Дворецкий моего папочки.

Я снова осмотрелась, они все также пялились на нас. Бесят. На другие парочки ученики даже внимания не обращают, а на нас... Как будто мы какие-нибудь Голливудские звезды! М-да, Лика, а о чем ты думала, когда согласилась на свидание с Максимом? Он ведь никогда не отступал от своих целей, а я была его целью номер один на протяжении года. Ох, и зачем я ему вообще нужна? Разве в нашей школе мало красивых девушек? Не смешите меня! У нас их пруд пруди. Вот, к примеру, Машка Ковач. Чем не красавица? И ноги от ушей и глаза синие-синие, и сисяндры в шестнадцать лет третьего размера. В общем, она одна из первых красавиц школы, с которой я неплохо общаюсь. У нее столько знакомых парней, что пипец просто. И временами Маша пыталась меня с кем-нибудь познакомить, вытащить погулять, а я, говоря: "нахер нужно", отказывалась от этого «замечательного» предложения. Соколов смотрел на меня, в его глазах плясали смешинки. Видимо, он не привык слышать «нет», поэтому и перешел к стремительному изобретению плана «Как сделать так, чтобы Лика Ларина стала моей девушкой и при этом не получить отказ». Ха, умный хрен оказался. Конечно, я могла бы послать его куда подальше, но не хотелось. Макс милый парень, может быть, после расставания, а точнее, когда я его кину, мы сможем остаться друзьями. И с чего бы это я поменяла свое мнение о нем? Он, взяв меня за руку, повел к своему столику, за которым всегда тусовалась элита школы. Никогда не хотела оказаться в их обществе, но, оказывается, коварная судьба решила по-другому. Парни и девушки, друзья Соколова, смотрели на меня с широко распахнутыми глазами, словно не веря, что у бабника Максима теперь есть постоянная девушка. Даже я до сих пор не верю! Ох, кажется, теперь меня будут обсуждать в миллион раз чаще. Раньше, признаю, про меня сплетни ходили всякие. От «Лика Ларина уже не девственница», это полная и бесповоротная чушь, ибо серьезных отношений с сексом у меня никогда не было, и я пока что не хочу, и до «Лика Ларина избила парня из одиннадцатого и ее вызвали к директору». Каюсь, эта сплетня правдива. Ну, а что, мне нужно было слушать того урода, который поливал меня грязью, говоря, что я шлюха последняя? Нет уж, увольте. В школе я славилась, как вспыльчивая и опасная особа, и вот, чтобы не разочаровать своих «пускателей сплетен», я и вмазала тому ублюдку, сломав нос. Ух, шуму-то тогда было! Мама, не горюй. Меня просили извиниться, а я лишь сидела перед пострадавшим и смеялась. Ишь чего удумали! Чтобы я и извиняться? Да ни за что! Вот когда наступит конец света, тогда я подумаю — извиняться или не стоит. Подойдя к столу, Макс сел на скамейку и потянул меня за собой. Я села к нему на колени, он обнял меня одной рукой за талию и улыбнулся своим друзьям. Я вновь осмотрелась. Все еще смотрят. Но парням уже не интересно стало, а вот девчонки от двенадцати до семнадцати лет сверлили меня своими ненавидящими взглядами. Так смотрят только коршуны перед броском на жертву. Ох, и умудрилась я, понравится первому красавцу школы. Я ведь знала, как много девушек сходит по нему с ума. Будем надеяться, что увлечение мной у него на несколько дней, максимум на несколько недель. - Прошу любить и жаловать мою девушку. - С улыбкой воскликнул Максим, а я закатила глаза. Пафос, пафос и еще раз — пафос. Соколов не Соколов, если не похвастается перед друзьями и вообще перед всеми чем-нибудь. Как говориться — показуха. А поцеловав меня, он, наверное, хотел показать своим назойливым поклонницам, что теперь не один. - Максим, ну неужели! Лика, наконец-таки, сдалась и согласилась быть твоей девушкой? - Поинтересовался парень с одного с Соколовым класса. Его, кажется, Миша зовут. Или все-таки не Миша? - Он меня даже не спрашивал! - Возмущенно сказала я. - Я, быть может, не хотела быть его девушкой! - Это чистая правда. В мои планы не входило быть чьей-нибудь девушкой. - А