Истинные?

Утро началось для Гин в 7 часов. Не потому что нужно идти на работу или готовить семье завтрак. Дочь попросила ее купить парочку вещей перед отъездом, который состоится сегодня в час. Кожаные перчатки без пальцев, примерно до середины лучевой кости, новые напульсники, длиннее обычных, мочалку, тональный крем, легкий шарфик. Куроко-средняя отписалась Момои, чтобы она передала парням время и место отъезда. Она не беспокоилась, что предупредила поздно. Все понимали, что тренироваться нужно начать, как можно скорее. Девушка стояла перед зеркалом в нижнем белье. Стройная фигура, грудь второго с половиной размера. На белой коже отчетливо выделялись зелено-фиолетовые синяки на запястьях, а на правой руке еще и на тыльной стороне ладони. На шее за распущенными волосами не так видно красные следы от мужских губ. Скручиваться было больно, поэтому голубоглазая предпочитала поворачиваться всем корпусом. Она тяжело вздохнула. Ей обидно и больно, но она понимает, что ей крупно повезло. Если бы не Имаёши… «Нужно перестать жалеть себя. Жизнь продолжается. У нас впереди бой,» — такое она выбрала кредо на первое время. Взяв тональный крем, голубоволосая приблизилась к зеркалу и тщательно замазала следы на шее. На запястьях даже не пыталась — под напульсниками все равно сотрется. Надела черные шорты, белую борцовку, белые кеды и черные перчатки, которые купила мама. «Black&White всегда в моде», — вздохнула она. Завязала свои длинные волосы в высокий хвост, надела черные очки-авиаторы. Пора в путь. Поблагодарив отца и поцеловав его в щечку, Куроко пошла в спортзал Айды Кагеторы, катя за собой чемодан. Недалеко от здания стоял автобус. Все в сборе, она пришла последняя. — Всем привет, — выдохнув и нацепив улыбку, проговорила она. Сейджуро ее проигнорировал. Остальные парни не знали, что делать. Либо капитан, либо менеджер. Еще вчера они пришли к выводу, что, судя по реакции красноволосого, Куроко вчера с кем-то «шлялась» и никого не предупредила, чем задела чувства капитана, который, по мнению Поколения Чудес, любит ее. Это задело уже парней. «Еще она не пыталась оправдаться, значит, всё правильно подумал Акаши», — подумали они. Мужская логика, ты хуже женской. Поэтому Поколение Чудес решило занять единую позицию. В конце концов они все волновались, а Тетсу даже не извинилась. Скулы дрогнули, Куроко опустила голову. Сацуки обеспокоенно глядела то в одну сторону, то в другую. По разные стороны баррикад… И она выбрала подругу. Шагнув к ней и взяв за руку, она успокаивающе улыбнулась. «Я с тобой, Тетсу-чан!» Та подняла уголки губ и кивнула. «Спасибо…» — О! Уже все в сборе? — из здания вышел Айда. Пожал всем парням руки. — Еще нет, — покачала головой голубоволосая. Ребята удивленно вскинулись. Как нет, если да? — Я же говорил, мы опоздаем из-за тебя! — недалеко послышались голоса. — Мне нужно было купить как можно больше еды! Мы же уезжаем на три недели! — Тупая башка, мы не в тюрьму едем, а на источники! — Куда я попал… Из-за угла вырулило трое парней. — Извините за опоздание! — сказал Хаяма, обнажая свои клыки. — Да, простите нас, этот дуболом захотел по дороге пожрать, — недовольно рыкнул Мибучи. — Прекрати, Лео! Я же не специально! — А как тогда? — всплеснул руками вверх атакующий Ракузан. Центровой только фыркнул. С Мибучи невозможно спорить. — Ничего, вы как раз вовремя, — успокоила их Куроко, улыбаясь от недавнего представления. Никто кроме, младшего и старшего тренера не понимал, что происходит. — Это наши запасные игроки, — пояснил Кагетора, — Вы ведь знакомы? Куроко-чан упоминала… — Да, — отрезал Акаши. — Хорошо, — кивнул тренер, странно посмотрев на номер 4 Тейко, — Тогда загружаемся. В автобусе я отвечу на все вопросы. — Отлично выглядишь, Куроко, — улыбнулся Котаро, помогая голубоглазой с багажом. — Спасибо, — Тетсуя подняла уголки губ и добавила, — И за то и за другое. Он засмеялся. Сейджуро толкнул блондина плечом, направляясь ко входу транспорта. Тот недоуменно посмотрел на его спину. В автобусе мужчины сели сзади. Айда начал вводить их в курс дел. Девушки были впереди. — Сацу, — голубоволосая удобнее устроилась в кресле, — Так где они вчера были? — На площадке, — Момо пожала плечами, мол, этого стоило ожидать, — Когда я пришла, они играли три