Селимийе

Спустя полгода...       Султан Селим величественно восседал на троне в своём шатре в окружении мудрых Пашей и воинственных Беев. Посреди на коленях стоял Соколлу Мехмед-Паша, облачённый в чёрное. — Какой позор для великой Османской империи: Великий Визирь предал своё государство! — громкий голос добавлял красному лицу Повелителя большей суровости. — Столько лет этот человек, которому я, Падишах всего мира, тень Аллаха на Земле, доверял и жизнь, и государство, служил Династии Османов, а сейчас выясняется, что он давно ведёт двойную игру. Всё, что обсуждалось на заседаниях, тут же передавалось персам. Именно из-за этого человека, мы возвращаемся ни с чем, из-за него мы не одержали славной победы над нашими заклятыми врагами! Паши и Беи стали перешёптываться между собой, то и дело поглядывая на Ахмеда Пашу, который встал рядом с Шехзаде и безразлично смотрел на бывшего великого Визиря. — Я мог бы оправдываться, мог бы умолять Вас о пощаде, однако, я знаю, что своего решения Вы не поменяете, — Мехмед-Паша поднял голову и посмотрел в глаза Государю. — Сегодня я умру. Задушат ли меня шнуром, казнят ли через отсечение головы, или же как блудную девку скинут в мешке с обрыва — неважно! Но я рад, что принёс хоть кому-то пользу, рад, что так или иначе, но мне больше не придётся жить в этом государстве, чей правитель-тиран давно потерял разум от опьянения, а когда-то даже убил собственного брата! Да лучше бы Шехзаде Баязид занял этот проклятый трон! Я всё сказал, теперь Вы можете убить меня. Я приму любую смерть, какой бы позорной или мучительной она не была!       Слова Соколлу обожгли сердце Селима. Ярость с каждой секундой закипала в душе Султана. Он резко подскочил, выхватил меч из ножен Шехзаде Мурада и одним движением обезглавил предателя. Бездыханное тело упало в сторону, а поток тёплой крови обагрил землю. И тогда гнев начал отступать, на смену ему пришло чувство отвращения и тошноты. — Повелитель, Вам нехорошо? — один из стражников подошёл к пошатывающемуся Селиму. — Оставь меня, — Повелитель вырвал свою руку из рук стражника, бросил на землю меч и нетвёрдой походкой вышел из шатра.