знаешь, куда мы ходили в субботу ночью? - Усмехнувшись, спросил у Миши Макс, другие представители элиты, почувствовав, что сейчас будет что-то интересное, начали нас внимательно слушать. Я закачала головой, смотря на Максима. Нет, не говори, не говори, пожалуйста! Я не хочу, чтобы кто-нибудь узнал об этом. И так Себастьян с Наташей знают. - Не-а, - пожав плечами, произнес Михаил. - В стрип... - Я не дала ему договорить, закрыв его рот своими руками. Соколов засмеялся и убрал мои руки от своих губ. - В стрипти... - Начал было парень, но я накрыла его губы своими, заставляя заткнуться. Если он не понимает по-хорошему, будем действовать по коварному. Я ведь догадываюсь, как ему нравится со мной целоваться, вот и бью ниже пояса. Если это единственный известный мне способ заткнуть его, то нужно найти другой. И немедленно. - Я, кажется, догадался куда, - сказал Миха, давясь смехом. А я, чувствуя, как во мне начала разыгрываться буря негатива, стащила с подноса Максима булочку и начала набивать ею живот, который почувствовав вкусную выпечку, заурчал, требуя добавки. Доев первый, я взяла второй пирожок, потом третий, потом четвертый, а потом поднос опустел. Хоть немного утолила свой голод. Приду домой, буду есть, есть и еще раз — есть. - Ты мне возместишь ущерб. - Усмехнувшись и прищурившись, произнес Соколов. - Вот, возьми мои пирожки, - пожав плечами, ответила я, показывая на Свету, уплетающую макароны с сосиской, а точнее показывая на ее поднос, на котором в полиэтиленовом пакетике лежало пять пирожков. - Мне ведь не жалко. - Милая, ты меня не так поняла, - как-то странно усмехаясь, произнес «мой парень». Так, по хитрющим глазам видно, что что-то задумал. Даже боюсь представить что. - Я вправе попросить еще одно свидание. - Ха, вправе он! А я вправе сказать «нет» или вообще послать его. - И куда же в этот раз? - Без энтузиазма полюбопытствовала я. - К тебе домой. - Вот нахал-то! Смотрите, чего захотел! Ко мне домой! А ко мне в трусы он случаем забраться не желает? Идиот. В мои хоромы вход строго воспрещен. Прозвенел звонок, и только это спасло его от гнева царя матушки, то бишь — меня. Я, усмехнувшись, соскочила с его колен и, взяв Свету под локоть, пошла к кабинету биологии. Не люблю биологию, ибо я ее не понимаю, а кто-то ее и понимает. Кого нужно убить, чтобы понять этот предмет? Зашли мы в класс, конечно, «вовремя». Екатерина Ивановна уже раздавала листочки для самостоятельной работы. Что? Самостоятельная? Что за нафиг? Почему мне никто не сказал? Закон подлости, блин. Прослушаешь на уроке, что задано, а потом самостоятельная работа. Ужас, ужас. Если я напишу эту работу на три, то меня убьет папа, когда приедет. Нужно постараться написать хотя бы на четыре. Да, конечно! Напишу я! Екатерина Ивановна посмотрела на нас поверх своих очков и указала на наши места, мол идите давайте, чего встали тут. Мы, недолго думая, побежали к своим местам и сели. Учительница раздала нам листочки и давай диктовать задания. Я не понимала ни единого продиктованного ею слова. Какое-то КПД, АТФ... Боже, кто придумал биологию? Меня не покидает надежда, что я скоро уеду учиться в колледж. Божечки, хоть бы мама смиловалась надо мной и разрешила поступить. Надеюсь, там не будет ни биологии, ни физики, ни химии и уж тем более алгебры с геометрией. Мне не дано понимать эти предметы. Вы не думайте, я не тупая. Я лучше других знаю русский, литературу, обществознание, историю даже географию! В общем, если не смотреть на последний, сказанный мной, предмет, я — типичный гуманитарий. Я посмотрела на Светку, она что-то писала в своем листочке. Неужели учила? Я легонько толкнула подругу в локоть, она посмотрела на меня и, поняв, зачем я ее позвала, улыбнулась и протянула мне свой листочек. Хорошо, что училка дала всем один вариант — списать хоть можно. Списав больше половины у Светки, я отложила листочек в сторону и начала