О чём Вы говорите?! Это мне к психологу?!

— Охаё годзаймас!       Занавески распахнулись сопровождаемые недовольным сопением Лизки.  — Пора вставать, мой лорд, — Анна наклонилась над кроватью и лёгким движением стянула с девочки покрывало.  — …Суббота, мам… — пробубнила сонная Элизабет, пытаясь нащупать одеяло, — …Восемь утра… Ты же знаешь, что в выходные я сплю до полудня…  — Пси-хо-лог! — пропела женщина, выходя из комнаты.  — Ах да…       Одевшись в одно из своих любимых средневековых платьев, Лизка прибежала на кухню, где отец ел что-то мясное, а мама нетерпеливо разрезала шоколадный торт.  — Может, ты перестанешь есть так много сладостей? — поинтересовался Кирилл, на что его супруга фыркнула:  — Дорогой, ты что, считаешь меня толстой?  — Нет, Анечка…       Елизавета села на диван рядом с отцом, жадно поглядывая на тортик.  — Доброе утро, пап, — поздоровалась она, зевнув. — Приятного аппетита.  — Угу, — пробормотал мужчина, запихивая в рот котлеты.       Перед девочкой приземлилась тарелка с куском торта, и та принялась довольно его поедать. Вот так проходил в этой семье завтрак.       После всего вышеупомянутого девочку собирались потащить к психологу. Было это примерно так:  — Я не пойду! Мне плохо! Мою душу хотят забрать демоны!  — Усоцки.  — Мне нельзя выходить! На меня охотится детектив L! Он хочет, что бы я выдала ему Киру! Он меня казнит!  — Елизавета, я офицер полиции, обеспечу тебе прикрытие, хоть совершенно не понимаю, о чём ты говоришь.  — Но психолог может быть агентом SPK! Или демоном, по крайней мере…  — …Одзё-сама, я куплю Вам красных яблок.       В этот момент Лизка согласилась пойти к психологу, а на вопрос отца «Что всё это значит?!» они с Анной начинали нести что-то о каком-то Рюке, что окончательно добило психику мужчины.       Кабинет «одной из ведущих специалисток» находился в большом новеньком центре по лечению всякой психической ерунды. Именно туда родители и вели своё чадо. И вроде бы ничего не предвещало беды, Кирилл с Анной спокойно стояли в очереди в регистратуру, как вдруг случилась… да ничего и не случилось в общем-то… Просто по каким-то волшебным причинам в больнице оказался… китаец…  — Лау, лапочка, не убивай Абберлейна! — кричала девочка, пока санитар вместе с Кириллом пытались оттянуть Лизку от испуганного мимокрокодилившего китайца.  — Да он тебя не понимает! — подлила масла в огонь мама героини. — Может, он из манги? В манге он ещё никого не убивал!  — Лау! Передай Сиэлю!... — визжала девочка, но отец всё-таки оторвал её от ноги «Лау» и злобно рыкнул:  — …Хватит! Ты в Медицинском центре, а не в зоопарке! Давай извинись перед дяденькой.       Елизавета внимательно посмотрела в лицо всё ещё испуганного китайца.  — Точно… вы же не похожи совсем… Я сразу не заметила… гомен насай, — и девочка делает реверанс, изящно приподняв пол своего пышного платья и убегает к матери, оставив посреди приёмной офигевшего мужчину.       После этого семейка дружно поднимается по лестнице. Девочка весело прыгает по ступенькам, не смотря на своё многослойное платье. И вот перед ней красивая дверь из красного дерева, такая же новенькая, как и весь центр.  — На этом мы расстаёмся, — сказал Кирилл, обняв дочь.  — Я пойду туда одна? — недовольно переспросила Лизка.  — Точно.       Мама вручила девочке какие-то медицинские карты и затолкала в кабинет.  — Де ва, — бросила она напоследок.       Комната была обклеена обоями успокаивающего нежно-зелёного цвета. У окна стоял красивый стол с кучей бумаг, за которым сидела миловидная светловолосая женщина. Она подняла голову на Лизу и улыбнулась.  — Проходи, садись, — она указала ладонью на кресло, стоящее у стола.       