***

Тем временем в Топкапы...       После тяжелого дня Нурбану решила посетить хаммам. Её служанки принесли в баню фрукты и шербет, чтобы Госпожа поскорее расслабилась и успокоилась. — Давно я не заходила к Сафийе и Шехзаде. Как они? — Всё в порядке, Госпожа, правда Шехзаде всё время плачет, — молодая служанка растирала спину и плечи Госпожи маслом. — Аллах, Аллах! С ним всё в порядке? Ничего серьёзного? — Лекари говорят, с детьми в таком возрасте часто это случается. Однако, всё хорошо и скоро это пройдёт. Шехзаде абсолютно здоров. — ИншАллах так будет и дальше! Завтра с утра проведаю их. — Аминь, Госпожа, аминь. — А что это за масло? Какое-то новое? — Да, Госпожа, венгерский посол, которого Вы недавно принимали, в знак уважения прислал Вам это масло. Династия лекарей вот уже на протяжении нескольких веков по старинному рецепту, держащемуся в большом секрете, делает это масло. Оно обладает лечебными свойствами и отличается чудесным ароматом. — Ммм, как интересно... Что же, пусть передадут мою благодарность этому послу, масло и впрямь волшебное. — Нурбану усмехнулась и кинула в рот виноградинку. — Есть какие-нибудь вести из дворца Михримах Султан? — Нет, Госпожа, всё тихо. Известно только, что Михримах Султан вложила огромную сумму денег в фонд покойной Хюррем Султан, чем обрадовала многих бедняков. — Что же, да вознаградит её Всевышний за благие дела! Я бы тоже сделала сейчас пожертвование, однако, как ты знаешь, все мои деньги уходят на выплаты наложницам. Казна гарема пустует. — Но что же делать, Госпожа? А если Ваших денег не хватит? — Я тоже начинаю беспокоиться об этом. От Повелителя нет никаких вестей? Мне кажется, поход слишком затянулся. — Точных сведений нет, Госпожа, однако, народ поговаривает о том, что Повелитель скоро вернётся из похода. Одни говорят, что армия разгромлена, другие же утверждают, что в Совете оказался предатель, третьи же, особо смелые, распускают слухи о том, что наш Повелитель был похищен и убит персами. — И ты молчала? Почему мне ничего не сообщили? — Я сама только сегодня узнала, да и что народ только не придумает! Слухам нельзя верить... — Это точно. О, Всевышний, верни мне Повелителя и моего Шехзаде целыми и невредимыми! Спустя несколько месяцев       На улице ярко светило солнце, птицы весело щебетали, а по дворцу разносился смех рабынь. В покои Нурбану влетел запыхавшийся Газанфер. — Госпожа моя, Повелитель, уже совсем скоро подъедет ко дворцу! Пора отправляться в его покои для встречи! — Как же я этого ждала! — Хасеки выдохнула и встала с тахты. Сегодня ночью она практически не спала, всё время выбегала на балкон и ждала, когда на горизонте покажется армия. Её дочери, собравшиеся все во дворце, так же волновались, однако, были куда спокойнее матери. Девушки встали с подушек и быстрым шагом направились за своей Валиде в главные покои дворца Топкапы. — Всё должно пройти идеально, — придя в султанские покои Нурбану в который раз рассказывала Газанферу, как всё должно быть. — Наш Повелитель итак наверняка опечален неудачным походом, поэтому сегодня всё должно быть великолепно. Любимые блюда Повелителя уже готовы? — Да, моя Госпожа, — улыбался Газанфер. Ему больше всего нравилась такая Нурбану, — наши искусные повара уже всё приготовили. Сейчас они украшают еду и, когда Повелитель придёт, они всё принесут. — Я так переживаю, Газанфер, я никогда так не переживала. Ведь обычно всем этим занималась Валиде-султан. О Аллах, дай мне сил! — тараторила женщина, теребя край рукава. — Госпожа, прошу Вас, успокойтесь, — евнух взял Хасеки за руки и отвёл на балкон. — Всё будет хорошо, а Вы пока посидите, подышите свежим воздухом, расслабьтесь, а то у Вас руки трясутся. — Ну как же я могу сидеть? Вдруг Он придёт, а я тут сижу? — Я уверяю Вас, Вы услышите о том, что Повелитель пришёл, ещё, когда он будет в конце коридора. — Газанфер ага! — Простите, Госпожа, мне надо отойти. — Евнух поклонился и подошёл к Айсун. — Зачем ты меня звала, неразумная ты женщина? Не видишь, я Госпожу пытаюсь успокоить? Она же так переживает. — Там они... — Кто? Повелитель вернулся? — Нет, там они... Я сейчас выходила в коридор, а там ОНИ! — голос Айсун дрожал, она явно была напугана. — Да кто они? Ты что, привидение увидела? — Хуже, Ага! Ты сам сейчас всё увидишь. — Казначей отошла в сторону и чуть ли не вжалась в стену.       Дверь покоев раскрылась. Услышав скрип, Нурбану вскочила с кушетки и забежала в комнату. Увиденное потрясло её настолько, что она стала оседать на пол. В дверях стояли Михримах и Селимийе. Позади же служанки несли Шехзаде Махмуда и Кютай Султан. — Не ожидала, да? — улыбающаяся сестра Султана подошла к Хасеки. — Аллах Всемогущий! Она же умерла, её же похоронили... — Брат ещё не скоро вернётся, поэтому я успею рассказать тебе о том, каким таким образом я воскресила Селимийе Султан. — Михримах приобняла Нурбану за плечи, и они вместе вышли на балкон, где присели на подушках. Расправив платье, Султанша начала свой рассказ: «Как ты помнишь, в тот день, когда мы нашли тело Валиде на балконе, у Селимийе начались роды. В тот момент ты как раз, окрылённая таким радостным событием как смерть Валиде Хюррем Султан, ушла к себе. Однако, твоя служанка осталась. Она спряталась под лестницей, думая, что останется незамеченной и проследит за тем, что же произойдёт дальше. Заметив её башмачок, выглядывающий из-за угла, я сделала вид, что ничего не увидела и, зайдя в покои, подошла к лекарше. — Хатун, что с Селимийе и детьми? — Слава Аллаху, всё в порядке! Дети здоровые, а Госпожа скоро придёт в себя. — Превосходно! Сейчас я выйду, а вскоре выйдешь ты и скажешь, что дети слабы, шансов выжить у них мало, а Селимийе вообще при смерти. Если сделаешь всё правильно, осыплю тебя золотом. — Будет исполнено, Госпожа. — Это не всё. Когда ты услышишь, что пришла Нурбану Султан, ты снова выйдешь и сообщишь, что Селимийе покинула этот мир, а в этот момент слуги отнесут её с детьми в мои покои. — Я всё поняла, Госпожа моя, я Вас не подведу. — Я очень рассчитываю на тебя, Хатун. Затем я вышла из покоев. Лекарша действительно не подвела меня. Все, включая твою служанку, поверили в то, что говорила эта талантливая женщина. Потом пришла ты и узнала о "смерти" Селимийе. Тебя оказалось так легко обмануть. Даже не думала, что ты ничего не заподозришь. Поэтому тогда ты прощалась с пустым гробом, в то время как живая Селимийе спокойно гуляла по парку моего дворца». Закончив рассказ Михримах широко улыбнулась. — Ну и что? Вы думаете, я сдамся? Какой-то рабыне меня не победить, — тяжело дыша, Нурбану попыталась встать с подушки, однако, силы стремительно покидали её, и она упала. — Какая же ты невнимательная, Нурбану, удивляюсь, как ты вообще стала супругой моего брата. Тебе недолго осталось. Единственное, что ты успеешь сделать, так это повидаться напоследок с мужем и сыном, и то не факт. Ведь есть ещё кое-что, о чём ты должна знать. Помнишь, то масло, которое изготавливается по старинному рецепту венгерской семьи лекарей? Вчера ты опять с ним принимала баню, ведь оно тебе так понравилось, что ты отказалась пользоваться другими. Только в этот раз в масло твоя служанка добавила несколько капель яда, который, пройдя через кожу, убивает медленно и страшно. Сначала ты теряешь сон, затем ты испытываешь состояние волнения и лёгкого шока, а потом отнимаются конечности. — Я всё расскажу Повелителю, он обязательно найдёт противоядие, — Хасеки с каждой минутой становилось труднее дышать. Её звонкий голос сменялся на хрип. — Вы от меня так просто не избавитесь. — Противоядия не существует. Беседу женщин прервал громкий возглас стражника: «Дорогу! Султан Селим Хан Хазрет Лери!» — Вот и всё, — Михримах победно улыбнулась и сверкнула глазами.