в частности с Гарри и Роном, улучшились. Девушка даже иногда обедала с ними или завтракала. Всё было просто замечательно. Правда, пару раз Рональд пытался узнать о втором испытании: разгадал ли Крис загадку яйца. Однако Грейнджер лишь осуждающе на него смотрела, иногда упрекая. На самом деле бывшая гриффиндорка видела, что у Гарри были проблемы с разгадкой яйца, как бы он не врал, однако помочь она ему не могла. Ведь если бы она это сделала, то подвела бы Дурмстранг. В конце концов узнала ведь всё не она, а сам Крис с Виктором. Именно поэтому Гермиона молчала, прикусив нижнюю губу. Наступило двадцать третье февраля. Завтра пройдет второе испытание ровно в девять часов утра. На этот раз Грейнджер не планировала опаздывать, как это получилось в прошлый раз, она хотела поддержать своих друзей, ведь не важно кто победит, им просто нужно выжить. Девушка искренне верила, что все пройдет просто замечательно. И, кажется, не только она так считала. Весь Хогвартс поддерживал своих чемпионов: Седрика и Гарри. Все с нетерпением ждали следующего дня. Утро выдалось на удивление не очень добрым. Гермиона проснулась с плохим настроением и уже как час сидела за столом Слизерина, завороженно смотря на свою уже пустую тарелку. Девушка ждала своих друзей, которые должны были вот-вот закончить свой завтрак, однако это у них затянулось на минут пятнадцать. В отличии от юной особы, слизеринцы были в хорошем расположении духа, поэтому они весело разговаривали о завтрашнем испытании, гадая о том, что на этот раз приготовили организаторы. — Вы еще долго? — без воодушевления спросила Грейнджер, взглянув на Пенси, которая разговаривала больше всех. — Куда ты так спешишь? У нас все равно сегодня выходной, — сказала Паркинсон. — Это еще не значит, что нужно целый день бездельничать, — огрызнулась бывшая гриффиндорка. — Воу, полегче, мы не виноваты, что у тебя сегодня плохое настроение, — ответил за свою девушку Блейз. Да-да, девушку. Блейз предложил Пенси встречаться больше недели назад, когда они остались совершенно одни в гостиной Слизерина. Слизеринка, особо не размышляя, согласилась, ведь уже давно поняла, что ей по душе этот веселый парень. "Как я счастлива за них", — думала Гермиона. Девушка не раз вспоминала тот урок зельеварения с амортенцией, когда она почувствовала запах Драко. "В этом ведь нет ничего такого, это вполне обычно", — утешала себя бывшая гриффиндорка, полностью отвергая все мысли, которые у нее возникали по этому поводу. Но девушка лишь находила другое занятие и посвящала все свои мысли только им. А сейчас она сидит рядом с Драко, напротив что-то говорит Пенси, а Блейз ее внимательно слушает. "И как давно это стало нормальным?" — не раз думала Грейнджер. Наверняка и ее друзья частенько об этом задумывались. — Ну все, пошли уже, иначе Гермиона сейчас здесь же заснет, — улыбнулась Паркинсон, вставая из-за стола. Услышав такую радостную новость, ученица Дурмстранга поспешила встать и быстро направилась к выходу, ей уже надоело сидеть без дела, хотелось занять себя чем-нибудь интересным, однако ее друзья явно не разделяли такого рвения, раз даже не спешили ее догонять. Гермиона раздраженно остановилась и стала ждать слизеринцев, которые лишь посмеивались над своей подругой. Грейнджер не устраивала такая лень друзей, они ведь должны стремиться к тому, чтобы сдать все экзамены на отлично. Должны же они когда-нибудь думать о своем будущем. Недовольно остановившись, девушка повернулась и посмотрела на своих друзей, которые общались с другими слизеринцами. Ученица Дурмстранга просто ненавидела такие моменты, ведь никто с их факультета не любил ее, хотя те уже и привыкли видеть бывшую