смотреть в окно. Четверка за проверочную мне точно обеспечена, и это радует. Не хотелось все скатывать от Светы, она ведь старалась, учила не для того, чтобы кто-то по имени Лика скатал все у нее. Она заслужила свою «пять». Прозвенел звонок, и я, сдав листок, и сложив все учебники в сумку, вышла в коридор, на перемену. Сейчас у нас должна быть физ-ра. Не люблю ее, просто терпеть не могу. Мы там играем то в баскетбол, то в волейбол, а я, если сказать честно, не переношу эти игры. Пионербол еще куда не шел, но волейбол! Там пока на подаче стоишь, всю руку отобьешь, а мне она нужна живая и невредимая. Именно поэтому мы со Светкой всегда отсиживались на скамейке, говоря, что освобождены или у нас кое-какие девичьи штучки, а физруку уже все равно. Главное, что на уроке присутствуем и нигде не прогуливаем. Посмотрев по сторонам, я не увидела Аню. Хотя мы всегда договаривались встречаться после каждого урока на перемене. Странно. Может быть, у нее уроки закончились, и она с Игорюшкой, парнем ее, пошли погулять? Все может быть. Так что я особо на нее не обижалась. Любовь – дело святое, но меня почему-то от этой самой «любви» тошнит уже. Куда ни глянь: там девка плачет из-за того, что на нее парни внимания не обращают, а вон там другая девка плачет из-за неразделенной любви. Что за бред? И когда мир успел превратиться в ванильною херню? Меня вот никогда не заботило мнение парней обо мне. Мне на них абсолютно насрать. Даже сейчас, когда я типа встречаюсь с Максимом. Кстати о Максиме. Я не увидела Аню, но зато увидела Соколова, прислонившегося к стенке рядом с кабинетом биологии. Не поняла. У них же вроде бы биология в другом кабинете. Я подошла к нему и скрестила руки на уровне груди, Макс, наконец, увидев меня, ослепительно улыбнулся и отлепился от стеночки. - Ты какого лешего здесь делаешь? – Спросила я, приподняв брови. - Решил украсть тебя с уроков. - С довольной лыбой произнес Макс. - Не надо меня с уроков воровать, - ответила я, хмыкнув, - у меня вообще-то еще один урок. Если папочка всегда тебя прикроет, то, увы, меня никто прикрывать не собирается. - Ох, Ли-ик, ну, не будь зану-удой! – Протянул парень и усмехнулся. – Как будто бы ты никогда уроки не прогуливала. Ликуш, тем более у тебя не урок, а фигня на эбонитовой палочке! - Физ-ра – очень полезный урок, если ты не знаешь, Соколов. – С видом «любителя» физкультуры ответила я. Макс засмеялся. М-да, кажется, моя фальшивая любовь к этому предмету была раскрыта. Конспирация фиговая получилась. - Не вешай мне сено на уши! – Улыбнулся он, а я фыркнула. Петросян фигов. – Лик, мой папа прикроет и тебя и меня, и еще уйму моих друзей. У меня ведь не папочка, а ангел воплоти. Реально. Так что хватит отнекиваться! Нас ждет незабываемая экскурсия по твоему дому. – С энтузиазмом сказал Максим, а потом дотронулся до своего живота. – Тем более чувствую, что божество мое есть требует. - Ты ведь жрал на прошлой перемене! – Негодующе воскликнула я. Вот мужики-то! Вечные голодяи, ё-маё. - А ты не забыла, кто слопал все мои пирожки? А? – С усмешкой произнес Соколов и, взяв меня за руку, повел в раздевалку. - Ла-адно, так уж и быть! Познакомлю я тебя с тетей Верой. Ты ведь пожалеешь, что вообще с ней связался. Она ведь не отстанет, пока ты недельные запасы не съешь! – Улыбнулась я, а Максим толкнул меня в раздевалку моего класса, одевайся мол, а сам пошел в свою раздевалку. И зачем ему понадобилось ко мне домой? Может простое любопытство? Почему бы и нет. Максим, скорее всего, ох, какой любопытный. Я ухмыльнулась. Захотел узнать, как живет знаменитый актер, что же, увидит. Подъехав к дому, я не увидела на лице Соколова удивления и восхищения моим домом. Наверное, у него домик гораздо лучше нашего, раз его ничем не удивить. Со скучающим лицом он шел к входной двери, а я еле поспевала за ним. И куда это он так спешит? Не уж то его «божество» действительно