Дворецкий моего папочки.

К-хм, я не поняла! Какого фига она здесь делает? И в таком виде! Извините, но фразочка «У меня дома горячую воду убрали» не прокатит! Не сложно догадаться, чем они там с Себастьяном занимались. Скрестив руки на уровне груди и сощурив глаза, я начала ее пристально рассматривать, к Наташиному лицу прилила краска, но нужно отдать ей должное: она держалась уверенно, с гордо поднятой головой. Уверенная баба у Себы! Ничего, я из нее эту уверенность выбью, когда отправлю ее в Нарнию пинком под зад. А потом скажу этому дворецкому, чтобы баб на место работы не приводил, а то ишь чего удумал! Я против того, чтобы Себастьян занимался сексом с кем-либо кроме… Кроме? Тьфу ты! Чуть про себя не подумала. - Ликуш, если она твоя горничная, то я остаюсь жить у тебя. – Ухмыльнулся Макс, а я, оторвавшись от созерцания тела Натали и своих мыслей, взглянула на Максима. Парни! Чего с них взять? Он во все глаза рассматривал Наташу, наверно, мысленно снимая с нее полотенце, на его лице расцвела ухмылка, которая как бы говорила «Я знаю, я понравился тебе так же сильно, как и ты мне». Я закатила глаза. Любой другой девушке было бы неприятно, а меня словно лед сковал – так мне было на это параллельно. Ничего напоминающего ревность у себя я не нашла, а лишь холодность к происходящему и негодование из-за Себастьяна и Наташи. - Ох, мне нахрен не нужны такие горничные, как она. Если бы нам нужна была бы домработница, то я бы обязательно наняла кого-нибудь другого. – Процедила я сквозь зубы, а потом, усмехнувшись и приподняв бровь, спросила у пассии Себы: - Ты что здесь делаешь?! Места для потрахушек не нашли?! Мой дом для этого не место! - Ох, ну, нифига! Сказала, как отрезала! - Ухмыльнулся Макс, кладя руку мне на плечо. – Так, нужно запомнить слово «потрахушки». - Лика, ты все не так… - Ты хочешь сказать, что я все не так поняла? Да? – Перебила я Наташу и, скинув с плеча руку Максима, приблизилась к ней. – Все я так поняла! И не стоит тут оправдываться, смотрится жалко! Думаешь, я не понимаю, к чему тут твое голое тельце, которое явно направлялось к Себастьяну! Или скажешь, я опять все не так поняла? – Честное слово я не знаю, почему так вспылила на Наташу, но один взгляд на нее полуобнаженную выводил меня из себя, а если еще и представить, чем они занимались с Себастьяном… Бр-р - Да, ты все не так поняла. Мы просто… - Хватит оправдываться! Ты ведь даже не представляешь, как глупо выглядишь. – Я рассмеялась. Наверное, сейчас я смахивала на сошедшего с ума безумца, да и плевать. – Я, конечно, все понимаю, вы люди взрослые и все такое. Но, черт, почему бы не найти другое место? Это ведь место работы Себы… то есть Себастьяна. А ты бы занялась сексом на своем рабочем месте? – Наташа открыла рот, чтобы ответить на заданный мной вопрос, но я перебила ее: - Ох, дай, угадаю. – Я хмыкнула и подошла к ней. – Нет! - Лика, помолчала бы, а? Достала и так уже. Ничего у меня не было с Себастьяном и не будет никогда! Ясно? – Нет, черт возьми, мне не ясно! А целовались они по дружбе типа, да? Ха-ха-ха! Не смешите, когда дружат – не целуются, - если вы, конечно, не ванильные идиотки. – Ты хоть когда-нибудь слушаешь то, что тебе пытаются объяснить? Мне кажется, что нет! Ты зациклена на себе, воспринимаешь только то, что нужно только тебе. А о других ты подумала? Ты – эгоистка! Жалка не я, а ты! – Наташа усмехнулась, видя, как мои руки сжались в кулаки, а черты лица ужесточились. – Ох, и, кстати, теперь, я