гриффиндорку, а по совместительству грязнокровку, за столом Слизерина. Гермиона устало вздохнула и пошла вперед по коридору, решив никого не ждать. Пройдя несколько метров, девушка остановилась. Прямо в конце одного из холлов стоял Невилл, а рядом с ним четверо слизеринцев. "Вроде бы семикурсники", — подумала Грейнджер, внимательно рассматривая на них. Те задирали бедного гриффиндорца, хотя он и пытался дать отпор, но что сделает четверокурсник простив семикурсника? Девушка хотела помочь своему другу, но что она сможет сделать? Неуверенность не давала юной особе предпринять хоть что-нибудь, ведь если трезво мыслить, то она ничем не сможет ему помочь, да и себе только навредит. Гермиона стала неуверенно крутить в руках кулон, который вскоре засветился слабым светом. Грейнджер недовольно нахмурилась, неожиданная самоуверенность и гнев затуманили ей рассудок, и девушка направилась прямиком к обидчикам, вытащив палочку из кармана. — А ну отойдите от него, — сказала ученица Дурмстранга, направив палочку на того, кто был ближе всего к Невиллу. — Смотрите кто тут у нас, гриффиндорская грязнокровка, с которой стал водиться этот несчастный Малфой, — засмеялся тот. — Парни, как думаете, что мальчишка сделает, если мы тронем его подружку? — Крайне не советую, суслик, — усмехнувшись, сказала Гермиона. Девушка крепко держала в руках свою палочку, готовая произнести заклинание, которое испортит всю жизнь этому подонку, и он никогда больше не сможет так криво улыбаться. Никогда. Кулон юной особы стал светить еще сильнее, плавно переходя из голубого в синий оттенок. Но тут кто-то схватил Грейнджер за руку и, девушка пришла в себя, кулон тут же потух. — Что ты делаешь? — немного грубо спросил Драко, крепко держа свою подругу за руку. — Ты хочешь попасть в неприятности? — Гей, придурки, — вступилась Пенси, делая шаг вперед. — Вы хотите проблем? Вы же прекрасно знаете, что к нам лучше не лезть, поэтому просто держитесь подальше. С этими словами слизеринка повела своих друзей в другую сторону коридора, оставив злую компанию наедине со своими мыслями. Друзья проследовали в подземелье, а затем в комнату к Гермионе, которая, кажется, совсем забыла как ходить, раз Блейзу и Драко пришлось ее поддерживать всю дорогу. — Что с тобой? — спросил Забини, после того, как парни посадили девушка на кресло. — Не знаю, просто что-то щёлкнуло в голове и я пошла. Я плохо помню... Как будто весь страх ушел, кровь забурлила, мне хотелось размазать их по стенке, — сказала Грейнджер, положив руки на свои ноги, ведь те просто дрожали. — Я никогда в жизни не испытывала такой самоуверенности, гнева. Что со мной случилось? Ведь сейчас я даже стоять от страха не могу. Слизеринцы лишь переглянулись, никто из не знал что происходит с их подругой, да и ответить им было нечего. Драко устало поправил свою прическу, его взгляд упал на медальон, который на секунду вновь блеснул розоватым оттенком. Малфой зажмурил глаза и вновь их открыл. "Наверное, показалось", — подумал парень, глядя на шокированную Гермиону. — Хорошо, просто поспи пока, отдохни. Мы разбудим тебя к вечеру, чтобы ты поужинала. — сказал Малфой, показывая взглядом друзьям, чтобы те помогли бывшей гриффиндорке пересесть на кровать. — Просто забудь об этом. Мы все сами уладим, они и близко к тебе не подойдут. После этого друзья успешно уложили Гермиону в кровать, а сами вышли с комнаты, направившись в гостиную Слизерина. — Как думаешь, что это с ней? — поинтересовался Блейз у своего друга, когда они прошли через портрет. — Я не знаю, но очень надеюсь, что это не то, о чем я думаю, — произнес парень, закрывая дверь в комнату мальчиков прямо перед носом Забини.