так сильно проголодалось? Зайдя в дом, мы сняли верхнюю одежду и прошли в гостиную. Я решила показать Максу одну из лучших наших комнат. Он посмотрел по сторонам, улыбнулся. Видимо, ему понравилась эта комната. Выйдя из гостиной, я повела его на кухню, где, как и всегда, приятно пахло выпечкой. Зайдя туда, я села за стол и улыбнулась тете Вере. Она как и обычно что-то готовила. Сразу же за мной зашел Соколов и сел рядом со мной. Только тогда наша повариха заметила гостя и, вытерев руки об фартук, улыбнулась парню. - День добрый, ребята. – Какая же она добрая! Всегда такая, как будто бы другой эмоции, кроме, как доброты, не знает. – Что кушать будете? У меня тут есть… - И тут она начала перечислять все то, что приготовила. Максим смотрел на тетю Веру, улыбаясь, понравилась она ему. - Нам чего-нибудь на Ваше усмотрение, - улыбнулся Макс. Тетя Вера налила нам борща, я ела, ковыряя в супе ложкой и смотря, как Соколов уплетает еду. Будто бы его дома не кормят. Ха, видимо варево тети Веры на всех так действует, а особенно на мужиков, они едят и едят, не отрываясь и ни на что не обращая внимания. Может быть, тетя Вера туда что-нибудь подкладывает? Ну, наркотик какой-нибудь, действующий исключительно на мужской пол. Нет, это навряд ли. Просто они все поесть любят, а тетя Вера пользуется давно вошедшей в обиход пословицей: «Путь к сердцу мужчины лежит через его желудок». Вот мне интересно, сколько сердец она заполучила таким образом? Доев борщ, она дала нам мясо с картошкой, а в меня, если честно, уже ничегошеньки не влезало. А Максим все ест и есть, и ест. Он же пожирнеет! Срочно нужно воспользоваться преимуществом девушки и отправить этого любителя поесть в качалку. Ну, а что? Бицухи и кубики на животе накачает. Ляпота будет, как говориться. Может, я его и раздену… когда-нибудь… - Я больше не могу! Из-за вас, теть Вера, мне придется заняться спортом, а его ненавижу. – Произнесла я, доев второе, и демонстративно положила руки на живот, мол, смотрите, какая я жирная. - Лика! Ты же тонкая, как спичка! Тебе нужно кушать и кушать! – Воскликнула, улыбаясь повариха, поставив руки на бока. Ну, не выходит из нее грозная старушка! Ну, не ее это, не ее. Она ведет себя, как типичная бабушка, которая печется о том, чтобы ребенок поел. А самое главное, тетя Вера принимает меня за свою внучку. Это так круто, я бы хотела себе такую бабушку, видеть ее каждый день, а то к моей я езжу только раз в год, а хочется чаще. - Поддерживаю тетю Веру! – Рассмеялся Макс, а я было хотела треснуть его по башке рукой, но он перехватил мою руку, схватив за запястье. Погладил пальцами запястье и улыбнулся. Я вырвала свою руку и посмотрела на повариху, она, прищурившись, следила за мной и Максом. Так, наверное, что-нибудь заподозрила. Тетя Вера мне, сто пудов, вечером допрос устроит, как настоящая бабушка, насчет «моего парня». Несколько секунд я смотрела то на старушку, то на Соколова, с каждым моим взглядом она щурилась все больше и больше, а я, не выдержав, схватила Соколова за руку и потащила вон из кухни со словами: - Пошли я тебе второй этаж покажу. Я буквально-таки потащила его по лестнице на второй этаж. Не хочу показывать ему свою комнату, а вдруг Макс кое-какое коварное дело со мной сделать решил. А я слабее его и сопротивляться долго не смогу, так что, можно сказать, что я слишком легкая добыча, но, как говорю обычно я, без боя не дамся. И в этот раз, если, конечно, он что-нибудь задумал, я не уйду проигравшей. Что же ему показать на втором этаже? Он парень? Парнем, кажется, в школе был, сейчас не знаю. Так, следовательно, он любит компьютерные игры, так что нужно отвести его в игровую комнату. Пусть зависнет там на несколько часов, небось и забудет про мою комнату. Я, все еще держа его за руку, тащила в игровую, но тут из ванной на втором этаже, обмотанная в полотенце, выбежала… Угадайте, кто? Никто иная, как Наташа.