Жизнь за поворотом

      [Автор]       Моменты, когда ты чувствуешь себя по настоящему живым, самые ценные и запоминающиеся. Ее жизнь прервалась так неожиданно, но сейчас, в его крепких искренних объятьях она чувствовала себя живой. Сейчас словно не было странного мира, окружающего ее все это недолгое время, не было маленькой кухоньки. Была лишь она и он.       В голове сладкими звонкими переливами серебристых колокольчиков звучал его голос «Все хорошо, Со Ён. Все хорошо. Я рядом», он тепло разливался внутри, обволакивая каждую уставшую клеточку, позволял расслабиться и насладиться столь прекрасными моментами. Сильные руки сильней прижимали ее голову к широкой груди, словно заслоняя собой, парень отгораживал от них жестокие и страшные сны, плохие мысли и до сих пор пугающие вещи, для которых никак не находилось правдоподобного объяснения.       Пожар в ее душе был потушен в считанные мгновения. Порой думаешь, что еще нужно человеку для счастья?.. Деньги, слава, власть? Тишина, которая не будет требовать от тебя скорых ответов. Руки, обнимающие тебя с каждым разом сильней. Душа, которая будет верить в тебя, не смотря ни на что. Порой кажется, что это слишком просто и заезженно, но, столкнувшись с этим хоть раз, понимаешь, что о большем и мечтать не нужно. – Спасибо, – прошептала Со Ён, вдыхая пряный аромат, исходящий от парня. – Тебе уже лучше? – немного боязливо поинтересовался юноша. Девушка лишь утвердительно покачала головой и слабо улыбнулась. Она медленно отстранилась, тут же поправляя выбившиеся и разлохмаченные прядки волос, собранные ранее в высокий хвост. Ноги холодил блестящий кафель, щедро одаряющий парочку накопившейся прохладой. – Теперь мне лучше, спасибо, – прикусив губу, она смотрела на него, а сердце судорожно сжималось и пропускало удары. Они просто смотрели друг на друга, но будто видели в другом что-то большее, чем просто человека, друга или приятеля. Он наклонился вперед, немного нависая над девушкой, и взглянул в широко распахнутые глаза с дрожащими густыми ресницами. – Не за что… – прошептал парень, стремительно приближаясь к лицу девушки. Он не думал о том, что его могут оттолкнуть. Внутри него что-то щелкало и переключалось. Основная система дала сбой и стала выдавать какие-то странные команды, которым он не хотел сопротивляться. – Хосок… – на выдохе простонала девушка и закрыла глаза. Их губы соприкоснулись, а по телу пробежали высокоскоростные мурашки, останавливаясь где-то в кончиках пальцев, что мягко касались щеки парня. Они наслаждались каждой секундой этого самого нежного и трепетного поцелуя. Они жили этими мгновеньями, кажущимися им целой вечностью. Они отпрянули друг от друга, все еще чувствуя такое близкое обжигающее дыхание другого, и не решались открыть глаза, потому что надеялись хоть ненадолго продлить необычные чувства и ощущения.       Подняв тяжелые веки, они продолжили любоваться друг другом, не решаясь ничего спросить или сказать. Так долго и так странно влюбленные. Ведь так сложно было признаться самому себе в терзающих душу смешанных чувствах, когда и в мыслях не было, что любовь может быть взаимной, их чувства сами подсказали выход из этой ситуации. Значит ли это, что они теперь будут вместе? И что это вообще значит?       Хосок быстро поднялся, поправляя задравшуюся непонятными складками кофту, а Со Ён не могла и пошевелиться. За одно лишь это мгновенье она успела расстроиться, и ей стало невероятно больно. Неужели он и правду сейчас просто уйдет, оставив ее сидеть одну на холодном кафеле недобродушного к ней дома и мира. Он не может так поступить. Она потупила взгляд, пряча растерянные глаза, покрывающиеся бесцветной влагой от обиды. Но он протянул ей руку, помогая подняться, и с нежной улыбкой взглянул в поникшее лицо. – Ты пойдешь со мной на свидание?       ***       Солнце медленно спускалось к горизонту, немного боязливо раскрашивая вечернее небо в золотисто-огненные цвета. Оно не жгло глаза, а лишь мягко укутывало душу пушистым шарфом, напоминая о грядущих холодах. Волны накатывают и, удаляясь, пластиково шелестят, будто это и не море вовсе.       