Снейпоуказания, или Как разжигать и гасить конфликты на высшем уровне

Итак, Тонкс вознамерилась посетить какой-то там Хогвартс. После мумии мне уже, если честно, было все равно. Я надеялся, что мы быстренько посмотрим на какие-нибудь не слишком заслуживающие внимания достопримечательности, и скоро отправимся восвояси. Я сильно на это наделся. Как показало время, я ошибался. Хогвартс…он оказался даже больше, чем я думал. Когда я жил у Дамбдлора, он рассказывал мне о школе магии Хогвартс. Теперь я вспомнил. Школа…это слово мне очень не нравилось. Сейчас мне удалось припомнить и другие сведения о Хогвартсе. Пятьдесят лет тому назад институт образования в магической части Великобритании благополучно развалился, и школа опустела. Чистокровные волшебники сами учили своих детей, ну, а волшебники, рождающиеся у магглов, зачастую и не знали о своих способностях. Порой волшебники нанимали своим детям учителей. Дамблдор говорил, что когда-то учил сразу пятерых парней …а еще он говорил, что до сих пор удивлен, как его дом выдержал такие испытания. Итак, Хогвартс. Пока мы с Тонкс, аппарировав на окраину какой-то деревеньки, неспешным шагом шли к замковым стенам, моя спутница шепотом делилась со мной какими-то отрывочными сведениями о привидениях, обитающих в подземельях и об учениках, замурованных в стенах (это ей, как уверяла Тонкс, рассказывала в детстве тетушка, в свое время отучившаяся в этом самом Хогвартсе семь лет). Мы вошли в замок. Я сразу же завертел головой, но тут же вспомнил о солидности. К черту солидность, сказал я себе через пару мгновений… Как же тут здорово… (хотя, наверное, если бы я тут учился, я бы так не думал), сколько места, какие лестницы… Одна из лестниц, зловредно заскрипев, переместилась. Я порадовался тому, что в данный момент нахожусь не на ней. Тонкс была полна энергии. — Ну что, пошли? — она взяла меня за локоть и повела вглубь замка. — Магглы? — вопросил скрипучим голосом кто-то, кого мы не могли разглядеть из-за полуистертой портьеры. — Что вы, сэр, — заискивающе сказала Тонкс, — мы просто пришли в музей. — Ах, музей, — невидимый собеседник сменил тон на более дружелюбный, — тогда вы вовремя. Потому что сегодня — единственный день в году, когда демонстрируется Приз Четырех Основателей. — Приз Четырех Основателей? — заинтересованно протянула Тонкс. Мне ее тон не понравился. Очень не понравился. — За вход — галлеон с каждого, — голос невидимого собеседника стал совсем уж приторно-вежливым. — Ну и цены, — проворчала Тонкс, роясь в карманах. Мы поднялись по одной из лестниц, попетляли по коридору и пошли в довольно просторный зал. У дверей мялись три крепких широкоплечих типа — наверное, охрана. На каждой стене этого зала были развешаны полки, а на каждой из них… Мерлин мой, сколько же времени уходит на то, чтобы протирать тут пыль… На каждой полке сияли и переливались кубки, шкатулки, подсвечники, наградные таблички, какие-то предметы совсем уж непонятного назначения. Все это горело ярким золотым блеском. По залу бродило около пятидесяти любопытствующих. Кое-кто из них слушал плавающего в воздухе экскурсовода-приведение, вещающего заунывным голосом. Я тоже начал засыпать на ходу, как вдруг чувствительный толчок под ребра вернул меня к не слишком прекрасной действительности. — Гарри, — промурлыкала Тонкс, — мы нашли ЕГО. — Нашли что? — вяло пробурчал я. — Подарок для Северуса, — прошептала Тонкс, подталкивая меня поближе к стеклянному колпаку, под которым, вероятно, хранился тот самый Приз Четырех Основателей. У самого стеклянного колпака скучали еще трое крепких типов, а под колпаком… — Само совершенство, не правда ли? — Тонкс восторженно задышала мне в ухо. Я взглянул на Приз. Я взглянул на Приз еще раз. Я тут же зажмурил глаза. О, Мерлин… Теперь я еще долго не смогу спокойно спать. Приз был ужасен. Попробую описать вам его. Приз представлял из себя фигуру сидящего животного…но что это было за животное, я не смог бы угадать и под страхом смерти. Фигурка была отлита из золота, а работа, насколько я мог судить, была весьма искусной. Но сам Приз… Представьте себе змеиную голову, переходящую в тело, принадлежащее, видимо, какому-то животному вроде барсука… Представили? Теперь представьте, что у этого животного была львиная грива и львиные лапы, а в районе лопаток располагались весьма крупные крылья. Заканчивалось тело этого невероятного животного змеиным хвостом. Ах да, я забыл упомянуть еще одну незначительную деталь: части тела, принадлежавшие «льву», были инкрустированы какими-то красными камнями, вероятно — рубинами, крылья сверкали холодным сапфировым блеском, на змеином хвосте сверкали изумруды… Что и говорить, Приз Четырех Основателей был просто омерзителен. У меня язык отнялся на несколько минут, я уж было начал опасаться, не навсегда ли. Поспешно отвернувшись от жуткого зрелища, я поволок Тонкс к выходу. Она бешено сопротивлялась, пока ей не удалось остановить меня и загнать в угол, в котором стояли ржавые рыцарские доспехи. — Что ты, черт возьми, вытворяешь, Гарри? Мы же должны присмотреться, как выкрасть отсюда эту прелесть… — Прелесть? — протестующе вопросил я. — Эта статуя была изваяна Салазаром Слизерином тысячу лет назад, незадолго до того, когда он, предположительно, сошел с ума и решил покинуть стены Хогвартса, где до того жил в мире и согласии с остальными тремя Основателями, — вмешался в наш диалог нудный голос приведения-экскурсовода. Мне подумалось, что эта статуя была изваяна этим самым Слизерином уже после того, как он сошел с ума. Эта мысль не принесла мне ровным счетом никакого утешения. Чертовски захотелось домой, к Снейпу.