Селимийе

Селимийе, только вошедшая в покои Султана, не обнаружила хозяина покоев на месте. Она решила осмотреться. В покоях стоял резной стол, заваленный документами. На стене сзади висела карта, а в углу стоял глобус. На той же стороне располагался большой камин. С другой стороны была широкая кровать, покрытая красным персидским покрывалом. Заметив приоткрытую дверь, Селимийе решила посмотреть, что скрывается за ней. Она без скрипа открыла дверь и бесшумно вышла на балкон, на котором спиной к выходу стоял Султан. На столике стояли фрукты и пустая бутылка из-под вина. Селимийе подошла к Повелителю и обняла его. — Селим... — Прошептала она ему на ухо. — Селимийе? — Спросил Повелитель и, освободившись от объятий, повернулся к девушке лицом. — Да, — улыбнулась она. — Но что ты здесь делаешь? — Давайте не будем портить столь чудесный вечер, Повелитель, — прошептала Селимийе и поцеловала Селима. «С Повелителем Селимийе Султан», — слова стражника вертелись в голове Нурбану. Она отошла от дверей и медленным шагом подошла к удивлённым слугам. Гневный взгляд Султанши испепелял сжавшегося от страха Газанфера. — Может ты мне объяснишь, что эта тварь делает у Повелителя, а? Отвечай немедленно, Газанфер! — крик Нурбану разносился по длинным коридорам. — Я не знаю, Госпожа, яд должен был подействовать, она была при смерти — прохрипел испуганный Ага. — Тогда что же она, живая и здоровая, делает в покоях Повелителя? — не успокаивалась Нурбану. — Госпожа, я не... — Вот что, Газанфер. — Прервала евнуха Султанша. — Если ты в ближайшее время не исправишь ситуацию, я лично вышвырну тебя из дворца. Газанфер поклонился, и Нурбану отправилась в свои покои. Зайдя в комнату, она выгнала всех служанок и заперлась в комнате. Оставшись одна, Госпожа сорвала с головы жемчужную диадему и швырнула её в большое зеркало. К удивлению, оно не разбилось и даже не поцарапалось. Зато диадема разлетелась на мелкие кусочки. Нурбану так же "сняла" остальные украшения и кинула их на пол. Увидев, на диване лист со стихами, женщина не раздумывая скомкала его. "Как ты мог, Селим? Не успела я только отвернуться, в твоих покоях уже другая. А ведь ты клялся мне в вечной любви", — мысленно ругалась на мужа Нурбану. Слёзы катились по её щекам. Окончательно обессилив от душевной боли, Султанша откинулась на кровать и мгновенно заснула. Это был беспокойный сон. Нурбану приснился огромный чёрный змей. Гад с большой скоростью приближался к ней, а она не могла сдвинуться с места, будто какая-то магия сдерживала её на месте. Змей, увидев то, что его жертва не может спастись, ускорился. Мгновенье — и он уже, открыв свою окровавленную пасть, наклонился к Нурбану, чтобы съесть её. Но, не успев захлопнуть свою пасть, он начал растворяться. Нурбану начала просыпаться от того, что её плечо кто-то тряс. Глаза её постепенно открылись, и она увидела перед собой испуганного Газанфера. — Что ты делаешь здесь? Я помню, как закрывала дверь перед сном. — Госпожа, Вы так кричали во сне. Я испугался за Вас. Пришлось выломать дверь. — Всё в порядке. Просто дурной сон. Есть какие-нибудь новости? — Селимийе всё ещё не выходила из покоев Государя. Однако, есть и хорошая новость: вернулся гонец, которого мы отправляли к Шехзаде. — Ну, что он сказал? — Дороги сильно размыло после ливня, колесница постоянно проваливается в грязь. Однако, он дня через два приедет, ИншАллах! — Аминь, Газанфер, аминь. Покои Валиде Султан. Хюррем сидела на диванчике, ожидая, когда ей принесут завтрак. Она смотрела на своё кольцо и вспоминала о временах, проведённых рядом с Сулейманом. О том, как он подарил ей это кольцо, о Махидевран, желающей заполучить украшение, о том, как кольцо похитили и о том, как вернули. Вспоминала о хорошем и плохом. — Матушка, вы чем-то расстроены? — Спросила Михримах. — Всё в порядке, я просто задумалась и даже не заметила, как ты пришла. — Ясно. Вскоре слуги принесли завтрак. Поставив все блюда на столик, они поклонились и ушли. — Есть какие-нибудь новости о Селимийе? — спросила Валиде. — Она ещё не выходила из покоев Селима. — Славно. — Хюррем была рада тому, что сын принял девушку. — А как поживает Нурбану? — Я слышала сквозь сон, как она плачет, ведь наши комнаты рядом. — Это только начало, Михримах, — улыбнулась Хюррем. Покои Султана. Повелитель и Селимийе сидели на тахте на балконе и шутили. Девушка рассказывала смешные истории, произошедшие в гареме не так давно. Султан радовался даже больше присутствию Селимийе, чем её шуткам. Её улыбка, её глаза — всё в девушке манило его. — Селим, кажется наш завтрак принесли. — Сказала Султанша, услышав с балкона, как хлопнула дверь. — Отлично, — ласково улыбнулся Султан. — Пойдём же? — Пойдём, — рассмеялась Селимийе. Они говорили до самого вечера. Султан напрочь забыл о заседании Совета, о том, что ему надо поставить печать на несколько документов, забыл обо всех своих государственных делах, обязанностях. Рядом с Селимийе он забывал обо всём в этом мире. Тем временем, Нурбану не находила себе места. Она ходила из угла в угол, не притронувшись за весь день к еде. — Что такое, Нурбану? Ты кажется, чем-то взволнована? — ехидно подметила с порога Михримах. Нурбану нехотя поклонилась сестре Султана. — Причина моего беспокойства Вам прекрасно известна. — Сквозь зубы ответила Нурбану. — Это ведь Вы позвали её сюда. — Верно. Я. Однако, чего ты так боишься? Каждый раз ты говорила мне: "Наша любовь сильнее любви Хюррем Султан и Султана Сулеймана, её не под силу разрушить ни одной женщине мира". — Процитировала Михримах. — Раз эта твоя любовь такая нерушимая, что же ты так переживаешь? Может быть потому, что ты всё это придумала, Нурбану? Подумай об этом. Подумай. — Сказала Султанша и удалилась из покоев.