Елизавета в очередной раз сделала реверанс и покорно села в кресло, положив данные матерью карты на стол. Заметив это, психолог надела аккуратные очки и быстро пролистала их.  — Так. Елизавета Кошкина, так?       Девочка кивнула, с любопытством разглядывая врача и добавила:  — Так. Но Вы миленькая, можете звать меня Элизабет. Или просто L.       Психолог удивлённо подняла синие глаза на девочку.  — Хорошо. А почему «Элизабет»?  — В смысле? Это моё имя. Элизабет Эттель Корделия Миддлфорд, если будет угодно.       Женщина вздохнула, перелистнув страницу.  — Твой отец вчера звонил мне и объяснил всё. Я знаю, что ты у нас отличница. Хорошо учишься. А какой предмет больше всего нравится?  — Наверное, история… — задумчиво произнесла Элизабет.       Значит история? Так я и думала. Учитывая её постоянные споры с учителем этого предмета… — подумала психолог.  — А почему именно история?       Глаза Лизы потрясённо округлились.  — Как почему? Это же девятнадцатый век! Англия! Графы! Хитрая Виктория! Коварный Сиэль! Там герцоги, графини, горничные, дворецкие, демоны…  — …Стой, стой, Лиза! — испуганно прервала женщина. — При чём тут демоны?  — Как это почему? Я же говорю — Англия, девятнадцатый век, графы, дворецкие…       Поймав на себе недоумевающий взгляд женщины, Елизавета вздохнула.  — Понятно всё с Вами. Ладно уж, не берите в голову. Я просто люблю демонов и другую нечисть. Но в частности дьяволов и шинигами, да-а-а…       Дьяволы? Нечисть, значит? — пронеслось в голове у врача, и она осторожно спросила:  — А чем ты ещё любишь заниматься?  — Люблю смотреть разные анимехи, люблю мангу читать, так же переписываться со знакомыми тянками…       Поняв, что не понимает, женщина поинтересовалась:  — Хорошо, а может ты… там… ходишь куда-нибудь? Там… собрания разные, кружки…  — Да нет… Только на кружок по фехтованию. Нужно же быть в форме, что бы в любой момент защитить Сиэля. Ха-а-а! — и девочка взмахнула неизвестно откуда взявшейся шпагой перед носом обалдевшей врачихи.  — Как… это тут оказалось? — только и выдавила она.  — Да так, — пожала плечами фехтовальщица. — Принесла в подтверждение.  — Хорошо… Только спрячь, пожалуйста.       Может это какие-то наркотики? Или влияние какого-то общества? Может, она состоит в каком-нибудь… клубе?  — Послушай, не скрывай от меня ничего, ладно? Я хочу просто поговорить с тобой…  — Как я могу доверять человеку, который даже не представился? — фыркнула Лиза.  — Ой, точно. Прости. Я Краснова Анжелина Вячеславовна — психолог. Глаза Елизаветы восхищённо увеличились и стали где-то блюдечного размера.  — …Неужели? — прошептала она, — Анжелина? Краснова?..       Не успела женщина опомниться, как пациентка кинулась её обнимать.  — Мадам Ред! — плакала она, обнимая психолога, — Вы живы! А зачем Вы перекрасились? Вам алый шёл больше! Мадам, я так рада Вас видеть!..       Но тут же она отстранилась от ничего не понимающей Анжелины и недоверчиво спросила:  — А это настоящее имя?  — Конечно, могу показать паспорт…  — Во первых: не показывайте документы кому попало! Я могу быть Кирой! — зловеще произнесла она и засмеялась. — Во вторых: я точно не Кира. Будь я Кирой, могла бы самостоятельно проверить, настоящее ли у Вас имя. И в третьих: я Вам и так верю, мадам! — и принялась дальше обнимать врача.  — Всё, хватит. У нас перерыв, — произнесла Краснова, аккуратно отпихнув Лизу.       Извинившись, женщина выбежала из кабинета. В это время девочка достала из кармана мобильник и набрала номер.  — Охаё, Сатклифф-семпай, — произнесла она в динамик телефона. — Меня тут одна женщина пытает. Да, по-моему, она работает на L. Как он не понимает, что я ему тоже добра хочу? Да не знаю. Она сбежала. Да, семпай, это победа. Но бой ещё не окончен! Мереда, шевели помидорами. Я жду. Саёнара.       Убрав телефон в карман, девочка нагленько ухмыльнулась…