Чонгук обиженно поджимает губы, поглаживая ушибленные места. Рвано вдыхает носом и трет по нему широким рукавом, заставляя себя не разреветься. Если бы не эта девчонка, то он бы не попал в эту передрягу. Он бы смог убежать и не получить от злых покрасневших крабов большие ссадины и синяки. Но больше всего его обижал тот факт, что Чимин будет недоволен Чонгуком, нарушившим обещание, именно по вине это самой Джен, по совместительству придурковатой русалки, что в море находилась раз в 10 меньше, чем на суше, и то из-за того, что везде снуёт за ним. Она не дает ему спокойно жить. Он зло косится на темное море, как будто так он сможет заставить девушку от него отстать. – Бу! – на широкие чонгуковские плечи отрывисто ложатся мужские руки, заставляя съежиться от неожиданности. – Чего грустишь, мой пернатый друг? – спрашивает нежданный гость. – Ничего, – бурчит себе под нос Чонгук, словно маленький обиженный ребенок, у которого отобрали самую любимую и самую красивую наклейку с Трансформерами. – А не боишься, что щеки обидой наполнятся, надуются и кааааак…. ЛОПНУТ!!! – залился смехом мужчина. – Богом, что Вы такое говорите? Такого не бывает! – сложив руки на груди, Чонгук взглянул на безумного старика, но раскосые глаза и дырявая улыбка ничто хотя бы приближенное к реальности не напоминали. – Ты из-за девушки так переживаешь, да? – тыкнул в бок указательным пальцем старик, усиленно вглядываясь в Чонгука, будто у него на лбу это было написано. – Что? – фыркнул удивленно парень, – Девушка? Девушка?! – будто не понимая, повторял он, – Это не девушка, а исчадье ада. Она меня уже замучила! – Значит девушка, – довольно пробурчал себе под нос Богом. – Я слышал от одних рыб легенду. Когда-то давно русалки выходили на берег, притворялись земными женщинами и завлекали мужчин. Это тупоголовые уходили с русалками в воду и тонули. И вот было одно растение, которое отпугивало этих хищниц от такого легкомысленного пола… – Растение? Отпугивало? Это правда? – затараторил Чонгук, предвкушая свое последующее спокойствие и нормальное взросление без приключений. – Дай же договорить, чайколет. Оно растет в самой глубине нашего мира. Это такие округлые маленькие листочки, из которых растет тонкая палка с желтым цветком. Его называют Трыть в народе. Так вот тебе нужны эти листики. – Это правда? – не унимался Чонгук, впитывая в себя каждое слово, размазывающееся по его израненным воспоминаниям, словно заживляющая мазь. С предельным трепетом он внимал каждому слову стрика, будто от этого зависела его жизнь. – Конечно, малец, – сказал сквозь пробивающийся сильный кашель мужчина, – разве я могу врать? А тем более рассказывать тебе такую историю, чтобы самому получить выгоду? Нет, конечно. Это тебе точно поможет! – он, пританцовывая, направился в обратную сторону, оставив Чонгука, растянувшегося в блаженной улыбке, наедине с собой.       Просидев еще несколько минут неподвижно, предвкушая счастливую жизнь, он подскочил и помчался на поиски лучшего друга – Чимина. Он бежал так быстро, как только мог и вот, наконец, завидев знакомую фигуру, остановился, чтобы отдышаться. Высокий юноша, мечтательно растянувшись в улыбке, и, немного покачиваясь, шел по широкой грунтовой дороге и, засунув руки в карманы, что-то шептал и странно хихикал. Как только Чим увидел Чонгука, то сразу его блаженно счастливое лицо сменилось злостью, от которой Чонгуку стало не по себе. – Чон Чонгук! – крикнул издалека Чим, сверля непослушную чайку прожигающим взглядом. Казалось, что волосы на голове Пака зашевелились, а из глаз начали вылетать огненные шары. Так показалось Чонгуку. – Чим… Чимми… – выставил парень вперед руки, словно закрываясь от Чимина щитом из сложенных вместе ладоней, – Не злись… Чиминушка… – Чон Чонгук!!! – начал наступать уверенной размашистой походкой, задавливая Чона… натиском. – Ты же обещал, Чон, перья б тебе повыдергивал, Чонгук. Какой уже раз это происходит? – Чиминка, я правда не виноват, – со слезами на глазах протараторил Гукки. – Это не я! – А кто? Даже интересно послушать, кто виноват на этот раз. – Но это правда не я!       ***       Теплое солнце медленно скрылось за раскаленной линией горизонта, позволяя природе разлиться прохладой после жаркого летнего дня. Ночь разметала золотой бисер по бархатному небосклону, над темной травой порхали пузатые светлячки.       Хосок стоял у крыльца, перекладывая из одной руки в другую большой букет пушистых ромашек. Внутри не унималась какая-то дрожь. Давно он не чувствовал такого. Это сказочное волнение от предстоящей встречи с девушкой, которая тебе безумно нравится.       Ему казалось, что он сходит с ума от счастья. В животе порхали бабочки, а от радости хотелось упасть на траву и. сжавшись, смеяться и смеяться. Ему хотелось кричать о своей любви, но он терпеливо ждал. Ждал того момента, когда дверь дома распахнется и он сможет увидеть Со Ён.