понимаю, почему отец тебя так недолюбливает. Я буквально задохнулась от возмущения. Какого фига она смеет со мной так разговаривать? Словно я малый ребенок какой-то. Возможно, я сама это понимала, но так говорить обо мне никто не смеет. Меня выбили из колеи ее слова про моего отца. Как Наташа узнала об этом? Никто не знал… кроме Себастьяна. Чертов ублюдок! Он же все рассказал ей! Я-то надеялась, что на него можно положиться. Я ведь уже говорила, что вспыльчивая? Да, говорила. В такие моменты я просто-напросто себя ненавижу, ибо я могу такого натворить… Мама не горюй! И даже сейчас я не смогла удержать в себе ту ярость, которая так и норовила выйти наружу. И вышла ведь. Я схватила Наташу за волосы. Хоть она была выше меня и, наверное, сильнее я со всей силы потянула ее за волосы, девушка закричала и давай царапать меня. Стерва! - Я, конечно, люблю кошачьи бои, но все же… - Произнес Соколов, но я не очень-то его слушала. Я уже приготовила кулак, чтобы врезать ей по лицу, но Макс, схватив меня за талию, оттащил от Наташи. Я отбивалась и пыталась выбраться, но все тщетно, я взвизгнула от негодования. Натали пригладила свои волосы и поправила чудом не упавшее полотенце. - Что, черт возьми, здесь происходит?! А вот и сам источник моего негодования. Я кинула на Себастьяна разгневанный взгляд. И этот самый взгляд упал на его торс. Поправочка: голый торс. Накаченное тело, шесть идеальных кубиков, широкие плечи, мускулы на руках. На нем были надеты только спортивки с заниженной талией. О, мама мия! Я невольно вспомнила фразу из песни группы Градусы: «И мне никого блин не надо, лишь бы ты ходила голая рядом!» Конечно, там про девку, но я могу перефразировать: «И мне никого, блин не надо, лишь бы он ходил голый рядом!». Это ведь было бы прекрасно! Просто чудесно! Я, затая дыхание, смотрела на Себу. Какой он красивый! Я восхищенно вздохнула. Если кто-нибудь это услышал, то не подал виду. Сейчас, смотря на дворецкого, я позабыла, что в коридоре помимо нас еще Максим и Наташа. - А ты у нее спроси! – Воскликнула Натали. – Эта малолетка сначала наорала на меня, а потом драться начала. Она негодующе смотрела на меня, руки скрестив на уровне груди. Наверное, боялась, что полотенце упадет. - Что ты сказала?! – Закричала я на девушку. – Ах, ты мразь еба… Поток ругательств (а он был у меня ого-го какой) обрушился на Наташу, она стояла, словно громом пораженная, девушка явно не ожидала от меня такого. Ха! Наверное, думает о том, как у такого вежливого и знатного человека, то есть у моего отца, могла вырасти такая дочь. А разве я давала присягу на становление леди? Или что там они дают? В общем, пофиг. Я не леди и это факт. - Лика! – Зло воскликнул Себа, подходя ко мне. Я пыталась выбраться из крепких рук Соколова, но все тщетно. Единственное, что мне оставалось – смотреть на Себастьяна и слушать его, потому что от его взгляда я и двух слов связать не могла. – Как ты вообще ведешь себя? Дмитрий, конечно, предупреждал, что с тобой будет сложно, но чтобы настолько! Ты хоть поняла, что оскорбила ни в чем неповинного человека! Ты, не разобравшись в ситуации, начала орать на нее. – Его холодные глаза, будто бы прожигали в моем сердце дыру, а от спокойного, даже могу сказать безразличного, голоса мурашки бежали по коже. Я-то думала, он разозлится, а он спокоен. - А нефиг своих шалав ко мне домой приводить! – Ответила я Себе. – Черт, да отпусти ты меня! Достал уже! А иначе я тебя так по детородному органу ударю, что он отвалится! – Это