на три, а Мияги вела счет. Тетсу-чан… Она пыталась клеить Акаши-куна… — Сацу, — перебила ее подруга, игнорируя ноющее сердце, -… Не надо… Пожалуйста… — Тетсу-чан, почему ты не скажешь им? — розововолосая серьезно посмотрела на подругу. — Что скажу? Не глупи, Сацу. У меня тоже есть гордость. Достаточно того, что это еще и Шиори-сан услышала. — Но… — Хватит, — приказным тоном остановила ее Куроко, — Я не буду жаловаться, Сацу. Я не хочу видеть в их глазах жалость. Момои послушно замолчала. Она понимает, почему подруга так поступает, но она также считает, что парни должны знать. Куроко закрыла глаза, обдумывая сложившуюся ситуацию. На самом деле она запуталась. Голубоглазая не хотела, чтобы парни сердились или обижались на нее. Возможно, ей бы и хотелось, чтобы они выслушали то, что накопилось на душе, чтобы утешили. Но как только она представила… Как глаза Кисе распахиваются в ужасе, слезливая жалость появляется в них. Как Мидорима застывает на месте и сглатывает вязкую слюну, бросая косые взгляды на младшего тренера. Как Аомине рычит, корчит лицо, ударяет кулаком в ближайшую стенку, сбивая костяшки в кровь, беспомощно поворачиваясь к Тетсу. Как рука Мурасакибары останавливается, не донеся батончик до рта, а во взгляде читается грусть, он прячет глаза. Как сердце Акаши пропускает удар, и он, будто задыхаясь, неверяще смотрит на девушку... Тетсуя покачала головой, прогоняя эти картинки. Ни. За. Что. Она не могла объяснить, почему. Наверно, Куроко не хотела беспокоить их, заставлять думать и волноваться о том, чего уже не изменишь. А может, она просто боялась, что из-за этого инцидента они станут по-другому к ней относится. — Хватит строить из себя жертву. Нужно перестать жалеть себя. Жизнь продолжается. У нас впереди бой, — тихо шептала она себе под нос. Момо отвернулась к окну, чтобы подруга не увидела ее слезы. Сейджуро, так же, как и Куроко, закрыл глаза, прислушиваясь к себе. То, что произошло вчера, выбило его из колеи. Голова побаливала, вчера он выпил многовато. Сердце стучало с перебоями от картинок в голове. Как его омега развлекалась с другим парнем. Это даже смешно. Он только-только смог признаться самому себе, а она, оказывается, даже не воспринимала его как-то иначе, нежели просто друг. Он так думал. Акаши чувствовал какую-то иррациональную обиду, будто его предали, и не знал, как теперь относится к девушке. Они ничего не обещали друг другу, более того, между ними нет ничего совсем. *** Его Величество Случай вмешался в жизни этих двоих, сметая всё на своем пути. Надежды, мечты, построенные доводы и, без того шаткое, благоразумие. Ему же и разруливать в будущем. *** Ребята осматривали территорию. Здесь отличное место как для отдыха, так и для тренировок. Похоже на то, куда они ездили на весенних каникулах. — Так, — вернулась Куроко. Она улаживала вопросы с заселением, — Мы взяли пять двухкомнатный и одну однокомнатную для Кагеторы-сана. Небуя-кун и Мибучи-кун, — протянула им их ключ, — Хаяма-кун и Кисе-кун, Мидорима-кун и Мурасакибара-кун. Аомине-кун и… Акаши-…кун. Сказать, что все удивились, — ничего не сказать. Ракузановцы непонимающе переглянулись. Ладно они, но остальных она звала по имени еще два месяца назад. Парни тоже «прифигели». Что это было? Сама Куроко думала, раз они все обиделись на нее и не хотят разговаривать, то и обращаться надо более уважительно. Как ни странно, она считала, что у нее теперь нет… права называть их по имени. Если бы она сделала это, то показалось бы, что ничего не произошло. Но ведь это не так. Момои снова отвернулась. — Ну и мы с Сацу. Капитан еще не отошел от услышанного. Она никогда не называла его по фамилии. Никогда. Будто между ними выросла стена. — Тогда размещаемся. Через 15 минут быть всем у малого выхода на пробежку, — обратился к парням Кагетора. Те кивнули пошли в свои комнаты. — Момои-чан, Куроко-чан, — перевел взгляд на девушек, — Вы знаете, что нужно делать, — менеджеры кивнули. Тренировочный лагерь начался. *** После часового бега, баскетболисты устало опустились на стулья в одной из комнат спорткомплекса при горячих источниках. Перед ними стояли тренера и менеджер. — Мы нашли на них кое-какую информацию, — начала Момои, — Она… достаточно занимательна. — Ближе к делу, Сацуки, — поторопил