***

Гермиона недовольно открыла глаза и осмотрела уже привычную темную комнату, в которую попадал слабый свет заката. "Я проспала весь день", — поняла девушка, медленно вставая с кровати. Взглянув на часы, Грейнджер поняла, что вот-вот начнется ужин, а ее организм отчаянно требовал новой порции еды. Сходя в ванную умыться, девушка услышала сильный стук в дверь и сразу же пошла открывать. У ее входа стоял Драко. — Ты уже встала? — задал риторический вопрос он. — Пенси с Блейзом решили сходить прогуляться перед ужином, а меня попросили тебя разбудить одному. Вижу, ты уже собралась, так что пошли. Гермиона лишь устало кивнула и последовала за парнем. Девушка до сих пор помнила то чувство, которое она испытала утром. Она и не подозревала, что в ней может быть столько гнева. Слегка пошатнувшись, Грейнджер прикрыла глаза. Малфой это заметил и, остановившись, взял за руку девушку, чтобы та не упала. — Всё в порядке? — поинтересовался слизеринец, сосредоточенно глядя в глаза своей подруге. — Да, прости, — улыбнувшись, ответила бывшая гриффиндорка, почему-то сильнее сжав руку Драко. — Просто у меня немного кружится голова. — Драко, — послышался строгий мужской голос сзади, который вызывал дрожь по телу Гермионы. Девушка сразу поняла, кто это. Собственно, как и сам Малфой-младший. Грейнджер обеспокоенно взглянула на Драко, которому, кажется, было все равно, что подумает его отец. Да-да, отец. Люциус Малфой, если быть точнее. Гермиона почувствовала, как слизеринец крепче сжал ее руку и повернулся лицом к своему родителю, который молча наблюдал за двумя четверокурсниками. Ученица Дурмстранга гордо подняла глаза и встретилась взглядом с Люциусом, который лишь тихо усмехнулся. — Отец, что ты здесь делаешь? — сдержанно спросил Драко, еще крепче сжимая руку своей подруги. — Я пришел понаблюдать за турниром, кроме того мне хотелось увидеть своего сына, узнать всё ли с ним в порядке, — сказал Люциус, глядя на руку своего сына, которой он сжимал руку бывшей гриффиндорки. — И общается ли он с теми, с кем должен. Грейнджер поняла на что намекает мужчина и, с трудом освободив свою руку, собралась уйти, однако властный голос мистера Малфоя её остановил. — Мисс Грейнджер, — саркастически позвал ученицу мужчина. — Вы хотите показаться мне некультурной особой? — Нет, я считаю, что я буду лишней в этом разговоре, — сдержанно произнесла Гермиона, остановившись и повернувшись к собеседнику лицом. Люциус лишь улыбнулся. "Она и правда изменилась, это хорошо", — подумал мужчина, подходя к ученице Дурмстранга поближе и разглядывая её кулон. Драко заметил это и напрягся, ему не очень хотелось, чтобы отец рассказал девушке о его небольшом поручении. — Любопытный кулон, — растягивая слова, сказал Малфой-старший, крепко держа в руках трость. — Я помню, как мой друг получил его ровно 16 лет назад, ему пришлось немало сделать и многими пожертвовать, чтобы заполучить его. К всеобщей радости эта вещичка оправдала свои надежды. И вот, она у тебя, он всегда хотел передавать этот артефакт по наследству. Гермиона удивленно смотрела в глаза Люциусу, который в свою очередь лишь ехидно усмехался. Девушка не понимала, о чем он говорит. Что вообще происходит. "Его друг? По наследству? Почему тогда он пришел мне?" — удивленно думала она. Что за нелепая ошибка, ее родителями всегда были и есть мистер и миссис Грейнджер. — Он пришел к тебе не просто так, — продолжил Малфой-старший, сделав короткую паузу, но, увидев, что девушке нужен более