я адресовала Максиму, который, нехотя, отпустил меня. Я отошла от Макса и бросила, фыркнув: - Спасибо и на этом. - Кого-кого? – Угрожающе произнес дворецкий, вскинув брови. – Как ты назвала Наташу? Шалавой? – Он чуть ли не впритык подошел ко мне, я отошла от него на шаг. Признаюсь, мне стало не до шуток и оскорблений. Себастьян пугал меня. Интересно, а что он со мной сделает? Убьет быстро или сначала мучить будет? - Извини, но никто, слышишь, никто не смеет так называть моих подруг. Особенно такая, как ты! – Произнес он, сверля меня своими карими глазами. А я, словно язык проглотила, - ничего ему ответить не могла. Не похоже на меня. – Ты такой еще ребенок! Господи, в твоем возрасте девочки понимают, что к чему, а ты, словно с Луны свалилась! Господи, как же ты меня бесишь! Он взъерошил свои волосы, а я смотрела на него, не отрываясь. И… и это все, что он чувствует ко мне? А как же… как же тот поцелуй? Разве он для него ничего не значил? Всегда бывает так – тебе нравится человек, который на тебя даже внимания не обращает, а ты не обращаешь внимания на того, которому уже давно нравишься. Это действует самый главный закон во Вселенной – закон подлости. Он покруче, чем законы Ньютона будет. Мне стало настолько обидно от слов Себы, что к моим глазам поступили слезы. Развернувшись, я закрыла глаза, чтобы пелена слез прошла, а затем открыла их. Слез как не было. Это был первый раз за… лет восемь, когда я чуть не заплакала. Когда я обернулась, то увидела, как Себастьян, обняв Наташу за плечи, ведет к себе в комнату. На душе паршиво так стало. Почему он с ней? Он что, любит ее? А как же тогда я? Зачем ему понадобилось меня тогда целовать! Зачем?! Наверное, он действительно как хочет, так и крутит девушками. И я тому не исключение. Два чувства, по сути своей несовместимых, сейчас дали о себе знать. Я не знала, то ли это ненависть, то ли… Обобщим это единственным знакомым мне словом – симпатия. Я посмотрела на Максима, он наблюдал за мной с рассеянным выражением на лице. Улыбнувшись ему, я подошла и взяла его за руку. - Извини за этот спектакль. – Проговорила я весело, хотя на самом деле говорить ничего не хотелось. Хотелось только выгнать Соколова отсюда и закрыться у себя в комнате. - Ничего, Лик, - он погладил меня по щеке, а потом поцеловал в лоб. – Может мне стоит уйти? - Пожалуй, да. – Я повела его по лестнице, затем по коридору в прихожую. Парень начал надевать верхнюю одежду, а я смотрела на него, но мысли мои были где-то далеко и уж тем более не с Максимом. - Пока, Лик. – Макс поцеловал меня в щеку. – До завтра. - Пока. – Натянуто улыбнулась я, закрыла дверь за ним и, развернувшись, пошла на третий этаж. Забежав к себе в комнату, я упала на кровать и закрыла глаза. Голова раскалывалась – от чего, не знаю. Противоречивые чувства ушли куда-то, исчезли, на их место пришло раздражение и осознание всей ситуации. Возможно, Себастьян прав – я действительно еще ребенок, который не разбирается во взрослой жизни. Нет, я как никто другой понимаю многие вещи, происходящие в мире, но сложности любви – для меня тайна, которую я не могу, да и не хочу разгадывать. Может, я зря на Наташу сорвалась? Она ведь ни в чем не виновата. Хотя… Да, она получила по заслугам! Мой дом – моя крепость, а теперь она осквернена произошедшим кое в какой комнате. Я усмехнулась. Интересно, а как там Себа Натали успокаивает? Чмоки-чмоки, обжиманцы? Или может быть что-нибудь более захватывающее и приятное? Конечно, приятно