Жизнь за поворотом

       [Со Ён]         Все были потрясены, ведь никто не ожидал такой развязки. Громко разговаривая, существа стали покидать место соревнования. Мы с Хосоком остались стоять недалеко от воды и поздно поняли, что находиться здесь опасно. Морские великаны толпой ринулись к морю. Они спешно переставляли огромные ноги и вряд ли задумывались о том, что могут кого-то раздавить. Например, нас.         В воздух поднялись тучи песка, создавая пелену перед глазами, из-за которых не было видно дальше своего носа. Тело сковала мелкая дрожь, стремительно перерастая в судорогу. Земля под ногами сотрясалась, от чего я начала терять равновесие. Хосок схватил меня за руку и притянул к себе, но из-за суматохи вокруг мы упали на землю. В воздухе мелькали разные существа, которые летели домой сломя голову, выскальзывая из-под ног гигантов.         Голову пронзила острая боль, отдаваясь звоном в ушах. Все звуки и цвета мельтешили перед глазами, вспыхивая контрастами то тут, то там. Хосок с силой прижимал меня к себе, больно сдавливая в своих руках, но уж лучше так, чем быть раздавленной. Внутри меня зарождались какие-то странные чувства, которые я не могла даже понять. От этого бедлама я начинала паниковать, мне хотелось кричать, но я не могла выдавить из себя и звука. Шум вокруг только усиливался, а мне становилось невероятно страшно, и звон в голове совсем меня оглушил.         ~~~  – Здравствуйте, проходите, – кланяясь у распахнутой белоснежной двери, говорила высокая женщина мягким голосом. Ее короткие с мелкими волнами волосы забавно подпрыгивали от каждого сделанного ею движения. – Рада, что вы смогли прийти к нам. Располагайтесь, – она доброжелательно улыбалась и, выпрямляясь, указывала рукой на просторную светлую комнату, которая гудела, как улей, от количества людей, находившихся в ней.  – А где же наша именинница? – звонким голосом спросила стройная женщина в строгом зеленом костюме с белоснежными кружевами на рукавах и манжетах. – Где наша красавица?  – Как это где? – удивилась женщина с «макаронинами» на голове. – Вот же она! – она присела на корточки, поворачиваясь лицом ко мне. Ее светлые зеленые глаза с нежностью смотрели на меня. Такие знакомые и родные... – Дочь, поздоровайся с тётей. – Ой, а я и не узнала. Как выросла-то, как выросла! – вскинув тощие руки, восторженно восклицала тетенька с худым вытянутым лицом, – Привет, именинница! – она широко улыбнулась и, осторожно наклонившись в узком костюме, сковывающем движения, протянула большую коробку, обтянутую желтой шелестящей фольгой, с тяжелым многослойным бантом.         Я протянула маленькие ручки и взяла подарок, тихо поблагодарив. Мама поднялась, тут же переключив свое внимание на высокую женщину, похожую на селедку из-за своей худобы. Обнявшись, они пошли в другой край комнаты. Замшевые зеленые туфли дамы в костюме звонко цокали по паркету, отбивая ровный маршеобразный ритм.         Гости всё прибывали и прибывали. Я сидела в гордом одиночестве на высоком стуле и наблюдала за людьми, которые пришли на мой праздник: маленький пузатый дядечка в строгом черном костюме и тяжелой тростью расхаживал по комнате, узнавая подлинность и цену предметов, находившихся в ней; три взрослые женщины в одинаковых платьях (которых мама называла «мои девчушки-хохотушки») без умолку что-то говорили, и через каждое слово комната наполнялась их звонким переливистым смехом. Сама мама бегала из одного угла комнаты в другой, спрашивая у каждого гостя, не нужно ли им чего-нибудь, на что те с широкой улыбкой отвечали: «Нет, не нужно так суетиться и беспокоиться. Все прекрасно, мисс Ли». Она задерживалась на еще одно мгновенье и тут же перебегала к другим гостям, задавая тот же вопрос.         Все присутствующие плавно переваливались из одного угла комнаты в другой, обсуждая скучные вопросы о погоде, политике и многом другом, что у меня не вызывало никакого интереса. Было очень скучно, ведь ни одного ребенка на праздник не пришло. Я смотрела на проходящих мимо людей, вглядывалась в их походку, которая часто вызывала смех.  –У меня есть для тебя подарок, – улыбнувшись, сказала мама, убрав за ушко торчащие черные волосы. Той же рукой она провела по мягкой ткани пушистого платья, свисающего чуть ниже колен, – Я надеюсь, он тебе понравится. Подожди минутку, – она развернулась и легкой походкой направилась в другой угол комнаты и очень скоро вернулась с большой плетеной корзиной в руках, довольно улыбаясь.  – Теперь он твой, – она провела изящной ладонью по моей голове и смотрела, ожидая моей реакции. Но ее кто-то позвал, и она, извинившись, ушла. Так и не узнав, понравился мне подарок или нет.         В высокой корзине был маленький щенок лабрадора, который пытался вылезти из плетёной тюрьмы, но она была слишком большой, чтобы у него получилось совершить побег.  – Нэсси... Я назову тебя Нэсси! – восторженно говорила я, доставая щенка из корзины. Ее маленькие глазки задорно блестели, одаряя своего спасителя. Длинные висячие уши то и дело подергивались, а хвост от невероятной радости быстро мельтешил. Я опустила щенка на пол, а он, переваливаясь с ноги на ногу, неуклюже побежал.        Мы спрятались в соседней комнате и стали играться. Я гладила Нэсси по мягкой пушистой шерстке, чесала за ушком и разговаривала с ней. Вдруг из соседней комнаты послышались крики и топот. Я отвлеклась от щенка и уставилась на закрытую дверь, стараясь понять, что произошло. Постепенно комната начала наполняться дымом. Я схватила щенка, крепко прижимая к себе, и открыла дверь. Все помещение было в черном смоге и едком дыме. Он, обжигая, просачивался внутрь меня, затрудняя дыхание. Я плакала и кричала пробегающим мимо людям, но они не слышали. По щекам скатывались слезы. С каждым мгновением дышать становилось сложней, и через пару вдохов я потеряла сознание.         ~~~         Я медленно раскрыла глаза и тут же сощурилась от яркого света.  – Со Ён! Со Ён! Ты как? Ты меня слышишь? – мельтешил перед глазами испуганный Хосок.  – Да, слышу, – я провела по влажному лицу ладонями и непонимающе забегала глазами. Ведь возможно капельки вновь появлялись, и Хосок их увидел.  – Ты помнишь что-нибудь? – смотря на мое взволнованное лицо, спросил парень.  – Ну... соревнование было, потом все начали куда-то бежать... и все, – сведя брови, я старалась вспомнить что-нибудь еще.  – Ты потеряла сознание, и я перенес нас сюда. Ты долго не приходила в себя, а перед тем как очнуться начала кричать и плакать. Точно все в порядке? – он был очень напуган и постоянно тормошил меня, проверяя нет ли у меня повреждений.  – Все хорошо, – улыбнулась я. И что я видела? Голова была тяжелой, будто налилась свинцом. Это воспоминание? Эта женщина моя мама? День рождения, Нэсси, пожар... Кажется, я схожу с ума... Это просто дурной сон...