конкретный намек, продолжил: — А ты думаешь, почему тебя так легко приняли в школу для чистокровных волшебников? Девушка опешила. И правда, почему? Раньше девушка никогда об этом не задумывалась, да и остальные ее друзья из Дурмстранга, никогда не спрашивали ее об этом. Перевели и все. Никаких вопросов у нее раньше не возникало. Грейнджер неуверенно сделала несколько шагов назад, она не хотела признавать то, что сказал Люциус, не хотела думать о том, что ее родители ей не родные, что всю жизнь она провела во лжи, притворяясь совершенно другим человеком. А Дамблдор?! Он все знал. Как и Каркаров, иначе бы он не принял девушку к себе в школу. Гермиона опустила голову, эмоции затуманили разум и девушка, сорвавшись с места, побежала по коридору. Драко лишь молча наблюдал за этим, смотря на довольную ухмылку своего отца. "Ненавижу", — пронеслось одно-единственное слово в голове у слизеринца. Не медля, парень побежал за бывшей гриффиндоркой. У слизеринца ушло десять минут, чтобы найти свою подругу. Услышав громкие крики, Драко тихо зашел в открытую паролем дверь и поднялся вверх по лестнице. За столом мирно сидел директор Хогвартса, а напротив его кричала Гермиона, обвиняя этого "старикашку", как говорила сама девушка, во всём. — Успокойся, Гермиона, — выслушав все слова, произнес Дамблдор, вежливо указывая на кресло, что стояло напротив него. — Я не хотел тебе рассказывать всё раньше твоего совершеннолетия, но, видимо, у меня нет выбора. Твоих родителей посадили в Азкабан 15 лет назад, они были пожирателями. Я решил, что лучшим вариантом будет отправить тебя в мир магглов, чтобы ты не повторила ошибку своих предков. — Кто они? — спустя минуту тихо спросила Грейнджер. — Я не знаю, — честно ответил директор Хогвартса, но, увидев разгневанный взгляд бывшей ученицы, пояснил: — После этого я стер себе память обо всем, что знал о твоих родителях, чтобы ты никогда больше не вернулась к ним. Ученица Дурмстранга встала с кресла и, опустив голову, тем самым скрывая свои слезы, прошла мимо Драко и побежала вниз по лестнице. Малфой переглянулся с Дамблдором и, получив от него одобрительный кивок, пошел следом за своей подругой. Весь путь до Астрономической башни, куда и шла юная особа, слизеринец держал от нее дистанцию, чтобы девушка смогла обо все хорошенько подумать. "Погодите-ка, значит она не магглорожденая? Тот человек, с которым отец виделся, когда я вернулся домой. Может быть он ее отец?" — подумал парень, взглянув на Гермиону, которая тихо села на скамейку, прикрыв лицо руками. Ее можно понять. Чтобы почувствовал Драко, если бы ему сказали, что он не чистокровный, а магглорожденый какими-то совершенно незнакомыми людьми? Да, в этот момент он бы чувствовал то же самое, что и чувствует девушка сейчас. Малфой тихо подошел к подруге и сел рядом. Парень не знал, что нужно говорить в таких ситуациях. Да и у кого вообще они могут возникнуть? От безысходности, слизеринец тихонько толкнул подругу локтем и сказал: — Послушай, Грейнджер, не стоит так из-за этого переживать, — после каждого слова останавливаясь, все же произнес Драко. — Ну, вернее... Я хотел сказать, что я рядом... Слизеринец не успел договорить, как тот увидел сильное голубоватое свечение, которое исходило от кулона, а тот же миг Гермиона резко подняла голову и, притянув Малфоя к себе, нежно поцеловала. Драко, ошарашенный таким развитием событий, слегка приобнял свою подругу и ответил на ее поцелуй. — Спасибо, — вскоре тихо произнесла Грейнджер.