только им двоим, а мне противно. Нечего, Лика, тебе в депрессию впадать – это не по твоей части. Я встала с кровати, переоделась в рубашку, которую носила только дома, и, схватив со стола плеер, всунула в уши наушники, включив музыку. Музыка – способ расслабиться, способ забыть о проблемах, о волнениях. Подпевая и пританцовывая, я нашла карандаш и альбом со своими рисунками. Сев за письменный стол, я начала рисовать. Мой карандаш будто бы парил над альбомным листом, я выводила тонкие замысловатые линии, которые вскоре образовали рисунок. Я не знала, что именно рисую. Вдохновение – это мое все. Музыка в плеере закончилась и я, сняв наушники, посмотрела на свое творение. Как всегда идеальные линии и штрихи, палитра и отведенная тень. Присмотревшись к нарисованному парню, я хмыкнула. Красиво получилось, но почему именно он? - Кто это? – Произнес знакомый голос за моей спиной. - Неважно, - буркнула я, закрыв и прижав к груди альбом. Я, не оборачиваясь, прошла к кровати и села на нее. Положив альбом под подушку, я посмотрела на Себастьяна, который пристально наблюдал за мной. И зачем он вообще явился? Может я и успокоилась, но вывести меня из себя – раз плюнуть. Я посмотрела в его карие глаза, пытаясь не обращать внимания на гулко колотящееся сердце. - Лика, ты вела себя по-свински… - Наконец, сказал дворецкий, смотря мне в глаза. - Пришел читать мне нотации? – Я усмехнулась. – Не стоит. Я все равно не буду перед ней извиняться и оправдываться. Не заслужила, ясно? В следующий раз найдите другое место. Мне, знаешь ли, не очень приятно… Я отвела глаза. Стыдно почему-то ему про это говорить. - У тебя завышенная самооценка, - фыркнул парень. - Спасибо, что открыл мне глаза! А я то и не подозревала, - хмыкнула и посмотрела на Себу. На нем уже была футболка, которую, он явно надел в своей комнате. Он шел туда с Наташей. И она отпустила Себу ко мне? Сейчас? Она что, тю-тю? Мало ли, что мне может в голову придти. Ох, а мыслишек-то там вагон и маленькая тележка. - Кстати-ка, где Наташа? Меня испугалась? – Я усмехнулась. – Правильно делает. Так держать. - Я ее домой отправил, от греха подальше, а то ты ведь ее убьешь. А она многим живой нужна. Вот, правильно! Отправил ее домой и больше не смей приводить сюда, а то я ненароком и патлы ее обрежу, ну или перекрашу их. Ну а что? Мне легко! Сама же с синими волосами – мечта фотографа-неформала. А других перекрасить, ха, раз-два и готово! Ну, можно еще брови сбрить... - Как же ты себя вела! Ох, так бы и убил! – сказал Себастьян, покачав головой. – Какая ты еще маленькая и глупенькая. Что же мне с тобой делать? – Его губы тронула легкая улыбка, от которой у меня дыхание перехватило. Глубоко вздохнув, я подошла к нему и, улыбнувшись, произнесла: - Может, поцеловать? – Я погладила его по щеке, неотрывно смотря ему в глаза. Приподнявшись на цыпочки, дотронулась его губ своими. Себастьян сопротивляться не стал, он, обняв меня за талию, притянул ближе к себе, да так, что наши тела соприкоснулись. Наши языки сплелись. Восхитительно, невероятно. Сейчас он со мной, а не с кем-либо еще. Восторг переполнял меня, вырывался наружу со страстными поцелуями, заставляя переступить через порог просто поцелуев. Его руки забрались ко мне под рубашку и начали гладить кожу спины, я застонала от удовольствия. Такого раньше со мной не было, и, наверное, никогда не будет. Я обхватила его за шею. Одна его рука гладила кожу под рубашкой, а другая выводила узоры на моем бедре. Живот