Снейпоуказания, или Как разжигать и гасить конфликты на высшем уровне

Предложение Тонкс было, конечно же, очень лестным (скажу прямо: впервые за время нашего «похода по магазинам» она начала воспринимать меня всерьез), но я вовсе не жаждал красть дурацкий Приз, да еще дарить его Снейпу (при успешном исходе дела, что весьма сомнительно). К тому же я вполне справедливо полагал, что подарок не вызовет никакого восторга у получателя, и, скорее всего, сразу же после вручения полетит в голову дарителя. Я снова посмотрел на Приз. Размером он был со среднюю кошку, и, если он действительно был сделан из настоящего золота, весил немало. Бедная моя голова…достанется-то от Снейпа, скорее всего мне одному, Тонкс уж как-нибудь сумеет договориться с моим наставником. Я по вполне понятным причинам не смогу воспользоваться теми способами усмирения профессора, которые использует Тонкс, так что кары мне не избежать. «Подожди пороть горячку, Поттер, — строго сказал я себе. — Никакого Приза Снейпу в ближайшее время я дарить не стану. До дня рождения моего учителя еще четыре месяца, к тому же Приз еще надо украсть… Украсть!!! О Мерлин!» Сами понимаете, мои попытки рассуждать логично и последовательно потерпели оглушительный провал. Что ж, не стоит врать самому себе: логика — не моя стихия. Да и Мерлин с ней, с логикой. На данный момент значение имеет только то, что Тонкс всерьез вознамерилась украсть Приз, а я, если не хочу окончательно уронить себя в ее глазах, должен ей во всем помогать. Я же джентльмен, в конце-то концов, я даже умею правильно пользоваться ножом и вилкой (особенно если за столом присутствует Снейп и грозит мне Круциатусом за омерзительное поведение за столом). Так вот, украсть Приз… — Что? — спросил я, когда до меня, наконец, дошло, что Тонкс уже битый час что-то мне втолковывает. — Что, — передразнила меня Тонкс, — ты меня слушаешь, Гарри? — Конечно, — невинным тоном ответил я. — Тогда ты, разумеется, согласен с моим планом. — С каким планом? — глупо ляпнул я и тут же понял, что зря это сказал. — С моим планом по похищению Приза, конечно же, — рассердилась Тонкс. Она выглядит привлекательной, даже когда фыркает от гнева. Честное слово. Хотя…я уже упоминал о том, что слишком долго провел в полной изоляции от представительниц женского пола. — Гарри, — зашептала Тонс, наклоняясь ко мне (все разумные мысли тут же покинули мою голову…если, конечно, они там вообще были — иначе я бы ни за что не согласился на участие в столь сомнительном мероприятии), — я все продумала. Вот слушай… Я завертел головой во все стороны. Кажется, нас действительно никто не слушал. Тонкс намеренно выбрала самый подозрительный на вид бар в Хогсмиде (собственно, любой, даже самый невнимательный наблюдатель, мог бы заключить, что у «Кабаньей головы» сомнительная репутация, не заходя внутрь). За соседним столиком оглушительно храпел какой-то хмырь, а бармен, из-за крючковатого носа и бороды, волочащейся по стойке, чем-то напоминающий Дамблдора, сосредоточенно протирал стаканы. Не уверен, что они действительно нуждались в протирке: по-моему, грязь от тряпки оставалась на стаканах, а вовсе не наоборот. Бармен, видимо, пришел к тому же выводу, поэтому отложил тряпку и стал протирать стаканы своей бородой. Мой желудок исполнил сальто и Огневиски, выпитый не так давно (хорошо, что тут нет Снейпа), чуть было не запросился наружу. Спасло меня то, что я вовремя вспомнил: мы пили не из местных стаканов, а из самолично наколдованных. Кажется, я снова отвлекся. Лучше уж на полубезумных старцев смотреть, чем внимательно выслушивать безрассудный план легкомысленной Тонкс. — Ты опять не слушаешь, — Тонкс довольно чувствительно толкнула меня локтем, — ты опять о чем-то размечтался. Говорю тебе, наше предприятие должно юбыть тщательнейшим образом спланировано. Я огляделся еще раз и вытащил палочку, решив наложить на наш столик и пространство вокруг него заглушающее заклятие, но Тонкс меня опередила: — Эй, бармен! — от ее вопля я чуть не