тяжелый форвард свою омегу. Та лишь показала ему язык. — Им по 18 лет. Не проиграли еще ни одного матча. Заносчивы, высокомерны. — И чудовищно сильны, — Куроко скрестила руки под грудью, — Серьезно. Я просмотрела неполных два матча, и уже могу утверждать это. Учитывая еще и вчерашнюю игру, можно с уверенностью сказать, что это не предел их возможностей. — Да, — продолжила Момо, — Они явно раскрыли не все карты. Но мы проанализировали каждого игрока, — все перевели взгляды на стену, где высвечивались найденные данные с помощью проектора. — Нейтон Гросс — легкий форвард, искусен, быстр и хитер, — Кисе оценивающе присмотрелся к нему. — Адам Мендес — центровой, крупнее Му-куна, но скорость ниже, — Атсуши зевнул, не удостоив стенку взглядом. — Джек Торнтон — атакующий защитник. Если мячи Мидорина долго остаются в воздухе, то броски Торнтона наоборот, очень быстры. Часто их просто не успевают заблокировать, — Шинтаро только хмыкнул. — Теперь наша главная головная боль, — слово взяла Тетсуя, — Джейсон Сильвер — ас команды. Не имеет постоянной позиции на поле. Его оружие — физические данные. Они находятся на мировом уровне. Другими словами, он превосходит Аомине-куна по ловкости и Мурасакибару-куна по силе, — названные поморщились. То ли от этого факта, то ли от «-куна». — Нэш Голд младший — разыгрывающий. Есть выражение «тёмная лошадка», и это точно про него. О нем неизвестно практически ничего, кроме того, что он сильный игрок и специализируется на разного рода трюках. И… наверняка, не за красивые глаза Нэш стал капитаном столь мощной и темпераментной команды. — Моя очередь, — встал Айда, — Хорошая работа, девушки, спасибо. Что касается моих наблюдений. Джаббервок с вами на одном уровне, ребята, а те двое еще и выше. Для этого мы здесь — исправлять данное упущение. *** — Кисе-кун, ты легкий форвард и умеешь копировать действия противников. — Да. Но я не… — Не можешь скопировать Поколение Чудес. Так было раньше. С этого дня мы будем стремиться к этому. *** — Аомине-кун, ты ловок, но выяснилось, что недостаточно. — Тетсу, это было грубо… — Аомине-кун… что ты знаешь о Зоне? *** — Я понимаю, тебе не нравятся двухочковые, но надо. — Зачем нужны двухочковые, если я могу заработать три. — Мидорима-кун, для таких противников, как Джаббервок, тебя достаточно опекать двойной защитой. Это будет твоим элементом неожиданности. *** — Мурасакибара-кун, всё это время ты сдерживал свою силу, из-за чего немного пострадала техника выполнения движений. — Ну да… — Теперь тебя ничто не держит. Сломай этот щит. *** — Акаши-кун, твой Глаз Императора может предсказывать будущее оппонента. — Скажи то, чего я не знаю. — Попробуй наложить одно видение на другое, чтобы посмотреть еще дальше. *** Сегодня был довольно насыщенный день. Парни в своих номерах уже спали после долгих тренировок. Ракузановцам помогал Кагетора, находя в их игре слабые места. Сейчас Куроко сидела на песке, прижав колени к груди и положив на них подбородок. Впереди простирался Тихий океан. Сегодня он и правда был тихим. Девушка не понимала, почему Сейджуро так холоден к ней. Неужели его так задело то, что она была в компании другого парня, кроме него? Он заревновал? Но она же не виновата… Тетсуя вздохнула. То, что она не виновата, знают только она и Момо. Голубоволосая вздрагивает каждый раз, когда вспоминает, как он смотрел на нее в тот вечер. А сегодня, не считая тренировок, ее для него как будто не существовало. От этого было неимоверно больно, но рассказать ему правду она все равно не хотела. Будет выглядеть так, что она сама строит из себя бедную жертву, и все должны ее успокаивать и жалеть. Но Куроко не хотела этого. Остается надеяться, что все наладится к решающей игре. — Тетсу-чан! — Сацуки прибежала к подруге, — Вот ты где. — Да, — голубоглазая взглянула на подругу и перевела взгляд обратно на спокойные волны, — Думала. — Я знаю, тебе тяжело, но нам нужно закончить «дела», — показала в воздухе кавычки. Конспирация от любопытных парней, даже когда они спят, — Если мы не будем этого делать здесь, то не успеем. И зря мы сюда это тащили что ли?! — Понимаю, — улыбнулась нетерпеливости Момои Куроко. Кивнула и поднялась, стряхивая с одежды и перчаток песок, — Идем. Девушки направились к себе в комнату.