скрутило, и коленки подкосились, это от страха, наверное. Себа целовал мою шею, а я шумно вздохнула. В низу живота приятно тянуло - странное чувство. Мне хотелось больше, намного больше. Я взяла Себастьяна за края футболки и потянула ее вверх. Вскоре я оставила его без футболки, я проводила руками по его мускулистому торсу: плечи, грудь, живот. Боже, как давно я этого хотела. Дворецкий начал медленно расстегивать мою рубашку, концертируя свое внимание на каждой пуговке. Он наслаждался этим занятием, сводил с ума своей медлительностью. С каждой расстегнутой пуговицей он делал шаг вперед, а я, следовательно, назад. Парень увалил меня на кровать и начал покрывать поцелуями кожу, которую не скрывал лифчик. С каждой расстегнутой пуговицей он опускался все ниже и ниже, играя своими губами с моей кожей. Он снял с меня рубашку, когда покончил мучить, расстегивая пуговицы. Себастьян устроился между моих ног, я интуитивно сжала ноги в коленях. Он накрыл мои губы страстным поцелуем, я застонала от удовольствия и обхватила его ягодицы ногами. Больше. Хочу большего. Господи, не мучай меня. Но, к сожалению, он не услышал моей мысленной молитвы. - Ты скажешь, когда я должен буду остановиться… - Хрипло прошептал он. Наверное, Себа хотел меня так же сильно, как и я его. - Не дождешься, ты этого никогда не услышишь, - как-то сбивчиво прошептала я. Сейчас я не скажу ему «нет». - А тебя не смущает тот факт, что я старше тебя на семь лет? – Приглушенно прошептал он, через ткань лифчика целуя мой затвердевший сосок. Кожа покрылась мурашками, мне сейчас стало страшно не от осознания, сколько лет Себастьяну, а от осознания факта, что сейчас, что-то будет. - Н-нет, - запинаясь, все-таки сумела проговорить я. Он усмехнулся и через ткань взял мой сосок в рот, я застонала от удовольствия. Я ничего не соображала, мое сознание как будто пелена какая-то накрыла. Он повторил то же самое со вторым соском, на что я отозвалась стоном. Оторвавшись, он снял с меня легинцы. Руками пробежался по бедрам, я лишь рвано вздохнула. Господи, долго он там копаться то будет? Мне не терпелось узнать, когда же он приступит к самому главному. Но Себа, видимо, не торопился. Проведя дорожку поцелуев от живота к груди, он посадил меня к себе и расстегнул лифчик. Сняв его и выкинув куда-то, взял в руки мои груди и начал их массировать. Я застонала. Черт, кто же знал, что это настолько приятно! Лично я никогда об этом не подозревала. Себастьян взял в рот мой сосок и начал его посасывать, а второй зажал между большим и указательными пальцами. Я прикрыла глаза и откинула голову назад. Потом он взял в рот второй сосок. - С-себа… - Умоляюще прошептала я. – Не надо меня больше мучить. Б-ближе к делу… Он уложил меня на кровать, а сам лег сверху. Его губы нашли мои. Он целовал меня как никогда да этого: страстно, пылко, с нескрываемым желанием. И, черт возьми, мне это нравилось. Я закрыла глаза и отдалась поцелую. - Лик, - прошептал Себастьян, прекращая поцелуй. О, и как он может в такой ответственный момент разговаривать? Я нехотя открыла глаза и посмотрела на дворецкого, который на вытянутых руках смотрел на меня. Его карие глаза потемнели, а волосы растрепались и свисали. Парень смотрел на меня с нескрываемым восхищением, наверное, идентичный взгляд был и у меня. - Лика, я хочу тебя… - Прошептал он, смотря мне в глаза. Ну, если хочешь, то чего медлишь? – Хочу когда-нибудь, но не сейчас. Себастьян встал с кровати, поднял с пола футболку и ушел из комнаты.