свалился под стол. — Да, милая мисс? — старик заулыбался, глядя на мою спутницу. — Чего желаете? — Два стаканчика Огневиски для меня и моего друга, — отозвалась Тонкс, — и, если это не идет вразрез с вашими правилами, я бы хотела пригласить вас в нашу компанию. — С удовольствием, — просиял старик, и, схватив с полки бутыль Огневиски (запечатанную, с облегчением отметил я), порысил к нашему столику. Я наколдовал для него еще один стакан. Старец уселся поудобнее и внимательно посмотрел на нас. Посмотреть было на что (я имею в виду Тонкс — сейчас она выступала в образе сногсшибательной блондинки с наивными голубыми глазами). Тонкс похлопала ресницами (я уж начал опасаться, что старичка хватит удар), пару раз глубоко…очень глубоко вздохнула (мое беспокойство за старичка возросло), и спросила: — Не подскажете ли, где они хранят эту хреновину? — Хреновину? — озадаченно переспросил старик. — Ну, эту статую. Приз, — объяснила Тонкс. — А, вот вы о чем, — обрадовался старик. — Я здорово подзаработал на туристах. — Туристы? — Ну да. Понимаете ли, этот Приз хранился в запасниках Хогвартса уже очень много лет и никогда еще не выставлялся на публичное обозрение. — И с чего вдруг его решили выставить? — Вы слишком нетерпеливы, молодая леди, — погрозил старик пальцем, — я скоро расскажу и об этом. Министерство и Хогвартс уже много лет пребывают в состоянии вооруженного нейтралитета, а все из-за Приза. В Министерстве считают, что Приз должен храниться именно там. В Хогвартсе, ясное дело, наоборот. — И? — с подозрением протянула Тонкс. — Они что, никак не договорятся? — Они уже почти договорились, — проинформировал ее старик. — После стольких лет интриг и хитроумных уловок они все-таки пришли к единому решению. Видите ли, этот Приз когда-то вручался команде, выигравшей школьный кубок по квиддичу. — А теперь? — вмешался я в разговор. — Последние пятьдесят лет в Хогвартсе никто не учится, так что, соответственно, никаких квиддичных матчей. — Причем же тут Министерство? — спросила Тонкс. — Да слушайте же вы, — пробурчал старик. — Один полоумный сотрудник Министерства, Уизли его фамилия, предложил выход из положения: Министерство и Хогвартс выставляют по квиддичной команде. Этот Уизли обожает всякие маггловские штучки, так вот, по его мнению, это будет какой-то там «компромисс». Если побеждает команда Министерства, то Приз будет передан в тамошнее хранилище. Если побеждает Хогватрс, соответственно, Приз остается здесь и Министерство на него больше не претендует. — Изящное решение, — одобрила Тонкс. — А по-моему, этот мистер Уизли и правда полоумный, — проворчал я. К тому же мне не слишком приятно было услышать эту фамилию. Около года назад нам со Снейпом пришлось изображать двух юных волшебников — парня и девицу с гипертрофированными передними зубами (мне пришлось выступать в роли девушки, но, слава Мерлину, об этом не знает никто, кроме Снейпа, которому тоже было несладко в образе веснушчатого долговязого мальчишки), в результате чего нас отловили маггловские полицейские и приковали к столбу наручниками. Так вот, того рыжего парня, под которого я тогда замаскировал Снейпа, звали, кажется, Уизли. Не хотелось бы мне встретиться с еще одним представителем этой славной фамилии… — Да что в нем такого, в этом Призе? — заинтересовалась Тонкс. — Он бесценен для истории, — важно сказал старик. — А хранится он в главном зале хогвартского музея. Сейчас там еще открыто, можете взглянуть… — Спасибо, мы так и сделаем, — Тонкс поднялась с места и потащила меня к выходу. — Гарри, нам снова придется навестить музей. В прошлый раз я не смогла полностью распознать все охранные заклинания. — Темнеет, — запротестовал я. — Замечательно, — резюмировала Тонкс, — сейчас еще раз осмотримся, а в полночь приступим. — Ты же говорила, что у тебя есть план, — взмолился я, желая потянуть время, — рассказывай! — А, Гарри, это он и есть. Здорово, правда — коротко и ясно! Ну скажи, здорово, а? — Тонкс сияла, как новенький галлеон. Я покорился судьбе.